Глава 11

Аврора

Вот какая я молодец! Вот пусть теперь эта Лаврушка городская своими ручками миллионера хренова мне тут всё самостоятельно компенсирует. А я буду смотреть на это и ...

И сажусь на стул за столом. Обхватываю крепко кружку с кофе и задумываюсь. А на кой чёрт я это всё делаю?!

Чтобы восстановить справедливость в мире или просто иметь возможность любоваться этой сволочью ещё несколько дней?

- А-а-а, – рычу в голос, злая на Лаврова, как тысяча чертей.

А ещё и кактус новый привёз. Предыдущий, к моему большому сожалению, погиб, как бы я не пыталась его воскресить. Всё-таки моя попа поверх кактуса тогда в ресторане оказалась для него более опасна, чем сами иголки кактуса для попы.

Звоню Соне, чтобы хоть немного выговориться, но и та, спустя пару минут, моих страданий, перебивает меня, ставя диагноз:

- У тебя просто маленький опыт общения с мужчинами.

- Да ну тебя... Я им каждый день букеты составляю для их барышень.

- Аврора, причём тут это? Я про то, что у тебя всего-то было два парня за всю жизнь.

- Полтора, – поправлю её, так как мой второй номер на парня вообще плохо тянул.

- Вот и я о том же! Полтора! А тебе, на минуточку, двадцать пять лет!

- Ты меня ещё старой девой обзови, – фыркаю в ответ. – Что мне теперь ради опыта на улицу пойти с призывом.

- Зачем так радикально, – тут же находится Круглова с уже готовым планом действий. – Твой "опыт" будет работать у тебя все выходные. Так воспользуйся ситуацией, Рора. Чего ты теряешь?

- Кроме гордости?

- Ой, ну при чём тут твоя гордость?! – возмущается подруга. – Он хочет тебя, ты его... Дальше просто химия и биология. Потом ты с опытом и новым зимним садом остаёшься в шоколаде, а твой Лавров смотается в город, чтобы и дальше разносить свой опыт по планете.

- А сама бы ты так поступила? Ну будь ты сейчас на моём месте?

- С таким красавчиком как Лавров? Естественно, – фыркает моя всегда позитивная Соня. – Другой вопрос, что у него на меня не встанет, – ржёт она.

- Я не знаю, Сонь. Я, наверное, так не смогу.

- Ну хоть подумай над этим, – отступает Круглова, давая мне передышку.

Мы прощаемся, и я решаю пораньше лечь спать, так сказать, утро вечера мудренее.

Завтра будет новый день, приедет Лавров, и тогда я решу, как мне быть. Если он ещё приедет, хотя стройматериалы привезли совсем недавно и выгрузили около моего дома с намёком, что стройке быть.

Громкий стук в двери пугает меня до усрачки. Ко мне в такое время в гости не ходят. Ну кроме Соньки, но та точно дома.

В окно вижу мужской профиль. Лавров?!

- Пустите, пожалуйста, переночевать, – просит он меня, едва я открываю входную дверь.

Перед ним как ветвь мира - Эхинокактус Грузони.

- В гостинице мест нет, а в город мне опасно ехать. Я, капец, как устал, практически засыпаю на ходу. А если буду спать в машине, ну ты представь какой из меня завтра работничек получится. И вообще, наш цветочек, кажется, погибает. Цветочки вон какие-то не такие ярко-желтые.

У меня же чайничек терпения совсем закипает, того гляди крышечку сорвёт.

- Лавров… ну ты охренеть какой наглый! – выдыхаю я, а этот пижон прячется за горшок.

Желание толкнуть горшок в мужской фейс, чтобы иголки с радостью впились в нос, приходиться с силой тромбовать глубоко внутрь себя.

- Ну что ты, Аврора. Мне просто некуда податься переночевать.

- А я тут притон для бомжей, значит?

Лавров с укоризной во взгляде поверх кактуса давит мне на то, что, кажется, называется совестью.

- Хорошо, но мне жаль не тебя, а несчастного Эхинокактуса – он уже столько времени мучается по салону автомобиля и улице, что вообще-то ему очень вредит.

- Я не сомневался, что твоя любовь к кактусу спасёт нас с ним обоих. Я-то вообще тоже устал, мотаясь туда-сюда вечером пятницы после тяжелой рабочей недели.

Моя совесть после слов мужчины тут же проснулась и воспряла духом, вся такая брови торчком и волосы по ветру, колет меня под рёбра, намекая, что Кораблёва будь человеком.

- Меньше иронии, Лавров, а то я могу и передумать. Будешь спать в своей красивой новой машине, – отступаю в сторону, пропуская гостя в дом. – Кактус отдай.

Матвей с радостью отдаёт мне мою любимую колючку.

- Ах ты ж мой хороший, – шепчу суккуленту, который вроде бы держится молодцом, несмотря на все передряги.

- А я? Хороший? – продолжает борзеть городской магнат, разуваясь и скидывая куртку в шкаф прихожей.

На нём явно брендовые классического кроя брюки и рубашка на запонках.

- А завтра работать ты тоже в таком же прикиде собираешься? – игнорирую его вопрос, как если его вообще не было.

Мужчина хмуро смотрит на себя в отражении большого напольного зеркала.

- Я решу этот вопрос.

- Ну, ну... А спать ты тоже будешь в рубашке?

- Что ты, Аврора, обычно я сплю голышом, но сегодня ради твоего покоя останусь в боксерах.

- А при чём тут я?

Он неопределенно пожимает плечами.

- Вот и я о том же, Мотя. Меньше слов – больше дела. Я собираюсь спать. Ты спишь вон в гостиной, ванная комната и туалет у меня там, – показываю свободной рукой направления комнат. – Домик у меня небольшой, так что легко сориентируешься. Уже немаленький.

- А перекусить?

Я резко разворачиваюсь, собираясь поймать гада на усмешке, что сквозит в его голосе, но Матвей смотрит на меня невозмутимым взглядом.

- У меня не гостиница и уж точно не столовка.

- Я в курсе, но я не успел поужинать. Но ничего... Я в принципе не против немного постройнеть.

Мысленно рычу, но оставить человека голодным – это вообще негуманно.

- У меня осталось немного овощного рагу с мясом и пирог с грибами. Устроит?

- Более чем. Буду крайне благодарен.

Я, сцепив зубы, иду на кухню, Матвей следом.

В тишине быстренько разогреваю остатки своего ужина и накрываю на стол. Мужчина спокойно сидит за столом и только наблюдает за мной. Я буквально кожей чувствую его внимательный взгляд, пока мечусь по кухне. Заодно пристраиваю кактус на окне и даю тому немного подкормки. Теперь, когда всё готово, можно и быстренько слинять из кухни.

- Я в ванную комнату, – не глядя на мужчину, информирую я.

- Спасибо, Аврора, – успевает он бросить мне в ответ.

Что-то там угукую и с максимально суровым лицом ухожу напрямую в ванную.

В душе дольше обычного стою под струями горячей воды, пытаясь выровнять свои эмоции и определиться в тактике поведения с мужчиной. Либо он мне нравится, либо я его игнорирую, как неприятного субъекта.

Вот только определиться я никак не могу: быть или не быть.

Расстроенная, что так и не смогла разобраться с собственной головой, и зависшая в своих мыслях, я вихрем вылетаю из ванной комнаты.

Так что неудивительно, что я на полной скорости врезаюсь в мужской торс, едва не ломая об него собственный нос.

- Ой, да чтоб тебя... – ругаюсь я, зажимая нос ладонью.

- Извини, я не ожидал... Давай, посмотрю.

- Да не надо. Всё нормально, – бубню в ответ, но Лавров не слушает и, оттянув мою руку в сторону, внимательно рассматривает мой поврежденный о его литые мышцы орган.

- Спасибо за ужин, было очень вкусно, – вкрадчиво вставляет Матвей, аккуратно давя пальцами на мою переносицу.

Мне не больно, но я всё равно немного дёргаюсь от тепла его пальцев и вообще расстояние между нами не больше спичечного коробка, что меня очень волнует. В голове тут же всплывают воспоминания из моих снов, а здесь Матвей вообще вполне себе такой реальный.

- Может надо приложить холод? – хрипло спрашивает Лавров, не отрывая от меня взгляда.

- Да мне и так будет нормально. Уже не больно, – и понимаю, что надо бы отклониться назад, но отчего-то торможу. – Матвей...

- Мне жаль, – шепчет мужчина и в следующий миг склоняется ко мне.

Его губы быстро накрывают мои... А я... у меня вылет мозга.