8
Надеждам Победоносцева не суждено было оправдаться. Никакого приятного знакомства не вышло. Мне сразу не понравился вошедший в кабинет мужчина. Увидев его, первой моей мыслью было: “Они специально издеваются?! Сначала приставили служанку от горшка два вершка, а теперь и метр с кепкой командира назначили!"
Этот, облачённый в тёмно-синий мундир вояка лет сорока пяти, действительно был очень невысокого роста. Держа фуражку на согнутой руке, он строевым шагом подошёл к столу, щёлкнул каблуками и отрапортовал.
- Господин обер-прокурор ! Подполковник Водянов-Сульский прибыл в ваше распоряжение!
Блин… Ещё и голова у него плешивая. Лишь несколько волосинок лежали зачёсанными поперёк лысины. Фу!
- Весьма рад, Евгений Захарович, - совсем не по-военному с улыбкой ответил Победоносцев. - Разрешите представить вам одну из ваших подчинённых. Ирина Петровна Бесова. Она, как никто другой, может распознавать всякую нечисть в человечьем обличии.
- Очень приятно, сударыня, - опять щёлкнул каблуками Водянов-Сульский и галантно приложился тонкими губами к моему запястью.
Но несмотря на всю показную вежливость, от меня не укрылся некий брезгливый взгляд новоявленного командира. Да и тон такой, словно не “ Очень приятно” сказал, а “Шла бы ты лесом”. Кажется, полковник тоже меня невзлюбил с первого взгляда. А уж когда я встала, то в его глазах промелькнула настоящая злость. Видимо, девушки на две головы выше пробуждают в этом Сульском некие комплексы. Охохонюшки… Чую, не сработаемся.
Но все свои грустные мысли я постаралась припрятать до лучших времён. Первой провоцировать конфликт не в моих интересах. Начальство же!
- Евгений Захарович, Ирина Петровна, - продолжил Победоносцев после всех, причитающихся в подобных случаях расшаркиваний. - Предлагаю безотлагательно перейти к делу. Нижние чины вашей группы ожидают этажом ниже. У вас скоро будет возможность с ними познакомиться. Ну а пока давайте рассмотрим первое задание. Так сказать, пробное. Я прекрасно понимаю, что вам необходимо время, чтобы приобрести некую сплочённость, поэтому начнём с достаточно лёгкого случая.
За последнюю неделю в районе Обводного канала на довольно небольшой территории было совершено несколько злодейских нападений. Пострадали исключительно девушки от восемнадцати до двадцати пяти лет. Причём все со светлыми волосами.
- Они живы? - поинтересовалась я.
- Да, Ирина Петровна. Слава богу. И рассказывают все примерно одно и то же. Возвращаясь поздним вечером домой, получали в темноте удар по голове. Сзади, поэтому злоумышленника видеть не могли. Дальше изувер начинал жестоко избивать свою жертву, пока та не теряла сознание. Лично не видел, но по словам полицейских, покалечены девушки сильно. Живого места нет.
- Один ли он? - спросил подполковник. - Быть может, шайка какая в окрестностях появилась и таким жестоким способом карманы припозднившихся прохожих очищает. Обводный канал - место премерзкое, и швали там всякой хватает.
- Была такая мысль. Но, Евгений Захарович, ни у одной из жертв ничего не пропало. Лишь только по внушительной пряди волос срезано было. Да и очень странный выбор жертв: все как одна бедные девушки и имеют схожий типаж. Мой человек в полицейском управлении сопоставил факты и пришёл к выводу, что в преступлениях замешан один человек. Все следы на то указывают. Я внимательно изучил рапорт и ознакомился с известными девятью случаями нападений.
- Девять за неделю?! - удивилась я.
- Именно, Ирина Петровна. - Точнее, за шесть ночей. И у меня не остаётся сомнений, что мы имеем дело с персоной, продавшей нечистой силе свою душу. Причём совсем недавно. Допускаю, что имеем дело не с бесом, захватившим тело, а пока лишь с простым извращенцем, наслаждающимся болью. Вот только, зачем ему нужны волосы? Для какого-то тёмного ритуала?
Преступник лишь калечит, но скоро начнёт убивать. Обязательно начнёт, так как уже не сможет остановиться. И наша с вами задача: поймать изверга до первого убийства. До того момента, пока темнота в его душе не разрослась до критических размеров.
- Слушаюсь! - внезапно вскочил подполковник и вытянулся по стойке смирно. - Когда приступать, господин обер-прокурор?! Готов хоть сейчас!
- Похвальное рвение, - благожелательно кивнул Победоносцев. - Прямо сейчас и приступите. Берите Ирину Петровну, познакомьтесь со своими бравыми орлами и выезжайте на место. К счастью, наш злодей изрядно наследил. Неподалёку от последнего нападения обнаружился свидетель, видевший, как в один из домов вбежал человек с окровавленными руками. Причём, аккурат всё по времени совпадает.
Квартиру, к сожалению, указать не могу, но думаю, вам не составит большого труда проверить всех жильцов мужского пола, живущих в этой парадной. Так что берите свой отряд, ставьте ему задачу и действуйте. Надеюсь, через несколько часом услышать хорошие вести.
Вместе с подполковником мы молча спустились на первый этаж. В одной из комнат нас дожидались шестеро мужчин в жандармской форме со знаками различия нижних чинов. Все кряжистые, явно обладающие неплохой физической силой. Но больше всего меня заинтересовали их лица. Как на подбор “рабоче-крестьянские”, без малейшего налёта аристократизма, только вот глаза выдают людей, прошедших огонь и воду. Бывалые воины, не понаслышке знающие цену и жизни, и смерти. Они мне сразу приглянулись. Такие в беде не бросят.
Жаль, что наш командир был иного мнения.
- Смирно! - заорал он, ещё толком не успев войти в помещение. - Совсем сволочи расслабились?! Я вас научу, как приветствовать старшего по званию!
Минут пять распинался Водянов-Сульский. Абсолютно не обращая на меня ни малейшего внимания, он вышагивал перед строем бойцов и грозил им всякими карами за будущие провинности. И ещё жутко придирался к внешнему виду каждого подчинённого, находя какие-то мифические нарушения в форме. Больше всего почему-то досталось сапогам, по моему мнению, начищенных до зеркального блеска, но по словам подполковника, выглядящих так, словно их только что из болота вытащили.
Наконец-то наш командирчик устал драть горло и приказал грузиться в кареты около чёрного входа во внутреннем дворике. Причём меня он посадил не в свою. Плохой знак. Значит, общения нормального не будет. А я-то рассчитывала во время пути хоть какие-то мостки между нами наладить. Работать… вернее, служить же всё-таки вместе, и тут не до конфронтации.
- Скажите, - обратилась я к одному из жандармов, сидевшем напротив меня. - А что это за дубинки у вас в чехлах? Что-то не припомню таких.
- Ефрейтор Семён Щукин, - представился военный. - А это, госпожа Бесова, непростые дубины. Старинные какие-то, заговорённые. Уж больно их нечисть всякая не любит. Случалось, шашкой рубанёшь, а твари хоть бы что. Не всякой, конечно, но бывало. Завоет и давай утекать. А вот как дубиночкой этой оприходуешь нечисть, так с ног валится, ежели правильно приложиться. Из иной и полностью дух вышибить можно.
- Ого! Спасибо. Смотрю ты, Семён, человек бывалый.
- Да мы тут все бывалые. Где раньше служили, говорить не велено, но со всякими вражинами племени людского приходилось встречаться. Главное: понять, чья морда за человечьим лицом скрывается, и дальше уже не отпустим. А вы, Ирина Петровна, и вправду бесноватых на расстоянии чувствуете?
- Ты знаешь, как меня зовут? Подполковник, кажется, не представлял.
- А чё ж не знать-то? - подал голос другой попутчик. - С нами два дня беседы вели. Кто, что делать должен, да под чьим началом ходим. Всё толково объяснили. Извините, не представился. Жандарм Ляксей Лапшин.
- Очень приятно, - улыбнулась я. - Получается, теперь вместе служим. Ну а бесноватых всяких и тварей в человеческом обличии я, действительно, чувствую. Правда, не всегда на расстоянии. Иногда прикосновение нужно. Всё от обстоятельств зависит.
- И то хлеб, Ирина Петровна, - довольно кивнул третий мой попутчик, представившийся ефрейтором Иваном Бортниковым. - А то до этого только по наитию хватали. Бывало, что и не того. Раз под Сестрорецком купчишку прижали. Здоровенного такого! Кулачищи по пуду каждый! Насилу повязали. А оказалось, что не он это лютовал ночами с удавкой: приказчик при нём злодейством промышлял. Бесноватый приказчик сбежал под шумок, а наше начальство потом долго успокаивало сильно помятого купца. Ну и нам на орехи досталось за недогляд…
- Постараюсь, чтобы подобная история не повторилась, - пообещала я. - Но многое зависит не от меня, а от командира нашего. Какой-то нервный он очень, крикливый.
- Да и пусть кричит, - отмахнулся Алексей Лапшин. - То дело командирское. Наш хоть без рукоприкладства обошёлся. Ну а мы люди подневольные: дали приказ - исполняй.
Всё дорогу я болтала со своими новыми знакомыми. Да уж, много интересного узнала. Оказывается, даже малейших зачатков демократии в девятнадцатом веке не было. “Ты начальник - я дурак” является аксиомой для местных. А я-то, привереда, ещё ныла в своём будущем, что свободы мне не хватает! Да в раю жила!
Внезапно карета остановилась. Поняв, что прибыли на место, мы вышли из неё. И тут же раздался гневный голос подполковника.
- Куда вылезли, олухи! Я, кажется, не давал команды высовываться на улицу! И вас, Ирина Петровна, это тоже касается.
- Ну и как, по вашему мнению, мы будем производить поиск и задержание? - проигнорировав его тон, спокойно поинтересовалась я.
- Вы, сударыня? Никак! Сидите себе в карете. Всех задержанных по очереди будем приводить к вам на опознание. Большего от вас не требуется. Ты, ефрейтор! - ткнул командир в Семёна Щукина. - Останешься с нашей мамзелью. Проследи, чтобы её не похитили или сама чего-нибудь не учудила. И смотри у меня!
Первым порывом было ответить этому нахалу в присущей двадцать первому веку манере. Но взяв себя в руки, сдержалась. Во-первых, скандалить с начальством на людях не хочется. А во-вторых, нужно внимательно присмотреться к происходящему.
Этот Водянов-Сульский чин немаленький, поэтому стоит хорошо подготовиться на случай войны между нами. Пусть пока думает, что я проглотила его наглость. Нет. Она записана у меня в памяти. Чувствую, в скором времени целую коллекцию из претензий составлю.
Ну и в-третьих, мы сейчас на задании, где личным обидкам не место. Это как перед игрой: какие бы отношения с тренером ни складывались, всё отходит на второй план, когда ты на площадке. Иначе победы не видать. А мне хочется победить в своём дебютном матче против нечисти!