9

Все ушли шерстить парадную, а я под присмотром Семёна Щукина осталась сидеть в карете. Не прошло и пятнадцати минут, как ко мне стали приводить первых “пациентов”. Водянов-Сульский не стал мелочиться и выдернул из квартир всех лиц мужского пола, начиная от безусых юнцов и заканчивая глубокими стариками. Под предлогом опознания какого-то мифического воришки каждого из задержанных поочерёдно помещали ко мне в карету. Я задавала пару вопросов ошалевшим от происходящего людям, а потом их отпускала. Через полчаса опознание закончилось.

- Здесь нет нашего злодея, - объявила я недовольному подполковнику.

- То есть как нет? - скривился он до такой степени, что мог с такой мордой лимоны рекламировать. - Сударыня! Если начальство уверено, что наш разыскиваемый живёт в этой парадной, значит, так оно и есть. Думаю, всё дело в том, что вы, госпожа Бесова, очередная шарлатанка. Если и имеете какие-либо таланты, то исключительно мошеннические. О чём и будет доложено обер-прокурору. Так и знал, что всяким мамзелечкам не место среди нас! Женщины всё превращают в балаган!

- Докладывайте что хотите, - отмахнулась я. - Дурное дело нехитрое. Но способности у меня есть, о чём прекрасно известно господину Победоносцеву. Раз не нашёлся нужный субъект, значит, тут его нет или… Или вы недостаточно смышлёны, поэтому упустили преступника. О чём уже я доложу обер-прокурору.

- Ах так?! - чуть ли не скрипя зубами, процедил Сульский. - Значит, сейчас заново всех осмотрите! Я, конечно, проверю каждый закуток во всех квартирах, но ошибка не во мне, а в вас! И если вы опять недостойно исполните свои обязанности, то… То я не знаю, что с вами будет! Но, поверьте, что ничего хорошего!

Произнеся это, полковник пулей вылетел из кареты и рванул с ещё не успевшими расслабиться жандармами обратно в дом.

- Суровый у нас командир, - со вздохом произнёс Семён. - Таким лучше не перечить.

- Таких до командования вообще лучше не допускать! - с жаром ответила я. - Тупой служака! Всё, я на улицу, а то карете слишком душно.

- Не велено, Ирина Петровна.

- И как ты меня остановишь? Драться с женщиной будешь?

- Упаси боже! А… - задумался на секунду Семён. - А давайте вместе воздухом и подышим.

Встав около кареты, я стала дожидаться полковничий “улов”. Внезапно стало как-то неуютно. Словно кто-то смотрит на меня нехорошим взглядом. И это ощущение всё больше усиливалось. Взгляд Зверя! Так я окрестила его для себя. Маньяк или бесноватый рядом. Он любуется мной. Он желает причинить мне боль, но боится подходить на глазах у жандармов.

Оглянувшись по сторонам, я заметила лишь парочку мальчишек лет семи. Эти точно вне подозрений. Так откуда тогда этот взгляд? Он уже практически насквозь прожигал меня.

Гад спрятался, скорее всего, в доме. Но не в той парадной, которую указали бдительные граждане. А в какой? Я сразу отмела в сторону дальние окна и сконцентрировалась на тех, из которых меня легко разглядеть. Незаметно исподлобья рассматривала их. Ничего необычного. Практически во всех окнах люди. Пялятся на странные кареты и пытаются понять, что отряду жандармов понадобилось в их дворе.

Взгляд зацепился за абсолютно пустое окно с неплотно задёрнутыми шторами. Именно от него исходило неприятное чувство. Внезапно одна из штор колыхнулась. За ней точно кто-то прячется и рассматривает двор! Почему таится? Да потому что это и есть наш подозреваемый!

- Семён, - повернулась я к ефрейтору. - Ты хорошо знаешь эти дома? Сможешь с улицы определить, какое окно, к какой квартире относится?

- Легко, Ирина Петровна. Я ж городовым когда-то был и эти домишки, как облупленные знаю.

- За моей спиной третье окно справа на втором этаже… Да не смотри ты так откровенно! С какой лестницы вход?

- Со второй, если от ворот считать. О! Там шторка полностью задёрнулась.

- Чёрт… Я же говорила не пялиться! Кажется, нас заметили! Бегом в ту квартиру!

- Ирина Петровна, никак не…

- Бегом! Преступник может сбежать! Счёт идёт на секунды, и наши не успеют!

Быстро проговорив, я, не дожидаясь ответа, рванула к лестничной двери. Около неё уже с расчехлённой дубинкой меня нагнал Семён. На лестничной площадке я пропустила его вперёд. Ефрейтор сориентировался быстро и указал на нужную дверь. Очень символично! Квартира под номером тринадцать!

- Постучи для начала, - приказала я Семёну. - Не будут отрывать - ломай!

Но только мой сопровождающий занёс кулак, как дверь сама распахнулась. Причём с такой силой, что бедного жандарма отбросило в сторону. Получивший в лоб Семён осел на пол, от удара явно находясь в прострации. Его “зачарованная” дубинка выпала из рук и подкатилась к моим ногам.

Одновременно с этим из квартиры выскочил высокий, худощавый мужик в серой шинели и зелёной фуражке. Машинально я преградила ему путь, и тут же сильные мужские пальцы сомкнулись на моём горле.

Дальше всё было как в тумане. Страх и ярость всколыхнули нечто странное в моей душе. Засадив мужчине коленом между ног, я на мгновение заставила его ослабить хватку и оттолкнула от себя. Но эта сволочь сдаваться или бежать не собиралась. Бесноватый явно окончательно слетел с катушек и, наплевав на всё, вознамерился убить меня. Жажда смерти в нём оказалась сильнее осторожности.

Бесноватый с рычанием снова попытался вцепиться в моё горло, но очухавшийся Семён помешал ему. Вернее, попытался помешать, так как сразу же получил сильный удар кулаком в висок и снова оказался на полу в полубессознательном состоянии. Но это дало мне время схватить лежащую дубинку и с размаху засадить ею по голове бесноватого. Я, конечно, не теннисистка и не бейсболистка, только удар всё равно хорошо поставлен.

Тварь, встретившись с моим оружием, отлетела к стене и, закатив глаза, рухнула рядом с Семёном. Я же, не останавливаясь на достигнутом, подскочила к поверженному противнику и следующим ударом окончательно вырубила его.

После этого вместе с быстро пришедшим в себя ефрейтором Щукиным заковали полудохлого красавца в наручники.

- Зовите наших, Ирина Петровна, - потирая ссадину на лбу, попросил жандарм. - А я этого мазурика здесь покараулю. Только дубинку мою отдайте, пожалуйста.

Я метнулась на улицу, и через пару минут привела остальных жандармов во главе с подполковником. Вскоре задержанный был посажен в тюремную карету и отбыл в неизвестном для меня направлении. Ну а мы отправились с докладом к Победоносцеву.

Примечательно, что во время “упаковки” бесноватого наш командир игнорировал меня, словно и не было рядом с ним госпожи Бесовой, вычислившей и обезвредившей преступника. Зато Семёну Щукину после доклада досталось по первое число, за то, что не выполнил приказ оставаться к карете. А вот перед Победоносцевым этот мерзкий Водянов-Сульский начал заливаться соловьём.

- Господин обер-прокурор! Прибыв на место, я быстро сориентировался на местности. Тщательно и оперативно обыскав все квартиры в подозрительной парадной, мы не смогли обнаружить злодея, поэтому я принял решение о повторном обыске. Это, дало возможность предположить, что искомый человек мог находиться где-то рядом. Предчувствия не обманули. Вскоре бесноватый, несмотря на свою силу оказался в моих руках и отбыл к месту своего заточения. Естественно, я дал приказ об усиленной охране подозреваемого во время пути. Так что задание пусть и с небольшими огрехами, но выполнено, и дело можно закрывать. Больше никаких нападений не будет.

Вот сволочь! Ни одного упоминания моих и ефрейтора действий! Из размытого доклада получалось, что исключительно благодаря мудрому командованию злодей был пойман. Все заслуги подполковник приписал себе, ловко обходя невыгодные для своей персоны факты.

- Прекрасная работа, Евгений Захарович, - благожелательно произнёс Победоносцев. - С почином вас. А что может добавить к сказанному госпожа Бесова?

- Да-да! - ехидно проговорил Сульский. - Расскажите, сударыня, как вы грубо нарушили приказ своего командира и подвергли риску не только себя, но и моего подчинённого.

- Если бы я не осмелилась действовать сама, то задание было провалено, - не осталась в долгу я.

- Это всё ваши женские домыслы! Птичка уже была практически в клетке, и поимка бесноватого являлась лишь делом времени! Он бы всё равно оказался в моих руках, но без ненужного риска и возникшей по вашей вине неразберихи!

- Подождите, подполковник, - слегка нахмурившись, перебил его Победоносцев. - Я хочу услышать рассказ Ирины Петровны без ваших купюр.

Упрашивать себя не заставила и чуть ли не поминутно описала все наши действия во время операции. Ну и в заключение припечатала командирчика.

- Из всего вышеизложенного, господин обер-прокурор, я сделала неприятный вывод, что господин подполковник находится явно не на своём месте. Ну а успешная поимка бесноватого связана исключительно со счастливой случайностью, но никак не с разумным командованием. Поэтому если чем и можем гордиться, то только тем, что не провалили дело. Хотя всё шло именно к этому.

- Вздор и женские истерики! - не удержался Сульский. - Чрезмерная эмоциональность, Ирина Петровна, мешает вам оценить картину адекватно. Ну а если я вам показался немного груб, то… Привыкайте! В армии и иных подобных мужских организациях нет места манерному кокетству. За ним идите в модные салоны. Мы же тут служим, а не батистовыми платочками слёзы промакиваем!

- А вы, подполковник, идите на плац и там муштрой занимайтесь. Подобное не требует большого ума и вам очень подходит.

- Остановитесь, - жёстко прервал намечающийся спор Победоносцев. - Я понял ваши позиции. Думаю, что со временем вы найдёте общий язык, а сейчас можете быть свободны. Отдыхайте. Как бы то ни было, но первый блин не вышел комом. С чем нас всех и поздравляю.

Всю дорогу до своей квартиры, я размышляла о сегодняшнем дне. Во-первых, с паршивым Сульским мы точно не сможем поладить, несмотря на все уверения Победоносцева.

Во-вторых, любая полученная исходная информация о предстоящем поиске бесноватого может оказаться частично неверной. Мы выезжали по конкретному адресу, рассчитывая встретить слабенького маньячилу, совсем недавно ставшего бесноватым. А в результате пришлось схлестнуться с тварью иного уровня: с сильным бесом быстрыми темпами пожирающим душу хозяина тела. В этом я полностью уверена, после контакта с ним.

В-третьих, справиться с таким бесноватым я не должна была несмотря на всю свою спортивную подготовку. Слишком он был быстр и силён. Даже опытный вояка ефрейтор Щукин показался ему досадной помехой и ничем более.

Но ещё старец Власий говорил, что не раз замечал, как во время эмоционального всплеска во мне просыпается некая сила, способная легко подкову согнуть и на лету мухе крылья оторвать. Правда, до конца я её не осознаю, так как ещё не пришлось по-настоящему оказаться в очень опасной ситуации.

Не поверила тогда этому мудрому человеку. Бывало, конечно, что, находясь рядом с клеткой бесноватого, испытывала некий странный душевный подъём, но к суперменству из голливудских боевиков он не имел никакого отношения. Сегодня убедилась, что Власий был прав. Как только бесноватый схватил меня за горло, то сразу же перешла в некий боевой режим. Будто лошадиной дозой допинга тело накачали. Через минуту после схватки отпустило, но я помню это состояние.

Придя домой, тяжело опустилась в кресло. Ощущение вымотанности полное. Как после интенсивной многочасовой тренировки. Но расслабиться не получилось. Раздался звук дверного звонка, и буквально через несколько секунд в гостиную влетел разъярённый Водянов-Сульский. Следом за ним появилась испуганная Анфиса. Кажется, сейчас продолжится неприятное выяснение отношений …