Глава 13

Я краснею до корней волос. Мы с Никитой просто пялимся друг на друга. Я словно голая перед ним сижу, хочется прикрыться, а лучше залезть под стол. Сразу вспоминаю, что он давно знает о наших с Денисом отношениях и до сих пор никому ничего не рассказал. Не то чтобы это автоматически делает Никиту участником какого-то тайного сговора. Просто позволяет легче принимать ситуацию. – Орлов, давай без твоих комментариев, – хмуро комментирует Денис, поправляя рубашку. – И без распространения информации. – Да мне вообще похрен, чем вы тут занимаетесь, еще я не обсуждал, кто с кем спит. – Он демонстративно закатывает глаза, а у меня покалывает щеки. Потому что, блин, обсуждал два месяца назад, но старательно делает вид, что ничего не было. – Я подписал документы на завтра, заполнил, теперь все ок. – Подойдя ближе, он кладет на край стола папку, которую я ему отдала перед тренировкой. – Если ничего больше не нужно, я пойду. Не буду мешать, – он переводит взгляд на Дениса. Савицкий не в восторге. Никита резок в выражениях, но мне сейчас не до показной вежливости. Я хочу провалиться сквозь землю, чтобы больше не ловить на себе косых взглядов, которые то и дело бросает на меня Орлов. – Да, это все. Не забудь взять джерси с собой. – Окей, – кивает он. – Хорошего вечера. – И тебе, – роняю ему в спину. Когда за Никитой закрывается дверь, мы с Денисом просто пялимся друг на друга несколько секунд. Между нами столько всего: растерянность, страх, легкая неприязнь. Мы договорились не афишировать наши отношения в хоккейном клубе, это не сулит ничего хорошего. Савицкий согласился, только теперь, когда нас открыто заметили, он не предпринял ничего, кроме одной-единственной фразы. – Я пойду, – говорит Денис. – Позвоню, как закончу. – Удачи, – отвечаю тихо и, кивнув, возвращаюсь к ноутбуку, потому что хочу еще раз все проверить. Заканчиваю я только спустя час. Шея болит от долгого сидения в одной позе. Размявшись, я меняю рабочие кроссовки на сапоги, и наконец собираюсь домой. В Ледовом уже давно нет никого, кроме охраны. Стук моих каблуков эхом отлетает от стен. Я снимаю кружок пустого коридора и публикую на канале «Орлов», желая всем подписчикам хороших выходных. И да, когда-нибудь я выбью из Никиты ролик, где он говорит пожелание на выходные и обязательно подпишу сообщением «главный орел следит за тем, как вы проводите вечер пятницы». Настроение стремительно поднимается. Поля шлет видео с концерта NЮ, на который я, к своему большому сожалению, не смогла попасть. Я просматриваю ролики, пишу, что хочу к ней, и прошу добыть для меня послание от Юры – того самого певца. Она обещает достать, я желаю ей веселого вечера и прошу написать, как доедет домой. Следующий контакт в списке пятничного вечера – мама. Вдохнув поглубже, я нажимаю на вызов и слушаю гудки. – Ой, милая, привет. – От приторной заботы в голосе мне становится дурно. Мама бывает такой только в двух вариантах: либо она с подружками и уже хорошенько навеселе, либо с новым ухажером. – Как твои дела? – Хорошо, мам, – я не спешу развеивать образ прекрасной родительницы. Просто надеюсь, что сегодня меня минуют нотации и заверения в том, что я плохая дочь. – Только закончила работать. Ты как? – Ох, бедняжечка. Десятый час, Настя! Ты совсем себя не бережешь. Нельзя работать так долго, ты ведь знаешь, что мелатонин вырабатывается с десяти вечера и до двух ночи. В это время нужно спать, а не возвращаться с работы и запихивать в рот все, что плохо лежит в холодильнике, – мама страдальчески вздыхает. Уверена, она качает головой, чтобы придать своему образу больше участия. – Все нормально, мам. Завтра высплюсь, мне до обеда никуда не надо. – До двух ночи, ты слышишь меня? В остальное время все бес-по-лез-но! О красоте в старости нужно думать в молодости, – говорит она поучительным тоном. – Ладно-ладно, ты все и так знаешь, родная. А меня пригласили в театр. У нас сейчас антракт, но он уже скоро закончится. Так что поболтаем завтра, ладно? Люблю-целую! Я не успеваю попрощаться. Мама бросает трубку, а значит, до послезавтра я совершенно свободна от ее придирок, потому что у нее новое увлечение. И неважно, как пройдет сегодняшний вечер – в любом из вариантов мама вторую половину субботы проведет с подругами, обсуждая своего кавалера. Порадовавшись тому, что я легко отделалась, выхожу на улицу. И вот тут понимаю, что за все хорошее в этой жизни придется платить. Легко поговорила с мамой? Зато стихия разбушевалась не на шутку. То ли дождь со снегом, то ли снег с дождем. Я поднимаю воротник пальто и жалею, что не взяла шапку, хотя в свое оправдание могу сказать, что утром ничего подобного не наблюдалось. Придется вызывать такси, потому что пока дойду до остановки в такую погоду, промокну до нитки. За спиной хлопает дверь. Я не оборачиваюсь. В такое время здесь бывает только персонал и тренеры, если вдруг задержались на совещании. Открываю приложение и мысленно ругаю дурацкую молнию, означающую повышенный спрос. Не то чтобы я была стеснена в деньгах – больше нет. Новая работа покрывает все потребности с лихвой. Но конский ценник за пятнадцатиминутную поездку меня убивает. – Настя, тебя подвезти? – раздается рядом со мной голос Никиты, и я, недолго думая, соглашаюсь, выбирая между дождем и комфортной поездкой до дома теплый салон машины.