Глава 19

Раньше первым моим позывом было бы бросить все и мчаться в бой, сейчас я банально не мог себе этого позволить.

Да и мои привычки постепенно изменялись, и сейчас, вместо того, чтобы действовать по принципу — «ввяжемся в бой, а там посмотрим», я запросил более полную информацию.

— Кто нападает, Рим? Какие силы? Где конкретно произошел прорыв?

— Из того, что я вижу по карте, — голос мага дрожал от возбуждения, — это… Это ещё один Претендент!

— Ещё один? — переспросил я. — Правильно ли я понимаю, что это Претендент Двенадцатого сектора?

— Да, все так, — торопливо подтвердил маг, — В одном секторе не могут появиться сразу два Претендента. Но нападать на соседние сектора не запрещено.

— Но… — я впился взглядом в развернутую карту, — какой в этом смысл?

— На самом деле, смысл есть, — поправил меня Рим. — Я читал в хрониках, как один из Претендентов дождался, пока его конкуренты завязнут в Поясах, и один за другим захватил все Внешние районы.

— Перекрыл снабжение? — предположил я.

— Точно, — подтвердил мою догадку маг. — Правда, ему это все равно не помогло. Трое претендентов, разозленные поражением из-за нехватки припасов, вернулись назад и устроили на этого умника самую настоящую охоту.

— Тогда я точно не понимаю, зачем он ко мне полез.

— Не забывай, — к беседе подключился Шулер, — что чем меньше конкурентов, тем выше шансы отдельного Претендента.

— Об этом я даже не думал, — признался я. — Ведь Претендентом может стать только тот, у кого в жилах течет кровь Императора.

— И? — не понял меня Рим.

Шулер с Варигом тоже не поняли, какая здесь связь.

— Значит, мы родня, — терпеливо пояснил я. — Пусть и дальняя, но всё же.

— Вот как, — голос мага стал задумчивым. — Выходит, вражеского Претендента не убивать?

— Да.

Умом я понимал, что из-за этого решения впоследствии могут возникнуть проблемы, но в душе точно знал — это единственно верный путь.

К тому же, стоило мне принять это решение, как я почувствовал прокатившуюся от рода волну одобрения.

Такого сильного контакта, как раньше, не было, но одобрение или недовольство предков я ощущал хорошо.

— Принял, — неохотно отозвался Рим.

— Как там вообще? — судя по карте, на границе секторов кипел нешуточный бой.

— Да как вам сказать, — Рим на секунду задумался. — Действуют они слишком уж осторожно… Замах на золотой, удар на медяшку. С места боя непрерывно поступают донесения, но до полной картины ещё далеко.

— Давай, какую есть, — потребовал я.

Мне нужно было точно знать, насколько серьезна угроза, чтобы принять решение — мчаться на место прорыва или заниматься исследованием Темной зоны.

— Один момент…

Рим, несмотря на свою огненную сущность, жил будто бы в замедленном временном потоке.

Очень уж они с Драмом привыкли действовать не спеша, просчитывая каждый свой ход, и из-за этого у нас иногда случались небольшие разногласия.

Нет, я тоже любил все просчитывать стратегически, но тактические решения принимал быстро.

— Войско вражеского Претендента насчитывает тысячу клинков и пару десятков магов. Один таран, которым они вышибли старую ржавую решетку и две катапульты, которые без всякой системы швыряют валуны на нашу территорию.

— Стрелки?

— Сотня арбалетчиков и полторы сотни лучников.

— Лучники-то у него откуда? — удивился я. — Они же только во Втором и Первом поясах встречаются?

Если арбалетчика можно было подготовить за неделю, то на обучение лучника уходили годы.

Снаряжение, эликсиры, постоянные тренировки и обязательная склонность к Воздушной или Огненной стихии…

Можно сказать, лучники были штучным товаром и рано или поздно оказывались во Втором поясе.

Или уходили туда сами, или их переманивали хэдхантеры Наместников.

Поэтому, я ещё мог понять, если бы лучники пришли из Третьего пояса, но Внешний?

— Это охотники, — отозвался Рим несколько секунд спустя, — точно охотники. В Двенадцатом секторе раскинулся добрый лес.

— Справимся? — нахмурился я.

Среди охотников тоже попадались самородки, но в сравнении с лучниками, они были ненамного лучше арбалетчков.

— Справимся, — уверенно отозвался Рим. — У нас до сих пор нет потерь! Да и потом, Драм уже на месте. Сейчас он им покажет!

— Покажет, говоришь? — я внимательно посмотрел на карту. — Рим! Передай брату, пусть задержит их, но не убивает.

— Всё-таки решил вмешаться? — с неодобрением уточнил маг.

— И правильно, — поддержал меня Шулер. — Если Михаил сумеет перетянуть хотя бы половину бойцов на нашу сторону, будет здорово!

— Здорово-то оно здорово, — проворчал Вариг, которому не терпелось зайти в Темную зону. — Но мы что, зря сюда пёрлись?

— Не зря, — улыбнулся я и протянул карту сталкеру. — Посмотри внимательно район прорыва.

— Темная зона? — тут же смекнул Вариг, разглядев знакомую «семечку».

— Она самая, — кивнул я, призывая УГ, и забираясь в него. — Она, конечно, ближе к Башне, но зато начнем не с середины, а с самой крайней зоны.

— Я за! — тут же согласился Шулер. — От Башни оно как-то поспокойней будет.

— Ну ладно, — вздохнул Вариг, убирая карту себе за пазуху, — только нам обратно несколько часов топать. И это не считая засад, которые устроят местные шныри.

— Залезайте на броню, — я присел и подвигал плечами, указывая, где именно следует располагаться. — И врубайте защитые амулеты на полную.

— Побежим? — с предвкушением уточнил Шулер, уже забравшись на левое плечо.

— Полетим! — поправил его я и, дождавшись, когда Вариг займет свое место, поднялся на ноги. — Держитесь крепче!

* * *

Я старался бежать по открытым местам, но пару раз приходилось сворачивать в подворотни.

Местные ещё не до конца уяснили, что в Третьем поясе сменился хозяин, и устроили на нас несколько засад.

Первую засаду я просто-напросто оббежал, а вторую пришлось… растоптать.

Хлипкая баррикада из трухлявой мебели не стала для моего УГа сколько бы то ни было значимой преградой, и я смел её, даже не снизив скорость бега.

Варигу с Шулером, конечно, пришлось туго — в них так и летели арбалетные болты, отравленные дротики и прочая пакость — но ребята справились.

Точнее, справились их защитные артефакты.

Когда же мы выбрались из трущоб, стало и вовсе хорошо.

Встречные патрули, предупрежденные по амулетам связи, уступали нам дорогу, горожане провожали нас любопытными взглядами, и я с удовольствием гнал УГ вперёд.

Кто хоть раз сидел за рулем своего авто на загородной трассе, поймет, о чем я говорю.

Машина мчится вперёд, движок утробно рычит, и ты чувствуешь скрытую под капотом мощь.

Жмешь педаль газа, и твоя ласточка чуть ли не взлетает!

В УГе приходилось бежать самому, но это было ещё круче.

Бежать, практически лететь, и на каждом шагу восторгаться, каким чудом эта многотонная махина так порхает!

В общем, до места прорыва мы домчались за каких-то полтора часа. И то только потому, что несколько раз пришлось огибать стройки и дорожные ремонтные работы.

Все это время Рим держал меня в курсе дела — где засели пехотинцы Двенадцатого, сколько арбалетчиков пострадали в результате уничтожения баллист, чем занимается сам Двенадцатый.

Называть его Претендентом у меня не поворачивался язык — ну какой из него Претендент, если вместо того, чтобы идти в центр, он решил ударить в спину?

А вот Двенадцатый звучало органично, что ли?

Когда до района боевых действий осталось два квартала, Рим завалил меня информацией про вторженцев.

Где, сколько, вооружение, боевой дух, снабжение и прочие полезные, но не слишком интересные вещи.

Но, поскольку я собирался ни много, ни мало переманить войско Двенадцатого на свою сторону, пришлось слушать внимательно и запоминать.

Бывает, для того, чтобы убедить противника сложить оружие, достаточно рассказать про уничтожение обоза с едой или озвучить точное количество оставшихся арбалетных болтов.

— Они откатились на стены, — инструктировал меня Рим. — Хотели в третий раз пробиться к башне, но Драм не дал.

— Правильно, — выдохнул я, выворачивая из-за угла. — Нечего им там делать.

Я не знаю, зачем Двенадцатый хотел прорваться к башне, но, думаю, это была его вторая ошибка.

Первой был сам факт нападения.

Мне было очень интересно узнать, что двигало Двенадцатым и зачем ему давным-давно заброшенная башня, и я планировал выяснить это лично.

— Он со своими гвардейцами на площади, выстроились, словно на парад, — предупредил меня Рим. — Собираются повторить попытку прорыва.

Я бы на месте Двенадцатого уже бежал домой.

Если твои маги ничего не могут сделать вражеским воинам, а при попытке пойти по широкой дороге перед тобой вырастает каменная стена — это серьезный повод задуматься.

Но Двенадцатый, видимо, был максималистом.

— Шулер, Вариг, соскакивайте! — крикнул я, затормаживая у последнего на улице каменного дома.

— Я в тыл, — негромко бросил сталкер, растворяясь в ближайших тенях.

— Я с тобой! — Шулер уже спрыгнул на мостовую, а в его руке сверкнул клинок.

— У тебя амулет почти разрядился, — предупредил его я, — держись за мной.

— Амулет — ерунда, — улыбнулся Шулер. — Да и эти ребятки по сравнению с Бруно ерунда.

— А при чем здесь Бруно? — не понял я, выходя на оперативный простор.

На крышах каменных домов засели наши арбалетчики и маги и вяло постреливали в сторону пограничных стен.

— Ну как это, — усмехнулся воин, — если он узнает, что я оставил тебя без прикрытия…

— Ясно, — кивнул я, с полуслова понимая Шулера.

Бруно последнее время вбил себе в голову, что он мой личный телохранитель, и мне чудом удалось убедить его остаться при армии.

Впрочем, увидев, что творится на площади, я тут же позабыл про Бруно.

Несмотря на то, что пограничные стены между секторами достигали высоты в пять, а местами и в десять метров, сами они походили на сыр.

Слишком уж много было многочисленных ходов, лазеек и даже ворот.

Да, большая часть из них была запечатана магическими печатями, но разве же можно перекрыть все лазы?

И у Двенадцатого, видимо, была хорошая карта, поскольку соседи так и лезли изо всех щелей.

А через единственные в этом райончике незапечатанные ворота, решетку которых снес таран Двенадцатого, сейчас вкатывалась уставшая баллиста.

Войско Двенадцатого уже насчитывало около двух тысяч человек, и с каждой минутой воинов становилось все больше.

Арбалетчики и охотники тут же принялись осыпать меня болтами и стрелами, но я даже внимания на них не обратил.

Зачарованных снарядов я не почувствовал, а значит соседи лишь переводили боеприпас.

Зато я почувствовал ауру Двенадцатого.

И это, судя по моим ощущениям, был аналог моей ауры Лидерства. По крайней мере, от воинов так и несло решительностью и верой в скорую победу.

— Что ж, — пробормотал я себе под нос. — Клин клином вышибают?

И дал волю своей ауре.

За спиной тотчас расправились призрачные крылья, появилось ощущение полета и эйфория намечающейся битвы.

Арбалетчики, вяло отстреливающиеся с крыш, тут же приободрились и вместо одиночной стрельбы ударил слитный залп.

Ну а мои маги и вовсе переключились с защиты на атаку, и во въезжающую на мою территорию катапульту ударило сразу же три огненных копья.

За спиной послышались отрывистые команды — это командиры подразделений готовили тяжелую пехоту для таранного удара.

Вражеская же армия, столкнувшись с моей аурой, мгновенно сникла.

Мне достаточно было постоять на площади минут пять-десять, и несколько сотен моих пограничников, отряды стражи и маги разбили бы соседей в пух и прах.

Но у меня на воинов Двенадцатого были свои планы.

Не замедляя хода, я вскинул руку вверх, и мои ребята дисциплинированно замерли. Я же, остановившись так, чтобы меня было хорошо видно, произнес.

— Приветствую соседей из Двенадцатого Башенного района!

От простых воинов тут же потянуло смущением — чего я и добивался, ну а Двенадцатый так и полыхнул негодованием.

— Так нечестно! — чудом не сорвавшись на фальцет, заявил здоровенный воин с огромным двуручником.

Несмотря на внушительный внешний вид, от Двенадцатого так и несло эмоциями.

Причем, их сила сбивала меня с толку. Будто передо мной стоял не воин-здоровяк, а… мальчишка?

— Я тоже хочу робота!

— Та-ак… — я посмотрел на свои рунные двуручники, которые достал для большей внушительности, и убрал их в наспинные крепления.

Неужели…

— Я приказываю…

— Один момент, мой господин, — стоящий около здоровяка пожилой воин мягко перебил Двенадцатого, — разрешите провести переговоры?

— Я хочу робота! — капризно заявил здоровяк, а мне показалось, что пожилой вояка украдкой вздохнул.

— Разумеется, мой господин.

Всего передо мной находилось примерно полторы тысячи воинов.

Ровные коробочки взводов, сигнальные флажки и трубы, офицеры на конях и даже скрываемый вражескими магами отряд бронированной кавалерии.

Помимо конницы, маги также прикрывали сотню рыцарей с двуручными мечами и… две мортиры!

Ей-Богу, кто-то решил поставить на кон всё, что у него было!

Да с такими силами можно было давным-давно дойти до Башни! Пусть и с потерями, но тем не менее…

Либо Двенадцатый задумал коварную ловушку, либо…это демонстрация силы?

Пока я внимательно рассматривал соседей, ко мне приблизился пожилой воин.

Шлем он снял и держал в руке, и чем ближе он подходил, тем я лучше видел его седые волосы и изрезанное морщинами лицо.

— Приветствую Претендента Первого Башенного района! — не дойдя до меня три шага, воин остановился и начал говорить. — Меня зовут Крон Камень, и я представляю интересы моего господина…

— Скажи ему про робота! — крикнул Двенадцатый, а Крон вздрогнул, словно в него бросили камнем.

По воину было заметно, что он отчаянно боится находиться рядом с трехметровой громадиной УГа, но Крон, как я понял по его эмоциям, был из тех людей, кто ставит долг превыше всего.

Немного подумав, я отозвал УГ и уже привычно приземлился на брусчатку, вызвав тем самым волну удивления.

Пожилой воин снова вздрогнул и хотел было что-то сказать, но я его опередил.

— Здравствуй, Крон. Меня зовут Михаил Иванов. Поправь меня, если я ошибусь, но… ты Часовой Двенадцатого сектора, так?

Если Рим с Драмом в магическом восприятии ощущались как бушующий огонь или каменная лавина, то стоящий передо мной воин был… камнем?

Я чувствовал таящуюся в нём силу, но то ли он её виртуозно скрывал, то ли эта сила была другого порядка, но магией от него не пахло.

И тем не менее, я был готов поставить на кон свой УГ, что дедушка, сверлящий сейчас меня неожиданно пронзительным взглядом, и есть Часовой.

— Так, — видимо Крон разглядел в моих глазах что-то важное для него, поскольку его плечи сгорбились, и от него так и повеяло смертельной усталостью.

Тынц!

Полет арбалетного болта я скорее почувствовал, чем увидел, и вскинул перед собой левую руку.

Гораздо проще отбить стрелу или болт, чем пытаться их поймать, но накатившее на меня вдохновение подсказывало — у меня получится.

И, действительно, получилось.

Ладонь обожгло горячей болью, и, взглянув на пойманный болт, переломил его пополам.

Воины что моего, что соседнего секторов замерли в ожидании команды на атаку, а где-то со стены донесся запоздалый импульс страха и растерянности.

— Прошу прощения… — Крон побледнел от осознания того, что только что увидел.

Ведь, не поймай я арбалетный болт, он попал бы мне прямо в лицо, и о мирном соглашении можно было бы забыть.

— Забудь, — посоветовал я.

Понятно, что это была случайность, и у кого-то на стене просто-напросто не выдержали нервы.

Будь это намеренная попытка сорвать переговоры, эмоции стрелка были бы совсем другие.

— Это правда случайность, мы…

— Забудь, говорю, — я перебил Часового и тут же, понизив голос, кивнул на Двенадцатого. — Сколько ему лет?

Часовой покосился на закованного в полный доспех воина, погрозил кому-то на стене кулаком и повернулся ко мне.

— Тринадцать.

— Мда… — протянул я, пытаясь осмыслить ситуацию.

Это была никакая не ловушка и не демонстрация силы. Просто мальчик решил поиграть в солдатиков…

— Вот почему… все так осторожно и показушно?

— А как по-другому? — вздохнул Крон. — Сунулись было в Третий пояс, но нам там так врезали, что чудом ноги унесли. В Одиннадцатом, по слухам, некромант власть взял, а у вас тут поприличней.

— Ясно, — вздохнул я. — Как зовут-то его?

— Иоанн Алексеевич, — вздохнул Крон.

— Иоанн? — переспросил я. — Ваня, что ли?

— Иоанну не нравится, когда его так называют.

— Мда, Крон, — я посмотрел на воина с сочувствием, — тяжело тебе пришлось?

— Да уж нелегко, — криво усмехнулся Часовой.

— Зови сюда… Иоанна, мирное соглашение будем подписывать.

— А…

— А насчет войнушки не переживай, будут ему и бои, и жаркие сражения, и, возможно, победы.

Крон вздохнул и посмотрел мне в глаза.

— Могу ли я рассчитывать на ваше понимание?

— Можешь, Крон.

Судя по всему, не один я был весь из себя стратег.

Ведь Часовой Двенадцатого сектора явно неспроста привел все свои войска ко мне на территорию. Да ещё и топтался на месте, бряцая оружием.

Зуб даю, Крон тщательно разведал всё, что творится в соседних секторах, и не придумал ничего лучшего, чем устроить фиктивное вторжение.

И его расчет, надо признать, был более, чем удачным.

Во-первых, войска двенадцатого сектора прониклись моей аурой, и ни у кого не будет сомнений, что мировая — лучший вариант.

Во-вторых, это была не позорная сдача сектора, но демонстрация силы, после которой впечатлившийся Претендент Первого сектора предложит мировую.

В-третьих, Крон просто-напросто спихивал мне, хе-хе, Иоанна.

Впрочем, я его понимал. В тринадцать лет сложно ставить долгосрочные цели, а вот поиграть в героя очень даже хочется.

— Сейчас сюда подойдет один из моих помощников, Верховный маг Драм.

— Знаю такого, — кивнул Крон.

— А это, — я показал на сопровождающего меня воина. — Шулер.

— О! Рад знакомству с уважаемым… Шулером, — в глазах Часового мелькнуло узнавание, а воин недовольно поморщился.

Хах! Видимо, Шулер успел оставить после себя много воспоминаний…

С удовольствием послушал бы версию Крона, но позже.

— Думаю, вы в курсе заведенных мной и Советом порядков?

— В курсе, — подтвердил Часовой.

— Собирайте свой совет, будем… обмениваться опытом.

— А Иоанн?

— А Иоанном, — я посмотрел на нетерпеливо переминающегося с ноги на ногу рыцаря, — я займусь лично.

— Я рад, что не ошибся в вас, Михаил, — в голосе Крона послышалось неимоверное облегчение, а сам он стал походить на спущенный воздушный шарик. — Знали бы вы…

Не договорив, Крон махнул рукой и тяжко вздохнул.

— Догадываюсь, уважаемый Крон.

Мои войска до сих пор зачищали опасные районы Третьего пояса и выкуривали не согласных с новой политикой магов…

САБ только-только втягивался в работу, слегка поредевший после чистки, устроенной Отто…

Меня ожидала разведка Темной зоны и поиски скрытого там Золотого пьедестала…

А де Вега тем временем вовсю продвигался по Второму поясу…

В общем, проблем было выше крыши, и это, не считая экономики и социалки!

Я же, вместо того, чтобы заниматься действительно важными вещами, только что получил в свое попечение великовозрастного ляльку.

— Ну что, братец, — я отсалютовал Двенадцатому клинком, и тот, не слыша меня, с задержкой, но отсалютовал мне в ответ. — Хочешь подвигов и свершений?

Я махнул Двенадцатому и он, немного помедлив, направился к нам с Кроном.

— Их есть у меня.