Глава 10

Честно говоря, до того, как встретиться с Хмурым, я недоумевал зачем нужно было выходить за территорию княжества.

Ведь есть же внутренний портал, который может доставить прямо на заставу?

Поэтому, пока мы добирались сначала до села, а оттуда на лошадях до ближайшей деревушки, Хмурый довольно подробно рассказал мне о планируемом маршруте.

Оказалось, что все портальные прыжки регистрируются в княжеских канцеляриях и хранятся в центральных библиотеках.

Об этом мало кто знал, но дворянские семьи старались о таких вещах не забывать. К тому же, при желании, можно было даже поднять записи о прыжках столетней давности!

И как в любом обществе под гнетом каких-либо ограничений, начали появляться, скажем так, лазейки.

Порталы контролировались княжеской администрацией, но самые ушлые или предусмотрительные дворяне сумели отстоять право на инкогнито.

И одним из таких дворян был отец Оута, который помимо фамильного меча оставил своему сыну нечто более ценное — информацию.

О портальных сетях, о секретах некоторых родов. Секреты нам были сейчас ни к чему, к тому же Хмурый их и не знал. Зато знал, как не попасть в портальные реестры.

И, судя по всему, знал неплохо.

А вот на мой вопрос почему обычному солдату доверили такой секрет, Хмурый обиделся.

— Я не обычный солдат, а твой личный денщик — это раз, — мрачно взглянул на меня Хмурый. — К тому же я принес клятву крови — два.

В седле он держался уверенно, чего нельзя было сказать обо мне.

— Понял, — покладисто согласился я, проклиная про себя седло, лошадь и ночные конные прогулки. — А что такое клятва крови?

— Нарушишь клятву — умрешь, — как нечто само разумеющееся ответил солдат. — Мой потолок — это сержантство. Я, увы, не Одаренный. Да и Косой мне как брат был. А капитан сказал, что будет шанс отомстить.

В принципе, мотивация Хмурого была кристально ясна, но всё же мне не давал покоя один момент.

— А почему ты не Одаренный? Ведь, если я правильно понял, им может стать почти любой человек?

— Можно родиться с Силой, а можно эту Силу пробудить, — неохотно отозвался солдат. — Но просто пробудить её мало. Нужны специи, волшебные травы и пилюли. Раньше, говорят, у всех способности и умения были, а сейчас… вроде как выродился народ. Да и дорого.

— Понятно, — кивнул я, а очередной кусочек мозаики встал на свое место.

На лицо было эдакое искусственное расслоение общества.

Ведь зачем нужны тысячи Воинов и Магов? Кому-то же надо и землю пахать. Даже Инженеры и те нуждаются в простых механиках и помощниках!

Молчу уж о кочегарах, шахтерах, мельниках и так далее.

В общем, о всех тех людях, на которых держится могущество и сила любой страны.

Лично я считаю, что поощряя становление Одаренных, княжества только бы выиграли. И неважно каких денег это будет стоить.

Но, видимо кто-то во власти решил, что проще управлять тупым необразованным народом.

И ключевое слово здесь было «дорого».

И я его прекрасно понимал. Все мы знаем, что нужно питаться здоровой пищей, следить за здоровьем и всякое такое.

Но на деле мы с легкостью позволяем себе пачку чипсов, баночку пивка или поесть на ночь. Увы, но небольшая вкусняшка прямо сейчас для нас важнее, чем то же самое здоровье в будущем.

Да и нет у большинства людей денег на дорогую здоровую еду, лечебные массажи и прочие альтернативы местным пилюлям и зельям.

И я, если бы не предпринимательский опыт дяди, так бы наверно и мыслил категориями «Как заработать деньги» и «Где выгодней работать» вместо «Как сделать деньги» и «Как заставить их работать на меня».

На этом, кстати, наш разговор с Хмурым как-то увял.

Он, судя по эмоциям, задумался о погибшем друге, а я про финансы и княжества.

Ведь это же странно, когда княжества самостоятельно ограничивают свою мощь, уменьшая количество Одаренных?

Более, чем уверен, что ответ на этот вопрос кроется в истории княжеств, а особенно в принимаемых в то время законопроектах.

С удовольствием бы почитал книгу «Три княжества», но делать это на ходу было решительно невозможно.

К тому, к моему неимоверному облегчению, наш путь на конях подходил к концу.

И хоть он занял не более получаса, мне эти минуты показались вечностью.

Прискакав в какую-то глухую деревушку, Хмурый вручил мне амулет и повел за собой в неприметную арку портала.

Я сделал себе мысленную пометку посмотреть все законопроекты, принимаемые в княжестве за последние лет сто, и с чистой совестью прошел за солдатом.

Тусклая вспышка портала, едва заметное головокружение, и мы, вместо пустыни, попадаем в какой-то заброшенный форпост.

— Где это мы? — я выдохнул изо рта облачко пара и впервые в жизни вспомнил жаркую Пустыню с ностальгией.

— Позже, — буркнул Хмурый, полностью оправдывая свое прозвище. — За мной, быстрее.

— Только не говори, что снова лошади! — шепотом взмолился я, оглядываясь по сторонам.

То, что это была не Снежная поляна было очевидно даже мне.

Никаких домов, никакого села, лишь одинокая холодная крепость, возвышающаяся на горе, словно столетний дуб.

К тому же складывалось впечатление, что эту крепость давным-давно забросили.

От неё так и веяло холодом, смертью и забвением.

Такое ощущение, будто мы прыгнули куда-то в горы, чтобы отсюда двигаться в село уже на своих двоих, ну или на конях.

— Какие лошади, — поморщился Хмурый. — Капитан возьмет платформу.

Платформу? Значит, моё предположение верно, и Оут не хочет светиться в реестровых книгах портальных камней.

Что ж, я только за.

— Вот сюда, — Хмурый целенаправленно прошел через пустующий внутренний двор и нырнул в неприметную дверцу.

Я сразу последовал за ним и успел заметил, как он дергает подставку для факела.

Кхрррр

Часть стены недовольно задрожала и неохотно отъехала в сторону.

Дальше мы минут десять спускались по узкому коридорчику, который, казалось, уходил вниз под тридцать градусов.

Затем перед нами возникла ещё одна стена, и Хмурый повторил фокус с факелом.

Как я понял, мы попали в какие-то шахты, где блуждали еще минут пять, пока, наконец, не вышли в просторный подземный зал.

По центру зала в воздухе висела уже знакомая мне платформа, на которой сидел недовольный Оут и жизнерадостный Жижек.

— Долго, — мрачно бросил капитан, кивая мне в знак приветствия. — Запрыгивайте на борт.

Нас уговаривать не пришлось, и мы с Хмурым заняли свои места на платформе.

— Жижек, с ветерком! — скомандовал Оут и посмотрел сначала на Хмурого. — Ну как там?

Платформа тут же рванула с места, а я поблагодарил себя за то, что предусмотрительно схватился за приваренные к краям поручни.

Надеюсь Жижек не влетит в какую-нибудь развилку, и мы останемся живы!

— Трижды давали взятку, — усмехнулся солдат, не обращая ни малейшего внимания на бешеную скорость. — Безуховых узнал. Его люди терлись на заставе. Остальных не признал.

— Взял? — уточнил Оут.

— Взял, — осклабился солдат.

— Ну и отлично, — кивнул капитан и посмотрел на меня. — Миш, ты как к ядам относишься?

— Сугубо отрицательно, — не задумываясь, ответил я.

— Придется, Миш, — поджал губы Оут. — Иначе так и не узнаем, кто хочет от тебя избавиться.

— А может мне на месяцок засесть в княжестве и не отсвечивать?

— Бесполезно, — покачал головой Оут. — Князь тебе знатную свинью подложил. Большинство, конечно, не верят, что ты наследник, но как говорится береженого и Древние берегут.

— Ну отравит меня Хмурый, а дальше-то что?

Ещё месяц назад я бы сошел с ума от ирреалистичности происходящего, то сейчас воспринимал все совершенно спокойно.

— Дальше ты выживешь, и у нас появится предлог убрать Хмурого, а вместо него поставить нужного человечка.

— Из их числа?

— Ну да, — кивнул Оут, — нужно же понимать откуда начинать разматывать эту ниточку.

— А Бандо?

— О! — усмехнулся Оут, а вместе с ним и Жижек. — Скажем так, сейчас мы богаты, но бóльшая часть этого богатства бесполезна.

— Почему?

— Долговые расписки, внутренние взаимозачеты, счета нескольких восточных банков… И это только верхушка айсберга. Но это сейчас совершенно не имеет значения.

От Оута повеяло тревогой, и я внутренне напрягся.

Не тот человек был капитан, чтобы тревожиться по пустякам.

— Гильдии начали войну, — мрачно бросил Оут. — Мы порасспрашивали немного Бандо…

— Уроды, — отозвался со своего места Жижек. — Подонки.

— Рули давай, — буркнул Оут. — Но в общем и целом сержант прав. Там полноценная боевая операция. Сейчас идет вторая фаза.

— А первая?

— Первую они частично провалили, — усмехнулся Оут. — Благодаря тебе. Не получилось выставить дворян простофилями и отморозками.

— Золотой меч? — догадался я.

— В том числе, — кивнул Оут. — В общем, они зашли с козырей. Даже до нашей заставы дошел слух о повышении княжеского налога.

— Распускают слухи? — поморщился я.

— Ещё как, — подтвердил Оут. — Рвутся цепочки поставщиков, затягиваются контракты, со складов исчезают УГи и стрелковое оружие!

— Список коррупционеров-то есть? — тут же уточнил я.

Память деда подсказывала, что само по себе ничего пропасть не может. Забыть армейские могут. Был даже реальный случай, как забыли про целый ангар танков!

Слить горючку и продать её на сторону — легко. Списать вертолет на металлолом — проще простого!

Но чтобы само что-то исчезло… никогда. Всегда есть тот, кто помогает исчезнуть.

— Есть, — вздохнул Оут. — Но короткий. Тех, с кем общался непосредственно Бандо. Основной список зашифрован.

— Расшифровать?

— Не получится.

— То есть Бандо уже все?

— Тот ночной бой не пошел ему на пользу, — ещё раз вздохнул Оут. — Он и часу не продержался. Знал бы ты сколько зелий мы на него израсходовали.

— Верю…

В голове тут же представился образ Бандо, который превратился в истощённый мешок с костями.

— А из тех, что есть, они либо слишком высоко сидят, либо наоборот слишком мелкие.

— Мне нужно изучить все бумаги, — немного подумав, сказал я.

Вот ей-Богу, не хотел лезть в политику раньше времени, но жизнь заставляет…

Очень хочется посоветовать Оуту создать карательный отряд и пройтись по всем из списка. Отобрать награбленное и наказать коррупционеров, продающих свою родину, но…

Но спешка хороша только при ловле блох.

К тому же, начнем чистить этот, хе-хе, нечистый на руку народ, как тут же поползут слухи, а это нам точно не надо.

Значит нужно вникнуть во все расклады, и хорошенько продумать как использовать полученную информацию.

— Я, конечно, простой Воин, — усмехнулся Оут, протягивая мне стопку листов. — Но отметил красным карандашом, кого можно брать хоть завтра.

— Да-да, — покивал я, выразительно покосившись на дворянский герб капитана, — очень простой.

Я посмотрел на ровные строчки имен, рядом с которыми в скобках стояла должность.

— Стоп. Ты, что, отметил одних вояк?

— Единственное, в чем я разбираюсь на все сто процентов — это армия, — пожал плечами Оут. — С этими ребятами я точно смогу справиться. У кого-то можно ночью вынести склад. Кто-то сам все отдаст, лишь бы не подмочить репутацию…

— Куда, думаешь, складывать трофеи? — тут же уточнил я. — Там же при желании можно небольшую армию вооружить.

— Было бы чем вооружать, — пожал плечами Оут. — Часть к себе на заставу. Часть в твой надел.

— Почему в надел? Я же там ещё даже не был?

— Насчет заставы нехорошие предчувствия, — немного помолчав, признался Оут. — Слишком много наёмников. Кстати, мои парни уже дважды ловили мутных личностей, которые расплачивались фальшивыми ассигнациями.

— То ли ещё будет, — поморщился я. — По опыту своего мира могу тебе сказать, что если гильдейцев не остановить, они устроят настоящую революцию.

— Хах! — непонятно чему развеселился Оут, а следом за ним и Жижек с Хмурым.

— Вы чего?

— Да у нас на заставе чудик объявился. Пришел вместе с последней партией рабочих в соляные пещеры. Кружки после смены организует, листовки раздает! Смех да и только!

— Ничего смешного, — нахмурился я. — Как вернетесь берите этого оратора и узнайте откуда он берет листовки, с кем держит связь, кто работает на других заставах.

— Да ладно тебе, Миш, — отмахнулся Оут. — Подумаешь, бумажки какие-то со всякой нелепицей. Ну кто в здравом уме поверит, что князь детей ест и, хуже того, продает их в рабство восточникам?

— Оут, — а вот сейчас мне стало реально тревожно. — Ты только подумай, эти агитаторы добрались уже даже до застав! А что происходит в центральных княжествах? Тебе кажется, что в этих листовках бред написан, но ты просто не в курсе, как народ ведется на пропаганду любого толка!

— Ты преувеличиваешь, — нахмурился капитан.

— Отнюдь! — возразил я. — Даже в моем мире люди практически беззащитны перед качественной пропагандой, что уж о ваших говорить! Как только закончим с северянами, немедленно вяжи этого провокатора. Вдумчиво с ним поговори и сам все поймешь!

— Ладно, — неохотно кивнул Оут. — Знал бы ты сколько всего навалилось в последнее время!

— Верю, — я даже спорить не стал. — Но если появляются фальшивые деньги и агитаторы против князя, я тебе так скажу — скоро так полыхнет, что потом столетия понадобятся, чтобы в себя прийти!

Выступил я откровенно слабенько, поскольку не думал, что придется разжевывать настолько очевидные вещи своим товарищам, но Оут с солдатами впечатлились.

Что Хмурый, что Жижек начали излучать злость и… удивление от творящейся несправедливости, что ли?

— Это ещё что, служивые, — предрек я. — Если этим негодяям получится развязать гражданскую войну, вот тогда туши свет. Победителей точно не будет.

— Умеешь ты, Миш, поддержать, — отозвался Оут. — Вроде молодой такой, а про такие вещи так спокойно рассуждаешь…

— Род подсказывает, Оут, — я пожал плечами, пытаясь унять разгорающуюся в груди тревогу. — Если все так, как ты говоришь Оут, то нужно немедленно собирать и тренировать мобильные отряды верных людей. Как ты там сказал, вторая фаза, да?

— Вторая, — мрачно подтвердил Оут.

— Если княжество не успеет отреагировать, третьей не будет, — пообещал я. — Вместо третьей будет смена власти, а от процветающей земли останется выжженная пустыня.

— Будут тебе отряды, — пообещал капитан. — Вот только с северянами разберемся.

— Со всех сторон навалилось, — Хмурый зло сплюнул куда-то в темноту. — И ведь исподтишка бьют! Нет в них Чести!

— Я попрошу Воронцова наладить производство зелий Бодрости. Думаю, они очень скоро понадобятся.

— Да и так уже на износ, — Оут невидяще посмотрел вперед. — Жижек, долго ещё?

— Почти на месте, кэп, — отозвался сержант, а я почувствовал, как платформа начинает замедлять ход.

— На, — Оут сунул мне в руку веревку. — Намотай на запястья, чтобы в любой момент можно было их снять.

Сам он покопался в сумке Бандо и надел на себя массивный золотой амулет с крупным рубином по центру.

— На живца? — поморщился я.

— А ты как хотел? — удивился Оут. — Я Бандо, ты товар. Жижек с Хмурым на подстраховке.

— Я бы лучше со снайперкой на какой-нибудь крыше посидел, — недовольно пробурчал я.

— Да ладно, — Оут хлопнул меня по плечу. — Я видел тебя в бою. Если повезет — выживешь.

Это вот «если повезет» — мне шибко не понравилось, но я промолчал.

Я понимаю мотивацию Оута, я даже понимаю мотивацию князя, который ментально пытался меня прогнуть.

Путь Воина — бесконечный поединок. С противником, с миром, с самим собой.

И именно в бою Воин становится сильнее.

Но ей-Богу, я бы с удовольствием повоевал из мягкого кресла с чашечкой чая.

Платформа тем временем окончательно остановилась, и я увидел по правой стороне небольшой пятачок, который заканчивался входом на лестницу.

Вход был перекрыт старой ржавой решеткой, но Оута это не смутило.

— Значит так, — капитан спрыгнул с платформы и удовольствием покрутил головой, разминая затекшую шею. — Поднимаемся наверх, оказываемся в старой казарме. Вы двое, — он посмотрел на солдат, — знаете, что делать.

Жижек с Хмурым синхронно кивнули, а я почувствовал идущее от них предвкушение.

— Мы с тобой идем в чайную, а там…

— Действуем по обстоятельствам? — предположил я, чувствуя, как в груди разгорается злой огонёк предвкушения.

— Именно, — ухмыльнулся Оут, протягивая мне Кольцо Контрабандиста. — Главное, чтобы сам Северянин остался в живых. У меня к нему накопились вопросы.

— Не у тебя одного, — зло ощерился я, — вспоминая Айну и Алексию и представляя, что бы с ними было, попади они в руки наемникам. — За дело, парни!

Я чуть ли не физически почувствовал, как вокруг меня разворачивается аура Лидерства, даруя повышение рангов и вдохновляя на свершения.

— Судя по бумагам Бандо, за последние два года было похищено более сорока детей, — голосом Оута можно было заморозить целый океан.

— Мы найдем этих любителей похищать детишек и…

— Надерем им задницы. — мрачно закончил Оут, подходя к решётке и вырывая её одной рукой. — Без пощады!

— Без пощады! — хором отозвались мы, поднимаясь по лестнице следом за Оутом.

Дети — это жизнь. Дети — это будущее. И издевательства над детьми прощать нельзя.

Не знаю, как так получилось, но к тому моменту, когда мы добрались до чайной, я накрутил себя так, что дрожал от напряжения.

— Когда закончим с Северянином, — чужим голосом прошептал я. — Он мой.

— Хорошо… — помедлив, отозвался Оут и толкнул дверь в чайную.

Я, как мы и договаривались, тут же принял несчастный вид и потупил глаза в пол.

Правда, успев, при этом, заметить, что все столики в чайной занятых хмурыми северянами.

Сердце на мгновенье пропустило удар, и в голову пришла запоздалая мысль, что нужно было взять с собой взвод опытных бойцов. А ещё лучше одаренных. А ещё лучше Одаренных с УГами!

— Хах, — едва слышно обронил Оут, по-хозяйски заходя в чайную. — Это будет… интересно.