Глава 22

— Вызов от Песчаного княжества поступил ночью, — начал Дмитро, когда все, включая нашего классного и даже Светозара, собрались в гостиной. — Как назло, все дружины были раздерганы по равнине и не могли оставить свои позиции. Поэтому, глава рода принял решение выслать личную гвардию рода — Стальных черепах. И незамедлительно отдал приказ о выступлении.

Большинство одноклассников воспринимали рассказ Громова как некий аналог телевизора, к тому же Дмитро, надо отдать ему должное, рассказывал интересно.

Я же, вооружившись блокнотом и карандашом, набрасывал краткий конспект с всплывающими по ходу вопросами.

Почему Громовы помчались защищать Песчаное княжество? Неужели не было никого другого? Случайно ли остальные отряды были заняты на других позициях?

— Облачившись в боевые доспехи и УГи, Черепахи выдвинулись в портальную рамку. Их было двадцать человек, не считая отряда поддержки, слуг, взвода Инженеров, лучников и тяжелых арбалетчиков. И стоило Черепахам прибыть на плато, как они немедленно ввязались в неравный бой…

Первыми на плато прибыла дюжина Пятёрок.

Или, другими словами, управляемые Воинами УГи пятого ранга.

Благодаря мощной броне и парным двуручным мечам, Воины в трехметровых управляемых големах, могли держать оборону в самых критических ситуациях.

И именно с их появления начинался бой.

Хитрый сплав брони и магические щиты позволяли выдержать первый удар, ну а покрытые рунной вязью мечи с легкостью ломали вражеское сопротивление.

По уставу пятёрки должны работать в парах, прикрывая фланги друг друга. Поскольку, несмотря на мощную броню и двухметровые клинки, спина остается слабым местом УГа.

Дмитро раз пять повторил, что сила пятёрок — в количестве.

И что заняв выгодную позицию, они могут держать оборону сутками, но стоит одному из них оторваться от взвода, как шансы на выживание стремительно убывают.

В общем, судьба оторвавшегося от взвода одиночки зависит исключительно от мастерства одарённого.

Так вот, появившись на плацу пограничной заставы, пятёрки выстроили цепь и медленно, но верно оттеснили демонов за пределы заставы, после чего на плато прибыли шестёрки и семёрки.

Шестёрками, или УГами шестого ранга, управляют исключительно маги.

Доспехи со всевозможными усилениями делают из них настоящих снайперов, способных наносить как точечные удары, так и обрушивать убийственную магию по площади.

Обычно специализацией шестёрок является нейтрализация вражеских офицеров и командиров, поэтому шестёрки тут же заняли уцелевшие башни и принялись вести беспокоящий огонь по противнику.

С кем бы не приходилось вести бой, шестёрки старались держаться в тылу.

Но хоть их конструкция не предполагает ведения ближнего боя, Маги, оставленные без поддержки, могут рассчитывать на кнопку последнего шанса — разовую телепортацию к командному центру.

Портальными прыжками операторы УГов пользуются крайне редко, но само наличие опции внушало осторожный оптимизм.

Как только шестёрки заняли возвышенности и установили контроль над воздухом, на плато появились две шарообразные семёрки.

Управляются семёрки, или же УГи седьмого ранга, Инженерами.

Как я понял из рассказа Дмитро, семёрки — это аналог земной кавалерии, превосходящий её по эффективности в десятки раз.

Они имеют не только преимущество в скорости, но могут в моменте выпускать до дюжины ГП — големов поддержки.

В зависимости от ранга Инженера, это могут быть как летающие разведчики, так и автоматические турели и даже самонаводящиеся торпеды колёсного типа.

Семёрки обычно используются для молниеносных атак при поддержке пятёрок и шестёрок и обычно вступают в бой после разведки.

Как, впрочем, оно и произошло.

Дмитро взял откуда-то лист бумаги и даже нарисовал сложную траекторию движения семёрок, не переставая нахваливать эти УГи.

По словам блондина, любимое развлечение семёрок — разрушить фланг противника или отогнать вражескую кавалерию.

Потенциал семёрок был настолько высок, что отдельные Одаренные умудрялись выигрывать сражение захватом ставки главнокомандующего.

Дмитро даже начал было перечислять имена самых известных семёрок, но под требовательным взглядом Светозара тут же смутился и неохотно рассказал о минусах:

На дальней дистанции семёрки однозначно проигрывают магам и даже обычным лучникам, использующим магические стрелы.

Как только семёрки появились на заставе, они мгновенно пошли в атаку, активировав своих многочисленных ГП. Укрепившиеся на возвышенностях шестёрки поддержали их убийственной магией, и чаша весов качнулась в пользу Черепах.

Дмитро в своем рассказе постоянно сбивался на технико-магические характеристики УГов, за что лично я был ему благодарен. Правда про сам бой он рассказывал как-то вскользь, будто пересказывая чьи-то слова.

Хотя почему будто?

Но даже опираясь на его скупые слова о десантировании Черепах, в голове начала рисоваться картина происходящего.

Выбив самых сильных демонов и несколько дюжин одержимых механизмов, семерки заняли фланги, а пятёрки, под прикрытием семёрок, принялись планомерно выдавливать демонов в пустыню.

На все про всё ушло не более пары минут, и как только перегревшийся портальный камень телепортировал остальные войска, Черепахи готовы были не просто обороняться, но даже идти в бой.

К тому же телепортировались не только остальные УГи — две восьмерки и девятка с десяткой, но и простые Воины и Инженеры с походной мастерской.

А пока я записывал в блокнот особенности УГов, Дмитро успел описать состав отправляемой на плато подмоги, которая «прям сразу ввязалась в бой».

По его словам, помимо двадцати УГов, Громовы отправили на плато сотню латников, две сотни лучников, триста тяжелых арбалетчиков и две дюжины Инженеров с походной мастерской.

Походная мастерская была необходима как для ремонта всех видов УГов, так и для пополнения боеприпаса. Особенно сильно в ней нуждались восьмёрки.

Управлялись эти УГи восьмого уровня Воинами-Инженерами и представляли они из себя, как я понял, «богов войны», или же артиллерию.

Вообще, восьмёрки использовались в исключительных случаях, например, при осаде замка или кремля. Медленные, неповоротливые, эти УГи могли швырять горшки с огненной водой или обломки скал на огромные расстояния.

При обороне плато, по моему мнению, они были практически бесполезны, но Дмитро заверил нас всех, что это был «удачный тактический ход».

Да и вообще, Громовы отчего-то решили перестраховаться и послали полный взвод, хотя обычно ограничивались пятёрками, шестёрками и семёрками.

Но вообще, описание Восьмёрок мне понравилось, особенно их девиз: Минимум магии и Высокой механики!

Не хотелось бы, чтобы вражеский Инженер перехватил управление восьмёркой и с тыла накрыл твой взвод.

Ещё я запомнил, что управляются восьмёрки исключительно Воинами с развитым навыком Механики.

А при прорыве врага к восьмерке и угрозе окружения или захвата, Воину-водителю предписывается активировать протокол уничтожения, а самому уходить к своим. Единожды запущенный, протокол невозможно отменить.

Описав восьмёрку, Дмитро, забыв про бой, перескочил на рассказ про девятку.

Управлялся УГ девятого ранга элитой княжества — гармоничными одаренными. Такими, как наш директор.

Равномерное распределение рангов гарантировало высочайший уровень адаптации. По сути, Девятка представляла из себя квинтэссенцию восьмерки, семёрки, шестёрки и пятёрки.

Правда, хоть она и может почти всё, но по мощности проигрывает специализации других УГов почти в два раза.

Но разнообразие вооружения и широкий спектр стратегий делает девятку «самым крутым УГом».

Постоянное перемещение с фланга на фланг, тревожащий огонь по вражеским офицерам, постоянный контроль над шестёркой ГП и возможность закинуть в стан неприятеля любой подходящий снаряд — вот за что одаренные любят девятку.

Ну и самое главное, на девятке, также, как и на семерках стоит портальный камень, обеспечивающий эвакуацию дорогостоящего УГа.

Когда Дмитро перешел к описанию десятки, я уже клевал носом, и не надеялся на продолжение битвы.

Да и сама битва, если судить по рассказу Громова уже, вроде как, закончилась. Пришли наши, отогнали не наших…

Но оказалось, что демоны ждали появления Десятки.

Этим УГом десятого уровня, кстати, мог управлять хоть Воин, хоть Маг, хоть Инженер. Единственное условие — наличие у одаренного десятого ранга.

Как я понял из запутанных описаний Дмитро, десятка — это ни что иное, как командный центр с мощной тактической сетью.

Теоретически — самое безопасное место в бою. Практически — всё наоборот, и впридачу ещё огромная ответственность за исход сражения.

По инициативе главы семьи, вместо хорошо укрепленного бункера, десятка внешне неотличима от пятёрки. Единственное различие: вместо парных рунных мечей вооружена силовыми булавами.

Была ли это прихоть Громова или мудрый тактический ход история умалчивает. Но, как я понял, управлять десяткой чертовски сложно.

Мало того, что половина начинки УГа заточена на усиление ментальной связи, а не на повышение боевых качеств доспеха, так ещё и приходится лезть на нём в самое пекло боя.

В противном случае враг почти моментально засекает одинокую «пятёрку», окруженную семёрками и восьмерками, и всеми силами стремится её нейтрализовать.

Получается патовая ситуация — с одной стороны разумно стоять в тылу и руководить боем, с другой — при участии в военных действиях достигалась неплохая, в общем-то, маскировка.

Ну и самое главное — оператором десятки может быть только одаренный десятого ранга.

Закончив с описанием технической части, блондин наконец-то перешел к бою.

Казалось бы, всё шло замечательно. УГи без потерь отбили атаку и плато заполонило войско Громовых.

Воины тут же развернули боевые порядки, пустили караулы, разведотряды, заняли полуразрушенные стены и дозорные вышки.

Инженеры встали у выбитых ворот заставы, вот только разворачивать свою мастерскую не торопились.

С одной стороны, нужно было действовать согласно инструкции — то есть поставить ремонтный лагерь вне зависимости от угрозы извне, с другой — пятёрки под прикрытием шестёрок и семёрок практически закончили зачищать плато.

Да и демонов Черепахи доблестно покрошили, а значит осталось отстоять положенные по регламенту полчаса дежурства и отправиться домой.

Командир отряда — оператор девятки Бруно Громов — уже мысленно принимал благодарность от главы клана, как вдруг последовала внезапная атака на десятку.

Дмитро описывал демонов Пустыни очень скупо и как-то вскользь, но общее впечатление о противниках княжества я составить сумел.

Да и как можно не суметь представить здоровенного песчаного червя?

По плато пошли трещины, сразу же в нескольких местах вспухли фонтаны песка, а выбравшийся на поверхность червь, безошибочно нацелился на командный центр Стальных Черепах.

Но Черепахи не зря считались элитным отрядом Громовых.

Семерки мгновенно отстрелялись по зубастой пасти монстра, а восьмерки тут же отработали по дырам, образовавшимся после фонтанов.

Вот только червь и песочные фонтаны оказались отвлекающим маневром.

Из трещин, про которые все забыли, выплеснулась волна механических пауков и за считанные секунды облепила цепь пятёрок.

Их рунные двуручники, с легкостью разрубающие пустынных демонов, банально не попадали по юрким целям. А сами пауки шустро вгрызались в сочленения доспехов, повреждая ключевые элементы.

Бой ещё не начался, а цепь пятёрок оказалась разорвана, и сразу две отметки исчезли с тактической карты Бруно.

От окончательного уничтожения звено пятёрок спасли совместные усилия двух шестерок и девятки. Мобильные УГи сообразили, что не время экономить и пустили в бой всех своих ГПешек.

Но и это оказалось не всё.

На плато «вынырнули» ещё два червя, а из Пустыни на потрепанных Черепах пошла Песчаная буря.

Дальнейшее повествование Громова сводилось к описанию отдельных схваток с самыми разнообразными монстрами.

По словам блондина, гениальное руководство Бруно позволило не просто выдержать массированный удар Пустыни, но перегруппироваться и ударить в ответ.

В безвозвратные потери вошли шесть пятерок, шестёрка и семерка, погибло четверо одаренных.

Остальные, выжив в длившейся полдня сече, дождались эвакуации местных и прибытия дружин из соседних княжеств.

Бой вошел в бархатную книгу величайших побед княжеств, а Бруно Громов стал национальным героем Пустынного княжества.

Дмитро так и светился, говоря о величайшей победе своей семьи, но меня одолевал скептицизм.

Всё было как-то картонно, что ли? Эти у нас такие-то, эти вот такие-то, потом пришли те, а потом случилась драка, но её я подробно описывать не буду. Герой-командир всех спас, и мы победили.

Правда, треть отряда как-то погибло, но это неважно. Громовы — молодцы, Громовы — спасители, Громовым — ура!

— Мы вас услышали, Дмитро, — Светозар слушал рассказ блондина с непроницаемым выражением лица. — До отбоя ещё час, но я рекомендую вам лечь пораньше. Для работы с Чертогами памяти требуется свежая голова.

Светозар переглянулся с Демидом Ивановичем и продолжил.

— Завтра перед завтраком мы встречаемся здесь и идём в медитативный зал номер восемь…

Ого! Интересно, а в восьмом зале тоже есть камин?

— Настоятельно рекомендую ни с кем не говорить, ничего не читать и вообще не думать. В противном случае, погружение может получиться… неполноценным.

Филипп тут же вскинул руку, и Светозар недовольно дернул щекой.

— Отвечая на ваш не заданный вопрос, Филипп, скажу следующее. Не все слепки памяти были доставлены в княжескую канцелярию. К тому же, часть слепков оказались случайным образом повреждены.

Светозар сделал многозначительную паузу, повторно обменявшись с классным загадочными взглядами.

— Обычно с Чертогами работают старшеклассники — слишком уж там большие потоки информации, и практически нереально увидеть нужную картинку. Да и остаточный фон слишком высок…

— Именно поэтому вам необходимо иметь свежую голову, — подключился Демид Иванович, поднимаясь со своего места. — Ведомство народного просвещения уже вынесло в Большой круг предложение упразднить эту «опасную» для юных разумов практику. Поэтому если вы не пройдете Чертоги завтра, вряд ли вы вообще их когда-либо пройдете.

— А это настоящий боевой опыт, — подержал классного историк, поднимаясь следом. — Который, возможно, поможет вам выжить в вашем первом бою.

— Умываемся и спать, — подытожил классный, направляясь вместе с историком на выход. — Никаких стел, никаких туалетов, никаких прогулок по лесу. Это ясно?

Класс утвердительно загомонил, и дождавшись, когда взрослые покинут гостиную, неторопливо потянулся по своим комнатам, обсуждая по пути услышанный рассказ.

— Я бы взял семёрку, занял возвышенность и на подходе отстреливал бы демонов! — донесся до меня возбужденный голос Меньшова. — Главное, чтобы припасы подносили!

— А я бы наоборот пошел в ближний бой, — возразил Безухов. — пауков бы втоптал в землю и ка-ак вдарил бы и по червю, и по механизмам!

— Надо было отступать, — неожиданно подал голос пограничник Горчаков. — Искать укрытия, устраивать засады.

— И подставлять под удар местных? — задохнулся от возмущения Воронцов.

— Кто живет в пограничье знают, как себя защитить, — пожал плечами Горчаков. — Задача удержать волну, а не победить всех монстров Пустыни.

— А вообще странно, что ваши так сильно полагаются на Науку, — Филипп не удержался и ввязался в спор родовичей. — Воин девятого ранга с легкостью одолеет несколько пятёрок, а от магии семерки просто уклонится.

— Зато девятка твоего воина всухую сделает! — горячо возразил Меньшов.

— За такую гору золота, которая ущла на создание девятки, я смогу трех девятиранговых вольных нанять!

— Такие разве есть? — удивился Роман.

— Чего бы им не быть? — смутился Филипп. — Я слышал про одного оруженосца…

— Да эту байку все слышали, — фыркнул Толстой. — Бред сивой кобылы.

— Ну как сказать… — подбросил на вентилятор Ги’Дэрека.

Мне было очень интересно послушать местные байки, легенды и предания, но мозг уже не работал. Да и голоса одноклассников с каждым словом становились какими-то тусклыми и бесцветными, что ли?

Я молча протиснулся сквозь остановившихся в коридоре пацанов, практически на автопилоте дошел до своей комнаты, закрыл дверь и не раздеваясь упал на кровать.

Отрубился я, кажется, уже на лету.

Интерлюдия. Кабинет директора гимназии

— Коллеги, — Яков Иванович взял графин и набулькал себе в бокал рубиновой жидкости, — рад приветствовать вас на вечерней планёрке. Готов заслушать ваши доклады. Демид Иванович?

— Добрый вечер, — классный руководитель класса «Аз» приветственно кивнул всем сидящим за овальным столом, и раскрыл свою папочку. — У меня две новости. Хорошая и плохая, с какой начать?

— С хорошей, конечно, — хохотнул директор, отхлебывая из бокала.

— Треть учащихся моего класса взяла новые ранги.

Если до слов Демида Ивановича присутствующие в кабинете педагоги негромко переговаривались, делясь новостями за день, то стоило ему закончить, как в кабинете воцарилась гробовая тишина.

— Причина? — бокал с рубиновой жидкостью оказался забыт, а сам директор принялся задумчиво барабанить по столешнице.

— Думаю, у нас появился катализатор, — после небольшой заминки отозвался учитель. — И скорей всего это…

— … форточник, — закончил за него Светозар. — Точно вам говорю!

Педагоги тут же начали переговариваться, обсуждая услышанную новость.

— Нам нужны подробности! — директор постучал карандашом по столу, и разговоры моментально затихли.

— Сам форточник взял два ранга за два дня. Глава его пятёрки, Роман Дубровский взял ранг после потасовки в туалете…

— Громов и Пылаев участвовали? — перебив, уточнил директор.

— Нет, — Демид Иванович покачал головой. — Их пятёрка в это время находилась в классе.

— Жаль, жаль, жаль, — пробормотал директор, нисколько не стесняясь присутствующих в кабинете. — Продолжайте, Демид Иванович.

— А после стрельбы в подземном тире ранг взял Милослав.

— Он же и так уже тройка? — удивился директор. — Разве такое возможно?

— Почему бы и нет, зная, кто его отец, — отозвался Демид Иванович. — Но ранг он взял по стезе Воина. Я видел его стрельбу. Куда там тридцать пять метров! Он и на триста может болт положить.

— Боюсь спросить, какая плохая, — хмыкнул директор, принимаясь что-то черкать у себя в блокноте.

— Про плохую новость расскажет Ольга Ивановна, — Демид Иванович приглашающе кивнул магине первашей.

— Господа, — Ольга Ивановна сидела на своем месте с неестественно прямой спиной. — У нас два потенциальных Одержимых. Причем у обоих хорошие задатки к ментальному сопротивлению.

— Дайте угадаю, — нахмурился директор. — Форточник и…

— Иван Толстой, — подсказал Демид Иванович.

— Толстого трогать нельзя, — немного подумав отозвался директор. — У нас имеется договорённость. Да и жаль пацана. Эти Серебрушки ему все мозги сожгут.

— Но форточник — катализатор! — слегка повысил голос Демид Иванович. — Мы не можем его отдать.

— Мы должны им отдать хоть кого-то, — резко возразил директор. — Мы все помним, чем закончилось неподчинение десять лет назад. А вы помните, Демид Иванович?

— Полной сменой педагогического состава, — глухо отозвался учитель.

— А некоторые попали в гости к Серебрушкам, — добавил директор. — Вы хотите попасть к ним в гости, Демид Иванович?

— Нет, — сглотнув, выдавил из себя учитель. — Нет, не хочу.

— Тогда не мне вас учить, что делать, — отрезал директор. — Готовьте документы на перевод.

За столом воцарилась звенящая тишина.

Учителя мрачно переглядывались, не решаясь заговорить, а директор о чем-то усиленно думал.

— Увы, — наконец-то произнес Яков Иванович. — Не вижу другого выхода. Мне тоже симпатичен Михаил, есть в нём какой-то внутренний стержень, но… Нам придется отдать форточника.

— А что если, — неожиданно для всех заговорил Светозар Иванович, — отправить их… на практику?

— Что за бред! — разочарованно протянул директор, но в следующий миг его лицо изменилось. — На практику, говорите…

— Именно, — подтвердил историк. — Да, практика обычно идет во второй и в четвертой четверти, но наше всеми любимое ведомство народного просвещения, выслало очередные рекомендации…

— Ольга Ивановна, что скажете? — директор внимательно посмотрел на магиню.

— Я согласна, — слегка покраснела девушка, — но только при условии, что при повторной калибровке у них не обнаружится Проклятой ауры.

— Это решаемо, — кивнул директор, — браслеты же у вас? Заодно и лояльный княжеству катализатор появится. — Яков Иванович перевел взгляд на классного руководителя литеры «Аз», — Демид Иванович?

— Жаль пацана, — откровенно признался мужчина. — Но попасть в кабалу к князю лучше, чем к Серебряным. Я за.

— Светозар Иванович?

— Поддерживаю, — непонятно чему улыбнулся историк. — Главное, чтоб не к Серебрушкам. Парень целеустремленный, что-нибудь придумает.

— Игнат Иванович?

— Он же не дворянин? Отдали бы его Серебряным и всё, — пожал плечами физрук. — Но я как все.

— Я вас понял, — директор едва заметно поморщился и перевел взгляд на последнего преподавателя, — Тарас Иванович?

— У парня отличная база, из него может получится гениальный Инженер! Такие мозги нельзя отдавать! Я однозначно за практику, к тому же мы уже начали разбирать устройство арбалета и водяной мельницы.

— Хорошо, — директор обвел взглядом педагогов. — Значит, дадим форточнику шанс.

— Кхм! — Ольга требовательно кашлянула, не спуская с директора глаз.

— При условии, что он успешно пройдет повторную калибровку, — добавил директор, чудом удержавшись от того, чтобы не закатить глаза. — Демид Иванович, готовьте документы.