Глава 9

Лия:

Это участь слабого: красться под покровом темноты, стараться быть незаметным, юлить, обманывать. Падать, когда тебя ударили, и прощать удар ещё до того, как встал, потому что ответить всё равно нет возможности. Неолетанки — одна из самых слабых рас. Мы — высокие ростом слабаки! Мы с рождения учимся, что гордость это глупость, а единственные, за кого можно драться, это наши мужья и маленькие дети. Мы знаем, что влюблённые в нас мужчины часто умнее нас. Что любящие нас женщины сильнее нас. Наши любовники создают для нас жизнь, потому что сами мы её создать не способны, даже для себя самих. Мы фикция! Но фикция всеми любимая. Душа мира.

Я медленно кралась, плотно прижимаясь к стене, чтобы оставаться в тени здания. Глубокий Ар вокруг, камера на виске и наушник для связи с Зов. Прореспубликанский порт. Раннее утро. Около десяти градусов тепла. По удачному стечению обстоятельств сегодня здесь находится один из генералов общереспубликанской армии. Хороший шанс узнать, что там думает Республика.

Посольство располагалось в красивом загородном особняке. Довольно редкая для этих мест роскошь. Так как посещала я генерала впервые, пришлось сначала работать с его охраной, среди людей местных чиновников обработанный человек у меня уже был.

Глава охраны генерала, подтянутый парень лет тридцати, смотрел на меня с наивной нежностью. Его душа, явно, давно желала любви. Он готов был её дарить. Губы разомкнуты, как для поцелуя… И почему меня это трогает?! Наверное, воздержание в полгода — это уже чересчур. Или я после очередной близости смерти опять стала сентиментальной? Надо иногда думать и о собственной физиологии. У меня там где-то, между прочим, совсем молоденький муж. М-да… Которому надо ещё как-то объяснить, чего же от него, собственно, требуется в этом деле. Боги туманов! Охранник распахнул передо мной дверь в спальню генерала, открыв её запасным ключом.

— Подожди меня здесь, мальчик.

На широкой кровати с резными столбиками генерал спал не один. Крепкие руки бывалого военного прижимали к груди мальчишку, лет двадцати от силы. Гибкая стройная фигурка. Крепкие плечики. Младший офицер? Секретарь? Укрыться эти двое как-то не подумали. Они что тут, все издеваются?! Как уроженец Примы, генерал должен быть строго гомофобен. За что мне сегодня этот извращенец?

Я плюхнулась в кресло. Немного отдышалась, успокаивая гормоны. Не, надо завязывать с воздержанием! Приказом Ар разбудила генерала, заставила укрыть, наконец, любовника. Картинка хороша, но сегодня немного сбивает меня с мыслей.

— Ты очень хочешь мне помочь. А я интересуюсь всем, что касается неолетанок. Что против них готовится, говорится, мыслится. Старайся быть конкретным, у меня мало времени. Говори!

— Эээ… Против неолетанок готовятся войска. Империя настаивает на их уничтожении… полном. Простите, ами!

— Как Республика узнала о желаниях Империи?

— Была встреча с доверенным человеком императрицы…

— Как были подтверждены полномочия человека?

— Приглашение на встречу передавал лично официальный посол Империи на Приме. Да и представитель САП подтвердила, что работала с этой женщиной раньше. Эта дама у них что-то типа спецслужб императрицы.

— Как выглядела эта женщина от Империи?

— Как обычно выглядят имперцы?! Длинное платье с кринолинами, распахнутое спереди, что трусы видно. Декольте такое, что грудь вываливается. Ногти сантиметров по пять. Причёска какая-то лохматая…

— Меня интересуют черты лица.

— Лица? Я не запомнил, ами. Когда перед тобой почти голая женщина, лица обычно не видишь.

— Как она преподнесла желание Империи?

— Прямо: заявила, что императрица желает стереть неолетанок с лица Вселенной. Кто откажется содействовать — попадёт в список врагов.

— Как Республика восприняла новость?

— Неоднозначно: правый блок обрадовался, война — хороший способ переделить власть, демократы поворчали, денег на эту затею надо много. Но кто что может сказать против Империи?! Тем более с очнувшейся безумной правительницей.

— Когда и как готовится нападение на неолетанок?

— Непонятно пока. Парламент рассуждает, министерства подсчитывают бюджеты. Следующее заседание через два дня, может, что и решат.

— Твои предположения, мысли?

— Скорее всего, нападут на протектораты. Это дёшево, и сразу заметная галочка перед императрицей.

Когда я возвращалась обратно на корабль к Зов, шёл дождь. Плечо разболелось. Я окончательно замёрзла и промокла до нитки.

Каждый мой шаг, казалось, только углублял пропасть. Всё, что я узнаю, делает ситуацию только ещё безнадёжней. Нас не просто выгонят с САП. Нас ещё и перестреляет Республика. Боги туманов, как мы должны выйти из этого?!

В довершение, так сказать, чтобы добить меня окончательно, позвонил Архо, спросив вместо приветствия:

— Ты Вампов обязательно убиваешь?

— Ээээ… Вообще, я не убиваю людей любой расы, если они мне не мешают.

— Это хорошо. Тогда слушай. Проблема такая: тут вокруг меня Хинти кружат, говорят, что мальчишка, которого Мэй себе купила, вамп, и его нужно срочно убить. А Мэй и маленькой за свои игрушки дралась по-взрослому. Одну Хинти она уже убила и клянётся, что убьёт каждую, кто на этого пацана вздумает покуситься. Короче, тебе стоит вмешаться, пока мы с Мэй не поубавили количество клинковских неолетанок.

Через полчаса после этого звонка пришло письмо от Вестницы:

"Великий мастер, нижайше прошу Вас помочь разрешить крайне важный вопрос. Орден Хинти, обитающий в нашем монастыре, обнаружил в Клинках вампа-подростка. Но беда в том, что принадлежит этот монстрик юной Мэйдалин Аурелии, и расставаться с ним она не хочет. Она уже жестоко убила мастера Амалию. Я напомню, Амалия мастерски воздействовала Ар на, примерно, сорок метров кругом. Свидетели, видевшие это убийство, говорят, что Амалия пыталась заставить Мэй убить мальчишку самостоятельно, и та некоторое время поддавалась её Ар, а потом вырвалась. Я думаю, у Мэйдалин начинают проявляться способности.

Кроме того отец Мэйдалин, генерал-капитан Клинков Архо, объявил, что доверит решение этой ситуации только вам лично…".

Мэй убила неолетанку. Кровь на руках в таком возрасте… Ощутила ли она тяжесть этого поступка, или эта эми давно, по своей сути, даккарец до мозга костей! Для неё это легко? Мне, конечно, понятно, зачем Архо настаивает, чтобы я приехала разбираться. Просто надеется, что я останусь на ночь! Его здесь винить нельзя. Но Вестница-то куда?! Мэй — ещё ребёнок совсем, какой Ар?! А вот орудовать мечом её научили уже на отлично… Любая неолетанка бросилась бы защищать своего любовника. А первого тем более. Просто Мэй, в отличие от обычных эми своего возраста, умеет это делать. И, возможно, по-даккарски не боится убивать. А, значит, теперь, когда в ней проснулся Мева, её можно начинать бояться.

С другой стороны, они оба правы, чтобы ни рушилось во Вселенной, я ответственна за этого ребёнка! Бесы песков, откуда, вообще, в Клинках взялся вамп?!

Вдобавок пришло послание от Морены: "Мудрейшая, признаю твоё право требовать. Утром мой муж специально приедет в город, чтобы отдать тебе обещанное. Прости за вынужденное ожидание".

Ну вот, всё кстати. Утром я приеду в Клинки и разом заберу у Роджера Венки, у Анжея Дэни и, возможно, у Архо Мэй с её вампышем. Последнего лучше избежать… Малышкой нужно заниматься. Её и раньше могла забрать только я, никому другому Архо бы её не отдал. Да и я могла забрать только с ним в придачу. А теперь, когда она машет мечами, таскает за собой вампа, и у неё, возможно, скоро проснутся способности матери, теперь она на сто процентов моя забота. И у меня абсолютно нет на эту заботу времени. Как некстати начал рушиться мир!

Дэни:

В порт узла мы прибыли под вечер. Я уже даже чувствовал себя немного своим среди этих ребят. Помогал им разгружать корабль. Потом подошёл хозяин корабля, мастер Доновар. Аккуратный мужчина, хоть и тоже в военной форме. Я вызвался помочь ему с заполнением бухгалтерских бумаг на груз. Хотелось хоть в чём-то показаться знающим. Доновар мои знания оценил и, проверив бумаги, даже похвалил.

Потом мы все вместе прошли через портал в Клинки. Но возле портала меня никто не ждал. Анжей где-то потерялся. Капитан созвонился с ним. Оказалось, что ребята ошиблись с расчётами времени, мы прибыли на целый час раньше, и Анжей ещё занят. Договорились, что я переночую в казарме, во внутреннем городе, а утром он меня заберёт.

В казарму я не попал. По дороге Доновар пригласил меня к себе ужинать:

— Парень, харчи в казарме не отличаются ни вкусом, ни сытностью. Так что приглашаю тебя к себе. Моя женщина сегодня готовит хорошее мясо. Да не смотри ты так испуганно. Мне нужны умные парни, и я не стесняюсь порой даже переманивать их из других братств. Знаешь, не каждый день у нас мальчишки с САПовским образованием пробегают. Поверь, ацунавы умеют такое ценить.

Капитан усмехнулся:

— Мастер, он ещё и повар шикарный.

Торговец хлопнул меня по плечу:

— Тем более! Давай, Дэнкам, посмотришь, как живут во внутреннем городе. А приедет Анжей, я с ним поговорю. Угощу его с дороги.

Доновар жил в уютном двухэтажном домике, окружённом роскошным диким садом. Вокруг пахло цветами, и в темноте стрекотали кузнечики.

Ужинали мы втроём. Я, Доновар и его единственный, как мне сказали, сын Мет. Мальчишке было лет тринадцать-четырнадцать, и он от чего-то усиленно хмурился. Доновар пытался его разговорить:

— Ты чего такой сегодня? Расстроился, что детский турнир из-за взрыва закрыли? — он повернулся ко мне, объясняя: — Сегодня какой-то сумасшедший рванул небольшую бомбу на трибунах юношеского турнира. Никто не пострадал, но амазонки устроили такую панику, что, сами себя перепугав, эвакуировали всех своих туристов.

Ещё раз улыбнувшись мне, он вернулся к сыну:

— Ну?

— Сегодня Мэй убила неолетанку… Хинти. Та на неё сама напала! Пыталась у неё мальчишку-раба отобрать. Мэй ей с пяти метров нож прямо в горло всадила.

Я чуть не подавился. А Доновар просто нахмурился:

— Вечно с этой Мэй проблемы, — потом опять повернулся ко мне с разъяснениями: — Мэй — это наша соседка, неолетанка, дочка нашего генерал-капитана. Постоянно влипает куда-нибудь! Жуткий ребёнок!

Аппетит у меня отбило напрочь. Соседская дочка всадила нож в горло мастеру Хинти?! А он говорит "жуткий ребёнок", как будто она разбила окно мячиком! Куда я попал?!

Тут в дверь заглянул Барсо:

— Дэнкам, вот ты где! А мне сначала сказали, что ты в казарму спать ушёл, я туда, там ни одного Ан Тойра сотню лет не видели. Ты же хотел карточный турнир посмотреть?!

В этот момент я поблагодарил богов за появление пилота. Карточный турнир — это очень даже неплохо. Тем более что есть я уже не могу и спать после таких рассказов тоже вряд ли получится. Кровавые эни в глазах мерещиться будут. Мне просто необходимо немедленно отсюда убраться.

Я с вопросом глянул на Доновара. Он отмахнулся:

— Иди, конечно, не беспокойся. Анжей придёт, я позвоню Барсиаку, а пока вы возвращаетесь, мы нормально поговорим с генералом.

Всю дорогу Барсо рассказывал мне о прошлогодних играх. Всё-таки он очень похож на Энки. Даже жестами некоторыми. Нас остановили на пропускном пункте:

— Стой! Действует режим третьего кольца, выйдете на свет.

Мы вышли. Вслед за Барсо я снял куртку, чтобы было видно татуировки.

— О, Ан Тойра! А ты здесь откуда?

Ответил за меня пилот:

— У Доновара он остановился. Ацунава его на службу зовёт.

Сега:

Мы сидели в комнате Мэй, взобравшись с ногами на кровать. Она всё так же крепко обнимала меня, зарывшись носом в мои волосы:

— Представляешь, эта Морок должна была забрать меня в свой дом и профилонила. Хрень-пень! Побрезговала! А я, маленькая, так плакала, что у меня нет матери. Мне так нужно было… Знаешь, у меня ведь раньше была семья. Я с фати жила в доме чужой неолетанки. — В голосе Мэй проскользнула улыбка. — Меня там очень любили. Они все такие добрые были. Говорили: "Мышонок, иди к нам"… И улыбались… И фати меня очень любила. У неё такие же кудряшки были, как у тебя, белые и пушистые.

Она запустила пятерню в мои волосы:

— А потом приехал папа и забрал меня. Даже фати не взял. У неё ещё другой ребёнок был. Ты знаешь… я нужна ему очень. Я пока маленькой была, он всё время брал меня на руки и обнимал долго, говорил, что я на маму похожа. А теперь стесняется. Приходит, когда думает, что я сплю, и сидит у моей кровати часами. Он очень её любил…

Мэй некоторое время молчала. Мне даже показалось, что она плачет. Блин, для меня чересчур много всего за один день. У меня всё ещё стоял перед глазами застывший взгляд той окровавленной Хинти. И тот клинок Мэй у самого моего горла! К слезам я был совсем не готов. Да и что я могу для неё сделать?! Подумав, я погладил её по макушке. Она сильней зарылась мне в волосы:

— Морена говорит, что боги создали неолетанок, чтобы исцелять души. Что душа — самое главное в человеке, и когда в ней угасает огонь, человек теряет желание жить. И что меня боги подарили отцу, чтобы сохранить огонь в его душе…

Некоторое время мы оба молчали, думая каждый о чём-то своём.

— Мэй, ты думаешь, я действительно монстрик?

— Не знаю. Мне всё равно! В глазах всех неолетанок я сама монстрик, — она деланно усмехнулась. — Когда я достаю оружие, они готовятся падать в обморок. А если пускаю кому-то кровь, то пару месяцев от меня шарахаются как от лишайной. Они сами оставили меня среди даккарцев и сами боятся того, что из меня получилось… Мы те, кто мы есть! — Мэй поморщилась. — И мы, хрень-пень, ни у кого не собираемся спрашивать, кем нам быть. Если у тебя вдруг вырастут крылышки, обещаю, я не испугаюсь. И никому в обиду тебя не дам. Настоящее даккарское слово даю!

Она кулаком вытерла слёзы:

— А знаешь что, давай, в сети посмотрим про эту расу монстриков.

Ни в одной энциклопедии рас Вампов мы не нашли. Зато нашли несколько строк о них в энциклопедии миров, в статье об Арнелет.

"…Флоновая раса мужчин, группы розовокровых. Населяли южные горные районы основного материка Арнелет. Были истреблены неолетанками ещё до колонизации планеты…". Но самым интересным был не текст, а фотографии каких-то древних картин. На одной из них танцевал почти голый крылатый юноша.

Мэй улыбнулась:

— По-моему, очень красивая раса. И крылышки такие милые. Как у мышки! Хи! Ты знаешь, тебе пойдут!

— Да ну тебя! — но я тоже уже смеялся. Шок отступал. Даже если я — Вамп, то в этом нет ничего страшного. Ну, крылья и крылья! Красивые вполне себе крылья.

В комнату заглянула Кэти:

— Слава богам, вы здесь! А я по дороге услышала, что на стадионе взрыв был, и бросилась вас искать. Кругом толпы. Амазонки из города бегут. Что творится?! Куда Архо смотрит?! Кушать будете?

Дэни:

Это было очень красивое место. Склон горы, а над ним несколькими террасами нависает бар. Весь город как на ладони. Какой-то нереальный, сказочный город. Из древнего рыцарского романа. Где-то там далеко моя Лия с оружием в руке идёт побеждать дракона. А я вот здесь, в высокой башне на краю скалы, жду её.

Игра меня не увлекла. Даккарцы курили, ругались, и это всё очень сильно портило. На маленькой сцене пела и танцевала молоденькая девушка в воздушном платьице. Очень даже миленькая. Всё портил только какой-то парень, который сидел за самым первым столиком и, откинувшись на спинку стула, одной ругой теребил у себя в штанах, пристально глядя на эту самую девушку. Фу!

Мне на плечо легла ладонь:

— Что малыш, игра не очаровывает?

Я повернулся. Рядом со мной стояла высокая неолетанка. Можно даже сказать красивая. Подтянутая такая молодая брюнетка, лет ста.

— Вы что-то хотели, ами?

— Хотела? Что мне может быть нужно, мальчик? Ласки, конечно. Как ты насчёт ласки? Нежно и страстно до самого утра!

И она облизнула губы.

О чём это она? Я отступил.

— Пожалуйста, уберите от меня руки.

Тут она развернулась и нависла надо мной:

— Да не бойся ты! Ты же большой уже мальчик. Что не пробовал с неолетанками? Обещаю, тебе понравится.

Она попыталась ухватить меня за подбородок. Я вывернулся и бросился бежать. Блин! Я что, на аморального мужчину похож, что меня незнакомые неолетанки руками без спроса трогают?

Барсо я нашел почти сразу. Он осмотрел меня:

— Что так дышишь? От кого бежал?

Я сначала попытался объяснить, а потом увидел, что неолетанка, явно, следовала за мной и теперь стоит, облокотившись о перила террасы, и улыбается. Я махнул в её сторону.

— Работорговка?! — Барсо приблизился ко мне и стал говорить тише. — Рисковая ситуация. Говорят, многие из них владеют Ар. Захотят, и ты сам за ними пойдёшь добровольно. Мне ничего. Роджер любого из парней своего братства из-под земли достанет и вернёт. Что бы я ни подписал, притащит обратно и ещё и этих засудит. А вот ты пока не из братства Острова богов. Что делать будем?

Неолетанка ухмылялась, глядя на нас. Жуть! Я сглотнул.

— А какие варианты? Что можно сделать?

— Ну, можно рискнуть, отбрехаться или поближе к гвардейцам встать. Но ар… Можно тупо сбежать. Последнее слегка по-детски, зато точно надёжно. Бегают неолетанки плохо. А городе как раз третье кольцо подняли. Нас с тобой за контур пустят, а её нет.

Я ещё раз взглянул на неолетанку. Я не хотел договариваться с ней. Я, вообще, не хотел приближаться к особе, которая без спросу так распускает руки. Да и что ей говорит?!

— Побегаем!

И мы бросились бежать. По какой-то тропинке вниз по склону, через кусты. Я пару раз упал. Руку ободрал. Испачкался, наверно. Не смотрел. Добежать до этого самого кольца, а там будем разбираться.

Через улицу, прыжком через невысокий забор. Дыхания уже совсем нет. А ведь я спортом занимался, на коньках танцевал. Барсо вон несётся, как скакун чистокровный. А ведь ему ничего не угрожает, только для меня старается.

На уже знакомом пропускном пункте мы дружно повалились на пол.

— Фу!

Меня вспомнили, посмеялись над нашим забегом через кусты и даже спрашивать ничего не стали. Так что мы некоторое время ещё сидели в нескольких метрах за пропускной будкой, переводя дыхание, а потом дружно смеялись.

— Вот так у нас весело! Все другие братства, кого достало бегать до тридцати лет, идут к Роджеру служить. Он своих парней в обиду не даёт. Если пойдёшь к Доновару, тоже автоматом под защиту Роджера попадёшь. А иначе большой риск очнуться проданным какой-нибудь грудастой неолетанке.

Я не спорил. Продать меня неолетанке, конечно, нельзя. У меня на груди знак Миту, означающий, что я уже неолетанке принадлежу. Но, в любом случае, попадать в руки работорговцев я не собираюсь. И противно. И лапают. И Лие не понравится. Скажет, что Анжей меня спать послал, а я зачем-то пошёл игру смотреть. Надо, наверное, вернуться к Доновару и попытаться всё-таки заснуть.

И тут вдалеке что-то прогрохотало. Барсо вскочил и бросился к пропускному пункту смотреть, что там. Я побежал за ним. В паре кварталов за стенами горело здание. Следом раздался новый грохот и рядом с пожаром рванул ещё один дом. В будке зашипел динамик.

— Тревога! Закрыть контур по коду Пять!

И где-то совсем рядом завопила серена.

Барсо дёрнул меня за руку:

— Что стоишь? Тревога!

— А что делать?

— Помогать бежать! Ты же даккарец! Хоть и из другого братства, но даккарец! Ты по военной специальности кто? Оружием, техникой какими владеешь?

Я помотал головой. Какое оружие?! Я в жизни оружия в руках не держал! Тут сейчас что война будет?!

— Ну, у тебя ведь клинки на плече, значит, какая-то военная специальность у тебя есть! Или, может, ты на доктора учился?

Ухватившись за эту мысль, я быстро закивал. Конечно, я ведь учился медпомощи. Я могу помогать местному доктору. У меня в дипломе должно было, кроме всего прочего, стоять "Фельдшер, при техническом оснащении уровня А". Мало ли, что в доме случится. Образованный мужчина должен уметь оказать медицинскую помощь.

— А! — Барсо развернул меня, указывая на здание вдалеке. — Это госпиталь, беги туда, там тебе найдут применение. А я к гвардейцам. Аттурда Даккар!