Глава 18

— Ого, какой голодный! — хмыкнула я, посмотрев на Имхома. — Теперь понятно, почему у вас эту зверюгу просил!

Не удосужившись хоть чуть — чуть оттащить свой долгожданный обед от входа в пирамиду, старейшина улегся на живот рядом с капуцем. Утробно урча, он прижимал когтистой лапой тушу и, вырывая здоровенные куски, жадно глотал.

— Не будем ему мешать, — мазнув взглядом по обедающему съяксу, ответил Итан.

Глянув на капуца, я прикрыла рот и нос обеими руками. Запах сырого мяса, так же, как и свежей рыбы, у меня последнее время вызывал тошноту. Стараясь не дышать, быстренько пошла вдоль подножия здоровенной пирамиды.

Отойдя довольно далеко, остановилась на краю вымощенной камнем поверхности и медленно убрала от лица руки. Глубоко вздохнула напоенный ароматами цветов воздух и неожиданно засмотрелась на траву. Колышась в такт дуновениям легкого ветерка, длинные голубоватые стебли, словно морские волны, растекались по поляне, наполняя душу умиротворением.

Решив, что любоваться травой хватит, подняла взор и тут уж залипла окончательно. Нежно — лиловое небо звало меня! Неотрывно глядя ввысь, размечталась о том, как расправлю крылья и взлечу высоко — высоко.

Пребывая в мечтаниях, я краем глаза следила за мужем, развившим бурную деятельность. Положив рюкзак чуть поодаль от меня, Итан засучил рукава, оголив мускулистые предплечья. Деловито зайдя в траву, он принялся сноровисто резать гибкие стебли огромным, невесть откуда взятым тесаком и сплетать их между собой. Довольно быстро закончив плетение, муж вышел из травы, положил результат своих трудов на теплые камни, выстилающие площадку перед пирамидой. Встретившись со мной взглядом, он коротко улыбнулся и приглашающе махнул рукой.

Я во все глаза смотрела на творение Повелителя, удивительным образом напоминающее большущее гнездо. И что это за намеки? Подозрительно уставилась на супруга. Он сделал для меня гнездо, значит, я… должна привыкать в нем сидеть и высиживать яйца?!

— Ты с утра на ногах. Тебе надо отдохнуть. Здесь будет удобно, — заботливо сказал Итан, мгновенно развеяв мои подозрения.

Открыв рюкзак, он выудил оттуда теплый клетчатый плед. Аккуратно расстелив мягкую ткань на дне «гнезда», вопросительно посмотрел на меня.

«Вот я дура! Это Васе надо учиться яйца высиживать, мне — то зачем?! Совсем спятила…» — мысленно обругав себя, благодарно улыбнулась мужу.

Устроившись с помощью Итана в «гнезде», прислонилась к пружинящей стенке и с наслаждением вытянула гудящие от усталости ноги.

— Хорошо — то как… — прошептала, сложив руки на животе, блаженно улыбнулась и прикрыла глаза.

Но мозг, не желая отдыхать, все подкидывал и подкидывал вопросы, на которые ответов нет, только предположения и догадки. Вопросов тьма — тьмущая, а Имхом занят исключительно своим обедом. И пока не доест (а учитывая размеры туши, это будет нескоро), рассчитывать на продолжение разговора бессмысленно.

С Валом пока не поговоришь, он рядом с будущим папашей. Вася нянчится с яйцом, ошарашенный перспективой отцовства. Тут и вовсе вопросы задавать бесполезно. Итан… муж явно желает, чтобы я сейчас отдыхала и уж точно ни о чем говорить не будет. Одни вопросы, и все без ответов!

Тревога зашевелилась, вызывая неприятный зуд по телу. Не желая чесаться и нервничать (не дай боги, что — нибудь ненароком спалю!), я решила… поспать.

— Вот и умница. Отдыхай, — сквозь легкую дремоту долетел до меня довольный голос мужа.

* * *

Аромат жареного мяса пощекотал мои ноздри. Приоткрыв один глаз, села в своем «гнезде». Поспала я, видимо, недолго, хотелось еще, и, желательно, подольше. Но как сказал Имхом: «Спать хочу, но есть больше!»

Посмотрев на Итана, жарящего над маленьким костерком тушку какого — то упитанного зверька, сглотнула. Кое — как пригладив всклокоченные после сна волосы, с трудом выбралась из своего удобного ложа. Мгновенно повернувшись ко мне, муж тепло улыбнулся и негромко сказал:

— Иди сюда. Мясо готово. Сейчас кормить тебя буду.

— Где наши? — сцеживая зевок в кулак, подошла к Итану.

— Еще не выходили.

Легко держа одной рукой палку с жареным мясом, супруг покопался в бездонном рюкзаке. Вытащив свою куртку, расстелил рядом с костром.

— Садись.

Усевшись, я немного поелозила, устраиваясь поудобнее. Осторожно взяв из рук Итана обжигающий пальцы покрытый хрустящей корочкой и безумно вкусно пахнущий кусок мяса, вонзила в него зубы. Почувствовав нежнейший вкус во рту, прикрыла от удовольствия глаза. Тщательно прожевывая добытое и приготовленное мужем мясо, я от наслаждения заурчала громче Имхома.

Тихонько засмеявшись, Итан отрезал от туши еще один кусок и, сев рядом со мной, принялся неторопливо есть.

— Давай я понесу! Тебе же неудобно! Чего ты упрямишься? — неожиданно услышала звонкий голос Валентайна. — Во рту нести ты боишься, а так мы вечность будем идти!

Проглотив мясо, повернулась к входу в пирамиду и, не удержавшись, засмеялась. Драконом Вася был красивым и, безусловно, грозным, но сейчас вызывал смех. Встав на задние лапы и волоча за собой по земле хвост, Васенька шел в нашу сторону мелкими — мелкими шажками. Осторожно прижимая передними лапами к груди яйцо, он нес его как величайшую во Вселенной драгоценность и, казалось, даже боялся дышать.

— Вась, у тебя рук нет, а у меня есть, — продолжал увещевать Валентайн. — Мне проще нести! Ты чего такой вредный?!

— Сам! — повернув морду к юноше, Вася для убедительности грозно рявкнул. Вызванный громогласным рыком вихрь мгновенно поставил дыбом волосы на голове Вала.

— Да понял я! Чего рычать — то так… — пробормотал тот.

Пригладив светлую шевелюру, юноша, обреченно вздохнув, посмотрел на нас с Итаном непередаваемо печальным взглядом. Потом перевел его на семенящего Васю и побрел рядом.

Пока съякс добирался до нас, то и дело надолго останавливаясь и с тревогой разглядывая яйцо, даже Имхом закончил обгладывать — облизывать косточки. Вразвалочку подойдя поближе, старейшина плюхнулся в траву неподалеку от костра. Положив морду на лапы, он флегматично стал наблюдать за шествием Васи и Вала.

— Это ужас какой — то! — наконец — то добравшись до нас, пожаловался юноша. Сняв с плеч рюкзак, сердито кинул его на траву. — Как мы дальше с ним пойдем, я не представляю! Может, тут оставим?

Бережно уложив бесценное яйцо в моем «гнезде», Вася зубами осторожно подтянул удобное ложе к костру.

— Я тебе оставлю! — прошипел он.

Тяжко вздохнув, Вал вытащил из висящих на поясе ножен уже знакомый мне нож. Сноровисто отрезав от туши внушительный кусок, уселся на траву и с глубокомысленным видом начал жевать.

В очередной раз удостоверившись, что с яйцом все в порядке, Вася с вожделением поглядел на жареное мясо. Что — то неразборчиво буркнув себе под нос, сердито фыркнул. Еще через мгновение черты съякса смазались, и перед нами вновь стояла привычная черная зверюга.

— Иначе мне не хватит, — пояснил Васенька внезапное изменение облика.

Заграбастав оставшееся мясо, он вопросительно посмотрел на нас с Итаном. Широко улыбнувшись, эльф кивнул в сторону жующего Вала. Сокрушенно вздохнув, Вася аккуратно оторвал от туши четверть. Отложив меньший кусок, взял в зубы оставшееся мясо. Усевшись рядом с «гнездом», он буквально за пару минут с аппетитом все съел. Сморщив печальную мордаху, долгим взглядом посмотрел на отложенное мясо. Понимая, что надо знать меру, тоскливо вздохнул и, улегшись на траву, принялся любоваться яйцом.

— Раз все сыты, может, теперь — то поговорим? — предложила я.

— Спать хочу! — капризным голосом протянул лежащий в траве старейшина. Широко раскрыв зубастую пасть, зевнул и добавил: — Давайте быстрее!

— Имхом, ты говорил про шаиит. Сколько его нужно, где брать и что мне делать? — не медля, спросила я.

— Хм… Нужно много. Где брать… — древний съякс посмотрел на Васю.

Осторожно положив мощную черную лапу на яйцо, Васенька на мгновенье задумался. Быстро повернув морду к Имхому, с тревогой спросил:

— Так были ж горы — близнецы. Уцелели?

— Ага, одна. Та, в которой пещера, — кивнул Имхом. — Вторая на моих глазах разлетелась вдребезги, — с болью в голосе прошелестел он и, устремив взгляд вдаль, замолк.

Зажмурившись, я сильно сжала кулачок. Почувствовав режущую боль от ногтей, тихонько вздохнула. Именно сию секунду хотелось получить ответы на важные для меня вопросы, но проявлять нетерпение я не имела морального права.

В этом мире, очевидно, произошло что — то ужасное. Острова просто так не соединяются с материками, а горы не разрушаются в одночасье. Как бы ни раздражал меня старикан, я не могла проявлять неуважение к его скорби.

— Кулон с шаиитом тебя стабилизирует, — встряхнув головой, вновь заговорил Имхом. — Чем сильнее ты взаимодействуешь с огнем, тем меньше стабилизация. Камня на твоей шее мало, а вот гора шаиита — самое оно. Сливаться тебе со стихиями нужно только там: если не справишься и рванешь, то Соли, возможно, и не разнесешь. А больше я ничего не знаю. Сама как — нибудь додумаешься, — жизнеутверждающе заявил съякс и широко зевнул.

— Уф — ф, — шумно выдохнула я, окрыленная перспективами либо самостоятельного слияния со стихиями, либо разрушения планеты. — Там вода есть? — вспомнив слова духа пруда, с надеждой посмотрела на съякса.

— Что — то раньше было, а теперь и не знаю. Давным — давно туда не забредал, — безразлично отозвался Имхом и пристально посмотрел в глаза Васе. Тот озадаченно помотал головой.

— Координаты, — хмыкнул старейшина. — Я их примерно рассчитал, дальше сам. Теперь ты все знаешь, а я хочу спать!

Неразборчиво бубня что — то себе под нос, Имхом с трудом встал на лапы и, переваливаясь с боку на бок словно откормленная утка, направился к входу в пирамиду.

— А как же ритуал?! — недоуменно спросил у спины тестя Вася.

— Тильса знает, — бросил старейшина и скрылся в пирамиде.

С невозмутимым хладнокровием Итан проследил, как вход бесшумно закрывается.

— Гад! — очень четко озвучил общее мнение Валентайн.

Прижавшись к мужу, я грозно свела брови. Ответов было мало, но хоть что — то Имхом соизволил сказать! Интересно, о каком таком ритуале спросил Вася?

Почесав лоб, уткнулась под мышку супругу.

«Нервничать нельзя. Совсем нельзя!» — сказала себе, размеренно вдыхая и выдыхая. Поглаживая живот, я и изо всех сил старалась контролировать эмоции.

Внимательно посмотрев на задумчивого Васю, затем на меня, Валентайн медленно перевел взгляд на Итана и спросил:

— Что делать будем?

— Здесь переночуем и пойдем к горе шаиита, — улыбнувшись, супруг обнял меня и поцеловал в макушку.

— Я с вами! — категорично заявил Вася. Посмотрев на Вала, добавил: — Даже если бы хотел — а я не хочу! — все равно не могу яйцо никому доверять! — не отрывая тяжелого взгляда от юноши, он угрожающе засопел. — Заруби себе на носу: яйцо не дам и отпускать одних я вас не намерен! Без меня вы заблудитесь и пропадете… — трагически прошептал съякс и покосился на свою драгоценность.

Демонстративно скрестив руки на груди, Валентайн многозначительно хмыкнул.

— Не пропадем, конечно, но Вася нам нужен. В этом он прав, — спокойно сказал Итан. — У меня есть идея, как ускорить твое передвижение.

Перебирая мои волосы, он пристально посмотрел на Васю. Тот, наигравшись в гляделки с эльфом, аккуратно убрал лапу с яйца и встал. Вынырнув из — под мышки мужа, я с любопытством осмотрела съякса. На фоне стремительно темнеющего неба очертания огромного черного зверя вновь смазались, и теперь перед нами стояло крайне необычное животное.

«Итан послал ему иллюзию», — догадалась я.

— На Земле водятся. Это кенгуру. Правда, гигантский, — с улыбкой пояснил Итан. — У него на животе есть сумка, Васино яйцо в такой будет в полной сохранности.

Удивленно присвистнув, Вал скорчил мне смешную рожицу и одобрительно хмыкнул. Тихонько засмеявшись, я прижалась щекой к груди мужа. Не обращая на нас никакого внимания, Вася пошевелил чуткими ушами на маленькой (по сравнению с попой) голове. Сев на хвост, он склонился и сосредоточенно зашурудил проворными лапками в отверстии на мохнатом животике.

— Сгодится! — довольный осмотром, пробормотал Васенька. Взглянув на потемневший небосвод, добавил: — Уже поздно, давайте ложиться спать.

Вновь приняв облик дракона, съякс аккуратно вытащил из моего «гнезда» свою драгоценность. Улегшись на брюхо, положил морду на траву и, не выпуская яйцо из лап, закрыл глаза.

— Спать так спать, — на удивление послушно отозвался Вал, укладываясь возле костра.

* * *

Незнакомые звезды россыпью покрывали чернильно — черное небо чужого мира. Лежа в «гнезде» рядом с мужем, слушая спокойный ритм его сердца и мерное дыхание спящего мужчины, я честно пыталась, но все никак не могла уснуть.

— Вась, — с величайшей осторожностью выбравшись наружу, позвала тихонько.

— Так и знал, что, пока не узнаешь, ты не уснешь, — мгновенно отозвался Васенька. — Иди ко мне.

Стараясь не разбудить наших мужчин, я на цыпочках пошла к нему. Добравшись до съякса, уселась возле его морды и с величайшей нежностью погладила теплую, слегка шероховатую скорлупу яйца.

— Я готова. Рассказывай, — сообщила таинственным шепотом.

— Пятьсот лет назад на Соли упало небесное тело. Оно рухнуло в океан, но… мой мир словно сошел с ума, — с величайшей скорбью в голосе Вася начал рассказывать о том, что показал Имхом. — Острова и самые высокие горы на побережье в одночасье исчезли под водой. Не один год планета содрогалась в агонии. Выплевывая жидкий огонь, проснувшиеся вулканы сжигали все живое и застилали небо черной пеленой пепла. Города и деревни стирались с лица планеты, повсюду царили тьма, холод и разруха. Погибло бессчетное количество разумных и животных… Той Соли, что я знал, больше нет, — грустно прошептал он и, немного помолчав, продолжил: — В момент катастрофы из наших здесь были только Тильса с Имхомом, остальные съяксы путешествовали по другим мирам. Вернуться они не могут, так же, как и Имхом не может уйти. Мир изменился настолько, что разорвал нашу связь со Вселенной и сбил пути. Все это время старейшина жил один. Без особой надежды, он пятьсот лет сохранял яйцо со своим внуком. От моего присутствия оно активировалось, и скоро я стану отцом. Когда я зашел в пирамиду, Имхом мог сразу сказать, но промолчал! — Вася тихонько скрипнул зубами. — Старикашка — то он, конечно, своеобразный, местами вредный и даже противный, — съякс скривился, но тут же тряхнул головой и добавил: — Однако то, что он для нас с Тильсой сделал, — бесценно. Его самоотверженность я никогда не забуду!

— Куда делась Тильса? — спросила хриплым от сдерживаемых слез голосом.

— Она пошла за мной… — с безграничной тоской прошептал Вася. — Мы каждый день жутко ругались. Я не знал, что у нас будет малыш. Тильса ничего не говорила, а я, дурак, не понял! Не желая видеть очевидного, считал, что жена, требуя внимания, придирается ко мне. В тот день мы повздорили очень сильно. И вместо того, чтобы спокойно поговорить со своей женщиной и разобраться в происходящем, я ушел в портал! Вот итог: моя любимая потерялась меж миров… — с трудом терпя боль, рвущую на части его сердце, Вася примолк.

Не сумев справится со слезами, беззвучно заплакала, осторожно поглаживая скорлупу яйца.

Бесшумной тенью встав возле меня, супруг положил сильную ладонь мне на голову.

— О каких координатах вел речь Имхом? — с поразительным до глубины души хладнокровием спросил Итан.

— Он рассчитал координаты, где может быть Тильса. Возможно, не совсем точно, но других нет, — справившись с эмоциями, отозвался Вася.

— А что за ритуал? — просипела я, шмыгая носом.

— Еще одна проблема! — искренне признался Вася. — Новорожденные съяксы, вроде тебя, нестабильны, и в любое мгновение могут выпустить неконтролируемую силу. Наши женщины проводят ритуал, и все становится хорошо. Но что за ритуал — я не знаю! И Имхом не знает! — досадуя на себя, Вася тихо зарычал. — А без его проведения не только мы, но и вся планета в опасности, ведь съяксов будет одновременно трое!

— Час от часу не легче, — пробормотала я, сложив ручки на животе. — Предлагаю вначале разобраться с тем, как я буду сливаться со стихиями и рожать, а уж потом — с ритуалом. Иначе до него может и не дойти.

— Совершенно с тобой согласен, — вовсе не сонным голосом отозвался от костра Вал.

— Значит, так и решим, — твердо сказал Итан. — Завтра в путь, а сейчас всем спать!

Взяв меня на руки, супруг легкой поступью пошел к «гнезду».