Глава 23.

Ольга.

Ночью я так и не смогла уснуть. Я лежала, закрыв глаза, пытаясь выкинуть все случившееся из головы. Потом открывала глаза и проклинала Максима. Как этот человек постоянно ухитряется испортить мне жизнь? Сначала тем, что ушел. Теперь тем, что вернулся. Зачем пытаться вернуть женщину, которую ты сам же и бросил?

Потом я начала злиться на Рому. Ведь по сути, я сама не целовала Максима, а вырваться из мужской хватки, когда весишь 55 килограмм, не просто. Неужели так сложно мне поверить? И для чего мне его обманывать? Если бы я хотела вернуться к Максу, я бы прямо об этом сказала. Но зачем? Из каких-то материальных соображений? Я, конечно, не стану утверждать, что деньги не имеют никакого значения, но если ставить их в приоритет, то тогда мне нужно получить от Ромы и Макса сведения об их имуществе, и только тогда принимать решение, с кем остаться. Но это ведь бред.

Максим, что десять лет назад, что сейчас повел себя очень некрасиво. Тогда он продался в зятья из-за денег. Теперь хочет вернуть себе выброшенную игрушку. А то, что он мне вчера наговорил, вообще вызывало во мне желание расхохотаться. Ждала я его! Как же! Я училась и работала, мне было не до него. Я выживала.

Когда наступило утро, я пошла на кухню, сварила завтрак, заставила себя его съесть, хотя практически не чувствовала вкуса пищи. Все время телефон лежал рядом со мной на столе, а я его гипнотизировала взглядом. Должен же Рома прийти в себя и  позвонить. Он же взрослый мужчина, а даже  не выслушал меня толком.

Хорошо хотя бы ехать никуда не надо - суббота. Так я промучилась два часа. Телефон не зазвонил, не пиликнул сообщением. Нет, так дело не пойдет. Гордость и самоуважение - это, бесспорно важные вещи, но терять из-за них Рому я не согласна.

Я нашла его контакт и нажала на вызов, сначала раздались гудки, а потом вызов сбросили. Я повторила попытку. Результат был тот же.

Распсиховавшись, я отправила сообщение: "Возьми трубку!", потом еще одно: "Перезвони мне!" Ответа не было.

Я выключила звук и отбросила телефон, а потом занялась уборкой. Вылизав всю квартиру, перестирав и перегладив белье, приготовив ужин, я снова взяла в руки телефон. Рома мне не звонил и не писал.

Зато с неизвестного номера пришло сообщение: "Немедленно перезвони мне!!!!"

Максим. Ладно, вчера он был пьяный, сейчас-то на трезвую голову ему что нужно?! И номер мой нашел. Не поленился. Перезванивать я не стала. Много чести.

Вместо этого пошла в ванную, чтобы помыться. Сняв одежду и белье, обнаружила на нем кровянистые выделения. Начались месячные, после десятидневной задержки. Я уже не знала, радоваться ли этому. Мне кажется, я бы воспользовалась даже беременностью, чтобы вернуть Рому.

Я так вымоталась за день, что после душа сразу же уснула, едва добравшись на постели. Правда, перед этим обнюхала подушки, какая меньше пахнет Романом. Я во время уборки сменила постельное белье, но мне все равно казалось, что одна из подушек пахнет им. Я выбрала ту, что не пахнет.

Но Рома не оставил меня в покое и ночью. Мне снилось, что я занимаюсь с ним сексом. И это было так хорошо, что не хотелось просыпаться.

Утром меня разбудила настойчивая трель дверного звонка. Я еще была во власти сладостного дурмана, поэтому первой меня ошпарила мысль: "Вернулся!"

И я побежала открывать. Хорошо, что торопилась и не сняла цепочку. За дверью был вовсе не Рома. 

- Открой дверь! - потребовал Максим, который держал в руках букет цветов и жадно рассматривал в образовавшийся проем меня, полуголую.

- Да пошел ты!

Я была в атласной сорочке, и впускать оголодавшего мужика было бы верхом глупости, поэтому я навалилась на дверь изнутри, а он - снаружи. Естественно, победа была бы за ним, но наше пыхтение привлекло внимание соседа сверху, который возвращался с прогулки, выгуляв своего немаленького добермана.

- Молодой человек, Вы, что себе позволяете? - окликнул он Макса.

Тот отвлекся:

- А? 

И я успела захлопнуть дверь и повернуть на несколько оборотов замок.

Сразу же по дверному полотну послышались крепкие удары мужского кулака. Но эта дверь металлическая, так что Макс может стучать, сколько его душе угодно.

- Открой, Лялька! Хуже будет.

- Мужчина, я вызываю полицию, - снова вклинился сосед

Я услышала, как Максим отвечает:

- Слушай дед, иди, куда шел.

Даже из-за двери я отчетливо услышала, как зарычала собака.

- Ладно, дед, не звони никуда. Я с невестой поссорился, пришел мириться, а она не пускает. Ухожу я, ухожу.

Спустя несколько минут в дверь деликатно постучали, я снова ее приоткрыла.

- Оленька, у Вас все в порядке? - спросил сосед.

- Да, спасибо Вам огромное.

- Вы закрывайтесь и, если что, в полицию звоните.

Он ушел, а я последовала совету. Потом посмотрела на часы. Времени было пол седьмого утра. Скотина! Что-то максим припозднился. Раньше припереться не мог.! Мне такой хороший сон снился.

Потом я взяла в руки свой сотовый и проверила звонки и сообщения. От Романа по-прежнему ничего не было. К черту гордость! Я позвонила сама, мне никто не ответил.

Я села на стул на кухне, посидела. Потом вскочила и стала одеваться. Не могу так больше. Неизвестность сводит меня с ума. Только как выйти из дома? Вдруг во дворе караулит Макс? Разговаривать с ним я не хотела, я ему все позавчера сказала, добавить мне нечего.

Надо подождать часов до девяти, а потом попросить спуститься со мной Степаниду Егоровну. Оставалось надеяться, что при посторонних Максим будет вести себя адекватней.

Я так и сделала. В начале десятого утра пошла к соседке и вместе с ней спустилась во двор. К счастью, Максима не было.

Я завела машину и поехала к Роме домой. У ворот меня остановил охранник. Обычно меня пропускали беспрепятственно.

- Доброе утро! Пропустите?

- Доброе! - отозвался мужчина, - Нет, извините. Хозяин уехал. Пускать Вас запретил.

Мне поплохело.

- То есть, как уехал? А когда вернется?

- Я не могу Вам ничего сказать. Вы же понимаете. Позвоните ему на сотовый.

Его сочувствующий взгляд окончательно выбил у меня почву из-под ног.

Роман

Самолет уносил меня в Стамбул, но в моем воспаленном воображении Ольга стонала от наслаждения под этим неизвестно откуда взявшимся мужиком. Их сплетенные тела уже второй день не давали мне дышать.

  Я гонял то, что увидел то туда, то сюда, но то, что она была в объятиях другого, мне не померещилось. Он обнимал ее и целовал, а она его не отталкивала.  Ее руки лежали на его плечах и стискивали ткань пиджака. От удовольствия? И все ее попытки объясниться казались откровенной ложью. Она не какая-то зашуганная мышь, и со мной она особенно не церемонилась, когда мое поведение выходило за рамки.

  А с другой стороны это было бы верхом глупости, прийти туда со мной, чтобы потом вешаться на другого. Или это была случайная встреча? Что что-то не так я понял сразу, как увидел этого питерского хлыща. Так, как он пялился на Ольгу, не смотрят на просто знакомых. И она соврала, как только его увидела. Начала сочинять про дружбу их родителей. То, что она лжет, было слишком очевидно.

 А потом, когда она пыталась оправдаться, она тоже врала? Или нет? Я разбесился и не стал слушать, ушел. Вот только легче мне не стало. Лживая вертихвостка!

Я собирался взять ее с собой в Турцию. У тети Билги завтра день рождения. Не поехать к ней я не мог. Я считаю эту женщину своей второй матерью с тех пор, как Аслан привел меня к ним в дом. Я не люблю вспоминать те два года, что я жил на улицах Стамбула. Я выжил, и этого мне было достаточно. Но год, что я жил с семьей Аслана стал, пожалуй, самым счастливым. Даже с родителями я не чувствовал столько тепла и поддержки, сколько от этих людей. Познакомились мы с Асланом на улице. Я вступился за него в уличной драке. Не знаю, как он попал в тот район. Такие, как он, там не ходили. Не знаю, чем мне приглянулся щуплый паренек, который собрался отбиваться от четырех более рослых парней. Я вступился, отбил его. Правда, меня слегка порезали. Царапина. Я привык уже не обращать внимания на такую ерунду. Но Аслан привел меня к себе домой. Там я и познакомился с тетей Билги и отцом Аслана - Кутаем. Они и стали моей семьей, несмотря на разницу культур.

Кутая Булута не стало два года назад. Аслан тяжело переживал утрату. Я тоже. С этим человеком я и узнал, каким должен быть мужчина - глава семьи.

У моего отца учиться было нечему. Он был бандитом, сколотил состояние в 90-е. Не знаю, зачем мать вышла за него. Он пил, употреблял наркоту, распускал руки, причем доставалось и мне, и матери. А потом он вообще ее убил, а меня отправил в другую страну, чтобы спасти наследника, потому что опять встрял в какое-то дерьмо. В результате одного из покушений его все же убили, а я остался на улице.

Самолет приземлился без происшествий. Я получил багаж и направился к Аслану, который меня встречал. Когда мы договаривались о том, что он меня встретит, я упомянул, что буду с Ольгой. Поэтому, как только мы оказались в машине Булута, он спросил:

- А где твоя подруга?

- Нашла себе другого друга.

- Брат, что у тебя опять стряслось?

- Аслан, давай потом.

Булут бросил на меня встревоженный взгляд, но допытываться перестал.

В доме нас уже ждала тетя Билги.

- Мерхаба! - поздоровался я.

- Сынок, ты приехал! Я тебя так давно уже не видела. Проходите. Будем обедать.

Ее невысокая фигурка излучала энергию, несмотря на возраст. Мы пообедали, и я пошел отдыхать. В комнате проверил сотовый. Вызовы от Оли я сбрасывал, но сообщения прочитал. Палец потянулся к клавише вызова, однако я себя одернул. Я поговорю с ней, когда вернусь. Если она меня дождется.

День рождения взрослых здесь не принято отмечать. Поэтому никакого шумного застолья и толпы гостей на следующий день не было. Только мы с Асланом. Обычный тихий ужин, за которым тетя Билги распрашивала нас с Асланом обо всем. Дорогие подарки здесь дарить тоже не принято, как и деньги. Я привез из России комплект красивых платков. Пожилая женщина явно обрадовалась, рассматривая узорчатую ткань. Особенно ей понравился пуховый платок. После ужина было чаепитие с тортом, а потом Аслану позвонили и он вышел в другую комнату.

Тетя Билги  внимательно на меня посмотрела и спросила:

- Олум*, что у тебя случилось?

Как у нее получалось всегда определить с одного взгляда, что у меня или у Аслана что-то не в порядке, я никогда не понимал. Наверное, она просто это чувствовала. Я не люблю рассказывать о своих проблемах, но ей можно.

- Мне нравится одна женщина, - я, разумеется, не собирался рассказывать о всех подробностях наших отношений с Ольгой. Не очень о таком расскажешь, все-таки разница культур, возраста, воспитания, религии.

- Это же хорошо. И тебе, и  Аслану пора обзаводиться семьями.

- Я видел, как она  целуется с другим мужчиной, - выпалил я.

Тетя замолчала, с сочувствием глядя на меня, а потом сказала:

- Олум, я давно тебя знаю. Ты слишком горячий. Сейчас после того, как ты видел это, прошло какое-то время и подумай хорошо, что ты видел. Девушка, которая тебе нравится, целовала мужчину, или это он ее целовал? Ваше общество гораздо более свободное, чем наше. Но у женщины не всегда есть возможность отказаться от ненужного ей внимания.

Я нахмурился. В этих словах был здравый смысл, потому что Ольга и приезжий из Питера не целовались в губы. Но...

Уловив мои колебания, тетя продолжила:

- Рома, ты и сам сомневаешься. Ты спросил у девушки, что случилось?

Я отвел глаза. Спросил, как же. Наорал и хлопнул дверью.

Билги вздохнула.

- Олум, ты же сам сказал, что она тебе нравится. Я от тебя никогда ничего подобного не слышала. А здесь ты даже не спросил, что случилось. А вдруг ей нужна помощь? А ты просто оставил ее в трудной ситуации?

За своей пострадавшей, как я считал, гордостью я даже не подумал рассматривать проблему под таким углом. А что если тетя Билги права? А я просто свалил? А тот мужик, судя по всему, не из-под забора вылез. И если захочет, то что сможет сделать? Я и сам не ангел. Однако, что если у Ольги, и правда, неприятности, а я - здесь?

- Билги-ханым*, даже не знаю, что тебе сказать.

- Олум, ты обязательно должен поговорить с девушкой. Разобраться, что случилось. Я уверена, все не так, как ты решил для себя.

Тетя Билги пошла отдыхать, а я остался в гостиной. Рука сама потянулась за телефоном, и я посмотрел сообщение и список звонков. Пропущенных от Ольги больше не было, сообщений тоже. Я выбрал ее контакт и нажал на вызов, напрягшись в ожидании. Телефон абонента оказался выключен. Я позвонил на домашний, мне никто не ответил. Потом я посмотрел на время, довольно поздно, но вдруг. И набрал номер офиса. Но и тогда мне никто не ответил. Я выругался, залез в приложении и заказал на утро билет домой.

 Аслан, увидев меня утром с чемоданом, широко улыбнулся:

- Мириться поехал?

Я всю ночь не спал, звонил Ольге то на сотовый, то на домашний, то на работу. Но ответом мне была тишина. Она решила сражаться со мной моим же оружием. Умная девочка! Это, оказывается, здорово нервирует.

- Брат, ты можешь надо мной не издеваться? - хмуро поинтересовался я.

Аслан заулыбался еще шире:

- Не могу. Но в аэропорт отвезу. Надо спасать любовь.

- Аслан, ты давно у дантиста не был?

- Ах, брат. Я же знаю твою нежную душу. Разве ты способен выбить мне зубы?

Было рано, и тетю Билги мы решили не беспокоить. Тем более Аслан, хитро щурясь, сказал, что тетя просила его встать пораньше, чтобы помочь мне.

Перелет прошел без происшествий, и в родном городе я уже был около 6 вечера. За мной приехала машина, и я, пока ехал домой, смотрел в окно на готовящийся к новогодним праздникам город. Вспомнил, как Ольга рассказывала, что всегда любила наряжать елку, а отец ей помогал. Я сказал водителю остановиться возле одного из елочных базаров, и выбрал ель. Мы погрузили ее в багажник. Купить букет я сейчас не рискнул. Был велик шанс получить им по физиономии. А ходить на работу с поцарапанной  рожей, как-то не хотелось.

Я заехал домой, принял душ и переоделся, переложил ель в свою машину и поехал к Ольге. Каковы шансы, что она мне откроет? Изучив ее характер, можно было с уверенностью сказать, что их нет. Но у подъезда проверять мне это не пришлось. Я зашел внутрь с какой-то женщиной, а на лестничной площадке призадумался. И позвонил в дверь к Степаниде Егоровне. Женщина дверь мне открыла, но недобро прищурилась:

- Дверь открывать больше не буду, - заявила она сразу, даже не дождавшись, когда я ней поздороваюсь.

 Я разулыбался, зная, что это безотказно действует на слабый пол.

- Вечер добрый, Степанида Егоровна. Нет, дверь открывать не нужно.

- А что нужно? - не поддалась она моему обаянию.

- Сегодня, достаточно будет просто в дверь позвонить.

- Молодой человек, готова поспорить, что среди Ваших предков есть евреи.

- Не знаю, милейшая Степанида Егоровна, я свою родословную не изучал. Но Ваша помощь необходима мне как воздух. И учтите, это ради благой цели.

- Какой?

- Может, я предложение пришел делать?

- А елка зачем? В мое время предложение делали с цветами и кольцом.

- Я решил поступить нестандартно.

- Ну да, ну да, - закивала согласно головой старушка, - Опять же елкой драться неудобно, то ли букетом.

- Вам Оля на меня жаловалась?

- Молодой человек, что ж Вы в людях совсем не разбираетесь? Это что же такое должно случиться, чтобы Оленька на кого-то жаловаться стала? Я Вам вот что скажу. Я не знаю человека лучше Оленьки. Никогда не отвернется. И не предаст никогда. Прохлопаете такую девушку, а потом все локти себе сгрызете. Да только поздно будет. Предательства она тоже никому не простит.

Нотации я никогда не любил, но здесь пришлось слушать. Да и судя по всему со мной делились важной информацией, которую мне, дураку, не грех было и послушать.

В конце концов, Степанида Егоровна смилостивилась:

- Ладно, молодой человек, помогу я Вам в последний раз. Но набедокурите еще раз, в мою дверь тоже не звоните. Не открою.

Она подошла к Олиной двери и позвонила. Сразу никто не открыл. Однако соседка была настойчивой,  и минут через пять из-за двери раздался заспанный голос:

- Кто там?

- Оленька, это я. Открой, пожалуйста.

Дверь открылась.

- Что случилось, Степанида Егоровна?

Ольга, кажется, спала, щеки порозовели, макияжа не было. Одета была в домашние штаны и худи. Меня сразу не заметила, а, увидев, нахмурилась.

- Степанида Егоровна, Вы опять, - вздохнула она устало.

- Оленька, не сердись на меня. Я хочу, как лучше. Пойду я.

И соседка испарилась.

Особой радости по поводу моего появления на лице девушки не было. Хоть дверь перед носом не захлопнула, и то хорошо.

- Зачем пришел?

Надо как-то попасть в квартиру, там уже разбираться дальше.

- Елку принес. Пустишь?

Оля скептически оглядела меня и дерево, но с дороги не посторонилась. Ломиться в квартиру против ее воли явно не стоило. Так вряд ли наладишь отношения. Поэтому я терпеливо стоял и ждал ее ответа.

*мерхада – здравствуйте (турец.)

*олум – сынок (турец.)

* Билги-ханым – уважительное обращение к женщине (турец.)