Глава 24.

Роман

Прошло несколько минут, прежде чем Оля нехотя посторонилась, пропуская меня в квартиру.

- В зал неси, - велела мне она, а сама пошла следом.

Я зашел в зал и спросил:

- Куда ее поставить?

- Вон в тот угол, - указала она на место для елки.

Я поставил ель, прислонив дерево к стене, чтобы она не упала. Потом повернулся к Оле и... молчал, не зная, что сказать. Оля тоже не спешила говорить со мной. С чего начать?

Только я открыл рот, чтобы начать наводить мосты, как раздался дверной звонок. Причем тот, кто пришел, нажать на него нажал, но убирать палец с кнопки не торопился. Ольга напряглась. Мне это не понравилось.

- Гостей ждешь?

Оля не успела ответить, как просто звонить пришедшему, показалось мало. 

Из-за двери раздалось:

- Олька! Шалава! Открывай! Я сейчас эту дверь вынесу вместе с петлями! 

В дверь стали колотить со всей дури. Я направился в прихожую и открыл. На пороге стоял пьяный в дымину питерский гость. Увидев меня, он икнул.

- А Олька где?

Этот тип мне уже надоел, поэтому я молча заломил ему руку, толкнул в сторону лестницы и придал ускорения пинком. Он скатился с лестницы, снизу раздалось кряхтенье и мат. Значит, живой. Проверять я не собирался.

Я вернулся в квартиру. Ольга сидела в зале на диване.

- Кто это такой? - спросил я.

- Бывший жених, - тихо ответила девушка.

- Ты за этого козла замуж собиралась? - с сарказмом спросил я.

Вид у Оли был уставший. Настроение  - не радужное. Мое чувство юмора ей явно не понравилось.

- А сам-то чем лучше?

Умеет она все-таки сформулировать фразу так, что я не знаю, как  ответить. Сказать ей, что я лучше? Боюсь, она рассмеется мне в лицо. Чем я лучше? Да ничем, если вспомнить, как мы с ней познакомились, и что случилось потом. Но признавать, что я нахожусь на одном уровне с этим, как его, Зиминым, мне хотелось.

- И чего ему надо?

Как-то не так я себе представлял нашу встречу. Совсем не так.

Ольга невесело улыбнулась.

- То же, что и тебе. Трахаться.

Если так продолжится наша беседа, то я зря сюда мчался. Я шагнул к дивану и опустился на колени, поймав ее ладони своими.

- Неправда. Я хотел извиниться.

Она попыталась вытащить тонкие ладошки.

- Оль, я вспылил, не дал тебе объясниться. Но...  в тот момент у меня рассудок помутился от ревности. Я думал, как бы не убить вас обоих. Я ...Оль...- и сам не веря, что говорю это, спросил, - Выйдешь за меня?

Она притихла, распахнув темные глазища, явно сомневаясь в том, что слышит.

- Чего? - она даже поморщилась.

- Я прошу тебя выйти за меня замуж.

Да, вот теперь я точно был уверен, что все делаю правильно. Моя женщина будет носить мое кольцо, жить в моем доме и рожать моих детей.

- Слушай, Власов. У вас обоих обострение каких-то психических  заболеваний? Но сейчас зима, а обострения должны быть осенью и весной. Или он пьяный, а ты, - она принюхалась, - Может, под чем-то?

Я протянул руку и погладил ее по щеке. Оля вздрогнула.

- Ты так сильно сердишься, что замуж за меня не пойдешь?

- Ром, ты когда это придумал? Только что?

- Да, - не стал врать я.

- А зачем?

Я наклонился к ней ближе и слегка прикоснулся к ее теплым губам, потом провел языком по нижней. Ольга сидела, не шевелясь, но на поцелуй не отвечала.

- Потому что тоже тебя люблю.

Как она удержалась от того, чтобы не сказать: "Ты врешь!", я не знаю, но именно эта мысль отражалась  на ее обеспокоенном лице.

Вместо того, что Оля думала на самом деле, я услышал нейтральное:

- Ром, мне кажется, ты это все сгоряча ляпнул. И уже завтра пожалеешь о том, что наговорил.

- А если не пожалею?

Оля пожала плечиком и отвела взгляд в сторону.

- Слушай, поздно уже. Я спала, когда вы все неожиданно решились заявиться ко мне в гости. 

Она меня выпроводить пытается?

- Ты мне ничего не ответила.

- Я не знаю, что тебе сказать. Давай ты успокоишься и все хорошенько обдумаешь.

- А ты?

- И я тоже. А сейчас...

- Оль, я с самолета. Голодный. Может, поужинаем?

- Я не знаю, что у меня есть.

- Пойдем куда-нибудь?

- Нет, Ром, извини.

- Ладно, хоть яичницу пожарь.

Уходить я не собирался. Если сейчас так сделать, Оля накрутит себя еще сильнее. Да, и Зимин может вернуться. Он, похоже, из тех, кто слово "нет" не понимает. Ольга пошла на кухню, я помыл руки, думая о том, что кольцо надо купить. А то как-то несолидно предложение делать с одной елкой.

Зайдя на кухню, обнаружил, что стол накрыт на одного человека.

- Оль, ты не будешь есть?

- Я не хочу. Просто чай попью.

Я ужинал, Оля пила чай. Я наблюдал за ней, но так, чтобы она не видела. Вид у нее был разнесчастный. У меня защемило сердце. Мне хотелось обнять ее, прижать к себе и сказать, что сделаю все, что она захочет.

Вдруг Ольга спросила:

- Ты на машине?

- Нет. А что?

- А как ты домой попадешь? Тебя заберут?

Я так и застыл с ложкой у рта.

- Я себя неважно чувствую и хотела выспаться.

- Ты меня выгоняешь?

- Нет, но...

- Я никуда уезжать не собираюсь.

Оля мятежно засверкала глазами.

- Тогда я тебе на диване в зале постелю. Как поешь, посуду поставь в машину. Мне, правда, нужно лечь.

Она вышла из кухни, а я остался сидеть за столом. Потом услышал, как Ольга возится в зале. Видимо, действительно стелет мне на диване. Хорошо, хоть не на коврике перед дверью. Да что же это такое? Я начал закипать. Потом вспомнил ее расстроенный вид и передумал устраивать разборки. Может быть, ей на самом деле нужно отдохнуть. Только вот зачем меня из спальни выпроваживать? Или так все женщины делают? Чуть не угодил и пошел вон?

Раздумывая над этим, я убрал со стола, грязную посуду загрузил в посудомоечную машину. И пошел в зал. Ольга постелила мне на диване. Издевается, что ли? За то, что не стал ее слушать? Я разделся и лег. Девушка из спальни не выходила. Я лег на один бок, полежал. Мне показалось неудобно. Я перевернулся на другой. Тоже что-то не то. Потом лег на спину, заныла поясница. Я выругался сквозь зубы и сел на диване. То, что секса не будет, я понял давно. Но из кровати меня зачем выгонять?

Посидев минут пять, я встал с дивана и решительно направился в спальню. Ольга лежала на боку, поджав ноги, спиной к входу в комнату. Не знаю, как я это понял, но я был точно уверен - она не спала.

Я, наверное, сейчас огребу, но риск - дело благородное. Я приподнял одеяло и забрался под него, придвинувшись к девушке. Она никак  не отреагировала. Я осмелел и запустил руку под пижамную майку, заскользив ей по животу, поднимаясь к аппетитному холмику груди. Вдохнул ее запах. Черт, как я соскучился! Но мою руку перехватила женская ладонь буквально на подступах к самому интересному.

-  Ром, я не хочу.

- Почему?

- Не хочу, и всё!

Я помолчал, руку убирать не стал. Вместо этого перевернулся на спину и притянул Ольгу к себе, уложив ее голову себе на плечо. Так я хотя бы стояком в нее упираться не буду.

- Давай спать.

Придется обойтись сегодня без секса. Через несколько минут девушка  действительно заснула. Во сне она придвинулась ближе и закинула не меня ногу. А я долго лежал и смотрел в потолок, пока тоже не вырубился.

Ольга

Я после отъезда Ромы несколько дней была сама не своя. Мне ничего не хотелось делать, всё валилось из рук. А тут еще и Максим, который то звонил, то приходил. Откуда такая одержимость? Десять лет ни слуху, ни духу, и вдруг он потерял покой и сон.

Да и Роман ничем не лучше. Не выслушал, накричал, телефон не берет, на сообщения не отвечает, уехал неизвестно куда. Что же мне не жилось спокойно? Зачем они, эти мужчины, нужны? Трепать нервы? И что такого Рома видел? Как какой-то мужик схватил меня и целует в шею? Я с ним не целовалась! Не отбивалась, как дикая кошка? Во-первых, он все-таки сильнее, во-вторых, я была в шоке от такого поведения. Но дать мне рассказать, что случилось, можно было. А если Роман не верит ни одному моему слову, то о чем вообще говорить? Я - кто в его глазах? И какой мне смысл, придя на прием с Власовым, вешаться на другого мужчину? Это верх глупости. Даже если отбросить какие-то нравственные нормы, то неужели другого места найти нельзя было?

Пару ночей подряд я не могла заснуть, и на следующий день меня одолела такая усталость, что я легла в семь вечера и благополучно уснула. Но кто-то стал упорно звонить в дверь. Я не хотела открывать, хотя встрепенулась мысль, что может быть это Рома. Но позвонит, позвонит... И уйдет. Однако звонить не перестали, поэтому мне пришлось встать и подойти к двери. Я посмотрела в глазок, потому что сталкиваться с Максом у меня не было никакого желания, и увидела Степаниду Егоровну. Может, ей что-то срочно понадобилось? Все-таки преклонный возраст. Родственники в другом  городе. И я открыла.

Немного в отдалении стоял Власов. С елкой. Пушистой, зеленой, красивой елкой. А ведь скоро Новый год! Всегда любила этот праздник. Как бы ни складывалась жизнь, в эти дни внутри меня поселялось ожидание чуда. Степанида Егоровна ушла, оставив меня и Рому наедине. Очень хотелось захлопнуть дверь перед его носом. Но... я же пожалею об этом, как только так сделаю. Я сильно соскучилась. Мне без него даже дышалось с трудом. Не хотелось ни есть, ни пить. Только вот вряд ли он оценит мои чувства, да и нужны ли они ему?

В квартиру я его все-таки пустила. А дальше начался цирк с конями. Опять заявился пьяный Зимин. Очевидно, что у бывшего проблемы с алкоголем. Но я не нарколог. Почему он ходит ко мне? Затем Рома почувствовал, что запахло жареным, и позвал замуж. А потом еще и в любви признался. Я ему не поверила. И когда он заявил, что домой к себе не поедет, постелила на диване. Нечего из меня делать полную дуру. Однако не тут-то было. Уже минут через двадцать он явился в спальню и сразу полез меня лапать. Вечно им всем только одно нужно. Для этого можно и замуж позвать, и в любви признаться. А пока зайка, кошечка, любимая не поняла, что ей навешали лапшу на  уши, ее срочно надо использовать по прямому назначению.

Но не в этот раз. Переживет как-нибудь ночь без секса. Мне казалось, что меня просто используют. И это было неприятно.

Утром я проснулась в том же поганом настроении, что и заснула. Стала рассматривать спящего Романа. И мне пришла в голову идея. А что, если поступить  с ним также,  как он со мной? Трахнуть, а потом выставить вон? Выключить телефон и уехать на новогодние праздники? Куда? А хотя бы в Румынию. Посмотреть замок Дракулы, настрогать осиных кольев и вернуться к Роме, как ни в чем не бывало? А вместо елки подарить ему осиновый кол. Для чего не знаю, но будет экстравагантно. И сказать, что я согласно выйти за него замуж.

Почему не поступить так, как всегда делают мужчины? Для них близость - это мимолетное удовольствие, о котором они готовы очень быстро забыть, а женщина - этакая игрушка-антистресс. А по какой причине  Роме не побыть теперь в роли антистресса?

Сейчас я тоже как расслаблюсь! Моя рука скользнула по обнаженной груди мужчины, затем по животу и столкнулась с внушительным бугром. Утреннюю эрекцию никто не отменял. Я погладила член сквозь ткань боксеров, он сразу же отреагировал, напрягшись под моей ладонью. Я не была настроена на долгие прелюдии, стянула с себя пижамные штаны и трусики, скинула их с кровати. Сбросила на пол одеяло,  немного стянула с мужчины боксеры. Роман зашевелился, но я не придала этому значение. Встав на четвереньки, облизнула головку, потом дунула на нее, поцеловала, слегка дотронувшись губами, рукой несколько раз провела по стволу. Пожалуй, достаточно. Тем более, что Роман открыл глаза. Я раскатала по стволу презерватив. 

Потом  перекинула через Романа  ногу, придержав пенис рукой, направила его внутрь себя, выпрямила спину и медленно стала опускаться вниз. Чтобы удержать равновесие, уперлась руками в мужской живот, и услышала рваный выдох. Опустилась на всю длину, тихонько всхлипнув, когда каменный орган задел внутри меня какую-то точку, так что мне не хотелось даже двигаться. Остаться так навсегда, эта была единственная мысль в моей голове в тот момент. Но я, чуть помедлив  все же начала двигаться, медленно совершая круговые движения бедрами. Хотелось кричать от довольствия, но я закусила губу. Руки Романа удерживали меня за бедра. Как красиво на моей смуглой коже смотрелись его ладони с длинными  пальцами!

Двигаться не спеша, мне быстро надоело и я, осмелев, стала приподниматься как можно выше и с силой опускаться вниз. Казалось, что каждая клетка во мне замирала, когда мужчина погружался в меня полностью с влажным шлепком и протяжным стоном. Единственное, я быстро устала, тогда полностью проснувшийся Роман взял инициативу на себя, крепче сжав меня за бедра, несколько раз огладив ягодицы, он, удерживая меня на весу, стал совершать в меня быстрые толчки. Пока весь мир от меня не отрезала яркая вспышка, а он не вскрикнул, кончая со мной одновременно.

Я сползла с него и растянулась на спине, ловя отголоски наслаждения, когда услышала вопрос:

- Это что такое было?

Вот как раз тот момент, когда нужно сказать: "Теперь тебе пора, дорогой!"

- Доброе утро! - вместо этого вырвалось у меня.

И такая открытая улыбка появилась на его лице! Неужели он может улыбаться вот так?

Я не поняла, как оказалась придавленной к матрасу мужским телом, а он стал покрывать легкими поцелуями мой лоб, щеки, нос, веки, губы.

- Так ты можешь мне его желать, сколько захочешь. Но сейчас сверху буду я.

И мы продолжили заниматься очень увлекательным делом, а мысли о Румынии отошли на второй план. Тем более, что денег на такую авантюру, у меня все равно не было.