Глава 13

Лифт застрял на восьмом этаже. Диспетчер сообщил нам, что пострадавшая не выходит на связь. По сообщению дежурного, девушка находилась в лифте и задыхалась от какого-то дыма. По прибытию на место мы с Петровым определили, что лифт застрял между седьмым и восьмым этажом. Мы разблокировали дверь в кабину и увидели там дым большой концентрации, когда густые серые клочья вышли наружу, обнаружили, что на полу кабины лежала молодая женщина в бессознательном состоянии. На сонной артерии прощупывался слабый пульс, мы приступили к ее эвакуации из шахты. Я вынес ее на руках и передал медикам, ожидавшим на улице.

— Борисовичу как всегда везёт на девушек! — хохмит Петров, когда мы возвращаемся на базу.

— В следующий раз ты понесешь с седьмого этажа на руках шестидесятикилограммовое тело без сознания.

— А кто виноват, что наши легкие и удобные пластиковые носилки пришли в негодное состояние из-за удара о камни? Правильно, Викинг Батькович, а другие нам теперь через месяц выдадут.

— И это при самом удачном раскладе.

От приятного аромата еды желудок скручивается в голодном спазме. Удивительно, откуда этот запах на базе?

— Та-дам! — разводит руками Викинг над накрытым столом. — Я попросил Лизоньку, чтобы она приготовила нам обед. Не благодарите.

Она здесь, стоит в углу кухни и нежно улыбается. При упоминании ее имени, внутри все сжимается, будто меня застукали за чем-то запретным. Я еще не до конца понял, почему так несдержанно повел себя после награждения в ее ресторане, а тут новое испытание.

— А платить за весь этот банкет кто будет? — смотрю на множество аппетитных блюд на столе.

Скидываю тяжелый рюкзак с плеч, тот с грохотом падает на пол.

— Не думаю, что супруг Лизаветы Петровны будет счастлив, когда узнает, что его любимая жена бесплатно подкармливает целый отряд голодных мужиков.

Правильно, почаще напоминать себе про ее мужа. Произнес имя вслух, и почувствовал нечто странное — смесь эмоций — желание увидеть, тоску, боль, страх и... опасность.

Хмуро разглядываю девушку, что тихонько моет посуду в углу. Викинг кричит, что все оплатил, но это ничего не меняет. Это надо прекратить. Если она согласилась ради Викинга, то скоро сюда снова заявится супруг и накостыляет блондинчику. А это полный кошмар, нарушение всех правил и порядков. Я не потерплю подобное разгильдяйство в отряде. Но девушка поворачивается и поднимает на меня грустные глаза.

А если она пришла сюда ради меня?

Внутри становится горячо. От странного предвкушения в жилах бурлит кровь. Если я дал повод… Конечно дал, после ресторана любезничал с ней, будто ошалевший от гормонов мальчишка. Сам не знаю, что на меня нашло. Надо скорее выпроводить ее и вернуться к обычной жизни. У нее — муж, у меня — жена!

Подхожу к умывальнику, набираю в ладони воду, плескаю на лицо, кожей чувствую, как она исподтишка меня разглядывает. Волнительно! Даже просто стоять здесь, рядом с ней в одной комнате. Как же странно, что я, владея телами незнакомых женщин, ничего подобного в темных гостиничных номерах не испытывал.

Вытираю руки, взгляд неосознанно скользит по ямке у основания женской шеи, где по голубым венкам под бледной, нежной кожей пульсирует кровь. У нее очень нежная кожа, я заметил это еще после ситуации с морозильником, и аромат такой особенно приятный, но думать себе об этом я, конечно, не позволяю.

На меня обрушивается гремучая смесь чувств из стыда и признательности, молниеносно обращаясь в острое желание прижаться губами к ее телу, к ее шее, к ее рту. Чувство стыда перед самим собой и Викой, потому что раньше, со всеми женщинами из бара, такого желания у меня не возникало, тем более, здесь, на базе, среди коллег. Чувство признательности за то, что Лизавета Петровна так сильно отличается от всех моих барных приключений. Я не имею морального права позволить себе испытывать влечение к этой женщине. Аккуратно повесив полотенце на крючок, я сажусь за стол и отламываю кусок хлеба, запуская ложку в тарелку малинового борща. Девушка дергается, внимательно наблюдая за мной.

— Вкусно, — цветет Викинг.

— Очень вкусно, просто пальчики оближешь, — вторит ему Петров.

Все смотрят на меня, ожидая вердикта.

— Сносно.

— Олег Борисович?! — возмущается Викинг.

— Мы не можем позволить себе повара. Работнику необходима заработная плата. Штаб это в жизни не одобрит. Или может быть свою отдашь? — обращаюсь к Викингу, кидаю быстрый и строгий взгляд на побледневшую девушку. — К тому же Лизавете Петровне еще нужно многому научиться. Борщ пересолен, а у поджарки чувствуется излишний вкус масла.

Она какое-то время молчит, поникнув, а потом делает решительный шаг вперед.

— То есть невкусно?

— Я сказал, что сносно, но не идеально.

И тут жена боксера выхватывает мою тарелку и выливает содержимое в раковину, а я так и застываю с ложкой в руках.

— Не стоит давиться, Олег Борисович.

Она начинает активно собираться, а мои сослуживцы смотрят на меня с удивлением. Викинг подрывается и бежит за своей любимицей, а я так и сижу с ложкой в руках. Внутри творится какая-то неразбериха. Я же хотел, чтобы она убралась, почему тогда так тянет под ложечкой, сдавливая грудь?

— Ты зачем девушку обидел, Борисович? Вкусно же приготовлено.

— Мы на базе МЧС или у нас тут дом свиданий? — швыряю ложку на стол, та со звоном крутится по поверхности. — По инструкции мы должны быстро поесть и продолжать службу, а это какой-то балаган получается. Викинг крутит шашни с чужой женой, а я как начальник, не могу покрывать его потуги. Вот куда он побежал?

Петров поднимается и смотрит на меня очень внимательно.

— Что-то я сомневаюсь, что Лиза ради Викинга так расстаралась, — вздыхает. — Пойду, оборудование проверю.

Я игнорирую замечание Петрова. Все еще вижу ее огромные несчастные глаза. Жутко хочется извиниться, а еще отчего-то дышать сложно. В дыму на этажах было лучше. Подташнивает. Что за бессмыслица такая происходит? С ума что ли я схожу?

В этот момент звучит сигнал, и я спешу к пульту. Работа! Мне нужна работа, я должен спасать жизни, вот, что самое главное.

— Ребенок четыре года ходит по балкону, Кириллов, нужно помочь пожарным, срочно!

— Понял, выезжаем!

Складываю все необходимое, делаю все спокойно, будто совсем не нервничаю, одеваюсь и выхожу на улицу.

— Викинг, за мной! — на крыльце натыкаюсь на блондина, что извиняется за меня перед девушкой, уговаривая ее не обижаться на строгого начальника.

Садимся по местам. Машинально смотрю в боковое зеркало, где хорошо видна девушка, идущая по дороге и отчаянно смотрящая куда угодно, только не на нашу машину. Я отвожу глаза на деревья в окне, но меня как магнитом тянет взглянуть на Лизу еще раз. Викинг крутит руль и срывается с места, а я ловлю ее взгляд. Девушка тут же отворачивается. Хватаюсь за ручку двери, крепко сжимая ее до хруста.

— Газу прибавь, — рычу, — людям нужна наша помощь