Глава 6

ГЛАВА 6

Ральвиг

Не знаю, как я выдержал этот полет…

Вначале все было вроде спокойно.

Я пытался рулить, Фреда общалась с Таей, Лей ожидал возможности пострелять, остальные тоже работали там, где должны.

Но корабль почему-то не слушался совершенно.

Я уже было грешным делом решил, что Тая оказалась из живых звездолетов, не способных привыкнуть к «внешнему управлению». По факту – внешнему, хотя мы и были внутри. Такие берги тоже рождались время от времени и не так редко, как хотелось бы этого ученым и силовикам.

Они легко устанавливали связь с симбиотами, а затем… затем начиналась настоящая свистопляска. Корабль не чувствовал капитана, как должен, второй не помогал, и в итоге, звездолет списывали в утиль, а команду просто расформировывали.

Одна радость – капитан и второй получали все плюшки, как симбиоты, хотя, по факту, ни дня не служили. Жили очень долго, практически не болели, некоторые обладали особенными способностями, вроде телекинеза у моей Фреды.

Однако же у попаданки был дальний план – пристроить и сына в какой-нибудь берг. Для этого мы все должны быть на высоте: Тая, Фреда, я и команда.

Я усиленно думал – что предпринять и как перебороть текущую ситуацию.

Вроде бы управление работало, как положено, ничего не заедало, ничего не ломалось.

Однако мы летели так, словно я и капитан либо под шафе, либо в полусне-полу галлюцинации.

Я попытался действовать медленней, чтобы дать бергу привыкнуть к командам, снова быстрее, давать промежутки между нажатием кнопок на пульте…

Особо ничего ухищрения не изменили…

Я не понимал, что нужно живому звездолету, не ощущал его до такой степени, чтобы встроиться в ситуацию, как это было с другими судами. Там автоматы, автопилот и нейробот принимали меня, как родного. Здесь же… хотя я и был симбиотом, казалось, что Тая – совершенно чужая, и мы абсолютно не понимаем друг друга…

Фреда иногда та-ак странно поглядывала, словно понимала больше, чем я, однако же сведениями делиться не собиралась. Вот даже и не сомневался, что эта женщина себе на уме – сразу ведь видно.

Внезапно наступил мой черед сходить с ума, почище, чем Тая вначале полета…

Фреда как-то странно на меня покосилась, сосредоточилась и… в меня будто влился горячий поток энергии, а вместе с ним нахлынуло возбуждение. Я чувствовал попаданку сейчас так, словно мы в кровати и готовимся к главному. И я лично был уже полностью готов.

Пришлось заполошно закинуть ногу на ногу, чтобы замаскировать то, что уже не скрывали брюки космолетчика. Затем я постарался развернуть кресло так, чтобы загородить Фреде обзор.

А после попытался переключиться на управление, не особо рассчитывая на успех… однако… внезапно все начало получаться. Я понял – все дело было не в том, что звездолет попался неудачный, а в том, что Фреда меня отвергала. Теперь же она меня вдруг приняла, и вот – результат – я так возбужден, что хоть беги и опять самоудовлетворяйся.

Однако от меня требовалось другое.

Я постарался переключаться и действовать.

Вправо, влево… Вперед… Полный ход и вираж…

Чуть сдвинуться, чтобы штаны не настолько сжимали. Аккуратно поправить торчащий член, и сразу же дать команду назад.

Поворот, длинный большой вираж…

От возбуждения я аж вспотел. Хорошо хоть комбинезон космолетчика легко забирал любые выделения тела. Я никак не мог найти позу, чтобы не было настолько неприятно. Ощущения колебались от слабой боли до мощного дискомфорта, не отпускали и ничуть не стихали…

Я изо всех сил старался отвлекаться и концентрировался на нашей работе.

Интересно, а как остальные симбиоты, между которыми желание и любовь, справляются с подобной ситуацией в полетах?

Надо будет поинтересоваться, когда все закончится. Я же такой – отнюдь не единственный. И вовсе не сразу отношения симбиотов, даже с очевидной симпатией в паре, доходили до постели, тем более, регулярной.

Наверное, даже подростком я не настолько поддавался гормонам и звериным инстинктам.

Это было какое-то безумие, просто наваждение, настоящее испытание.

Я чувствовал себя сейчас не мужчиной, не цивилизованным военным-тиргоном, а именно самцом – иначе и не скажешь. Безумие страсти, сумасшествие возбуждения ничему не подчинялись, шпарили и шпарили…

Меня то и дело бросало в жар.

В штанах постоянно ныло, пульсировало.

Я менял позу, стараясь, чтобы Фреда ничего не заметила, и не забывая прикрывать очевидный бугор в паху насколько возможно.

Та-ак… У нас полный ход… Еще один разворот… Заходим на пике… выруливаем… ускоряемся…

Че-ерт! Фреда на кайфе, поглощена скоростью – грудь выпячена, дыхание слегка участилось, губы чуточку приоткрыты…

Стоп! Об этом я думать не должен!

Мы делаем петлю и выходим на вираж, поворачиваемся и двигаемся в заданном направлении.

Со временем внезапно стало полегче. Я переключался на звездолет и всю энергию направлял, дабы рулить. Видимо, остальные делали также.

Под конец я даже немного увлекся.

Я тысячи раз управлял звездолетами, так что ничего нового не ожидал.

Но… ошибся также, как в попаданке.

Тая реагировала на управление на секунды быстрее и чуточку четче... В результате, уже часов через пять, я хотел повернуть – и поворачивал, собирался крутануться – и тотчас крутился. Я практически не ощущал разницы между управлением своим телом и полетом на Тае.

Фреда, видимо, чувствовала похоже.

Затем мы устремились стрелять.

Это была так, первая тренировка. Поэтому долго мы астероиды не дырявили.

Несколько удачных очередей – и мы отправились обратно на станцию МЧС.

Фреда всех отпустила на отдых и вдруг приблизилась, чтобы пожать мою руку. Я собирался так и поступить. Но почему-то стоило коснуться ее тонких пальцев – немного прохладных, гладких, длинных и таких мне родных – как самоконтроль опять отказал. Я взял маленькую ладошку – изящную, хрупкую – и поцеловал… Аж чуть вздрогнул от пронзившего все тело мощного потока энергии.

Выдохнул и попрощался, как можно ровнее.

Она ушла, а я все сидел, пытаясь отдышаться и успокоиться. Либидо худо-бедно уже угомонилось, но меня по-прежнему сильно потряхивало.

Я еще раз выдохнул, вытер со лба пот, поднялся и отправился к себе в каюту. Надо было по-быстрому принять душ, переодеться и полететь к Кха-маа-лгамиру Феолу – одному из лучших ученых-ормов, которые занимались выращиванием бергов.

Я проштудировал досье эскулапов и обнаружил, что именно он когда-то работал в моем секторе Северной части разведанной Галактики. Значит, именно я его защищал. В то время космические бандиты лютовали после окончания грандиозной войны. Использовали трофейное оружие, звездолеты, и тот факт, что государства еще не оправились, а лишь потихоньку приходили в себя… Удачное время для таких элементов… Силовиков мало, они заняты под завязку, а гражданские так или иначе вынуждены бороздить космос по разным делам…

В общем, я очень надеялся, что Кха, в отличие от многих других ученых, что скрывают все, связанное с бергами, поможет мне во всем разобраться.

Он сходу согласился на срочную встречу, но пока это еще мало что значило. Увидеться и поговорить обо всем начистоту – разные вещи и далеко не всегда второе условие естественным образом проистекает из первого.

Тем не менее, я очень рассчитывал, что удастся вывести Кха на откровения.

От этого зависело слишком уж многое.

Моя судьба, потому что без этой женщины я вряд ли протяну долго и хорошо…

Судьба Нейфа, которая тоже меня теперь занимала и даже очень.

Парнишкой сильно дорожила попаданка, а, значит, и мне он не безразличен.

Да и моя способность нормально ощущать себя в полете зависела тоже от откровений ученого-орма.

Придется, конечно, честно признаться, как я изнывал от желания и возбуждения. Однако другого выхода я не придумал. Надо понять – как контролировать либидо и одновременно не ослаблять связь с кораблем.

Я быстро принял душ, переоделся, и сел в небольшой автотранспортный челнок, похожий на птицу со сложенными крыльями.

До утра я тут особо не нужен, так что есть время на путешествие.

Поставив космолетик на автопилот, я принялся, наконец-то, слегка перекусывать. Уже было все равно – чем. Просто дико хотелось пожрать. Организм жестко требовал мяса, и плевать – жареного, пареного, соленого – неважно… Главное – побольше и поскорее…