Глава 12

Сейлар

Следователь-тиргон зыркнул на меня изумрудными глазами и прошелся по комнате.

Это была наша третья беседа, так что мы оба уже примерно представляли ее содержание.

И оба понимали, что это игра. Правда, правила знал только он. Однако же и я кое-чему уже научилась. Кое-что сообщила Шахраз, хотя до Драга берга так и не достучалась. У нас установилась очень странная связь.

Я слышала обрывки мыслей, метаний гибрида через Шахраз и Заррем. Знала, что он еще не очнулся и фактически видит некое подобие снов.

Там был такой сумбур, настолько бедлам, что даже и вникать не хотелось.

Сардис Вергон, какой-то высокий чин в полиции специального назначения, я так поняла — нечто вроде нашего ФСБ — остановился и вернулся на место.

Я вскинула на него взгляд.

Грубоватые черты, слишком мясистый подбородок, чем-то похож на молодого Депардье. Ну разве что чуть покрасивей. Уже сама внешность следователя мне не понравилась.

Как и то, что обычно он говорил.

— Давайте будем честными, Сейлар. Арзамат и Эрдрагон — потеряны для общества, даже если ученых накажут и гибридов реабилитируют, — с нажимом произнес Сардис. — Поймите. Они непредсказуемы! Никто из ученых, лабораторных работников, тех, кто служил в питомнике… эм… там, где держали гибридов, не может поручиться за то, что ни не выйдут из-под контроля.

— Но ведь доказано, вроде бы, следствием и независимыми экспертами, что те гибриды, которых выпустили, вполне себя контролируют.

Я и верила и не верила собственным словам, как и словам следователя. Уж слишком все выглядело противоречиво.

Перед глазами тотчас мелькал Драг.

Сцена в нашу первую ссору…

* * *

… Я на полу, а надо мной — мощное бронированное тело.

Танк, который меня просто жаждет.

И нет ничего, никого, кто способен его сейчас урезонить.

Я кричу, отбиваюсь, извиваюсь ужом… Но он зажал и все равно пытается изнасиловать…

* * *

То, что случилось потом, тоже выглядело не шибко приятно и не придавало уверенности в Драге.

То, как он остервенело выдирал из себя щитки ардикотта…

Как не слышал ни меня, ни Шахраз…

Да, в тот раз мне, действительно, повезло. Я все-таки смогла до него достучаться. Но будет ли так и дальше, кто знает…

Следователь словно читал мои мысли:

— Вы ведь сами думаете о том же. О том, что гибрид однажды может причинить вред и вам тоже. Либо прямо у вас на глазах начать себя повреждать. Вы этого хотите?

— И из-за этой возможности его нужно убить?!! — взвилась я. — Вы это мне хотите сейчас доказать?

— Нет. Я хочу донести, что его нужно запереть и тщательно изучать.

— Так в чем дело? Вы ведь уже его заперли.

— Сейлар… Вы очень умная, образованная попаданка. И я уже неоднократно давал вам слово, что, как только вы проявите желание сотрудничать, в базу государства внесут, как граждан, и вас, и вашего сына.

— А если ваш план с треском провалится?

— Все равно. Вы будете уже гражданами. Я даю вам свое честное слово. Но мы должны видеть, что вы готовы сотрудничать.

— И? К чему вы клоните?

— Кроме Драга есть еще и его друг — Арзамат. Остальных гибридов мы уже выловили.

— И вам недостаточно материала для исследований?

— Нет. Часть из них погибли… эм… при задержании. У части произошел приступ «гибридного бешенства», и у одного начался гон. А вот это, Сейлар, самое страшное. Если, не дай бог…

— И что же?

Я постаралась не выдавать, как напряглась, и аж по позвоночнику пошел холод.

— Он изнасиловал нашу сотрудницу. Его пытались убить, пытались остановить транквилизаторами, которые всадили и вашему… эм… симбиоту…

Сардис цедил слова, и в голосе его отчетливо прорезались металлические нотки. И еще какие-то, я не разобрала.

Гнев, крепко замешанный на боли?

Он так переживает за сослуживицу?

— Он не мой! Он — симбиот берги!

Я, кажется, слишком уж яростно возразила. Я изо всех сил старалась не выдавать свои эмоции, чувства к гибриду. Не показывать ни страх, ни заинтересованность в Драге. Но это было слишком уж тяжело.

Я не училась сдерживать порывы, ощущения и чувства. Я не актриса, и даже близко не была к этой профессии.

— Не суть, — неожиданно спокойно ответил Сардис, который явно заметил мою реакцию. — В общем, в того гибрида всадили куда больше транквилизатора, нежели в вашего… В Эрдрагона. Но он не остановился. Женщина сейчас лечится в больнице с тяжелыми травмами. Гибрид умер, только когда кончил.

— Эм…

Кажется, я покраснела.

— Да-да! Только, передав свое семя, он умер от нанесенных нами ран.

— Вы убили его?

— А что нам еще оставалось? На увещевания он не реагировал. Транквилизаторы оказались бесполезными. Мы же должны были как-то помочь сотруднице. Нет? Вы сами-то что думаете?

— Ннаверное, — выдавила я, а у самой перед внутренним взором снова прокрутились кадры, как Драг накинулся и повалил меня на пол.

И как я, беспомощная, изо всех сил отчаянно пыталась до него достучаться.

Пока я зависла, преодолевая ощущения, воспоминания, Сардис уселся напротив, из своего коммуникатора вытащил видео и начал проигрывать его в режиме три Д.

Я в ужасе отпрянула от стола, но тиргон поймал мои руки и заставил вернуться в прежнее положение.

— Смотрите… Давайте, Сейлар. Смотрите! Вот что может ожидать и вас, если Эрдрагон полностью войдет в гон!

Женщина на столе, вся в крови…

Огромное панцирное чудище над ней…

Весь израненный, травмированный гибрид совершал характерные движения бедрами, вбивался, женщина истошно вопила…

Это было… это было хуже, чем в плохом фильме, потому что я знала — все по-настоящему. Все именно так и случилось.

— Смотрите…

В гибрида летели плазменные сгустки, его броня медленно плавилась от новых и новых выстрелов. Я видела выжженные куски плоти, дымок, который от них поднимался. Даже начала чувствовать запах.

Нынешняя аппаратура и такое умела — передавать не только изображение, но и даже сильные ароматы.

Видимо, воняло так, что там я бы обязательно расчихалась…

Гибрид вбивался, вбивался, вбивался…

Повсюду была кровь, плоть…

Женщина кричала, стонала, просила и умоляла ее пощадить…

У меня сердце подпрыгнуло к горлу, и на глаза навернулись непрошенные слезы.

Беззвучные рыдания встряхнули…

Сардис сразу же отпустил мои руки, и протянул платок.

Какой услужливый! Ну, прямо душка, а не строгий следователь!

— А, если все это — лишь постановка? Или, как там его — обработанные в нейросети изображения? А? Ведь даже в мое время на Земле подобное уже делали. Брали сгенерированный рисунок, анимировали его при помощи нейронки… В это время и при ваших-то технологиях такое должны сварганить на раз…

— Я лично все видел!!! — Сардис подорвался со стула и саданул ладонями по столу так, что тот аж немного подпрыгнул. — Даю слово офицера! Эта женщина была моей невестой! — он рычал, и аж немного плевался. Лицо тиргона, до этого очень бледное, неожиданно налилось краской. Бордовые пятна растеклись по щекам и сползли на шею, лоб же оставался почти белым.

Выглядело так странно и страшно, что я аж дернулась и отклонилась на стуле.

Не знаю уж, мог ли Сардис актерствовать, но верилось в подобное с огромным трудом.

Слишком резко и искренне он реагировал.

Да и его мимика, вздрагивающие губы, бешено мечущиеся по скулам желваки, сжатые кулаки, которыми тиргон упирался в стол, раздувающиеся ноздри… Вздыбленные каштановые волосы… Все говорило за то, что он не придуривается и не играет на публику. Либо по этому тиргону Голливуд плачет.

Но это тоже было жутко непохоже на все, что я слышала про его расу.

Среди талантливых актеров и певцов тиргонов практически не было, слишком уж они не любили прикидываться и часто действовали на эмоциях.

Вот именно на это сейчас все и смахивало.

На действия под эмоциями, а не продуманный, выверенный спектакль.

— И, если вам все равно этого мало, я готов привести вас к ней в больницу! Сами посмотрите! — вдруг с новым, еще большим напором, громыхнул следователь. — Обычно мы так не поступаем! Однако для вас, по случаю, я сделаю исключение!

— Нет! — слишком нервно вскрикнула я. — Не надо.

— Ну, если вы не верите…

— Хорошо. Если верю, что дальше? Ведь гибриды тоже все очень разные. Какие-то сошли с ума после превращения, трансформации или как вы это все называете…

— Неважно. Зовите, как нравится.

— Во-от. А другие-то были нормальные и даже сбежали.

— И вы сейчас видели одного из этих «других». Гон проходили абсолютно не все. Ученые даже и не предполагали, что он может так аукнуться, обернуться.

— Но есть же какие-то препараты, уколы… Драг их принимал, делал капельницы.

— Да. Но мы взяли его кровь. Гон только лишь начался, скоро он станет сильней. Гормоны обычно идут по нарастающей. Вначале немного, затем еще и еще. Тот гибрид, та тварь… — Сардис аж выплюнул эти слова и закончил после короткой паузы: — О-он… Сидел у нас в течение пяти месяцев. И казался адекватным, разумным. Сотрудничал со следствием, давал показания про ученых. А потом… потом начал странно касаться, приставать к следователю. Один раз поцеловал взасос без согласия. Извинился… Ну, а потом… Ваш Драг, в конце-то концов, достигнет той стадии, которую вы наблюдали. Это неизбежно. Так говорят даже ученые из независимой комиссии.

— А если нет? Никто ведь толком не знает — кто такие гибриды и почему одни сразу же сходили с ума, а другие — столько времени продержались? У ученых слишком мало информации и живых подопытных, чтобы утверждать точно…

Я защищалась от того, что говорил Сардис.

Он же видел, как действуют его аргументы и продолжал — капля за каплей подтачивал мое доверие к Драгу — и нагнетал, нагнетал, нагнетал…

Тиргон вновь сел напротив меня и с каким-то злым ехидством вдруг заявил:

— А если ученые все-таки правы? Невзирая на недостаток информации и материала для изучения… Невзирая на то, что немногие гибриды выжили и остались в здравом уме… Вы сами-то готовы так рисковать?

— Да с чего вы вообще взяли, что его гон как-то связал со мной?

— Ну да! Я же — полный дебил! И должность свою получил исключительно за красивые глазки! Так вы обо мне думаете, Сейлар?

Сардис опять чуть поднялся со стула и негодующе сверкнул глазами.

— Нет, не думаю, — опешила я под его гневным взглядом и напором — он прямо нависал, и давил. Как нечто неизбежно-карающее…

Конечно, если его невесту изнасиловали… действия и желания Сардиса понятны.

Теперь все окончательно вставало на место.

Я много читала про тиргонов и везде, в сети, их представляли адекватными, умными и настоящими воинами. Не интриганами, не продажными, не карьеристами. Тиргоны редко приживались в среде чиновников, где царствовали, как я и подозревала — земляне. Ормы больше занимались наукой, а ардикотты — всем понемногу.

Вот почему я первое время дико удивлялась — чего это Сардис так усиленно копает под Драга и Зама. Из кожи вон лезет, чтобы убедить меня участвовать в своей операции и помочь поймать их обоих. Теперь все стало гораздо понятней.

Следователь опять плюхнулся на место.

— А если гормоны не будут нарастать? А, наоборот, гон удастся подавить? — не сдавалась я.

— Если… если… Сейлар. Мы каждый день брали его кровь. Посмотрите сами, подавляются гормоны или все-таки нет.

Он сунул мне под нос очередное виртуальное доказательство своих слов.

— Анализы тоже можно подделать!

— Ну сами возьмите, проанализируйте его кровь! Вас он не станет шарахаться, согласится. Смотрите. Я вообще никому не предоставляю подобных полномочий. Это все просто. Специальные автоматические наношприцы и анализатор. С его настройками можете ознакомиться также. Проверьте. Мне не жалко. День ото дня гормоны гона нарастают у вашего Драга. И дальше будет только лишь хуже.

Перед внутренним взором вновь проигрался момент, когда я думала, что гибрид уже не остановится. Тогда мне удалось до него достучаться. Но что, если Сардис не врет? Вообще-то тиргонам настолько лгать и подставлять другого не совсем свойственно. Конечно, он следователь и у него цель — найти Зама и схватить его вместе с Драгом. Естественно, он пойдет на какие-то ухищрения.

Но ведь я могу закуситься — взять и проверить.

Тогда тиргон окажется в затруднительном положении и весь его план полетит к черту. Он знает меня не так уж и долго и не может достаточно хорошо понимать. Разумеется, следователи вначале изучают досье свидетеля или подозреваемого, пытаются найти его болевые точки, стараются выяснить — как его раскрутить.

Но я-то — попаданка и в этой Вселенной без году неделя. Досье на меня нет. Так, что быть уверенным в моих реакциях или же действиях тиргон не может.

Внезапно в голове прорезался голос Драга.

Как же невовремя! Как же некстати!

Он меня звал: долго, отчаянно…

Я же старалась сосредоточиться на Сардисе, чтобы не выдать телепатический контакт.

Следователь весь на мне сконцентрировался, словно что-то такое понял, почувствовал.

«Сей, пожалуйста! Ну скажи мне хоть слово. Возможно, ты ужасно напугала и обижена. Возможно, думаешь, что я во всем виноват. Да что там думаешь! Я! Виноват! Но у меня есть идея, как поправить твое положение. И легализовать, оправдать вас перед властями! Главное, выслушай! Прошу тебя, Сей…»

Тиргон чуть прищурился и всмотрелся в лицо. Я побыстрее телепатировала гибриду.

«Драг. Я сейчас не могу говорить. Если стану часто отвечать — он поймет. Подожди. Я чуть позже свяжусь».

Вместо этого гибрид принялся рассказывать — как я могу сейчас себя оправдать, прикинуться, что меня заставляли делать все, что мы вместе с ним натворили.

Драг говорил, говорил, говорил…

Быстро, суматошно, и как-то надрывно…

Сардис же молча вглядывался в лицо.

И вдруг очень спокойно, ровно сказал:

— Явно он очнулся и пытается с вами связаться через симбиоз, разве не так?

— Да, — я не стала врать понапрасну. — Кстати, я надеюсь, с Шахраз все нормально?

— А вот этого я утверждать не могу.

Я напряглась. Как там моя берга? Я переживала за нее, как за родную.

Знала — первый, и второй могут сохранять связь и способности, даже после гибели звездолета.

Я аж чуть вспотела, хорошо, что выданный мне комбинезон — типа летного — впитывал выделения тела.

— Пожалуйста, скажите, что вы не обидели бергу? Уж она-то точно совсем не причем. Она же выполняет наши приказы.

Я практически молила окаменевшего следователя.

Тот усмехнулся:

— Умеете вы разжалобить. Послушайте, я не должен вам этого говорить. Но так или иначе вы все равно узнаете. Шахраз сбежала, и ее не поймали. Где она и что с ней, мы пока что не знаем. Но ее ищут, ее уже исключили из всех баз для информации силовых ведомств и подали в розыск. Это лишь дело времени.

Я слишком уж откровенно выдохнула с облегчением.

Сардис сурово покачал головой.

— Поощряете не подчинение законам государства?

— Нет. Я просто рада, что Шахраз не погибла.

— Ой, ли?

— Вы можете мне не верить.

Сардис еще раз покачал головой, чуть помолчал и внезапно продолжил про то, о чем я совсем не хотела говорить.

— Сейлар. Вы, действительно, умная женщина. Красивая, полная сил, после омоложения… Не знаю, как там было в вашей Вселенной.

— К чему эти расшаркивания? — прищурилась я.

— К тому, что вы и сами отлично понимаете, что Драг опасен. И дальше будет лишь хуже. В ваших же интересах от него поскорее избавиться.

— Но причем тут Зам? Он-то не связан со мной гоном. Да и вообще ему не подвержен.

— Пока не подвержен! Лишь только пока! Он просто еще не встретил ту самую женщину… Мы должны обезвредить последних гибридов. Это критически важно и нужно. И только вы способны помочь. Подумайте, я даю вам время до вечера.

— Только до вечера?

— Да. Только так.

— А что, если я все равно не соглашусь?

— Вы, а главное, ваш сын — Матвей, так и останетесь здесь вне закона. Не получите документы и государственные выплаты.

— И будем сидеть в тюрьме?

— Конечно же, нет. Мы высадим вас в дикой колонии, где живут сектанты, ненадежные элементы, преступники, после выхода на волю, и, если у них не получается начать жить нормально…

— То есть, отдадите им на растерзание?

— Ну почему же отдадим? На все ваша воля. И воля случая, если хотите. Мы дадим вам оружие, съестные припасы. А дальше уже сами, и как пожелаете.

— Это шантаж?

— Совсем нет. Мы вполне могли бы привлечь вас за пособничество пиратам и бандитам, за разграбление архива. Но мы этого не делаем. И знаете почему?

— Только не говорите, что из соображений гуманности?

Тиргон усмехнулся и резко выпалил:

— Да нет, о гуманности я даже и не помышлял. Мы отправим с вами за компанию Драга. Раз вы не хотите помочь обезвредить гибридов добровольно… Мы все равно их обезвредим благодаря вам… Драг не сможет держаться от вас далеко, а Зам будет не в силах ему воспрепятствовать. И что дальше случится, вы сами знаете. Можете тешить себя иллюзиями, что там, в колонии, Драг образумится. Это ваш выбор. Вы сами хотите, чтобы гибриды кошмарили всех и дальше… И, учтите, если вы втайне надеетесь привлечь к планете 022 Шахраз или даже ту же Заррем… То там, на орбите, крутятся спутники, которые уничтожают любой звездолет, что опускается или взлетает… Мы подождем, пока кончится действие препаратов, принятых Драгом… и чтобы Зам прилетел выручать друга… А потом удачно накроем обоих. Если вы к этому времени выживете, может и вас увезем в какой-нибудь госпиталь… Если ваш сын не попытается вмешаться, кто знает, возможно, и он тоже останется целым.

— Но вы же меня туда как-то доставите? Как-то минуете действие спутников?

— Доставим. И потом еще Драга в компанию. Все просто — у нас есть коды доступа. Мы можем на время вырубить оружие. А Шахраз такими возможностями больше не обладает… Не говоря уже о Заррем.

— Ясно. Хорошо. Я отвечу вам вечером. Вы же мне дали время? Ну чтобы подумать?

— Думайте, ради бога. Но план лучше всего развернуть этой ночью. Драг уже проснулся, но еще в состоянии себя контролировать даже в вашей компании. Надеюсь, что так. Вроде бы анализы об этом говорят вполне себе отчетливо. Если вы затянете, может статься, что гибрид окончательно поддастся гону, и ничего из нашей задумки уже не получится, кроме очередного акта насилия…

— Я ведь сказала — дам ответ вечером.

— Ладно. Вас отведут в камеру пообедать…

Я поднялась, Сардис удалился через свой служебный выход. Тот не открывался для заключенных. За мной же зашел новый тиргон, вооруженный плазменными пистолетами.

— Вперед, давайте, дамочка и без глупостей.

Я двинулась уже привычным маршрутом.

Сразу на выходе из комнаты — лифт. На нем мы спустились на несколько этажей, вышли и оказались в эдакой комфортабельной тюрьме с множеством камер-квартир.

Меня заперли в просторной комнате, даже с компьютером и возможностью выходить в Галактическую сеть. Правда, я ни капли не сомневалась, что каждый мой визит туда строго контролировался. Здесь была гигантская удобная кровать, несколько шкафов с чистыми комбинезонами, отдельная ванная и уборная.

Я очень переживала за Матвея. Как он там один, совсем без меня?

Оставалось надеяться только на Зама.

Если же я не соглашусь с планом Сардиса, нас бросят на планету к убийцам и сектантам-фанатикам. Так себе выбор. По сути — его нет.

Либо предать обоих гибридов, либо — своего сына.

Но он мне дороже всех мужиков, всех друзей и всего, что есть в мире…