ГЛАВА 25

— Кто бы мог подумать, что в одном замке собралось столько интересного: проклятие, жуть, призрак. И девушка, собирающаяся всё это распутать, владеет нестандартной магией, — на губах Паула играла легкая улыбка.

— Разочарованы? Думаете, это ерунда?

Брови Паула взлетели вверх:

— Почему разочарован? Наоборот, заинтригован. Самому захотелось поучаствовать в расследовании. Позволите, Роберта?

— Позволю. Мне, как выяснилось, всё равно самой не справиться. Даже не представляю, как подступиться.

— Ну, я бы начал с того, что направил запрос в департамент магии. Необходимо выяснить, во-первых, когда был зарегистрирован первый маг, владеющий нестандартной силой. А во-вторых, как говорите, звали вашу родственницу? Матильда Энн? А во-вторых, узнать есть ли запись о регистрации на родовое имя Энн.

— И что это даст?

— Это даст нам информацию о том, какая сила преобладала в этом роду. И сколько нестандартных магов в нём отметилось. В общем, начнем с запроса.

— Вы думаете, департамент магии предоставит мне такую информацию?

Паул посмотрел неожиданно серьёзно, о чем-то вздохнул и потер переносицу:

— Вы правы, Роберта. Вам не стоит привлекать к себе внимание департамента. Не сейчас. Тогда вам придётся набраться терпения. Как только я освобожусь от статуса государственного преступника, департаменту придётся ответить на интересующие нас вопросы. Мне они не посмеют отказать.

— И как скоро вы намерены вернуть себе честное имя?

— Роберта, я уже этим занимаюсь. Прошлой ночью мне пришлось провести несколько интересных переговоров. Так что в ближайшее время я или выйду на свободу или мой хладный труп как-нибудь утром обнаружат надзиратели. Но, я надеюсь, до трупа не дойдет.

Я невольно содрогнулась. Как можно так шутить?

— Вам удалось выяснить, в чем вас обвиняют?

Паул кивнул:

— Удалось. Ничего оригинального. Государственная измена. Но, к счастью, его величество король Август хоть и слаб телом, но с разумом у него всё в порядке. Остается надеяться, что ему хватит сил противостоять недругам. Но, я не стану с вами обсуждать дела государственной важности, чтобы не ставить вас, пусть и невольно, под удар. Сейчас чем дальше от дворцовых интриг и сплетен, тем безопаснее.

Снова легкое прикосновение губ к моему запястью:

— А теперь, нам пора прощаться. Спокойной ночи, Роберта.

Я даже ответить не успела, черная воронка сомкнулась над головой, утягивая в крепкий сон.

После завтрака мне пришлось приложить немало сил, чтобы уговорить Ядвигу обратиться к целителю. Говорить прямо о черных нитях я не стала, но намекнула, что кое-что увидела. А так как я не целитель, то нужна консультация Эриуса. Ядвига проявила завидное упрямство. И логики в её возражениях я не заметила. То её смущал пол целителя, то она ссылалась на занятость Эриуса. То вдруг заявила, что нужно получить разрешение отца. В общем, лишь бы не ходить. И только когда я ей пригрозила, что мы вдвоём с Корой силком её отведем к Эриусу, она покорно вздохнула.

В этот раз нам пришлось подождать. Эриуса не было в кабинете. Как потом выяснилось, он навещал своих пациентов: господина Рэйва и Дуола. Увидев нас под дверью кабинета, он перевел вопросительный взгляд с меня на Ядвигу, чем вызвал замешательство у подруги. Она вцепилась в мою руку, как тонущий цепляется за соломинку. Она боится его что ли? Хотя чему я удивляюсь, мне и самой находиться рядом с Эриусом не комфортно.

— Чем обязан, дамы?

Я усадила Ядвигу на кушетку и решила принять весь удар на себя.

— Теобальд, вчера вечером я снимала болезненный спазм у Ядвиги…

Брови Эриуса нахмурились, линия губ стала жестче. Я затараторила:

— Я знаю, что вы против моего воздействия, но было поздно вас беспокоить. А Ядвиге нужна была помощь. И вы же сами сказали, что моя магия жизни в полном порядке, значит, я могу ею пользоваться, не боясь нанести вред другим.

С кушетки раздался испуганный голос подруги:

— Это я её попросила. Роберта отказывалась, но я настояла.

Эриус перевел взгляд на Ядвигу:

— Что вас беспокоило?

— У неё болезненное женское недомогание, — поспешила я с ответом, чтобы не заставлять Ядвигу самой это произносить.

— Я так понимаю, ваше вмешательство, Роберта, облегчило страдание госпожи Намзини?

— Да. Но внутренним взором я кое-что увидела, и мне это не понравилось. Но так как я не целитель, то уговорила Ядвигу обратиться к вам. У неё по всему телу какие-то черные ниточки протянуты и они пульсируют.

Эриус недоверчиво посмотрел на меня, потом на Ядвигу. Но подруга лишь пожала плечами.

— Я должен вас осмотреть, госпожа Намзини.

Ядвига беспомощно посмотрела на меня, будто Эриус её съесть собрался. Но вот самого целителя девичьи сантименты мало беспокоили. Он уселся на кушетку рядом с Ядвигой, взял её за руку.

— Госпожа Намзини, расслабьтесь. Это совершенно безболезненно.

Несколько минут в кабинете целителя царила тишина. Эриус хмурился, напрягался, усиливал магический поток. А потом заявил немного раздражено:

— Я ничего не увидел, Роберта. Ни ниточек, ни веревочек. Госпожа Намзини совершенно здорова.

Я поспешила усесться с другой стороны от подруги и взяла её ладонь в свои. Пустила магию, посмотрела внутренним взором. Да вот же они! Как их можно не увидеть! Именно так я и сказала целителю.

Теобальд пришёл в ещё большее раздражение. Вскочил на ноги, прошел вдоль кабинета.

— Роберта, я уже неоднократно сталкивался с тем, что вы способны видеть то, что целителю недоступно. Я не могу отмахнуться от ваших слов, хотя очень хочется. Черные ниточки… Я даже представить это не могу! Давайте поступим так, вы сейчас покажете мне то, что видите в теле Ядвиги.

Я глаза вытаращила:

— Это как?!

— Я объясню.

Мне пришлось сесть между Ядвигой и Эриусом. Правой рукой я держала ладонь подруги, а мою левую ладонь крепко сжал целитель. Таких манипуляций нам в институте не показывали. Ну что же, попробуем.

Я снова пустила свою магию. При этом чувствовала, как левую ладонь начинают покалывать иголочки. Но я не отвлекалась на это неприятное ощущение. Следовала взором за потоками своей магии. Вглядывалась в пульсацию нитей, а потом продемонстрировала, как они реагируют на мою силу. Направила поток на одну из нитей, и она начала истончаться, бледнеть. Но процесс оказался слишком затратным в плане магии. Ведь приходилось ещё и Эриусу передавать полученную картинку. Через пять минут я выдохлась и разжала руки.

— Всё, больше не могу.

Эриус был ошарашен. Выглядело это забавным. Он ерошил свои идеально уложенные волосы, бормотал что-то под нос, мерил шагами кабинет.

— Я никогда такого не видел, Роберта. Что это?

Если бы я знала, я бы здесь не сидела. И тут заговорила Ядвига:

— Это наследственность Забытых. Я же рассказывала, Роберта.

Ядвиге пришлось рассказать Эриусу то, что раньше она озвучила мне. Про страшную наследственность, которая может проявиться в любой момент. Теобальд слушал внимательно и по мере рассказа подруги его взгляд мрачнел, а брови недовольно хмурились. Когда Ядвига замолчала, я неуверенно пробормотала:

— Это может быть что-то другое, а не наследственность Забытых. С чего ты решила…

Но подруга торопливо перебила:

— Я просто знаю. Другого ничего не может быть, я это чувствую. Как заметил господин Эриус, я абсолютно здорова и это тоже — наследственность. Бабушка писала мне, что все женщины в семье, унаследовавшие способность обращаться в монстра, отличались крепким здоровьем и доживали до глубокой старости.

Теобальд, наконец, обрел способность говорить и осторожно поинтересовался:

— Госпожа Намзини, у вас всегда женское недомогание проходит болезненно? Не отмечали ли вы в последний год или месяцы усиление болей?

Ядвига густо покраснела и кивнула:

— Да, с каждым разом боли усиливаются. Вы… подумали о том же, о чем и я? Это наследственность проявляется, да? И я скоро стану монстром? — из глаз Ядвиги потекли слезы. Эриус неторопливо поднялся, открыл ящик комода, позвенел в нём скляночками и флакончиками и подал дочери коменданта бокал с прозрачной жидкостью.

— Выпейте, это успокоительное. Госпожа Намзини, давайте посмотрим на вашу проблему без лишних сантиментов. Я скажу, как есть. В моей практике не было подобных случаев. Но, к сожалению, в нашем королевстве до сих пор наследственность Забытых проявляется самым различным образом. Из тех материалов, что я изучал, я вынес одно: сила целителя беспомощна перед наследием Забытых. И вам уже это говорили, когда вы пытались избавиться от шрамов. Увы, я вам помочь не могу, хотя страстно желал бы этого.

Ядвига громко всхлипнула, и Эриус повысил голос:

— Госпожа Намзини, прекратите реветь. Ваша подруга продемонстрировала мне, как наследственность Забытых реагирует на её силу. Я, конечно, предпочел бы признанные методы лечения дурной наследственности. Но, как я уже говорил, их не существует. А магию Роберты вообще следовало бы хорошенько изучить, прежде чем пользоваться ею. Но, учитывая, что боли у вас с каждым месяцем усиливаются, нужно рискнуть. Неизвестно сколько времени у вас осталось до первого оборота.

Я с удивлением посмотрела на целителя. Он это серьёзно?

— Теобальд, а ты не забыл, что я не целитель и что ты сам выговаривал мне…

— Роберта, я всё прекрасно помню! Но, другого способа помочь госпоже Намзини, нет. Я ничего не могу сделать с наследственностью Забытых. Ничего! Ты попробуешь убрать эти нити под моим присмотром. Сил у тебя недостаточно, поэтому придётся потратить на это несколько дней. В любом случае, других вариантов нет. Завтра с утра и начнем. И, Роберта, постарайся не расходовать силу попусту. Госпоже Намзини она нужнее.

Возвращались мы с Ядвигой назад в крайне подавленном состоянии. Я понимала отчасти подругу: её опасения грозят стать реальностью. Ужасной реальностью. Но на мне теперь лежит ответственность, и я не уверена, что справлюсь. Силы у меня мало, и насколько эффективна она против черных нитей ещё неизвестно. Но я должна сделать, всё, что могу.

Я остановилась возле метелки. Её алые цветы распускались один за другим и источали едва уловимый горьковатый аромат. Количество ещё зеленых бутонов радовало, но холодный ветер вперемешку с дождем наводили на мысль о том, что метелку хорошо бы защитить. Но как?

Я погладила метелку по стволу и виновато прошептала:

— Прости, дорогая. Но мне нужно копить силу, что избавить Ядвигу от наследственности Забытых. Ты ведь справишься?

Веточки чудо дерева закачались, ближайший ко мне бутон раскрылся ещё больше. Следует ли это рассматривать как знак, что у метелки с силой всё в порядке? Хорошо, если так.

Теперь книги в библиотеке я просматривала с удвоенным вниманием. Даже если в них ничего и нет о нестандартной магии, возможно, есть что-то о дурной наследственности. Можно было бы спросить у призрака, но мне кажется у него плохое настроение. Вчера даже Минди не визжала в купальне.

После обеда я поняла, что сил больше нет. Витиеватые строчки сливаются, а нужной информации я так и не нашла. Решила заняться чем-нибудь другим. Проверила ящики с Огневицей, чьи зеленые ростки высунули зеленые кончики из земли. Пусть растет сама. Мне магию надо копить. Наведалась к Коре на кухню, где застала Дейзи, которая делилась очередной порцией сплетен.

— Да, господина Рэйва отправляют из замка. Прямо на днях. Господин комендант рад несказанно, что тот сам написал рапорт.

Вот значит как. А того, кто напал на Дуола так и не нашли? Мне вот почему-то кажется, что тут не обошлось без Рэйва. А не наведаться ли мне к коменданту?

Комендант отыскался в своём кабинете. Перед ним лежала стопка документов, которые он просматривал с явным неудовольствием.

— Что у вас, госпожа Клорр? Ящики, Чумыр или новая прихоть?

— У меня вопрос, господин Намзини. Удалось ли выявить напавшего на Дуола?

Господин Намзини посмотрел на меня из-под густых бровей и буркнул:

— Удалось. И он уже наказан в соответствии с уставом. И посажен под арест. Со всеми вытекающими, сами понимаете.

— И кто же это?

Названное имя мне не о чем не говорило. И коменданту пришлось объяснить:

— Это подчиненный господина Рэйва. Он таким способом попытался отомстить за своего начальника. Он говорит, что просто хотел попугать вас, чтобы вы уменьшили рвение. Ну а Дуол попал под руку. Но вы, как я вижу, госпожа Клорр, снова расхаживаете по замку без сопровождения?

— Так вы сами не выделяете мне сопровождающего. А отвлекать от работы обитателей женской половины я не могу.

— У меня нет свободных людей. Все при делах. И я прошу вас, госпожа Клорр, не создавать проблем ни себе, ни моим людям.

— Да, господин Намзини, конечно. Я уже поняла, что тут принято, вместо того чтобы решать проблемы, делать вид, что ничего не происходит.