Глава 15 Не Грок

Мы дождались ночи — время тянулось, как патока, но после визита Грока к нам больше никто не заходил и не проверял. Кража вилки осталась незамеченной, бандиты, видно, уверены в своей "клетке". Полночь давно миновала, дом затих — только редкий храп из-за стен, скрип половиц от случайных шагов да далёкий вой ветра в щелях. Лунный свет пробивался сквозь решётку серебристыми полосами, отбрасывая тени на стены.

Я взяла Мирея за ладошку и тихо проговорила план ещё раз, шепотом:

— Слушай внимательно. Я возьму вилку и попробую вскрыть замок. Если получится, разведаю дом: сколько бандитов, где спят, найду выход. Ты останешься здесь, прячешься под кроватью, если что. Не выходи, пока я не приду за тобой.

Он кивнул серьёзно, карие глазки вспыхнули решимостью взрослого, хотя пальчики дрожали:

— Понял, Ари. А если ты не вернёшься?

Сердце сжалось от его вопроса, но я улыбнулась, взъерошив вихрастую макушку:

— Вернусь. Сбежим и вместе найдём твоего папу.

Он прижался ко мне ближе, уткнувшись носом в моё плечо. «Маленький воин», — подумала я с теплом в груди, целуя его в макушку. Удивительно, но за день он уже стал как родной. Надеюсь, когда мы найдём его отца, он разрешит иногда навещать их, я точно буду по нему скучать. Конечно, пока об этом рано думать, сначала нужно выбраться.

План был рискованным — дом набит бандитами лорда, как акулы в стае. Один неверный шаг, и поймают, но сидеть сложа руки? Нет, это не про меня, тем более что от меня зависит не только моя жизнь, но и мальчика.

Я встала бесшумно, ступая мягко, но вдруг в коридоре послышались шорох и приближающееся шарканье сапог. Я замерла. Затем замок заскрипел — словно кто-то ковырял его снаружи.

Я резко повернулась к Мирею — он сидел на кровати, глазки полны страха, бледный, ручки вцепились в одеяло. Бесшумно, одними губами прошептала:

— Прячься! Под кровать — быстро!

Он нырнул в тень под кроватью бесшумно, а я воинственно повернулась к двери, вставая в стойку: ноги расставлены, спина прямая, вилка перед собой в обороне. Дверь скрипнула, медленно открываясь внутрь, лунный свет полоснул по полу, отбрасывая тень — высокую, опасную…

Грок! Неужели решил ослушаться своего босса и мои колкости наконец довели его до белого каления? "Не дамся!" — ярость вспыхнула в груди, как факел в ночи, заглушая страх. Я стояла твёрдо, вилка вперёд — три зубца нацелились в его глотку, ноги расставлены, тело напряжено, как тетива лука.

— Не подходи! — прошипела я, глаза прищурены. — Не боишься, что твой хозяин узнает, как ты его ослушался?

Он шагнул в комнату тихо, как тень, бесшумно закрывая за собой дверь. Сложил руки на груди, глаза блеснули в лунном свете, бровь поднята в насмешливой дуге:

— Серьёзно, рыжуля? Вилка?

Что? Я опустила руку, вилка дрогнула в пальцах, и сделала шаг к нему, вглядываясь в лицо — серые глаза, те самые, что преследовали меня, пронзительные, цепкие, манящие, как шторм над лагуной. Нет шрама, как у Грока, нет той звериной морды с жёлтыми зубами и шрамами, одет по-другому — чисто, опрятно. Но если убрать у настоящего Грока густую бороду, то лицо почти похоже: те же резкие скулы, тот же прищур глаз. Это и Грок, и не он одновременно — как такое возможно? Иллюзия? Магия?

— Ты… не Грок, — выдохнула я, голос дрожит от смеси облегчения и подозрения, вилка всё ещё в руке, но уже опущена. — Ристан? Что ты здесь делаешь? И почему… выглядишь как он?

— Не в таких обстоятельствах я хотел познакомиться, но давай по порядку, — произнёс он спокойно, прохаживаясь по комнате и выглядывая в окно. Потом повернулся ко мне, серые глаза поймали мой взгляд, и продолжил, скрестив руки на груди: — Меня зовут Ристан. Я метаморф, могу изменить свою внешность по желанию, черты лица меняют форму, подобно воску. Хотя временно не могу полностью скопировать весь внешний вид — магия барахлит после… Впрочем, не важно. Главное, пробраться сюда мне удалось. У нас мало времени, настоящий Грок скоро проснётся.

Сначала я почувствовала облегчение, что он нашёл меня — волна тепла разлилась по груди, смывая страх и усталость, как прилив смывает песок с камней. Он пришёл… пробрался в самое логово. Но как он узнал, где я? Что же получается, лорд-акула оказался прав? Я для него что-то значу, раз он рискует головой. Но что именно? Мы ведь даже не знакомы по-настоящему — одна стычка в Тенях, и вот он здесь. А потом меня накрыла злость — такая жгучая, ослепляющая, как вулкан.

— Это всё из-за тебя! — прошипела я, словно змея, поднимая вилку и угрожающе направляя её в его сторону. — Ты втянул меня в это!

Ристан не отшатнулся — его руки мягко перехватили мои запястья, держали нежно, без силы. Серые глаза поймали мой взгляд: глубокие, тёплые, с оттенком вины и кривой усмешкой, что вызывала во мне смешанные чувства. Он притянул меня ближе на миг, и низкий, бархатный шёпот прозвучал у самого уха, забирая при этом вилку из моей руки:

— Виноват, признаю. Я планировал всё объяснить в таверне, но ты сбежала, — посмотрел с лёгким укором, бровь приподнята, в глазах мелькнула тень обиды, смешанная с азартом. — Может, покричишь на меня в другом месте? Без нюхачей Вейла на хвосте?

Он прав — объяснения подождут. Я высвободилась из его захвата и заглянула под кровать, где затаился Мирей, свернувшись калачиком, глазки блестят в полумраке, как у загнанного зверька:

— Мирей, вылазь. Этот дядя поможет нам, его можно не бояться.

Он вылез медленно, на четвереньках, сразу прижался к моей ноге, ручка вцепилась в подол платья, как в спасательный канат. Я погладила его по голове, сердце сжалось от нежности и решимости, и с твёрдым взглядом обратилась к Ристану, голос звенел сталью:

— Без него никуда не пойду.

Он встретил мой взгляд — серые глаза вспыхнули уважением, кривая усмешка сменилась тёплой улыбкой, он кивнул коротко, без споров:

— А ты не дашь мне заскучать, да, рыжуля? — усмехнулся он криво, серые глаза блеснули в полумраке. Он обдумал что-то пару минут — лицо сосредоточенное, как у охотника перед прыжком, — и кивнул сам себе:

— Хорошо, подождите меня здесь. Кое-что проверю — вернусь через пять минут.

Дверь за Ристаном бесшумно закрылась, оставляя нас в полумраке. Мирей поднял головку, глазки горят надеждой, и спросил шёпотом, полным детской веры:

— А он правда нас спасёт, Ари?

— Обязательно, малыш, — я присела перед ним на корточки, заглядывая в карие глазки, полные доверия и усталости, взяла его липкие ладошки в свои, сжав нежно, чтобы передать тепло и уверенность. Его щёчки горели от волнения, но взгляд уже не такой испуганный — мой маленький воин держится.

— Давай договоримся: то, что я сирена, будет наш с тобой секрет, никому ни слова, даже папе не говори. Это очень важно сохранить в тайне. И зови меня Анна, или Ани, хорошо?

Он серьёзно кивнул, будто понимал важность секрета, я чмокнула его в носик, и мы принялись ждать нашего сероглазого спасителя.