Глава 14

— Ты давно уже признал меня виновной. Доказывать обратное — нет смысла. И твои красивые речи, это лишь способ подобраться ближе и поработить мое тело и душу. Стелешь мягко, умело прикрывая коварство, — Мара поставила бокал на пол, скрестила руки на груди и уставилась на Ардока с вызовом.

— Вот видишь, ты также раньше времени меня оклеймила. Точно также поставила печать коварства. Я же делаю шаг на встречу, пытаюсь понять, готов выслушать. Ты же как скала в своих убеждениях, — голос стал еще мягче, дракон придвинулся ближе и его глаза засияли, точно также как вчера в зале при соблазнении девственниц.

— Ты просто делаешь вид. Посадил меня в клетку и изучаешь новое приобретение, — теперь слова давались тяжело, от дракона исходило облако, окутывающее, успокаивающее, приятное тепло разливалось по телу. Не в силах противиться, Мара откинулась на кресле, гнев сменялся расслаблением.

— Твое положение может измениться в любой момент, — Ардак поднялся с кресла и присел на корточки рядом с сиреной. Взял ее руку, провел пальцами по ладони, едва уловимое прикосновение, а казалось он пробирается внутрь и щекочет душу.

— У этих изменений слишком высокая цена, — облизав пересохшие губы, она закрыла глаза, пытаясь оградить себя от всепоглощающего свечения изумрудных глаз.

— Неужели? — дракон провел языком по тоненькой ладони, огненные прикосновения не обжигали, они пробуждали опасную негу, дарили ложно чувство комфорта. Ардак стал посасывать пальчики Мары, беря их в рот по одному, медленно, деликатно, смакуя процесс, заставляя ее губы приоткрыться. Ядовитая, лживая ласка опутывала, раздвоенный язык приоткрывал завесу тайн, приглашал изведать запретное.

Рука стала гладить ступни, проворные пальчики оставляли горячуй след на прохладной коже нимфы. Невинные прикосновения дарили новые, неизведанные ранее ощущения. Не было сил вырваться, не хотелось оттолкнуть дракона, пусть продолжает еще чуть-чуть. Хотелось еще немного насладиться, пусть обманчивыми, но такими приятными ласками.

Ардак был близко, слишком близко, сверкающие глаза раздевали, заставляли соски болезненно сжаться. Руки продолжали массаж ступней, надавливая на только ему ведомые точки, заставляя тело сирены откликаться помимо ее воли.

Обласкав каждый пальчик на руке, дракон неторопливыми движениями пошел дальше. Остановился на сгибе руки, рисуя невидимую картину, зажигая слабые, только набирающие силу, огоньки желания. Приятные ощущения охватывали тело, заставляли Мару позабыть о переживаниях, высвобождали разум и пытались сломать запреты.

«Нет, пора это прекратить. Я сильнее его лживых трюков! Я смогу!», мелькнула спасательная мысль. Но мутант, словно прочитав ее мысли, резко прекратил свои ласки, очень нежно лизнув ее в плечо, встал, чувственно облизал губы, продолжая излучать зеленый свет:

— Было приятно провести время. Сейчас тебя проводят в твою комнату.

Мара резко встала, желая поскорее убежать, избавиться от сладкого наваждения. Ватные ноги подкосились, сирена пошатнулась, и лишь чудом сохранила равновесие. В глазах все заволокло легкой дымкой, дыхание так и не выровнялось.

— До свидания… — прошептала еле слышно, на большее не хватило сил.

— Не прощаюсь, Мара, скоро увидимся, — мягкая улыбка делала полные губы дракона еще соблазнительней.

Как только за сиреной закрылась дверь, зеленый свет в глазах Ардака моментально сгорел в кроваво-красном пожаре.