Обряд очищения

После того, как Васт принёс чернильницу с пером и лист бумаги, Нанзу на несколько минут затих, сосредоточенно вырисовывая на бумаге какой-то заковыристый узор. Сам чатьен встал позади меня и следил за работой вихо напряжённым взглядом.

Атмосфера, повисшая в комнате, была далека от дружелюбной, но я постаралась не заострять на этом внимания, искренне надеясь, что после обряда очищения этот цирк с конями закончится, и Васт вернётся к своему обычному, слегка отстранённому, поведению.

— Готово, — объявил Нанзу и протянул чатьену исписанный лист. — Символы лучше всего рисовать кровью.

— Человеческой? — окинув написанное быстрым взглядом, уточнил Васт равнодушно.

— Не обязательно.

— Человеческая кровь — самый мощный проводник, — напомнил Васт.

— Мне это прекрасно известно, — чуть раздражённо заверил его Нанзу. — Но этот обряд требует достаточно много крови, и лично я не намерен её жертвовать.

— Много, это сколько? — поинтересовалась я.

— Около полулитра.

— А обязательно её всю отдавать одному человеку? В конце концов, нас тут трое, и все мы собираемся участвовать в ритуале. Почему бы не объединить усилия?

Мне подобное решение казалось вполне разумным.

— Здравая мысль, — признал Нанзу. — Однако, госпожа, вы уверены, что хотите смешать свою кровь с моей? — в его глазах мелькнуло какое-то очень странное выражение.

— Не только с вашей, но и с кровью чатьена, — поправила я его. — А что, с этим есть какая-то проблема?

— Во всех связывающих ритуалах, в том числе брачных, используется кровь, — вместо него объяснил Васт.

— Разве она при этом не добавляется в ритуальный напиток?

— Добавляется, — подтвердил Нанзу и усмехнулся. — Однако где гарантия, что кровь, оставшаяся после начертания рунного круга, не будет использована не по назначению?

Я наградила вихо укоризненным взглядом.

— Если вы так об этом переживаете, я собственноручно вылью остатки и вымою пиалу, в которой будет находиться наша кровь, — заявила я. — На этом всё? Или есть ещё какие-то опасения?

— А мне-то что? — фыркнул Нанзу. — За себя я не переживаю, о вас лишь беспокоюсь.

«Какой он всё-таки противный», — неодобрительно подумала я, вслух же сказала: — Премного благодарна за заботу, но сейчас она излишняя.

Васт тем временем снова покинул нас ненадолго, чтобы вернуться с неглубокой глиняной чашей, стеклянной пробиркой и длинной тонкой иглой.

Без дополнительных просьб с его стороны я протянула руку. Игла проткнула мне вену на локтевом сгибе, заставив меня невольно вздрогнуть — я отвернулась, чтобы не видеть, как кровь стекает в пробирку.

Не то чтобы я особо боялась вида крови. Просто зрелище было не самым приятным.

Заполнив пробирку моей кровью, Васт лёгким касанием пальцев заставил дырочку от иглы затянуться. Затем перелил кровь из пробирки в чашу, подошёл к Нанзу и повторил процедуру уже с ним, после чего вручил иглу мне.

— Может, лучше вихо? — опасливо предложила я.

Нет, чатьен, конечно, начал обучать меня кое-каким премудростям целительского дела, но с иглами я прежде дела не имела, да и человеческую анатомию ещё выучила недостаточно хорошо, чтобы вот так легкомысленно играть в доктора.

— Нет.

Как всегда лаконично.

Обречённо вздохнув, я взяла иглу в руки.

— А её разве не нужно обеззаразить чем-нибудь? — поинтересовалась я.

— Я очистил её с помощью магии, — успокоил меня Васт.

Странно, а я даже не заметила, как он это сделал. Впрочем, причин не доверять его словам у меня не было.

Сделав глубокий вдох, как перед прыжком в воду, я аккуратно обхватила предплечье Васта пальцами, поднесла иглу к синеватой полоске вены, видневшейся сквозь тонкую кожу, и сделала осторожный прокол.

— Молодец, — похвалил меня чатьен, тут же подставляя пробирку под тонкую струйку крови, появившуюся из прокола.

Залечив свою ранку, Васт смешал «чернила» и, ещё раз внимательно изучив записи Нанзу, нарисовал большой круг на полу и принялся внутри него вычерчивать замысловатые символы.

— Нам нужно будет встать внутрь? — поинтересовалась я, внимательно следя за его работой.

— Нет, — ответил Нанзу. — Достаточно просто смотреть на него.

Занятная система, ну, да ладно.

Завершив последний символ, Васт выпрямился и поставил чашу с остатками крови на прикроватную тумбочку, после чего снова взял в руки листок и прочитал длинное заковыристое заклинание на неизвестном мне языке.

Знаки на полу вспыхнули синим, и по комнате словно пробежал лёгкий порыв ветра.

И в эту же секунду мою голову пронзила острая боль.