* * * * *

— Теперь понятно, из-за чего весь сыр-бор, — откинувшись на спинку кресла, объявил Игрок Светлыми.

— Тебе от этого стало легче? — поинтересовался его противник.

— Легче — не легче, но предсказуемость — лучше, чем непредсказуемость.

— А управляемость — лучше, чем неуправляемость.

— Ну, ты размечтался! — рассмеялся тот, кто ходил Светлыми, пока они не начали ходить сами.

— Тебе эта фраза не кажется странной, учитывая, кто мы?

— Это там мы — боги. А тут мы — люди. И не стоит об этом забывать ни тут, ни там.

— А когда ради своего развлечения ты отправляешь человека на смерть, ты помнишь об этом? — абсолютно серьезно поинтересовался Игрок Темными, который «там» исполнял обязанности Двухцветного.

— Мир — странная штука, и даже с помощью суперкомпьютеров нельзя предсказать, как то или иное воздействие в нем отзовется. Иногда нам кажется, что мы управляем миром. Но, может, это мир управляет нами? — подмигнул тот, кто работал Пресветлым.

— Снял с себя ответственность?

— Не снял, а разделил. Ты здесь новичок. Наслушался инструктажей об исключительности нашей миссии и величайшем грузе долга. Но на самом деле всё немного не так. Ты помнишь из истории, что когда проход в жестокий мир А16m стабилизировался, наше руководство приняло решение о вмешательстве.

Пресветлый констатировал, и Игрок Темными кивнул. Разумеется, помнил. Данный факт не был известен широкой публике, но уж те, кто допускался до этой работы, были в курсе.

— Наши технологии столь разительно отличаются от этого мира, основанного на магии, что нас действительно приняли за богов, — рассказчик продолжал озвучивать известные истины. — Расчет оправдался. Основная цель была достигнута — жестокие Древние боги были свергнуты. А дальше началось удивительное. Наши решили заняться прогрессорством. Нести свет цивилизации в темный магический мир. Что только ни делали: внушали через суггесторы, устраивали божественные знамения… Все попытки с треском провалились. Мир сопротивлялся, не пуская технику дальше храмов. Типа, у себя в «посольствах» творите что хотите, а у нас, будьте добры, следуйте местным законам. Это было первой ласточкой. Дальше было много других провалов, мелких и крупных. Мир будто сам определяет границы допустимого. Поэтому, если ты можешь что-то сделать, значит, он дал тебе разрешение, — и чуть погодя добавил: — Или, по крайней мере, не запретил.

— А почему мне об этом не рассказали?

— А чтобы не расслаблялся, — Игрок Светлыми подмигнул.

— Так, выходит, ты с самого начала знал, что эта Игра — не просто игра? — изумленно спросил Игрок Темными.

Его соперник выразительно постучал себе по лбу.

— Я же говорил: мы — обычные люди. Мы просто выполняем свою работу. Решаем межгосударственные конфликты, отвечаем на мольбы, устраиваем чудеса и оказываем божественные милости. А на судьбу мира мы обычно не влияем, — и, чуть подумав, добавил: — Так явно, во всяком случае.

— Но теперь мы обязаны вмешаться, — твердо заявил Игрок Темными.

— Обязаны, — согласился тот, кого называли Пресветлым. — Вопрос: где?

— Уже не вопрос, — возразил ему напарник и кивнул на игровую доску, где теперь лиловела Цель Черных.