Глава 16

Маша Платье привезли в день вечеринки. Две коробки, одна поменьше, в ней был наряд для Олеси. Девочка с радостными воплями унеслась примерять вещь в свою комнату. Анна Игнатьевна и стилист побежали следом, чтобы с таким энтузиазмом она ничего не испортила. Откинув последний слой тонкой бумаги, вынимаю из глянцевой коробки платье, ахнув от восторга. Блестящий кремовый шелк струится между пальцами. Такой изысканной красоты я еще ни разу вблизи не видела, разве что в глянцевом журнале, предназначенном для девушек, мечтающих разбогатеть, или подняться по социальной лестнице. Даже не представляю, сколько может стоить это великолепие! Ткань такая изысканная, переливающаяся. – Вам помочь, Мария? – спрашивает меня Рита, девушка-стилист, которая занималась больше двух часов моим макияжем и прической. – Да, спасибо. Оно очень красивое, даже надевать страшно, – признаюсь смущенно. – Согласна, – улыбается мне девушка. – Но мы не можем оставить его без выхода в свет. Оно ведь создано для этого. Через пару минут я разглядываю себя в большом зеркале. – Изумительно, – улыбается Рита. Нервно сглатываю. Вот уж точно, сейчас я опровергаю пословицу “не одежда красит человека…” Это платье определенно превратило меня в принцессу. Нежно-кремовый шелк облегает и подчеркивает все достоинства фигуры. – Маша! Ты такая шикарная! Обалдеть просто! – восторженно кричит Олеся, вбегая в комнату. – Ты тоже, дорогая, – улыбаюсь простодушию племяшки. Она такая хорошенькая в платье, с пышной юбкой, и рукавами-воланами, как маленькая фея. Обычно ей куда больше джинсы и толстовки нравятся. – Что тут сказать, повезло Олегу, – в комнату заглядывает Аристарх Иванович. – Еще как! Только он не ценит! Пропал, совсем нас бросил! – не задерживается с ответом Олеся. – Вот и не увидит Машу такой красивой! – Лесенька, пожалуйста, успокойся, – бормочу, растерянная таким пылом. Не хватало еще, чтобы девочка поверила в мои отношения с Олегом, и потом страдала. – Пойду вниз, посмотрю, может он приехал? – совсем не слушает меня Леся. Уносится как ураган. – Осторожнее с платьем! – кричу ей вслед. Но сейчас точно не могу ей все попытаться объяснить, иначе придется и перед суровым Аристархом ответ держать. Чувствую себя ужасно запутавшейся. Столько разных эмоций, чувств! Это и грусть, что скоро конец нашего странного приключения. Я буду скучать по дедуле, по его внуку, по этому уютному дому. И странная тоска, ведь я так давно не видела губернатора. Но сегодня нам предстоит волшебный праздник, и я запрещаю себе все негативные мысли. Меня охватывает волнение, возбуждение, когда спускаюсь вниз под ручку с хозяином дома. – Приехали! – кричит во все горло Леська. Мое сердце сбивается с ритма. Кажется, я видела такую сцену в каком-то кинофильме. Только название забыла. Героиня спускается по лестнице, герой ждет внизу, застывший с восхищением. Робко улыбаюсь, встречаясь с Дубровским взглядом. Его – потемневший, пронзительный. Кажется, что сейчас затянет меня в свой омут, в котором потеряю себя безвозвратно. Губернатор, конечно ослепительно красив, в черном смокинге и белой рубашке. В горле пересыхает от столь резкого всплеска эмоций. Понимаю, что еще долго буду проигрывать в голове этот момент встречи. Но сейчас необходимо взять себя в руки, иначе еще в обморок свалиться не хватало… Дубровский продолжает разглядывать меня пристально, и немного удивленно. Потом хмуро сдвигает брови. Отчего начинаю сильнее нервничать. – Здравствуй… – чуть было снова не перешла на “вы”, вовремя опомнилась. Дедуля же рядом. – Олег. Как добрались? – Отлично. Привет, милая, – Дубровский быстро целует меня в щеку. – Дед, вот это сюрприз. – Ага, я ж мастер на них. Хотя и ты, внучок, порадовал. Наконец перестал шляться по всяким там… Ну ты сам знаешь. Маша – чудо. Я сам практически влюбился. – Ты смущаешь ее. – Тогда может пойдем в кабинете поболтаем? Вроде есть еще минут пятнадцать. А потом отпущу вас на бал, что уж. Мужчины удаляются, а ко мне подходит Павел. Беру в руки шубку, тоже одна из обновок от щедрот губернатора, вчера доставили с курьером. У Олеси точно такая же, только меньше размером. Очень подходит к платью. Легкая, пушистая. Соболя. Никогда подобного не носила. Даже думать не хочу, сколько стоит! – Машенька, вы чудо, – улыбается широко, но я не верю этому благодушию. Он прежде всего о своих интересах печется. Поеживаюсь. Как мне надоел этот горе-манипулятор. – Что такое? Вас что-то беспокоит? – Нет. То есть, да. Хотела спросить, значит после бала точно все заканчивается? – Что именно, дорогая? – Наш договор. – Скорее всего, да. – Скорее всего? Это очень расплывчатый ответ, Павел Данилович! – Сейчас мне сложно сказать на сто процентов. Поймите, у губернатора могут быть свои причины, мотивы… Павел замолкает, потому что возвращается Олег. – Нам пора, – говорит строго. Протягивает мне ладонь. Стоит больших усилий, ответить ему, положив на нее свою. – Не похоже, что ты скучала, – говорит тихо, когда идем к машине. – А должна была? – Не знаю. Мне так Олеся сказала. – Когда? Вы созванивались? – моргаю ошеломленно. – Что такое? Это разве что-то из ряда вон? Ну позвонила она. Очень открытый ребенок. Порывистый. Не бойся. Она мало о тебе говорила. – Что ты имеешь в виду? – Что никакие тайны не выдала. Расслабься, Маша. – Я спокойна! – Отлично. Ты выглядишь… – вдруг замолкает. – Тебе не нравится платье? – Слишком нравится, Маша, – залипает на моем декольте. Мы уже возле лимузина. Водитель открыл дверь, а мы никак не можем сдвинуться с места…