Глава 17

– Эй, влюбленные, меня забыли! – Олеся разрушает возникшее между нами волшебство. – Ну что ты, кроха, куда мы без тебя, – бормочет Дубровский. Всю дорогу Леська не умолкает, болтает обо всем на свете, очень возбужденная предстоящим праздником. Скоро мы с ней останемся вдвоем. Я очень привязалась за это время к девочке. Мы стали настоящей семьей. Вот только волнуюсь, как она справится без людей, к которым привязалась. Аристарха Ивановича дедулей называет. Очень к нему тянется. Оно и понятно. Тот, кто пережил сиротство очень ценит слово “семья”. Надеюсь, я смогу дать ей полноценную семью. Хоть и одна по сути. Мама на связь не выходит, не интересна ей судьба внучки. Своей личной жизнью занимается. – Маш, ты чего загрустила? – прижимается ко мне плечом Леська. – Не бойся. Самой красивой на балу будешь. Правда, дядя Олег? – Это точно. – Да все в порядке, Лесь. Я просто задумалась. С момента, как выходим из лимузина, все для меня как в тумане. Так странно находиться среди богатых и влиятельных людей, с которыми раньше ни малейшей возможности не было пересечься. Да и не мечтала об этом никогда. Нас приветствует мэр с женой, яркой пышногрудой блондинкой с высокой прической. – Олег Николаевич, очень рады! Какая честь для нас! – Спасибо большое, Евгения. Красиво тут у вас. Познакомьтесь, это моя Машенька. – Вы чудесная пара! – наперебой уверяют меня хозяева праздника. – Идем, Маша, – произносит тихо после окончания приветствий. Мне чудится, или его голос тоже слегка дрожит? Неужели нервничает? Боится, что его опозорю? Хотя, по его виду чего не скажешь, что такой мужчина может бояться чего бы то ни было. А вот я конечно на панике. Натянула улыбку, а у самой дрожит все внутри. Так много гостей. И конечно, губернатор привлекает к себе внимание. Перемещаемся через красиво оформленную в новогоднем стиле террасу, оказываемся в холле. У нас забирают верхнюю одежду, и мы поднимаемся по широкой лестнице на второй этаж. Прием проходит в большом зале. Расставлены круглые столы, оформленные букетами из ели и ярких красных и белых елочных игрушек, сервированные дорогой фарфоровой посудой. Сверкающие серебряные и красные гирлянды украшают потолок и стены. На сцене музыканты играют нежную рождественскую мелодию. Достаточно много детей, от пяти, наверное, до пятнадцати лет, носятся с восторгом, Леся сразу вливается в их коллектив. Я смотрю на нее с улыбкой. Вот для кого праздник точно удался. Дед Мороз и Снегурочка – аниматоры, развлекают детей и не дают им мешать взрослым. Все проходит в соседнем зале, чуть поменьше размером. У меня ощущение, что все смотрят на нас с Олегом. Ну конечно, женщины с завистью разглядывают пассию губернатора. Как иначе. В какой-то момент, даже чувствую острую потребность посмотреть на себя в зеркало. Может что-то с макияжем не в порядке? – Все отлично. Кажется, нас считают красивой парой, – насмешливо говорит мне на ухо Олег. – Друзья, прошу, занимайте столы. В любом порядке, рассадка свободная! – командует мэр. – Олег Николаевич, вы с Машенькой ко мне пожалуйста за столик. Ваша милая девочка уже подружилась с моими пацанятами, – замечает, посмеиваясь, кивая в сторону веселящихся детей. – Олег! Я так рада тебя увидеть! – к нам подплывает очень красивая девушка с рассыпанной по плечам роскошной копной рыжих волос. – Привет, Софи. Я тоже рад встрече. Как дела? Поздравляю кстати с наградой. Софи актриса, – поясняет для меня. Девушка бросает на меня взгляд, улыбается, но это не кажется мне искренним. Скорее, презрительным. Полным превосходства. Она конечно очень красивая, высокая модельная фигура, платье с отливом в золото до колен, на ногах изысканные золотистые босоножки на высоченной шпильке… Сумочка в тон платью. Софи болтает без умолку об общих знакомых, мне же остается лишь улыбаться и молчать, вот и разглядываю ее, от нечего делать. Большие серьги, явно с драгоценными камнями. В комплект им браслет. Софи неотразима и знает это. Красотка делает полшага в мою сторону – и я автоматически делаю шаг назад, словно уступая без боя территорию. – Значит, ты решил жениться, дорогой, – обращается к Дубровскому. – Кто бы мог подумать. Это самая неожиданная новость уходящего года. – Хочешь меня поздравить? – Для меня это скорее траур. – Не преувеличивай. Всего на одного поклонника меньше. Губернатора отвлекает пожилой мужчина с внушительным пузиком. Так что мы остаемся с Софи один на один. – Так давно это у вас? – спрашивает, уже не утруждая себя любезностью. – Что именно? – Отношения, разумеется. О чем еще я могу интересоваться, – уточняет надменно. Но я не собираюсь поддаваться всяким там бывшим пассиям. А то что Софи имела на Олега виды – очевидно. – Вам назвать конкретную дату? – спрашиваю дерзко. – Боюсь, я не веду точных записей. Мы работали вместе, и незаметно для себя сблизились. – Ну да, для матери одиночки с прицепом – это прямо Джек Пот. – У меня пока нет детей. Но есть племянница, которую я очень люблю. Понимаю, что веду себя излишне дерзко. Но ничего не могу с собой поделать. Девушка меня раздражает. – Дорогой! – машет кому-то Софи, и оставляет меня одну, к большому облегчению. Нахожу взглядом столик, за которым усаживается жена мэра, и направляюсь к ней. – Садитесь рядом со мной, Машенька, – любезно предлагает Евгения. – Вы болтали с Софи? Это наша местная звезда. Снимается уже чуть ли не в Голливуде. Хотя, если честно, пока ее ни в одном фильме не видела. Не повезло, наверное. – Они встречались с Олегом? – не получается сдержать любопытство. – Очень короткое время. Она вам что-то неприятное сказала? Софи бывает резка. – Нет, все в порядке. – Хорошо. Хочу, чтобы всем было комфортно. – О чем болтаете, девушки? – по другую сторону от меня садится Дубровский. – О Софи. Мне кажется, она недовольна, что ты скоро станешь женатым мужчиной, – вздыхает Евгения. – Надо лучше смотреть за невестой, Олег. Маша может расстроиться. – Вовсе нет, я могу за себя постоять, – говорю поспешно. – Значит, ревнуешь меня? – тихо спрашивает Дубровский. – И в мыслях не было! *** Около часа слушаем речи и тосты. Ужин Виталий Сергеевич с супругой приготовили роскошный. Все такое вкусное! Пробую по чуть-чуть, чтобы не объесться. Постепенно гости расползаются по залу. Музыка переходит в более оживленную. Мэр приглашает меня на танец. – Если ты конечно не против, Олег. Дубровский, в свою очередь, приглашает Евгению. В какой-то момент мужчины меняются парами, так я оказываюсь в объятиях своего якобы жениха. Обнаруживаю, что совершенно к этому не готова. – Маша, все хорошо? Ты выглядишь испуганной. Виталий что-то рассказал обо мне пока вы тут топтались на месте? – спрашивает насмешливо. – Что ты Синяя Борода, например? – Мне нравится твой острый язык. Скоро сбежим отсюда. Хотя, Олеся кажется в восторге. – А ты? – Я не люблю такие мероприятия. Они слишком утомительны. – Серьезно? Я думала, твоя работа из них состоит. Дерзя Олегу, не забываю при этом улыбаться. – Ты права. Я неправильный политик, – усмехается. – Устаю от разговоров, особенно пустых. Ненавижу вечеринки. Всем улыбаться надо, с каждым пустыми фразами обменяться… Голова болеть начинает. – Я не против уйти. Томинов ведь тоже здесь? Присмотрит за Олесей. Удивительно, как мы похожи. Мне тоже эта вечеринка кажется удивительно пустой и скучной. Особенно раздражает Софи, которая в компании окруживших ее мужчин и пары дам, нарочито громко смеется и поглядывает в нашу с Олегом сторону. – Мы можем уйти? – Не соблазняй меня, – произнеся двусмысленную фразу, Дубровский жадно оглядывает меня с ног до головы. – Я подумала, вдруг у тебя сильно болит голова, – буркаю нервно. – А я подумал, ты хочешь со мной уединиться. – Что за бред?? – Маша, не разбивай мне сердце! В этот момент музыка заканчивается. Но Олег крепче стискивает мою талию. Играет следующая мелодия, страстная, грустная. – Я думала, ты устал. – Мне нравится эта песня, – снова удивляет. Прижимает к себе крепче, отчего в голове все перемешивается. Я теряюсь в противоречивых чувствах. Это и страх, который колотится в горле, и странное предвкушение. Так сложно это контролировать, прятать! Олег тоже выглядит взволнованным. Мне ничего не остается, как отдаться на его волю. Следовать за его движениями. Этот танец похож на гипноз, который не рассеивается, даже когда музыка останавливается, Олег все равно не отпускает меня. Наоборот, прижимает к себе все сильнее. Замираю, не в силах сопротивляться его магнетизму. – Может и правда позволить себе помечтать? – повторяет строчку из прозвучавшей только что песни. Его лицо совсем близко, губы касаются моих губ, дыхание срывается. Его губы восхитительны, твердые, и в то же время нежные, с легким привкусом виски, они дурманят разум. Все чувства обостряются, я теряю контроль, отдаюсь поцелую. Обнимаю Дубровского за шею. Закрываю глаза, крепко сжимаю его шею, льну к нему, будто в поисках защиты. Только от кого? От него самого? Как глупо… – Прости, Маш. Не надо было на публике. Отпускает меня. Я с трудом сохраняю равновесие. – Мне надо на свежий воздух! – бормочу быстро, и удаляюсь. Не помню как оказываюсь в холле. Дворецкий, одетый с иголочки в красный костюм, протягивает мне шубу. Выхожу на террасу, обхватив себя руками. Остываю. Кричу на себя мысленно, чтобы пришла в чувство! Надо вернуться в реальность! Наблюдаю за снежинками, кружащимися в воздухе. И тут ко мне резко подлетает женщина в маске, хватает за руку. – За мной пошла! Быстро! – произносит знакомый голос. – Лана?! – спрашиваю изумленно. – Что ты здесь делаешь? – Испугала, да? Правильно, сестренка! Потому что ты мне ответишь за все! Едва не поскальзываюсь на заледеневшем дощатом полу, когда сестра дергает меня грубо. Тащит за руку. Толкает боковую дверь, и мы оказываемся в небольшом помещении. Здесь гораздо теплее, но все же прохладно. Я кутаюсь в шубу. В голове миллион вопросов не знаю с чего начать. – И давно ты такой принцессой стала? Только посмотрите на нее, – Лана грубо дергает за шубу. – Что ты делаешь?! Она кучу денег стоит! – восклицаю испуганно. – Да что ты? Давно такой снобкой стала? – кривит лицо Лана. – Вы только посмотрите на нее! За шубу я испугала как за дорогой инвентарь, за который отчитываться придется. Осторожно разглаживаю место, за которое дернула Лана. – Что ты тут делаешь? Откуда взялась? – спрашиваю, еще никак не могу в себя прийти от испуга. Вот уж правда как черт из табакерки выскочила! – А ты надеялась, что я не появлюсь, да? Ты совсем охренела, мужика моего присвоила! Дочь под опеку при живой матери взяла! Ну и сестренка у меня! Такая прошаренная, охренеть просто! – Ты дочь бросила! – взрываюсь возмущением. – Или забыла уже? Я решила, что девочке не место в детдоме! Билась в закрытые двери, еле вырвала ее оттуда. Что ты теперь от меня хочешь? И что значит присвоила мужика? Ты о ком вообще?! – О Пушкине, мать! – матерится сестра. – В смысле? – лед сковывает все тело. Нет. Нет. Нет!!! Господи, я не хочу в это верить! Это же чушь полная! – Ты пытаешься мне сказать, что Дубровский – это Пушкин?! – трясу головой. – Доперло наконец? Как же ты меня бесишь, мышь наглая! Ненавижу тебя! Всегда мне завидовала, игрушки мои хотела, подражала мне! – Когда мне было пять? Лана, окстись, это давно в прошлом! Я не могу поверить в то что ты несешь. Это полный бред. – Так, мышь, быстро собрала свои шмотки и смоталась обратно в свою столицу, поняла? Ты там вроде неплохо устроилась, мать говорила. – Я не подчиняюсь твоим приказам. И я не оставлю Лесю. – Я ее мать! – А губернатор ее отец, да? – смеюсь. – Лана, я бы посмеялась от души над твоей фантазией, но мне очень жаль Лесю. Я не позволю ее впутывать. Она и так настрадалась. И мне не нужен на самом деле Дубровский. Я лишь пытаюсь защитить девочку. – Если ты не свалишь, я тебя уничтожу! Олеся дочь губернатора! Это чистая правда, у нас был роман! Меня ведет, голова кружится. Нет, это не может быть правдой. Лана лгунья и манипуляторша, всегда такой была. Увы, сейчас она – прямая угроза благополучию девочки. Хочет втянуть ее в свои грязные подковерные игры. Конечно, ложь об отцовстве легко опровергнуть. Сделать тест ДНК. Но Олеся, несмотря на ее бойкость, очень ранимая девочка. И очень неглупая. Она быстро сообразит, что к чему. Поверит, что нашла своего папу. И так к Дубровскому тянется. Я должна немедленно что-то сделать. Попытаться вразумить Лану, сгладить острые углы… – Послушай, я тебя очень прошу, хотя-бы скандал не устраивай. Мне не нужен губернатор как мужчина… Честное слово! Мне надо вернуться к гостям, давай встретимся завтра, и все обговорим в спокойной обстановке. Тебе нужны деньги? Я могу достать. Весь свой гонорар за “спектакль”, придуманный Томиновым, я готова отдать, лишь бы Олеся не пострадала! Так. Томинов. Он очень хитрый лис и поможет мне выпутаться из ситуации. – Деньги? Нет у тебя таких денег! – смеется сестра. – Губернатор – вот кто мне нужен. Я же и не знала, какая Олег птица, какого полета. У нас был очень короткий роман, я думала, что никогда его больше не увижу. Но теперь воспользуюсь бонусами по полной! Ты не скормишь мне жалкие подачки, поняла! Я теперь замуж хочу за него! Видела ваши фотки. От дочки млеет, тебя на коньках катает. Я тоже так хочу, поняла! Хочу быть на фото в глянцевых журналах! – Лана, умоляю, успокойся. Все не так. Я не держусь за Дубровского! – почти выкрикиваю. – Вот как? Верь после этого бабам, – раздается голос с металлическими нотками. Олег? Откуда он здесь? Что он слышал из нашего разговора? – Это кто вообще такая?! – следует дальше яростный вопрос. Моргаю ошеломленно. Никогда еще Павла не видела таким злым. Томинов! Я перепутала его с Дубровским! На таких нервах не мудрено. Губернатор мне померещился, я на лицо и не глянула – голос злой, смокинг… Это хорошо. Если бы Олег нас застал, я бы, наверное, уже бежала отсюда, сверкая пятками. Стыд-то какой… – Мне повторить вопрос? – Ты сам кто такой? – зато Лана ничуть не смущается тем, что нас обнаружили и подслушали. – Тебе чего надо? Любовник что ли, Маш? Я угораю. Захомутала губернатора еще и второго на груди пригрела? А ты горячая баба, оказывается. Я-то думала, ледышка. Ладно, пройти дай, любовничек. Я пойду Олега поищу. У нас есть о чем пообщаться. – Стоять! Ты кто такая, провокаторша? У меня тут снайперы по периметру. Одно короткое слово и тебя “снимут”. – Чего?! – вылупляет глаза сестра. – Ты мне угрожаешь? Убийством? Я это запомню! – но замирает на месте. – Пока я не выясню, что здесь происходит, никто никуда не пойдет! – Павел Данилович, это моя сестра, – я тоже пугаюсь угрозы. Фиг знает, блефует он или нет. Все же представители власти в этом доме, мало ли какая у них охрана. Может и снайперы. – Это мать Олеси, – безумно трудно произнести эти слова. – Хм, вот значит как? И чего тебе надо, мать? – Увидеть свою дочь! – А не поздно спохватилась? – А ты кто такой, чтобы меня критиковать и указывать?! Ты, кстати, так и не представился! – задирает подбородок Лана. – Не поняла, чего лезешь в чужие дела. – Я помощник губернатора, антикризисный менеджер, решаю все сложные вопросы. Так что вижу, дела ваши напрямую меня касаются. – Ты угрожаешь матери убийством! Между прочим, отец моего ребенка – твой босс, губернатор! Павел резко поворачивается ко мне. – Маша, вы не говорили, что у вас в семье шизофреники. Пожимаю плечами. Я безумно устала. Эта встреча из меня будто все силы выкачала, как из проткнутого иголкой воздушного шарика. Лану теперь не остановить. Она все испортит. Уж я сестру знаю. Хочется разрыдаться. Оказывается, эти недели были такими счастливыми. Но счастье осознаешь острее, когда приходит настоящая беда. Вот она и пришла. – Так, Маша, иди к гостям. Тебя Олег Николаевич уже искал. Не надо пропадать надолго. – Но как же… – Я разберусь. Сама пока ничего не говори губернатору. Просто скажи, что Павел Данилович уехал решать серьезную проблему. – В смысле решать? – взвизгивает сестра. – Не смей ко мне приближаться! – У нас с вами будет серьезный разговор, Лана Сергеевна. Сами понимаете, ваши заявления слишком серьезны. – А снайперы… – бормочу растерянно. – Иди, Маша, – повторяет с нажимом. – Стой! Я с ним не останусь! – хватает меня за руку сестра. – Вы же ее не убьете, Павел Данилович? – спрашиваю нервно. – Машенька, ну что за глупости. Но попасть в КПЗ до установления личности ваша сестра точно рискует. Лана, мне нужно желание сотрудничества и полная откровенность. Если вы не соврали – то разумеется мы будем искать разумные пути решения вопроса. Если все что наплели ложь и провокация – боюсь ваша ситуация ухудшится. Но вам в любом случае придется на данный момент проследовать со мной. Выбор не предоставляется. Охраны на празднике и без снайперов достаточно. Я понимаю, как вам хочется театрального представления. Вбежать в зал с криком – она твоя дочь и все такое. Но мы для начала сделаем тест ДНК, дорогуша. – Да пожалуйста, – кривится сестра. Речь Томинова меня успокаивает. Он конечно не зря ест свой хлеб, появился в нужный момент и предотвратил катастрофу.