Глава 18 · Коллапс Системы

Десяток вскрытых Подземелий принес совсем не тот результат, на который я изначально рассчитывал, поскольку столичные эмиссары так и не оцепили леса, а карательные отряды людей, верные Асурам, не стали прочесывать каждую деревню в поисках неуловимых диверсантов.

Масштабной облавы попросту не случилось. Наблюдая за такой вялой реакцией, я постепенно осознал причину происходящего.

Местная сеть управленцев-Асуров нас, каким бы это странным ни казалось, всерьез не воспринимала. Оставленный на планете молодняк тысячелетиями кормился в тепличных условиях, где люди даже не подозревали об истинной природе выстроенной системы. Древние духи покорно гнили в своих темницах без возможности выбраться, а Хранители лесов свято соблюдали замшелые договоры ради клочков относительной независимости, тоже толком не зная реального положения дел. И тут вдруг кто-то начал выкорчевывать их кормушки.

Долгоживущая раса напрочь лишилась человеческого чувства времени вместе с адекватной оценкой нависшей угрозы. Эти великовозрастные подростки с арсеналом стихийных богов вместо организации скоординированной облавы устроили банальную грызню между собой, с удовольствием высмеивая неудачников, чьи попытки нас остановить не увенчались успехом.

Зависимость от поглощения чужих эмоций сыграла с ними скверную шутку, ведь паразитируя на страхе и агонии, они сами оказались заложниками собственных эмоций и потеряли способность держать голову холодной. Они лезли на нас поодиночке ради личной славы и закономерно бездыханные падали на землю один за другим, причем единственным исключением из этого правила оставался Однорогий.

Ублюдка вела совершенно иная мотивация. Каждый раз, спасаясь в портале и оставляя мне на память то руку, то ногу, то концентратор на виске, он получал в своей гордыне такую пробоину, которую невозможно было залатать никакой регенерацией. Унижение сожрало его с потрохами. Тварь оборвала контакты со своими, это я понял по отсутствию даже минимальной поддержки от сородичей, предпочитая просто идти по нашему следу в ожидании момента для реванша, а к десятому Подземелью мне эти кошки-мышки окончательно надоели.

Ловушку мы готовили аккуратно, намеренно оставляя в живых во время последних зачисток неклейменых исполнителей из числа обычной обслуги, которая просто таскала породу и понятия не имела о своих реальных нанимателях. Мы позволили им хорошо нас разглядеть перед бегством, чтобы слух пополз по трактирам и оброс нужными деталями, благодаря чему висящий на нашем хвосте Однорогий получил, можно сказать, готовые координаты, где нас можно перехватить и без поисковой магии.

Старая каменоломня в сутках пути от ближайшего тракта с ее отвесными сланцевыми стенами и выработанными террасами подходила для «теплой» встречи идеально. Здесь можно было развернуться в полную силу. Никаких случайных жертв или разрушенных крестьянских дворов. Хватит уже сопутствующего ущерба.

Ран сидела на плоском валуне и стремительно уничтожала запас медовых пряников, лениво болтая ногами и жмурясь от солнца с расслабленным видом. Луна неподалеку раз за разом прокручивала древки между пальцами, тщательно проверяя оперение стрел.

Я устроился прямо на камнях, позволяя пульсирующим под рукавами куртки серебристым нитям снимать информацию с чудом зацепившейся за скальный грунт корневой сети живой природы. Тяжелая ритмичная вибрация пришла с востока. Она насквозь пропиталась знакомым привкусом жженой окалины и чужого эфира, ясно давая понять, что наш гость пожаловал в одиночестве. Как же предсказуемо с его стороны.

Однорогий Асур обошелся без пространственных спецэффектов и просто спустился по осыпи на край карьера. Внешне ублюдок полностью восстановился, однако его походка навсегда утратила былую текучесть, а в пустых черных глазницах читалась сфокусированная исключительно на мне жажда убийства. Да, стоит признать, что я, действительно, довел его до белого каления, но он сам нарывался.

В этот раз пришелец явился подготовленным, нацепив на запястья поблескивающие темным сплавом широкие браслеты с ломаной клинописью, пока на его груди поверх куртки мерцал вправленный в сталь угловатый камень с концентрированной чужеродной маной. Тварь активировала весь свой арсенал одним резким движением ладоней.

По каменоломне ударила беззвучная волна давления. Пространство мгновенно сгустилось, придавив мановые каналы свинцовой тяжестью, и это был совершенно точно не физический или привычный магический урон.

Сидевшая на валуне Ран просто стекла на камни. Глушащий фон наглухо вырезал кицунэ из реальности, заставив её обмякнуть с закатившимися глазами и безжизненно опавшими пушистыми хвостами, пока я пытался оценить масштаб навалившейся на нас проблемы.

Луна устояла на ногах. Выронив лук, девушка согнулась пополам и судорожно вцепилась пальцами в виски, поскольку её внутренний взор был полностью смят давлением подавляющего поля, а заготовленные воздушные конструкты моментально рассыпались в пыль.

Однорогий не удостоил девчонок даже мимолётного взгляда. Активированные артефакты отсекли мою группу исключительно ради того, чтобы этот самоуверенный ублюдок смог доказать свою природу высшего существа и размазать меня по камням в честном, по его меркам, поединке. Он просчитался. С нашей последней встречи я тоже изменился.

Пережитая во время усвоения асурского рога боль наконец-то дала свои плоды. Пока Ивара пережёвывала иномирную эфирную структуру для адаптации под мою физиологию, я впитал эту чуждую силу, и теперь она текла в моей крови, совершенно не подавляя природную друидическую основу, а гармонично её дополняя. Настроенные на глушение местной магии асуровские артефакты ударили по мне вскользь. Они попросту не нашли точки для захвата, встроенные в их структуру, потому что часть моего резерва теперь звучала с ними на одной частоте. По сути, этакая система свой-чужой, и я выпал из привычного алгоритма этой магической техники.

Я поднялся навстречу без обнажения оружия. Дремавшая прямо под кожей Ивара передавала свою готовность ощущением натянутой до звона тугой пружины, пока она благоразумно не лезла в управление и просто ждала моего сигнала.

Первый выпад Асура ожидаемо оказался страшен. Сорвавшийся с его руки багровый сгусток маны заставил меня уйти с линии атаки легким разворотом корпуса, после чего пролетевший мимо снаряд вдребезги разнес гранитную глыбу за моей спиной и щедро обдал меня градом щебня.

Следующий удар оказался широким эфирным хлыстом для отсечения путей к отступлению. За долю секунды до контакта Каменная Плоть привычно уплотнила моё левое предплечье. При первом нашем столкновении подобный удар отбросил меня на метры, однако сейчас укрепленные Стойкостью Горного Хребта ноги намертво вросли в сланцевую крошку. Покрывшийся сеткой трещин доспех сдержал силу, позволив мне устоять на месте и тут же выбросить вперед правую ладонь. Нет, в этот раз все будет иначе. Получай.

Три разряда Когтей Грозы с треском прошили разделяющее нас пространство, ударив Асура прямо в левый висок аккурат по тому месту, где совсем недавно вырос заново сформированный рог-концентратор. Тварь отшатнулась с шипящим гортанным звуком. Едкий запах озона перебил вонь жженой маны.

Ублюдок тут же сменил тактику. Земля под моими сапогами внезапно вспучилась, когда острейший каменный шип рванул снизу прямиком под ребра.

В дело наконец-то вступила Ивара. Ударившая навстречу корневая сеть сработала раньше, чем порода успела прорвать подошву, так что прочнейшие стебли перехватили шип прямо под землей и с хрустом раздробили его в крошку. Земляной холмик просто осел без малейшего вреда для меня.

Мы кружили по изувеченному дну каменоломни с ускоряющимся обменом ударами, применяя все новые способы окончательно расправиться с противником. Багровые всполохи вперемешку с серебристыми нитями лоз рвали пыльный воздух, пока Асур давил чистой мощью и разбрасывал вокруг себя тонны взбаламученной маны, в попытках достать меня широкой атакой.

Но я больше не работал от обороны. Симбиоз с Иварой вкупе с усвоенным осколком магии пришельца позволяли мне читать чужие плетения ещё на стадии их формирования прямо в его каналах, так что я заранее смещался туда, где удар только зарождался, ломая векторы атак и нагло сбивая дистанцию. Однорогий чувствовал это. Ублюдок понимал, что его откровенно ведут на убой, окончательно терял равновесие и махал руками с предсказуемой, лишенной всякой концентрации злостью.

Тем временем древесный дух просочилась сквозь скальный грунт к моим обездвиженным спутницам, и вынырнувшие серебристые ростки мягко обвили запястья Луны вместе с щиколотками Ран. Мана Ивары ударила по асурским подавителям прямо из-под земли. Нащупав уязвимости в магическом поле, она заставила темные браслеты на руках пришельца затрещать и с громким хлопком лопнуть, щедро осыпав камни ржавой окалиной, пока грудной, центральный камень окончательно не потух из-за потери синхронизации.

Сработало.

Луна с судорожным вдохом рухнула на колени. Девушка суетливо нашаривала лук, пока лисица позади меня трясла головой, и обнажала клыки с таким мстительным оскалом, что мне на секунду стало даже немного жаль пришельца. Вот ведь понахваталась от лисицы привычек…

Однорогий мгновенно осознал перелом ситуации, ведь его единственное преимущество разбито в пыль. Воздух за спиной пришельца тут же пошёл рябью и разошелся черным пульсирующим провалом пространственного разлома, куда ублюдок снова попытался сбежать, предпочитая спасительный портал глупой гибели. Уже в который раз за нашу короткую историю знакомства.

Вот только повторять старые ошибки в мои плохие привычки не входило.

Почти сотня толстенных серебристо-зеленых лоз вырвалась из всех щелей каменоломни одновременно, поскольку Ивара держала эту растительную армаду в заряженном резерве весь бой ради одного идеального момента. Плети взвились над камнями сплошной сетью. Они с сухим шелестом обрушились на отступающего пришельца.

Древесные жгуты мгновенно оплели его голени и намертво зафиксировали предплечья, стянув шею тугой удавкой без всяких разрывающих плоть шипов или убийственного урона. Только абсолютная фиксация.

Черный портал за спиной Асура дернулся. Он начал стремительно схлопываться, так и не успев набрать достаточную плотность.

Я подошёл к повисшему в корневой сети ублюдку под размеренный хруст сапог по битому сланцу и остановился в шаге от его лица, всматриваясь в эти пустые черные провалы.

— Знаешь, я ждал именно этого, — произнёс я усталым тоном. — Ты предсказуем. Каждый раз, когда бой идёт не по плану, ты открываешь дверь домой, так что спасибо за эту привычку.

Тварь, не принадлежащая этому миру, натужно захрипела в сетях, в попытках высвободить хотя бы палец для активации хоть каких-то резервных контуров, но я держал очень надежно, и жестко пресекал любые энергоколебания в его теле.

— Теперь ты поможешь нам, — я наклонился чуть ближе. — И нет, я не буду тебя пытать или требовать словесных ключей, потому что ты просто послужишь батарейкой и проводником, сам того не желая. Откроешь нам дорогу в Обитель. Прямиком туда, куда нужно.

Взгляд Однорогого непроизвольно дёрнулся в сторону. Иномирное существо наконец-то осознало, что его превращают в тот самый безвольный инструмент, которым они сами тысячелетиями пользовались для перемалывания лесных духов этого мира, и перспектива стать живой отмычкой пугала его куда сильнее банальной гибели в бою.

Допрыгался, заяц.

Орнамент на моих запястьях вспыхнул слепящим светом, когда Ивара пустила свои энергоканалы прямо по стягивающим пришельца лозам. Я физически ощутил, как тонкие древесные волокна вгрызаются в мановые узлы Асура, безжалостно взламывая его ядро и заставляя работать в обратном режиме.

Эфирный вой Однорогого резонировал в моей черепной коробке. Древний дух в это время хладнокровно считывала структуру его пространственной магии и активировала портальный ключ, не полагаясь на желание и волю этого существа.

Темная воронка за спиной подвешенного существа дернулась и полыхнула рваным ультрафиолетом, распахнувшись широкой стабильной аркой, откуда сразу потянуло запахом соленого тумана вперемешку с тяжелой индустриальной сыростью.

Пространственный пробой окончательно стабилизировался. Он выставил координаты главной островной базы Асуров.

Тратить время на долгие проводы я не стал и шагнул в пульсирующую черноту первым, а Ран метнулась следом, лишь мстительно плюнув под ноги зафиксированному монстру.

Луна задержалась у входа на пару мгновений. Магесса окинула каменоломню коротким взглядом, крепче перехватила свой лук и молча шагнула за нами.

Портал гулко чавкнул и захлопнулся, наглухо обрезав звуки внешнего мира. Путь назад перестал существовать.

Никто не сомневался в этом решении, ведь мы все давно обсудили. У нас не было иного пути. Только вперед.

* * *

Мокрый галечник хрустнул под сапогами ровно в тот момент, когда навалившийся с океана соленый туман окончательно перебил вонь схлопнувшегося за нашими спинами портала. Мы вывалились на зажатую черными скалами прибрежную полосу, где вместо ожидаемых бастионов и крепостных стен на голом каменистом плато торчали лишь три массивных базальтовых строения, щедро исписанных знакомой угловатой клинописью Асуров.

Возле самой кромки воды лениво прохаживалась парочка дежурных в просторных плащах. Усиленные Чувства вместе с пульсирующей на предплечьях серебристой татуировкой тут же подсказали мне наличие еще двух десятков живых очагов внутри этих коробок.

Искалеченная асур-следопыт в лесу не соврала насчет неохраняемого тыла, поскольку вся эта сытая кормушка для зажравшегося молодняка держалась исключительно на их искренней вере в собственную недосягаемость. Очень недальновидно с их стороны, но века спокойствия расслабят кого угодно.

Гулявшие у воды пришельцы прошлись по нам пустыми черными глазами, после чего на их бледных скуластых лицах расплылось откровенное предвкушение от внезапно привалившей порции чистой маны. Поднимать тревогу эти самоуверенные выродки даже не подумали, искренне приняв нашу троицу за любезно шагнувший прямо к ним на стол деликатес, так что из дверей построек уже начали неторопливо стягиваться остальные, желающие поучаствовать в своего рода развлечении и трапезе. Зря они так.

Пять пушистых хвостов за спиной Ран встали единым пылающим веером, махом испарив висящую над галькой морось, и хищница швырнула вперед целую бурю из раскаленных серпов. Сплетенные из огня и сжатого ветра визжащие лезвия прошили первых выскочивших навстречу ублюдков с такой дурью, что их кровь закипала еще в полете, а обугленные куски плоти просто разлетелись по мокрым камням.

Луна благоразумно нырнула в глухую тень за нагромождение валунов и принялась с хирургической точностью всаживать накачанные ледяными конструктами бронебойные стрелы по коленям тех пришельцев, которые пытались обойти бушующую лисицу с флангов.

Выхватив охотничий нож, я пошел напрямую к самому крупному центральному строению, совершенно не сбавляя шага и предоставляя контроль своего тыла Иваре.

Парочка Асуров с багровыми энергетическими кнутами попыталась было взять меня в клещи, однако подкожный орнамент полыхнул зеленым, и две мощные корневые плети пробили гальку прямо у них под ногами, чтобы тут же захлестнуть лодыжки и с размаху швырнуть обоих мордами на острые камни. Древний дух расчищала мне дорогу с мрачной расчетливостью опытного телохранителя.

Задрожавшие за спинами самых проворных пришельцев темные воронки порталов ясно дали понять, что до них наконец-то дошла вся глубина совершенной ошибки, но гоняться за трусливо поджавшими хвосты беглецами я не собирался.

Моя цель находилась внутри этого монолитного куба. Рухнувшая инфраструктура в любом случае добьет этих разбежавшихся тараканов надежнее любого клинка.

Покрытое Каменной Плотью плечо легко вышибло тяжелые двери, открывая вид на колоссальное пустое пространство без единой лестницы или перегородки, которое освещалось лишь тошнотворно-пульсирующим красноватым маревом. Толстые кабели из искаженного эфира тянулись по стенам до самого свода и сходились в центре, ныряя в возвышающийся на постаменте граненый черный кристалл. Этот центральный коммутатор в магическом исполнении рассылал команды на тысячи подавляющих контуров по всему далекому материку, выступая настоящим сердцем их паразитической системы.

Дышать в этой сгущенной чужеродной мане приходилось тяжело, от него серебристые нити под моей кожей судорожно замигали из-за столкновения с запредельной концентрацией враждебной среды. И все же я мог находиться в этом месте.

Отказавшись от формирования физической проекции, Ивара хлынула через мою левую руку эфирным потоком и принялась жадно вытягивать крупицы живой влаги прямо из каменной кладки вместе со стылой землей под фундаментом. Древний дух вгрызалась в багровое излучение кристалла с таким упрямством, что я всей грудной клеткой ощущал, как асурская отрава заживо выжигает ее первородную природу, однако отступать после тысяч лет рабства своих сородичей она не собиралась.

С силой впечатав обе раскрытые ладони в матово-черную грань центрального камня, я ударил в него концентрированным потоком всей накопленной мощи. Природная мана Предела, ледяная глубина омутов и очищенная энергия уничтоженных генераторов обрушились в этот чертов коммутатор единым монолитным тараном.

Мои руки исчезли в клубке серебристо-зеленых лоз ровно в тот момент, когда Ивара подхватила этот ревущий поток и филигранно направила его в самую сердцевину камня, найдя уязвимые места в этой конструкции. Пропитанные эфиром стебли проросли сквозь пальцы и начали жадно вскрывать рунные цепочки изнутри, так что я физически чувствовал, как с треском ломается геометрия угловатых символов и рвутся тысячелетние крепления.

Все это когда-то было создано неизвестным мастером, который приложил много усилий, чтобы это место оказалось центром экспансии Асур в этом мире, но теперь это стало их же слабостью.

Пол под ногами ходуном заходил под угрожающий гул массивных стен, заставив Ран и Луну благоразумно оттянуться обратно к спасительной береговой кромке. Это я ощущал благодаря Иваре, что контролировала, пусть и неполно, обстановку вокруг, чтобы нам не могли ударить в спину.

Затянутый в портальный переход вместе с нами Однорогий Асур все-таки сумел доползти сюда. Лишенный руки и ноги ублюдок полз на культях на одной лишь концентрированной ненависти, а в его единственной уцелевшей ладони пульсировал грязный багровый сгусток, нацеленный мне точно между лопаток. Обернуться и разорвать контакт со стремительно разрушающимся кристаллом я не мог из-за риска сжечь собственные каналы дотла.

Выстрелившая из каменной плиты пола острая лоза прошла по шее пришельца стремительным горизонтальным росчерком, ответив за меня совершенно без звука. Голова Асура слетела с плеч и покатилась по красноватому полу, а изуродованное туловище глухо завалилось на бок, позволив сформированному заряду с шипением стечь в швы между плитами.

Рука, нога, рог, а теперь еще и голова, так что практически полный комплект.

Вдавленные еще глубже лозы заставили багровое свечение кристалла захлебнуться ослепительной серебряной вспышкой, после чего по поверхности черного монолита пробежала сеть глубоких трещин и он просто осыпался пылью.

Оглушительного взрыва не случилось, вместо него по пространству ударил тихий вибрирующий выдох, прошивший меня насквозь невидимой ударной волной, которая умчалась прочь за пределы острова к далекому материку. Натянутая струна тысячелетней системы контроля просто перестала существовать.

Я точно знал, что в эту самую секунду за тысячи лиг отсюда в затхлых кавернах Подземелий тускнеют оранжевые руны на древних кандалах, а базальтовые тиски дают долгожданную слабину. Процесс окончательного разрушения темниц займет недели или даже месяцы, но фундамент асурской машины уже рассыпался в труху прямо у меня под ладонями, навсегда избавив этот мир от механизма выкачивания чужих страданий.

Утратившие опору ватные ноги заставили меня сползти по основанию разрушенного постамента и тяжело привалиться спиной к холодному камню, пока легкие жадно заглатывали очистившийся от гари сырой воздух. Через открытые ворота в строение медленно заползал соленый океанский туман.

Мигнувшее слева зеленоватое свечение явило миру Ивару, которая в этот раз обрела абсолютно осязаемое физическое присутствие вместо привычной полупрозрачной формы духа. Смертельно уставшая женщина (после всего пережитого она стала значительно старше себя изначальной) с растрепанными медными прядями просто опустилась на пол по соседству со мной и устало привалилась к моему плечу, а в её глубоких фиолетовых глазах древняя ярость окончательно уступила место выстраданному облегчению.

— Мы справились, Вик, — шепнула она, закрывая глаза.

Система заявила о себе без привычного золотистого мерцания, вывесив поверх оседающей пыли разрушенного зала плотное зелёное окно, с вплетённой по краям серебристой вязью. Это было вовсе не дежурное уведомление о полученном навыке и не очередное многоступенчатое задание на зачистку или вроде того, а совершенно иной системный блок, который мне еще ни разу не попадался на глаза.

[Предел индивидуального слияния преодолён. Разблокирован уникальный статус: Наставник друидов. Инициация первого носителя за четыре тысячи семьсот лет.

Передача Пути: трансляция эмпатической связи и прямой резонанс с биомом. Обучение последователей доступно через осознание природы мана-зверей и естественных потоков эфира.

Использование паразитических клейм и кровавых ритуалов привязки запрещено.]

Я вчитывался в эти строчки и медленно восстанавливал сбитое дыхание, отмечая про себя, как чётко прописанные ограничения бьют ровно в противовес нечеловеческим методикам Асуров. Словно сама природа наконец-то включила полноценный механизм защиты и нашла подходящий инструмент для формирования способной дать отпор армии вторженцев. И этот самый инструмент прямо сейчас тяжело привалился спиной к остывшему базальту.

Гудящая пустота в мана-каналах ясно давала понять, что в одиночку такую ношу банально не вытянуть, причем осознание этого факта пришло ко мне ещё у развороченного корня Чёрного вяза, но теперь масштаб проблемы раздулся до размеров целого континента.

Иномирцы убрались в портал с потерями, однако такие долгоживущие твари мыслят столетиями и обязательно вернутся после перегруппировки сил, чтобы зачистить мир, посмевший им сопротивляться вместе с зарвавшимися туземцами.

У этого мира появилось время на подготовку. Настоящая фора. Мы выгрызли её зубами из каменной глыбы. Но надо понимать, что это был лишь молодняк этой расы, а значит, нас могут ждать куда более серьезные испытания.

Зато ближайшие последствия нашего удара по коммутатору прокатятся по континенту уже завтра, когда посыпавшаяся система Подземелий окончательно обнулит тысячелетние рунные кандалы, а сотни спятивших от бесконечной боли замурованных духов и искалеченных зверей начнут вырываться на свободу, круша на своем пути шахты и перекрытия.

Лишённые привычных искусственных кормушек мана-хищники хлынут в леса выбивать дичь и смещать старые территории, так что баланс экосистемы неминуемо рухнет, попутно пережёвывая людские поселения вместе с купеческими трактами на своем пути. Все это ради формирования новой точки равновесия — увы, все это было неизбежно, и если бы был иной путь, то я обязательно его попробовал бы.

И самое скверное в этом раскладе крылось в реакции людей, ведь местные гильдии столетиями считали Подземелья и их подземные ярусы неисчерпаемой природной кладовой, изъятие которой гарантированно спровоцирует лютую панику и кровавый передел власти.

Работы прибавилось кратно. Чтобы удержать надвигающийся хаос от тотального краха, мне придётся безвылазно мотаться между взбесившимися лесами, отлавливать слетевших с катушек древних узников и вбивать в умы новоиспеченных учеников жесткие правила выживания. Без учеников нет и смысла браться за такую титаническую задачу.

Оттолкнувшись лопатками от стены, я выпрямился на твердо держащих вес ногах. Накатившая было опустошенность ушла, уступив место предельно конкретной цели, которая наконец-то замаячила впереди, даря новый путь.

Истерзанный тысячелетием дух Белой Ивы больше не пряталась под моей кожей испуганным клубком энергии, шагнув ближе в облике высокой молодой женщины с медью в волосах. В её фиолетовых глазах застарелая ярость растворилась в свинцовой усталости пополам с огромным облегчением, и она лишь коротко кивнула мне, без лишних слов признавая пройденный этап.

Мы развернулись к выходу.

Сырой океанский воздух моментально вымел из лёгких спёртую гарь рухнувшего капища, пока мы шагали по покрытой рваным туманом гальке.

Ран устроилась на мокром валуне у самой кромки воды, неподвижно наблюдая за перекатывающимися через каменные зубцы свинцовыми волнами, и все пять её пушистых хвостов сейчас тяжело свисали к земле.

Луна стояла чуть поодаль с закинутым за плечо длинным луком, а её обожжённые из-за слишком часто применения магии пальцы рефлекторно поглаживали ребристый край потухшей монеты на груди, ведь эта древняя вещь снова спасла ей жизнь и сохранила свою загадку для лучших времён, так что магесса явно не собиралась расставаться с амулетом до полной разборки его артефактной структуры по винтику. Уж я-то ее знаю.

Обе мои спутницы были густо перемазаны кровью, вперемешку с пылью и копотью, уставшие до предела и со сбитым дыханием, но живые и целые, насколько это вообще возможно после штурма главной базы Асуров. Эти девчонки пошли за мной в эту западню с полным пониманием цены возможного провала, и присутствие двух совершенно разных фигур давало мне ту самую уверенную опору, которой всегда так не хватает выживальщику-одиночке.

Над океаном занимался рассвет, и молочно-белый туман начал постепенно редеть под бледным золотом встающего солнца. Там за тысячами миль неспокойной воды лежал материк с Пределом, где старый дед упрямо латает покосившуюся крышу, и дремучими владениями Ирмы, требующими жесткой руки — огромный расколотый мир, который отчаянно ждал своего исцеления. Возвращения к тому, что было много тысячелетий назад.

По сути, я снова вписался в привычную рутину с очередным запущенным заказником, распоясавшимися браконьерами и поломанной популяцией дичи, только в этот раз заповедник раздулся до масштабов целой планеты. Мне к подобной работе не привыкать, иначе и жить бы было скучно.

Втянув свежий морской воздух полной грудью, я поправил тяжелый ремень походной сумки, готовясь к адскому труду, постоянным разъездам, обучению молодняка и жестоким стычкам со слетевшими с катушек мана-зверями. Словом, никакой спокойной жизни и безмятежных вечеров у камина мне не светило.

Именно то, что нужно. Пора браться за работу.