Глава 17 · Перековка кровью

Несколько часов состояния, очень близкого к понятию кома, насколько я его вообще понимал, оставили после себя мерзкое ощущение киселя вместо мышц.

Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь густые кроны, выхватывая из утренней тени куски истоптанной земли. Пахло хвоей и сыростью. Я сел на поваленный ствол и машинально размял задеревенелые после долгой отключки плечи.

На соседнем корневище устроилась Луна, деловито затягивая зубами и свободной рукой чистый бинт на левом предплечье. Рана, полученная на площади, заживала даже по беглому взгляду, откровенно говоря, скверно, и края всё ещё приходилось стягивать алхимической мазью. Лицо магессы оставалось бледным, а синие тени выдавали крайнюю степень измотанности.

Чуть в стороне уткнулась носом во влажный мох пленница. Девушка-следопыт из Асуров, лишь изредка подёргивала плечами. Воздействие, что было оказано на нее, все еще было довольно эффективным, но понятное дело, что долго эта слабость в ее теле не продержится.

А вот Ран обнаружилась на противоположном краю прогалины, беззаботно болтая ногами у замшелого валуна. Правый рукав её куртки всё так же заканчивался перетянутым тряпкой обрубком чуть ниже локтя. Обычная регенерация высшего мана-зверя не справлялась с ожогом от искажённой магии пришельцев, так что лисице пришлось терпеливо дожидаться моего пробуждения. В остальном утрата конечности её совершенно не заботила. Либо очень хорошая выдержка, либо большая вера в меня — так даже и не скажешь, что лучше по итогу.

— Долго я валялся? — хрипло спросил я, прочищая пересохшее горло.

Луна вскинула голову, на мгновение замерев с бинтом в зубах. В её серо-зеленых глазах промелькнуло искреннее облегчение, которое она тут же спрятала за привычной деловитой маской.

— Почти всю ночь, — она выплюнула кончик бинта и туго затянула узел. — После того как ты разнёс половину площади и вырубился, Ран просто закинула тебя на плечо. Я до того момента даже не думала, что она такая сильная. Город стоял на ушах, гарнизон метался как слепые котята, так что мы ушли лесом без особых проблем. Эту дрянь, — девушка кивнула на пленницу, — прихватили с собой. Нам же нужны ответы? Поэтому ты ее сразу не убил, верно?

— Да, все правильно, — я кивнул, разминая ноющую шею. — Выясним, где их база и как туда попасть.

— Дело не только в базе, Вик, — Луна помрачнела, её пальцы нервно скомкали остаток бинта. Взгляд магессы стал тяжёлым, словно она наконец-то решилась озвучить то, что грызло её все эти дни. Ну а я не стал ее останавливать — пусть выговорится, может, и я узнаю картину более полно. — В местной Академии, где как ты помнишь, я училась по обмену, всё давно прогнило. Старший куратор исследовательского крыла сидит на коротком поводке. Я лично видела, как он отчитывался перед тварью с рогами. Эти существа спускают им какие-то не известные мне мана-кристаллы в обмен на лояльность и услуги.

Она криво усмехнулась и тронула свежий кровоподтек на скуле.

— Я перерыла закрытые архивные книги и выписала адреса подставных торговых домов, где вся логистика сходилась к столице этого региона. Официально выбила себе командировку для закупки рунных заготовок, а на деле пошла искать распределительный узел, через который эту дрянь скармливают академической верхушке и благодаря этому пользуются их лояльностью. Нашла в итоге, — невесело улыбнулась она. — Я планировала взять местного информатора тёпленьким и сама чуть не превратилась в…

— Больше в столицу этого региона тебе точно лезть не придётся, — ответил я. — После моих действий «производственная линия» закрылась вместе с изрядным куском северного квартала. Древний голем, что являлся ядром местного Подземелья, сложил нижние ярусы своего узилища в труху, похоронив инфраструктуру вместе со всеми зазевавшимися старателями. Добыча кристаллов там прекратилась навсегда. Придется им искать другое место.

Луна перестала теребить повязку. Ее плечи заметно опустились. Выговорилась, и ей будто стало после этого легче.

Спрятав нож, я поднялся с бревна и зашагал к рыжей напарнице, которая проводила меня спокойным янтарным взором и слегка качнула культей. Ивара дремала совсем близко к поверхности сознания. Древний дух источала уверенное ровное тепло, направляя мои действия и словно обещая поддержку в любой момент.

Я присел перед лисицей на корточки и аккуратно стянул пропитавшуюся кровью ткань, обнажив неровный срез кости среди рваных краев запекшихся мышц. Доверившись инстинктам симбионта, что подталкивала меня вперед и не отступать, я просто положил раскрытую левую ладонь на покалеченный сустав.

Земля под нашими сапогами ощутимо вздрогнула. Пожухлая трава на поляне моментально налилась густым соком, а между камнями с влажным треском полезли крепкие молодые побеги. Толстые гибкие лозы вынырнули из почвы, плотным кольцом обвили мою кисть и устремились к культе Ран, стремительно переплетаясь в пульсирующий кокон из живой древесины и сочащихся влагой листьев.

Мана уходила из моего источника широким руслом.

«Природная материя послушно отзывается на зов леса, Вик, — голос повзрослевшей спутницы в этот момент зазвучал в голове. — Подобный процесс восстановления возможен исключительно для существ дикой чащи, чьи тела сплетены из той же самой стихийной маны. Людские каналы выстроены по иным правилам, человеческую физиологию так не залатать. Звериную — можно».

Я молча удерживал энергетический контакт. Кокон на руке кицунэ налился обжигающим жаром, скрывая под древесной корой интенсивную лепку костей и натяжение свежих сухожилий.

Процесс продлился около часа. Ран сидела смирно, лишь изредка поводя ушами на скрип растущих волокон в деревянной капсуле, пока изумрудное свечение наконец не угасло. Ссохшиеся лозы осыпались бурой трухой.

Под ними оказалась абсолютно целая рука с розоватой молодой кожей.

Лисица деловито поднесла новую кисть к глазам, пошевелила пальцами и сжала кулак. Она звонко щёлкнула отросшими когтями, коротко фыркнула и вернулась к созерцанию сосновых макушек, при этом тепло и радостно улыбаясь.

— Я рада, что ты очнулся, Вик.

* * *

Пленница валялась в трёх шагах от бревна. Растительные жгуты туго оплетали её лодыжки и стягивали руки за спиной, образуя такой кокон, из которого при всем желании не выпутаешься, даже если пустишь в ход магию. Для существа с подобной плотностью энергоканалов она пребывала в обмороке слишком долго. Болевой шок на площади должен был уже отпустить или как минимум уже ослабнуть.

Разгадка обнаружилась сразу, стоило мне присесть рядом и внимательнее присмотреться к вонзившимся в основание её шеи шипам. Они не просто удерживали суставы. По серебристо-зелёным капиллярам лозы, пульсирующим в такт моему собственному сердцебиению, лениво текли мутноватые капли, на которые я сразу не обратил внимания.

Глубоко в сознании мелькнуло расчётливое удовлетворение Ивары. Древний дух, получив доступ к моему походному арсеналу через нашу симбиотическую связь, без всяких приказов дотянулась до нужного кармана, вытянула оттуда состав «Колыбельного зелья» и теперь целенаправленно вкачивала усыпляющее зелье прямо в кровеносную систему Асуры, используя шипы в качестве обычных природных игл. Сплошная прагматика выживания, даже удивительно, как она до этого додумалась.

Я достал из подсумка склянку с универсальным противоядием на основе имбиря и пижмы, после чего левая ладонь послушно вытолкнула короткий молодой побег. Обмакнув шип в мутную жижу, я вогнал его в открытый участок кожи на плече пленницы.

Противоядие сработало на пятом ударе сердца. Тело девушки-следопыта выгнулось от крупной судороги, заставив её со свистом втянуть воздух и жадно глотнуть лесную сырость, а мутные глаза с чёрными провалами вместо зрачков резко распахнулись. Обошлось без сонного моргания или долгих попыток сфокусировать взгляд. Тварь мгновенно оценила положение своего скованного тела, стоящего над ней меня, и замершую у дерева Луну, краем глаза зацепив еще и сидящую поодаль Ран.

Страх на её лице отсутствовал напрочь. Там вообще не наблюдалось эмоций, применимых к ситуации силового захвата, и пока она смотрела на нас снизу вверх из грязи, в этом взгляде сквозило лишь откровенное презрение. Так обычно смотрят на расплодившуюся в подвале плесень, испытывая одно сплошное раздражение от необходимости тратить личное время на устранение мелкой бытовой помехи.

— Кто здесь главный, я уже понял, — заговорил я ровно, опускаясь на колено, чтобы наши лица оказались на одном уровне. — Вы качаете ману через Подземелья и клеймите людей взамен на их подчинение. Меня интересует структура вашей сети вместе с расположением опорных узлов и главной базой.

Она сплюнула тёмную слюну, едва не задев носок моего сапога. Бескровные губы изогнулись в гримасе.

— Грязь пытается говорить, — её голос оказался сухим, напоминая скрип крошащегося сланца. — Вы копошитесь в собственных испражнениях и всерьез думаете, что срыв одного клапана на кормушке делает вас угрозой. Корм не ведёт переговоров. Ваша единственная функция заключается в том, чтобы страдать, кристаллизуя эмоции в полезный ресурс, а мы просто заберём всё. Как делали это всегда.

Ломать через физические угрозы этот прямолинейный фанатизм существа, привыкшего к тому, что выше их никого нет, было пустой тратой времени. Я потянулся к поясу за ножом. Нужно было хорошенько поразмыслить, какие именно нервные узлы подрезать первыми, чтобы надежно обойти её блокировку боли.

В этот момент левую руку обожгло до самого плеча, спустя мгновение Ивара поднялась из глубин моего разума, напрочь сметая человеческую логику допроса. Моё предплечье перестало подчиняться волевым командам. Дух-симбионт напрямую перехватил управление растительной связью, и по нашему эмпатическому каналу ударила тысячелетняя ненависть.

«Отойди, Вик, — голос Ивары прозвучал в сознании без прежней мягкости, напоминая скрип падающего дерева. — Ты смотришь на неё глазами смертного, оставляя место для жалости, которой у меня к ним нет. Это хорошо, что ты именно такой, но… это мой долг, так что дай мне закончить то, что они начали в моём лесу».

Я молча поднялся и отступил на два шага. Вмешиваться в право жертвы на месть своим палачам я не собирался, тем более что методы старого егеря здесь всё равно откровенно буксовали. Удерживающие Асуру лозы резко изменили структуру, потеряв гладкость и покрывшись грубой корой, а находившиеся под кожей пришелицы шипы начали стремительно ветвиться.

Следопыт захрипела. Это был не удар или разрез, который можно стерпеть на одной лишь силе воли, ведь Ивара, насколько я сам ощущал этот процесс через нашу связь, целенаправленно проращивала корневую систему прямо сквозь её энергоканалы, взламывая защитные контуры Асуры изнутри.

Я видел, как под бледной кожей пленницы вздуваются пульсирующие бугры. Корни оплетали суставы и вгрызались в нервные сплетения, буквально выжимая нужную информацию через чудовищное биологическое давление.

Тварь забилась в коконе. Иномирная спесь дала трещину, сменившись чистой паникой организма, который прямо сейчас переламывали заживо. Чёрные провалы её глаз расширились, а из рта вырвался булькающий вой, сразу же подавленный стянувшей горло лозой. Ивара не пыталась её убить. Дух методично доводил нервную систему пришелицы до критической грани, искусственно удерживая её в ясном сознании.

— Говори, — произнёс я, глядя на выгибающееся тело.

Хватка на горле Асуры чуть ослабла, позволяя ей судорожно втянуть воздух, и из уголка рта потекла кровь. Взгляд утратил прежнее пренебрежение. Теперь он сфокусировался на мне с животным ужасом существа, осознавшего, что оно угодило в руки к самой природе.

— Это… только питомник… — прохрипела она, выдавливая слова вместе с кровавой пеной. — Ваш мир не стоит больших усилий, потому что вы слабы.

Шипы под её кожей провернулись. Она судорожно глотнула воздух.

— Вы никто… нас здесь лишь горстка. Молодняк, оставленный следить за дозреванием урожая… Основной рой давно покинул этот мир…

Картина менялась прямо на глазах. Выстроенная система контроля с сетью Подземелий и сотнями продажных клеймёных слуг оказалась лишь вахтенным дежурством для их «молодняка». Этот мир был для них не полем великой битвы, а банальной плантацией, где выращивали кристаллы на чужой агонии, пока основные силы Асуров перемалывали другие реальности.

Все это звучало как минимум неприятно, а ведь чтобы удержать Асуров и не дать им захватить этот мир, погибло столько живых существ… Получается, они столкнулись лишь с малой частью сил этой расы?

— Где ваша база? — я шагнул ближе, и Ивара послушно стянула путы на рёбрах пленницы, физически выжимая ответ.

— Остров… скрыт в туманах, в трёх днях по морю на запад… Обитель. Оттуда идёт управление всей сеткой… Там сборщики…

— Как туда попасть? — задал я главный вопрос, прекрасно понимая, что координаты сами по себе бесполезны, если место закрыто магией их уровня. Тем более что у Асуров свои принципы использования магии и их изучение и взлом может занять слишком много времени.

Следопыт затряслась, то ли от боли, то ли от смеха, быстро перешедшего в кровавый кашель.

— Никак… контур закрыт, а барьер впускает только своих. Портальный ключ реагирует исключительно на эфирную структуру нашей расы, так что забрать артефакт мало. Тебе нужно, чтобы кто-то из нас активировал переход и повернул замок изнутри своей маной. Иначе дверь не откроется… Никогда.

Вот и недостающий кусок. Одного артефакта недостаточно, ведь нужно не просто найти портал, но и заставить кого-то из них запустить механизм, после чего успеть прыгнуть в закрывающуюся щель. Я начал прокручивать в голове варианты. Оценивал возможность захвата Однорогого и конвоирования его к острову.

Асура передо мной тем временем уловила момент моего раздумья. В её чёрных глазах вспыхнул багровый свет, когда тварь поняла, что выложила всё гарантирующее её жизнь, и пошла ва-банк. Она искусственно, по моим ощущениям, словно сдетонировала остатки своего искажённого ядра. Мана Асуров рванула из её тела обжигающей взрывной волной, из-за чего лозы Ивары задымились и лопнули. Сгусток концентрированной силы отшвырнул меня назад. Пришлось выставить Каменную Плоть для защиты.

Освобождённая следопыт вскочила на ноги ломаным рывком, собирая в ладонях тёмную сферу, чтобы швырнуть её в нас или пробить себе отход. И вот когда она уже…

Сухой хлопок разорвал воздух. Стрела с бронебойным наконечником вошла Асуре точно в правый висок, пробила кость и вышла с другой стороны, обдав куст позади неё тёмными брызгами. Тварь рухнула как подкошенная. Мана в её руках рассеялась безопасными искрами, а тело грузно ударилось о корни.

Я повернул голову. Луна стояла у края прогалины, медленно опуская лук. Лицо магессы оставалось бледным, но пальцы, только что отпустившие тетиву, совершенно не дрожали.

— Я следила за ней, — ровно произнесла она, закидывая оружие за плечо. — Сложила, сколько ей нужно времени на концентрацию и просто действовала. Она считала нас топливом, Вик, обычным живым хворостом для своих целей. Я не планировала давать ей шанс уйти или забрать кого-то из нас с собой. И оправдываться не буду, я поступила как должно.

Девушка подошла ближе, посмотрела на остывающее тело с отвращением и перевела взгляд на меня.

— Всё нормально, Луна, — выдохнул я, гася остатки маны в собственных каналах и отзывая измученную Ивару на отдых. — Ты, действительно, сделала то, что нужно было сделать.

Информацию мы вытащили. Туманный остров, молодняк надсмотрщиков и портальный ключ, намертво привязанный к их виду. Осталось лишь найти того, кто согласится открыть нам дверь, и забрать у него этот ключ. Вместе с его жизнью, если понадобится.

* * *

Прятаться после столичной бойни и обрушенного Подземелья не имело никакого смысла, потому что труп Асура вместе с публичной демонстрацией нетипичной магии подняли такой резонанс слухов, который не приглушишь никакими гильдейскими связями.

Однорогий удрал в свой портал живым. Пусть и без ноги, но искать он нас будет с еще большим рвением — тут и гадать не стоило. Ублюдок гарантированно соберёт остальных для полномасштабной облавы, так что единственный рабочий способ не сдохнуть при грядущей встрече заключался в экстренном наращивании массы и плотности эфира.

Путь к этой силе предстоял жесткий и понятное дело завязанный на мою измененную физиологию. Я вырезал уцелевшие рифленые рога-концентраторы из черепа убитой девушки-следопыта ещё до нашего ухода из места, где мы ее допрашивали, и эта густая, пульсирующая багровым жаром кость отправилась прямиком под кожу моего предплечья.

Ивара взялась за интеграцию этого ресурса без раздумий, хотя мы оба прекрасно понимали последствия усвоения искажённой магии Асур, изначально созданной для паразитирования на живом мире. Выбирать, увы, не приходилось.

Стоило симбионту втянуть асурскую плоть в наши общие мана-каналы, как меня немедленно скрутило до кровавой рвоты. В вены словно плеснули кипящего свинца вперемешку с битым стеклом. Дух надрывно кричала где-то на самом дне моего сознания, пока мы вместе перемалывали токсичную структуру чужеродного эфира и дробили её ядовитую основу, чтобы намертво вмуровать чистый силовой остаток в архитектуру моего организма.

Жгло позвоночник, да и не только его, в этот момент нещадно.

[Внимание. Интеграция иномирного катализатора завершена. Вместимость мана-каналов увеличена на 65%. Адаптивность эфирной мембраны повышена.]

Эта короткая строчка системного отчёта обошлась мне в выжженные нервы и навсегда утраченную лёгкость, на смену которой пришла гудящая тяжесть чистой мощи. На возможные последствия мы благополучно наплевали, ведь до них ещё требовалось дожить. Дальше начался безостановочный конвейер потрошения всех ближайших Подземелий.

В гильдейские кормушки мы влетали с ходу, напрочь игнорируя любые бумажные допуски и снося выставленные оцепления. Охранники с выжженными на шеях клеймами валились под ударами Ран и Луны раньше, чем успевали потянуться к своим артефактам и хоть что-то сделать. Молниеносный Шаг перекидывал меня сквозь залы Подземелий прямиком на нижние ярусы, где я вскрывал каменные узилища пленников один за другим.

За неполный месяц мы разнесли десять генераторов и освободили столько же сущностей. Изувеченный слепой василиск вместе с огромным пещерным медведем уходили в пустоту, оставляя нам с Иварой концентрированные слепки своей природной силы. Мой скелет окончательно перестал быть человеческим после того, как Стойкость Горного Хребта намертво вплавилась в базовую физиологию и превратила кости в некое подобие минерального монолита. Сенсорная сеть теперь улавливала сдвиги Лей-линий за многие километры. Лоза из левого запястья пробивала армейские стальные панцири вообще играючи.

Асуры предсказуемо пытались нас перехватить, и мы сталкивались с ними четырежды. Межпространственные твари вываливались прямо в глубинных переходах или пытались брать в клещи в узких штольнях, однако каждая такая стычка обнажала их главную слабость. Они совершенно не умели работать в команде и были слишком заносчивыми и гордыми, чтобы просить помощи.

Нам противостояла вовсе не регулярная армия пришельцев, а разжиревший на вековой дармовщине молодняк, оставленный старшими присматривать за работающими генераторами. Тысячи лет без конкуренции и купание в халявном эфире их предсказуемо сгубили.

В стычках Асуры постоянно мешали друг другу, грызясь прямо в бою за право нанести мне добивающий удар и щедро поливая пространство сырой маной без оглядки на простейшую боевую тактику.

В одном из заваленных туннелей двое пришельцев натурально сцепились в рукопашную, оспаривая, чье именно заклинание должно снести мне голову. Ран просто выжгла их обоих одним плотным сгустком пламени, даже не сбавляя шага. Самовлюблённые ублюдки искренне считали себя центром мироздания, и эта безграничная спесь исправно открывала нам окна для фатальных ударов.

Десяток рухнувших в бездну Подземелий перековал нашу группу до неузнаваемости к исходу четвертой недели этого забега. Ран буквально лучилась тяжелой мощью. Кицунэ впитала столько осколков разбитых ядер, что её хвосты теперь оставляли в воздухе оплавленный гудящий след.

Луна же безвозвратно растеряла все крохи академического лоска, обзаведясь въедливым колючим взглядом. Магесса двигалась сухо и безжалостно экономила энергию. Ледяные конструкты срывались с её пальцев на голых рефлексах, сминая черепа противников без малейшей задержки на жалость.

Я чувствовал себя куском перекалённой стали, да и Ивара внутри меня больше не жалась в уютный кокон. Древний дух превратилась в спрессованное лезвие скальпеля, которое отслеживало малейшее присутствие Асуров и желало лишь рвать глотки тем, кто столетиями терзал её собратьев.

Выбитая из девушки-следопыта информация дала нам ясную диспозицию. Нам требовался работающий портальный ключ вместе с его хозяином, и мы были полностью готовы вырвать этот пропуск прямиком из ещё живых рук.