Глава 2

Тёмная вода приняла меня мягко и сразу потащила в глубину.

Плот ушёл дальше по течению под половинным парусом, а я уже скользил вниз, активировав Глубоководного Ныряльщика. Локатор высветил по краям озера редкие красные точки, ни одна из которых даже не шелохнулась в мою сторону. После прошлого использования «Водоворота Глубин» местные стаи ещё долго будут приходить в себя.

Ха-хах. Мне это только на руку.

Правда некоторые образования монстров мне все же пришлось оплывать, чтобы лишний раз не спровоцировать бой.

Туннель словно бы узнал меня. Руны на арке потеплели под ладонью, энергетические врата барьера приглашающе мерцнули, и я нырнул внутрь.

Туша ждала ровно там, где я её оставил, на каменной плите у дальней стены купольного зала. Плотная духовная энергия законсервировала её до состояния свежачка: чешуя по-прежнему отливала маслянистым блеском, а запах отсутствовал в принципе.

Вот за этим я и возвращался.

В последний день, когда я выносил Длань Монарха наружу, меня посетило простое соображение. Выволакивать тонны мяса через лабиринт на поверхность к жадным практикам и Хардмидам с их прихвостнями, повлекло бы ненужные дрязги. А разделывать прямо здесь заняло бы слишком много времени. Тогда я подошёл к ближайшей колонне и задал прямой вопрос в пустоту.

«Хранитель наследия, ваше святилище после моего прорыва потеряло часть резерва. У меня тут есть туша, которая тихонько фонит энергией в пустоту. Что, если она полежит у вас немного, а вы с неё капнете себе на восстановление?»

Несколько секунд в святилище было тихо, а затем пространство нарушил древний вздох:

«Да будет так.»

Вот и всё обсуждение. Бездушная программа, а договороспособнее иных старейшин.

Сейчас же я подплыл к той же колонне и коснулся камня ладонью.

— Вернулся, как и обещал.

Туман сгустился в знакомый силуэт, и проекция Даэгона чуть наклонила капюшон, словно приветствовал своего.

— Иди до конца своего пути, Монарх.

— Постараюсь не разочаровать.

Обвязал тушу Духовной Нитью в шесть слоёв, затянул узлы у основания хвоста и на шее, а затем проверил натяжение. Потянул за трос, и махина медленно тронулась с места, переваливаясь по каменной плите всей своей массой.

Обратный путь через туннель стал отдельным удовольствием. Стоило мне выволочь добычу в первую зону, как мелкие крокодилы разом прыснули в стороны, будто я тащил горящий факел, а не мясо. Аура мёртвого мега-монстра давила на их инстинкты громче любой сирены, и я только усмехнулся в пузыри.

У поверхности, перевернул тушу на спину для плавучести, вынырнул у борта плота, привязал трос к кормовой стойке и подтянул тело к корме.

Рид встретил меня с верхнего яруса жёлтым взглядом «ну наконец-то». Хвосты лениво стукнули по доскам: одновременно приветствие и претензия за затянувшееся ожидание.

— Обещанное в силе, — кивнул я ему. — Сегодня у нас будет Королевский пир.

Кот прищурился с недоверием профессионального скептика, но хвосты всё же продолжили постукивать.

Я успел набросить на плечи сухую куртку, когда Система моргнула знакомым окном.

Внимание!

Эволюция питомца завершена. Желаете извлечь его?

— Глупый вопрос. Конечно я желаю посмотреть в кого у нас превратилась Дина, — усмехнулся я.

Рид подобрался и уставился на середину палубы. Там, поверх досок, проступил розовый силуэт, быстро сгустился и оформился в яйцо высотой мне по колено. Скорлупа переливалась радужными волнами, а воздух над ней дрожал от такой плотной энергии, что у меня защекотало в переносице.

Мы с котом склонились над ним одновременно, плечом к плечу, и на пару секунд даже дышать стали одновременно.

По скорлупе поползли первые трещины. Вместо привычного хруста её поверхность медленно осыпалась духовной пылью, растворявшейся в воздухе разноцветными искрами.

Когда последняя чешуйка осела, на досках сидела Дина — такая же розовая, золотоглазая, с крошечными передними ручками и перламутровым панцирем на спине. И, что самое обидное, ни на палец крупнее прежнего.

Мы с Ридом переглянулись.

— Э-э-э, — произнёс я вслух.

Кот через связь передал простую картинку: то же яйцо, тот же динозаврик в панцире и большой знак вопроса сверху. Судя по подтексту, он уже мысленно писал жалобу в службу Спортлото и Домино…

Дина подняла на меня золотистые глаза, и в следующую секунду ментальный канал пробил восторженный крик.

ДАВАЙТЕ КУПАТЬСЯ!

Розовая ракета оттолкнулась задними лапами и прыгнула за борт.

Вот в полёте-то с ней и пошло что-то не так. Или как раз так.

Передние лапки удлинились, обросли мышцами, панцирь раздался вширь, а щитки наползли друг на друга черепицей. Сама Дина выросла раз в десять, превратившись из милого котёнка в добротного розового бегемотика.

БУ-БУХ!

Столб воды накрыл плот целиком.

Мне в лицо прилетело ведро, а на Рида выплеснулось сразу два. Кот замер с прижатыми ушами, с его шерсти текло ручьями, и по ментальной связи мне прилетело такое отборное кошачье возмущение, что переводить его на человеческий было бы затруднительно.

— Дина, ну блин, — я вытер ладонью глаза.

Из осевшей волны вынырнула розовая туша, отфыркалась двумя фонтанами из ноздрей и издала довольное бурление, от которого по воде разошлись круги до самого горизонта.

ПЛЫТЬ! — прилетело через связь с интонацией ребёнка, дорвавшегося до бассейна. ПЛОТ! ДАВАЙ Я БУДУ ТЯНУТЬ ЕГО!

Я медленно опустился на мокрую палубу и провёл ладонью по лицу.

Ну ладно. Что выросло, то выросло, и вроде даже лучше разговаривать начала.

— Умеешь тянуть? Ну покажи.

Она развернулась и подставила широкую костяную шею, а я перебросил ей основной швартов и закрепил его петлёй на гребне панциря.

Рид оценил расклад и принял стратегическое решение. Одним прыжком он перелетел с плота на розовый панцирь, устроился на самой макушке капитаном мостика и обернулся ко мне с хвостами, сложенными в чёткое «командуй, шеф».

Дина гребнула всеми четырьмя лапами одновременно.

Плот рвануло вперёд так шустро, что меня качнуло назад. Вода за кормой вскипела белой дорожкой, ветер засвистел в снастях, а южный берег начал стремительно уплывать за спину. Я поймал равновесие у мачты и невольно рассмеялся.

М-да. С мелкими порциями еды я теперь попрощался надолго. Нужно будет на ближайшей стоянке присмотреть котёл раза в четыре больше текущего. А лучше в восемь.

Желудок тут же подал голос, напоминая, что после ныряния и буксировки я порядком проголодался.

Кот на панцире обернулся с таким же выражением морды, и в голове появился образ горы красного мяса с вопросительным хвостом поверх. Дина поддержала заявку басовитым урчанием, от которого панцирь под Ридом ощутимо завибрировал.

— Принято, друзья. Обед подадут прямо на борт.

Я достал из кольца Алхимический Котёл и поставил его на место у мачты, а рядом выложил связки специй из перстня: огненную корицу и лунную ваниль, пряности…

Развязал ленту Молли с запястья и перехватил ею волосы на лбу. Акватариновый кинжал скользнул в ладонь сам, привычной тяжестью.

Плот вышел из озёрной глади и устремился в речное русло. Розовый двигатель впереди весело пыхтел, кот следил за горизонтом со своей макушки, а за кормой покачивалась многотонная гора лучшего мяса, которое я когда-либо держал в руках.

Я перепрыгнул на тушу мега-монстра, улыбнулся и сделал первый надрез.

Дариан стянул капюшон плотнее к вискам и прищурился против встречного ветра.

Под ногами расстилалась чужая империя: зелёные долины и тонкие нитки рек, рассечённые цепочками поселений по излучинам. Захолустная окраина, в которой не могло быть даже отдалённых намёков на небесных практиков, а духовная энергия оседала на камнях такой редкой росой, что стыдно было называть её фоном.

Ещё полгода назад Дариан принимал доклад о падении вражеского форта в Степи Семи Ветров, а сегодня его, мастера четвёртой ступени, занесло на гребень над крестьянской землёй охотиться на остатки побочной ветви.

За плечом переминался Корвин, младший в тройке, и единственный из них, кто только-только покинул квази-третью ступень. Чуть дальше со скрещёнными руками стоял Вэйд, и его аура давила на камни не слабее, чем у самого Дариана. Выдвигать на ликвидацию элитную тройку ради одного беглого выводка изгоев, было явным перебором, однако старейшина Кассиан, как всегда, предпочёл перестраховаться.

— Медальон, — Дариан протянул ладонь, не оборачиваясь.

Корвин вложил в неё бронзовый диск с рунной гравировкой. Дариан провёл большим пальцем по центру, и над ладонью развернулся сизый росчерк, из которого выплыло сухое лицо Кассиана.

— Старейшина, отряд на месте.

— С опозданием на четыре месяца, — голос старейшины заставил Корвина втянуть шею в плечи. — Причины?

Дариан коротко выдохнул и перешёл на рапортный тон, его отучили украшать слова ещё в ученические годы.

— Пространственный шторм над Третьей Бездной Вечного Океана. Разлом сожрал ведущий перелётный мост на втором прыжке, и нас выкинуло в дрейфующий карман без выхода. Сто девять суток ушло на поиск слабой точки и пробивание стены, Корвин в процессе потерял весь духовный резерв, но восстановил в дороге. После выхода пришлось идти резервным маршрутом через Северный архипелаг, что добавило ещё двадцать одни сутки. В указанную точку прибыли два часа назад. Прошу сообщить нам актуальные координаты изгоев.

Старейшина издал глубокий выдох. Как обычно, когда что-то шло не по плану.

— Око в этом регионе больше ничего не видит. Ни одного носителя не фиксирует. Возможно, цели ушли в глубокую слепую зону, в вулкан или под формационный купол одной из местных сект, — сизое изображение Кассиана на мгновение застыло, а затем старейшина поджал губы.

— Принял к проработке.

— Слушай внимательно, Дариан. Ты вернёшься в Цитадель с телами. Если от них останется только пепел, привезёшь пепел в запечатанной склянке. Возвращение без доказательств смерти побочной ветви я рассматривать не буду. Срок не ограничен, припасы пойдут по резервной линии раз в два месяца.

— Принял.

— И последнее. Если метка мигнёт хоть раз, ты будешь на этой точке раньше, чем она погаснет.

Сизый дым схлопнулся в ладони, медальон разом остыл.

Дариан поднял лицо к низкому небу и выдохнул через нос. Четыре месяца в кармане без неба, потеря половины припасов и форы, а на финише ослепший радар и территория размером с три столичных округа. Самое паршивое, что Кассиан прав, ведь в радиусе тысячи по местным донесениям нет ни одной формации, способной задавить пробуждённую родословную пятой степени. Значит, либо донесения врут, либо беглец нашёл что-то такое, ради чего отдельные старейшины Цитадели готовы были бы пожертвовать рукой.

Любопытно, и при этом очень неудобно.

— Вэйд, разбивай лагерь на южном склоне, на сотню шагов ниже гребня, и прикрой формацией укрытия второго круга, — бросил он через плечо. — Корвин, расчехляй следовой компас и начинай веерный обход от точки последней вспышки, шаг пятьдесят ли. Доклад каждые три часа, и чтоб без перекуров.

— Командир, — Вэйд шагнул ближе, а голос у него остался таким же ровным, как и всегда. — А если за полгода не найдём?

Дариан усмехнулся уголком рта, не отрывая глаз от далёкой реки, серебрившейся в закатном свете.

— Тогда мы здесь состаримся, друг. Кассиан выразился предельно ясно.

Он ещё раз обвёл взглядом чужое королевство, поймал взглядом далёкий дымок над ближайшей деревней и тихо, для себя одного, добавил:

— И куда же ты от нас залез, крысёныш?