Глава 7. Истинно верующий и злая колдунья

Месяц спустя...

Холодный осенний ветер гнал на юг тяжелые черные тучи. Третий месяц осени выдался на удивление недождливый, будто нарочно давал людям время закончить дела и вернуться в теплые дома. Пожелтевший кленовый лист сорвался с дерева и плавно опустился мне на подставленную ладонь.

– Ваша Светлость, это последняя крепость. Наш поход почти закончен. – подъехав поближе, устало сообщил мне Бин.

Наша двухмесячная гонка на опережение сильно измотала даже наемников, что уж говорить о простом воришке? Только я среди всех них не имела права устать. Когда месяц назад мы обнаружили две пустые крепости и поняли, что изменники успели сбежать, я стала действовать на опережение. Привалы стали короче, лошадей меняли чаще, а ели прямо на ходу. Если бы не щедрая оплата, думаю, наемники давно разорвали бы нашу договоренность. Хорошо, что людским сердцам все еще знакома алчность.

Армия альмалонцев окружила Йоримапскую крепость – последний оплот изменников в Сихейме. Я смотрела на полуразвалившийся деревянный частокол вокруг покрытого мхом маленького замка и понимала, что этот бой не будет сложным. Прошлый был сложнее. Две недели назад мы захватили Шувьтеранскую крепость, в которой помимо личной охраны графа был и небольшой гарнизон. Начальник стражи оказался довольно умелым командующим, так что моим наемникам пришлось нелегко. Байлей с трудом выгрыз для нас эту победу. Я думала, что на этом трудности закончатся, когда моя охрана вывела из поверженного замка семейство лорда, но это оказалось не последнее испытание.

Вместе с графом Шувьтеранским стража вывела его жену, зятя и дочь. Дочери было немногим больше двадцати лет, и она была на сносях. Да, я помню уроки прошлого, но когда я зачитала обвинение и приговор этой семье, все разразились руганью и угрозами, а девчонка... Она бросилась мне в ноги и стала умолять сохранить жизнь ее нерожденному ребенку. Умоляла дать ей время до родов и не убивать малыша. Нет, я не забыла, чем обернулось в прошлый раз мое мягкосердечие. Я знала, что все они там преступники, которых надо казнить. И я собиралась отдать справедливый приказ. Но эта девчонка...

Она увидела ответ в моих глазах до того, как я смогла найти в себе силы его произнести, схватила мою руку и прижала к своему животу. Бог знает, как я не уничтожила ее на месте! Может, дело было в полном надежды взгляде, а может, в толчке, который я ощутила под ладонью. Я пришла карать изменников, но к такому оказалась не готова. Я понимала, что это может стать угрозой в будущем, но я смотрела в ее полные отчаянных слез глаза, и челюсти сводило от злости.

Кто такой лорд? Лорд – это владелец земли, который несет полную и постоянную ответственность за жизни живущих на ней людей. С пяти лет меня учили, как надо править этими землями. Я пяти лет я знала всю свою жизнь наперед. Никогда я не помышляла об иной участи. Я даже не представляла, что моя жизнь может стать... свободной. Лорд имеет власть, пока его народ это позволяет, а король одобряет. Жизнь лорда принадлежит земле, на которой стоит его замок. Все, что имеет лорд, он имеет только благодаря своему народу. Единственный смысл жизни для лорда – забота о народе. Поэтому мы изучаем науки, которые нам не интересны, когда простые дети играют на улицах. Поэтому мы выходим замуж за тех, кто нам выгоден, а не за тех, кого выберет сердце. Поэтому мы берем на себя ответственность там, где простой человек не выдержит последствий. Наша совесть не имеет значения, когда приходится выбирать между ней и благом народа. Ночные кошмары для лорда – обычное дело.

Я все это знала с пяти лет и была готова к тому, что моя жизнь мне не принадлежит.  Мой народ должен жить так, как им велит их сердце, совесть и моральный долг, а все остальное должна делать я.

Что сделать сложнее? Отдать приказ убить беременную женщину? Или услышать такой приказ и подчиниться ему? Я смотрела в заплаканные глаза девчонки, чувствовала ладонью беспокойные толчки нерожденного младенца, а на зубах эмалью скрипела ненависть. Ненависть к себе. В тот день я первые подумала, что есть смысл в том, чтобы женщины не становились лордами. Уверена, мой отец без колебаний мог бы забрать жизнь этой девчонки даже собственными руками, если уж родную дочь не собирался щадить ради... ради мира во всем мире. Я же такое омерзительное зло, что даже родной папочка не смог вынести моего вида.

Замок я покинула тем же вечером, предпочтя ему привал в сыром лесу. Семья лорда была казнена, а где-то в соседней деревне стало на одну беременную безродную больше. Бин развел костер и притащил из деревни, в которую отвел девчонку, два кувшина с элем, будто не знал, что леди эль не пьют. Это напиток безродных, а никак не дворян. Поэтому я строго-настрого запретила ему рассказывать кому бы то ни было о том, что я выпила весь кувшин, но он уже спал возле костра, счастливо обнимая свой кувшин с остатками напитка. "Вор и герцогиня пили в лесу эль", – это самая большая нелепость, которую я когда-либо слышала. Но тогда я была благодарна вору, что он украл своим поступком мои кошмары. Пусть и всего на одну ночь. Не помню, в какой момент беспамятство настигло меня, но проснулась я от фырканья ежа в ухо.

Больше я к произошедшему тем днем не возвращалась ни в разговорах, ни в мыслях. Впереди оставалась последняя крепость, после захвата которой все будет окончено. Мы добирались до нее две недели, и это было чрезвычайно быстро, потому что поспать нормально мне не удавалось, а спиваться я отказалась. И дело было вовсе не в моих внутренних противоречиях, а в ночных кошмарах, в которых меня догонял человек, чьего лица я не могла рассмотреть. Оно все время расплывалось, но, настигая меня, неизменно широко ухмылялось. Так мне ухмылялся только один мужчина – статуя Единого в часовне герцога в день ритуала Единения с маркизом Адертанским. С тех пор я больше никогда не заходила в храмы. Наверное, поэтому лицо бога во снах так размыто и неясно.

Но лицо лицом, а суть в том, что все прочие неприятности на эти две недели отошли в сторону, а выспаться нормально моя светлость не имела никакой возможности. Для наемников это означало раннюю побудку и новый день, наполненный бесконечной скачкой по размытым дорогам. Поэтому – да, если бы не людская алчность, численность моей армии могла сильно поредеть.

Но вот мы добрались до последнего замка, после захвата которого воины смогут вернуться в свои дома. Событие это было настолько радостное, что хлипкий частокол забора войско смело, даже не заметив. Мы въехали на территорию замка, где мои стражи уже привычно установили трон и без подсказок пошли за лордом Йоримапа. И не просто пошли, а побежали так, что пыль столбом стояла. С задачей они справились за семь минут, по истечении которых все семейство лорда предстало передо мной. Помимо лорда здесь были четверо его сыновей, трое из которых старше меня.

– Вы не смеете так обращаться со мной!!! – голосил граф, которому на вид было немногим больше сорока лет. Удерживающие его стражи пнули лорда по ногам, заставляя преклонить колени перед моим троном. Демоны, устроившие себе сегодня охоту в лесу, как раз входили во двор и направлялись ко мне. Заняв свои места по обе стороны от трона, они неподвижно застыли, глядя на пленников немигающим взором.

– Молчать! – рявкнул на него один из стражей. – Перед тобой герцогиня Адертанская!

– Что?! Какая еще герцогиня?! Эй, девка, а ну пошла прочь из моего замка!!! – напыщенно раздувал усы лорд, гневно сверкая глазами.

"Каждый раз одно и то же", – устало подумала я, молча глядя на это семейство. Повезло, что у них женщин плачущих нет. Дело будет быстрым...

– Осторожней, пожалуйста. Это редкий том "Древнейшей истории", очень ценное издание. Не помните, пожалуйста. – раздался откуда-то из-за спины лорда тихий мальчишеский голос.

Это было что-то новое. Во-первых, "Древнейшая история" была выпущена всего в десяти экземплярах около ста пятидесяти лет назад. Книга редкая и очень ценная, так что за нее и я бы попросила при случае. Во-вторых... Это четвертый сын графа, нет? Отклонившись чуть в сторону, я посмотрела за спину лорду, чтобы увидеть ценителя раритетной литературы. Так и есть. Там на коленях стоял щуплый подросток в обносках, на лице которого я видела кровоподтек. Старый кровоподтек. Это не мои люди сделали. Все стало немного яснее, когда старший сын графа дернулся и прошипел подростку, чтобы тот "заткнул свой поганый рот". Интересно...

– Я бы хотела увидеть это редкое издание. – сказала я стражникам, полностью проигнорировав негодование остальных пленников. Охрана подняла подростка с колен и подвела ко мне. Нестриженые волосы, старая потертая одежда, заплатка на левом колене... Мальчик прижимал к себе три толстые книги, и не сказала бы, что он был перепуган. Скорее безучастен. – Сколько тебе лет?

– Шестнадцать, Ваша Светлость. – тихо ответил мальчик.

– Ты знаешь, зачем я здесь?

– Вы узнали, что отец сговорился с Нортанийским княжеством, и пришли покарать за измену.

– Ты понимаешь, что это значит?

– Нас всех казнят. Если вам несложно, сберегите эти книги. Они очень редкие и ценные. Будет жаль, если они испачкаются или порвутся.

– Тебе не страшно?

– Еще два года назад было ясно, чем все это закончится. Я успел смириться, Ваша Светлость.

– Что с твоим лицом? Тебя били?

– Я ублюдок от безродной служанки, недостойный дышать одним воздухом с сиятельными господами, который должен радоваться любому вниманию своих высокородных родственников. – безэмоционально повторил парень не раз услышанные им слова в свой адрес.

– Когда мне было четырнадцать лет, отец приказал слугам свернуть мне шею и выбросить тело в овраг. – также равнодушно сообщила я ему. – Какую жизнь ты хочешь прожить? Я могу признать, что ты не являешься членом графской семьи и отпустить. Могу объявить тебя потомком побочной ветви, не участвовавшей в заговоре против короны, и наследником Йоримапского графства.

– Госпожа, – громко сглотнув от волнения, опустился на колени парень, – я не хочу иметь с этими людьми ничего общего. Моя жизнь ничтожна, но я бесконечно благодарен, что вы решили ее сохранить. Если Ваша Светлость позволит, я бы хотел открыть свою ученическую и обучать селян наукам.

– Обучать селян наукам? – заинтересованно подалась я вперед. – Селян много, как же ты их всех обучишь?

– О! – оживился он, усаживаясь прямо на землю у подножия трона и поспешно листая одну из книг. Найдя нужную страницу, он протянул раскрытую книгу мне. – Такое уже практиковали ранее в двести семнадцатом году! Согласно летописям, был один ученый муж, который открыл свою ученическую, набирал группы людей, которых обучал одновременно. Его методика разделения наук по темам весьма занимательна, а летописец отметил, что обученные крестьяне были более полезны, чем безграмотные!

– Более полезны? – задумчиво пробормотала я, углубляясь в чтение книги. Это была та самая "Древнейшая история", в которой даже иллюстрации нашлись. Такой книги даже в библиотеке герцога Феранийского не было, поэтому прочитать мне ее не довелось. Занятно... Один из стражников осторожно кашлянул, напоминая мне об одном незаконченном деле. Не отрываясь от чтения, я небрежно махнула рукой: – Казнить их.

Крики и проклятья я пропускала мимо ушей, искренне заинтересовавшись идеей этого мальчика. Видя мой интерес, он стал быстро искать что-то во второй книге, а когда нашел, подполз ко мне поближе, потеснив плечом демона, и протянул вторую книгу. За этими обсуждениями мы пропустили казнь, но я заметила, что он даже не дернулся, когда жизнь его родственников оборвалась. Похоже, привязанности к ним у него никакой не было.

– Это действительно занимательная идея. – покивала я, когда наше обсуждение подошло к концу. – Тебя как зовут?

– Немос, Ваша Светлость. – ответил парень, а после громко чихнул.

– Встань с холодной земли. – проворчала я, возвращая ему книги. – Где жить будешь? Здесь останешься?

– Госпожа, если можно, возьмите меня с собой? – прижав к груди книги, хмуро посмотрел он на меня. – Не хочу здесь... больше... Море хочу увидеть...

– Собирай вещи. – кивнула я. Подозвав стражника, приказала: – Бин, размести его в обозе казначеев. Казначеев-то там больше нет, так что место свободное имеется. И, я так понимаю, замковая библиотека едет вместе с нами?

– Госпожа! – счастливо просиял Немос, а Бин закатил глаза. Ему все эти бумажки были совершенно не интересны, но было совершенно очевидно, кому придется заниматься их перевозкой. Я в тебя верю, мой доблестный вор.

***

Третьего месяца осени мы завершили карательный поход на южные графства. Альмалонцы были распущены, а моя свита в немного увеличенном составе вместе с остатками обоза двинулась обратно на юг – в Адертан. Через один день пути мы устроили привал в лесу близ деревни Тимерки. Группа стражников отправилась закупать провизию в деревне, Немос остался сидеть в телеге с книгами, обложившись древними манускриптами, а мы с Бином пошли в лес прогуляться.

– Ваша Светлость, – заговорил вор, когда мы немного удалились от места стоянки, – я думаю, что вы должны хоть немного научиться владеть мечом.

– Тоже считаешь, что мне не стоит пользоваться услугами Альмалона? – хмыкнула я, полной грудью вдыхая пряный аромат леса. – Думаешь, если научусь пользоваться оружием, то буду уверенно в одиночку брать крепости?

– Что? – удивленно распахнув глаза, споткнулся от неожиданности об корень страж. – Нет! Я хотел сказать, что вы теперь не просто гостья далекого маленького графства. Вы – герцогиня Адертана, леди крупнейшего южного герцогства за всю историю Сихейма. К тому же незамужняя. Вас теперь одна половина королевства будет мечтать убить, а вторая обручить. Люди коварны, а вы должны уметь постоять за себя до прихода охраны. В таком деле пара секунд могут спасти жизнь. Я не говорю, что вы должны стать великой воительницей, но уметь хотя бы одну минуту продержаться в схватке.

– Складно излагаешь, Бин. – внимательно выслушав, безмятежно улыбнулась я. – Но ты ошибся в трех вещах. Первое – я не незамужняя. Я – вдова. Жениться на мне теперь так же сложно, как выпить Южное море. Второе – мне не нужна ни пара секунд, ни минута. Я – колдунья. Достаточно одного удара сердца, чтобы нападающие обратились в пепел. Нет смысла ждать прихода стражи и размахивать мечом. Третье – сколько весит твой меч? Я даже не подниму его.

– А что будете делать, если нужно будет защищаться, а возможности применить магию не будет? – прищурился вор, а я задумалась.

– Ммм... Демонов натравлю. – пожав плечами, едва заметно улыбнулась я.

– А если их не будет?

– Ты очень мрачно настроен. – поджав губы, посетовала я. – Без охраны, без магии, без демонов – есть ли такое место? Если есть, я просто в него не пойду.

– Ваша Светлость! Хотя бы попробуйте! – стал ныть парень. – Я и меч подходящий с собой прихватил.

Широко улыбнувшись, вор жестом фокусника извлек на свет короткий узкий меч. Лихо крутанув пару раз оружие в ладони, он подкинул его в воздух и поймал второй рукой, обернувшись вокруг себя. Выглядело красиво, но душа у меня к таким делам не лежала. Заметив мое кислое лицо, воришка нахмурился и протянул мне этот игрушечный меч.

– Просто попробуем. – уговаривал он.

– Ладно. Давай. – вздохнула я, двумя руками принимая оружие. – Увесистое. Я передумала, у нас ничего не получится. В лучшем случае я могу бросить его в лоб соратнику.

– Погодите, почему это соратнику? – удивленно хлопнул глазами парень.

– Пока он будет в беспамятстве, я успею избавиться от всех врагов и никто не увидит, как именно я это сделала. – легко ответила я. – В противном случае, не вижу смысла таскать такую тяжелую железку.

– А вот и нет. – уперся Бин. – Что будете делать, если соратников окажется два? Будете по очереди бросаться в них тяжелыми предметами? Тогда у вас очень скоро не останется соратников.

– Главное – чтоб врагов не осталось. – проворчала я. – И вообще... не нужны мне соратники. Достаточно слуг и наемников, а перед ними я держать ответ не намерена. Ладно! Что делать надо?

– Для начала возьмите его в руку. Второй сохраняйте баланс. Ноги чуть согните в коленях, будто они у вас напружинены. Я говорю, в одну руку меч возьмите!

– Он тяжелый!

– Ничего он не тяжелый! Вы капризничаете! Берите меч! Правильно берите! Кто тут лорд?! Какой же вы лорд, если даже меч держать в руках не умеете?!

– Выпорю!

– Только если прикажете кому-то. А сами не выпорете!

– Я – герцогиня! Имею право приказывать!

– А здесь сейчас нет слуг! Кому приказывать собрались?

И вот я держу меч, вокруг одни дубы и еще один дуб, а что ответить – не знаю. Решила замахнуться мечом, подняла его вверх, а он меня назад увлекает. Да так сильно, что я почти заваливаюсь. В тот же миг вор бросился в мою сторону и поймал, не позволяя упасть на землю.

– Это меч, а не дубинка, Ваша Светлость. – насмешливо фыркнул он, выравнивая меня. Перехватив мою ладонь, он иначе вложил оружие в руку и чуть повернул локоть. – Вот так держать надо. Для замаха отведите руку чуть в сторону. Да, вот так. А теперь резко вниз. У вас очень тонкие запястья, не удивительно, что меч удержать не можете...

– Уж какие есть. – нахмурилась я, вырывая руку из захвата. – Больше так не делай.

– Тшшш... – приложил он палец ко рту, призывая сохранять молчание. Медленно забрав оружие из моих рук, он стал настороженно оглядываться по сторонам. Я сделала глубокий вдох и... ничего не сказала. Что это с ним? За нами снова следят? Поймав мой взгляд, стражник кивнул в сторону высокого кустарника и стал медленно обходить меня так, чтобы оказаться между мной и предполагаемой угрозой. Но я ничего не слышу. В чем же дело?

Долго ждать ответа не пришлось. Из чащи на нас вышла группа нарочито бедно одетых мужчин, в руках у которых были обнаженные мечи. На первый взгляд дешевая вещь, но этот синий отблеск мне прекрасно знаком. Нортанийская сталь!

– И кто это в наш лес забрел, м? – широко ухмыльнулся один из них, смачно сплюнув на землю. Грубо скопированная повадка Лесного братства. Они явно скрывают свою личность. Люди нортанийского князя? Кого-то из сбежавших изменников? – Какая миленькая, мне такие по нраву. Этого в расход, а девчонкой я сам займусь, га-га!

– Бин! Назад! – приказала я, сжимая кулак и начиная стягивать темную энергию. По запястьям поползли черные узоры, которые пока скрывали длинные рукава платья.

Не успел стражник уйти с направления удара магией, как из других кустов выкатился еще один человек. Именно выкатился, потому что выйти нормально ему помешала ветка бузины, зацепившаяся за... мантию? Проклятье!

– Братья мои! Ни к чему прибегать к насилию! Все можно решить миром! – поспешно поднимаясь на ноги, озарил нашу дружную компанию лучезарной улыбкой... монах! Поспешно втянув призванную силу, я спрятала колдовские узоры и сделала шаг назад.

– Это че за циркач? – вышел вперед главарь шайки, с недоумением глядя на монаха. – Слышь, артист, а ну пшел вон!

– Ни к чему таить злобу в своем сердце, братья! Единый любит вас! – развел руки в сторону этот... циркач, улыбаясь еще шире. И вроде урегулировать конфликт человек пытается, а даже меня подбешивать начал. – Опустите мечи! Обнимемся же!

– Слышь, ну ты сам напросился! – снова сплюнул главарь сквозь зубы и решительно пошел к этому любимому брату.

Монах же так и стоял с распростертыми объятиями, сияя солнечной улыбкой. Его светлые волосы были обрезаны по плечи, а серая мантия нахватала пару репьев по подолу. Подумав, я решила подождать, пока на одного психа в этом лесу станет меньше. Потом можно и остальных добить.

Видя неадекватное поведение служителя Единого, главарь разбойничьей шайки отбросил осторожность и бросился на парня с мечом. Он бежал на него, сделал широкий замах оружием, а потом... монах как-то чуть-чуть сместился в сторону, а разбойник покатился по земле.

А? Как так?

– Ох, ты не ушибся, брат? – с искренним участием спросил служитель бога, мило улыбаясь.

– Ах ты щенок! – взбесился главарь, поспешно поднимаясь на ноги. Меч он выронил и поднимать не стал. Так с кулаками и бросился на светловолосого. И когда казалось, что его кулак непременно встретится с лицом монаха, тот снова немного сместился, а разбойник пробежал мимо.

Бин тихо подошел ко мне и знаком показал, что надо бы убраться к лагерю, но я отрицательно качнула головой и осталась смотреть дальше. Прислонившись плечом к дубу, заинтересованно продолжила следить за событиями.

– Че встали?! – рявкнул главарь своей шайке. – Кончайте его!

– Братья, ни к чему нам эти распри! – еще веселее заулыбался светловолосый, заложив руки за спину. – Единый завещал возлюбить ближнего и жить в мире!

– Щас я тебя возлюблю, скотина! А ну сюда иди! – заорал главарь и вновь бросился на монаха. Остальная группа разбойников тоже стала наступать на парня. Насколько я могу судить, он довольно молод. Может, немного старше меня.

– Отринь злобу, брат! – вещал монах, а его улыбка навевала мысли об издевательстве. – Осторожно! Там камушек!

И вроде бы я тоже видела тот камушек, но служитель бога ринулся навстречу главарю, после чего тот упал как-то так, что камушек оказался у него во рту. Из разбитой губы потекла кровь, а разбойник взвыл от боли.

– Ох, ну что же ты, брат? Больно, да? Прости меня великодушно, я не успел его убрать с твоего пути. Ты сильно пострадал?

– Замочите его уже кто-нибудь! – провыл покалеченный мужчина, что даже мне захотелось помочь ему. Но я, разумеется, не сдвинулась с места. Как сказал Бин, слуг здесь нет, так что приказать помочь мне некому. Эх, горюшко.

Дальше началась какая-то свалка. Шайка бросилась на монаха, но тот только в сторону отходил, а разбойники по земле катались. И вроде светловолосый никого не ударил, но лица были разбиты едва ли не у каждого нападавшего. Играючи, он обезвредил всех преступников и вид при этом имел очень озадаченный. Его будто искренне удивляла неловкость "братьев", он пытался им помочь подняться, но делал только хуже. То об одного запнется так, что его сапог окажется в животе у воина, то сам, будто бы споткнувшись, упадет так, что пытающийся подняться боец падает обратно и бьется еще сильнее обо что-нибудь. Служитель никого не ударил, но через пятнадцать минут вся шайка лежала на земле и стонала от боли и бессильной злобы.

И меня все устраивало до тех пор, пока монах не заметил меня.

– Сестра! Ты в порядке? – с самой искренней заботой и самой светлой в мире улыбкой служитель бога... пошел в мою сторону.

– Стой, где стоишь. – недобро протянула я, прищурившись. Монах замер, а я увидела его глаза. Удивительные глаза цвета молодой травы в ясный летний день, полные любви к миру, жизни и всему живому. В общем, все, как мне не нравится. – Ты бы отошел в сторону, а то там в тебя брат из лука целится.

– Не может быть. Ты, верно, ошибаешься. – удивленно вскинул брови монах. Чуть повернувшись, чтобы взглянуть на коварного родственника по божественной линии, парень увидел направленную в его сторону стрелу и туго натянутую тетиву лука. Ошибка была, как говорится, на лицо. – Брат, что ты собираешься сделать?

– Заткнись! Сдохни, сволочь! – рявкнул разбойник и отпустил тетиву.

Вжикнула, прошивая воздух, остроконечная стрела, но служитель бога и шага в сторону не сделал. Хорошо отработанным жестом он чуть приподнял руку, и миг спустя я увидела зажатую меж двух пальцев парня стрелу, словно безобидный цветок. Подобных навыков я в жизни ни у кого не встречала. Этот человек представляет угрозу...

– Брат, ты обронил свою вещь. – как ни в чем не бывало, светловолосый добродушно улыбнулся и пошел к стрелку возвращать стрелу. Я уж подумала, что он кинет ее в разбойника, пришпилив к дереву, как жука, но нет. Это было уже выше моральных сил несчастного разбойника, поэтому он, уронив лук на землю, бросился обратно в кусты, с треском ломая тонкие колючие ветки. – Куда же ты? А стрела? Я верну ее тебе при следующей встрече, брат!

И вроде бы сказал так мирно, без злобы в голосе, но даже мне стало очевидно, что этой встрече лучше бы не случиться. Иначе неизвестно, в какое именно место вернется эта стрела. Не удивлюсь, если этот монах с такой же доброжелательной улыбкой засунет ее ему в рот. Ну, раз представление закончилось, пора и честь знать. Развернувшись, молча пошла обратно в лагерь. Но стоило сделать лишь один шаг, как за спиной прозвучал голос:

– Осторожней, сестра. Не упади.

– Что? – удивленно обернулась я. Еще секунду назад он стоял на другом конце прогалины, а сейчас находился в непозволительной близости и... улыбался!

– Камушек. – ласково ответил он, а я ощутила, как земля уходит из-под ног. Туфля заскользила по округлой поверхности, не позволяя удержать баланс и увлекая меня назад. И мне бы упасть, но этот безродный подхватил меня и удержал. Какой еще камушек! Только что его здесь не было! Не было, говорю! Ах ты...

– Отпусти! – возмущенно приказала я. Еще не хватало, чтобы ко мне простолюдин прикасался! Дернувшись, я попыталась вырваться, но не смогла.

– Беру свои слова назад. Мы не брат и сестра. – с нежной улыбкой рассматривая мое лицо так близко, что кожи касалось его дыхание, протянул он. Зелень глаз ловила отблески последних лучей заката, а на лицо упала светлая прядь волос. – Глаза, как грозовое небо. В нем молнии покоя не найдут. Белоснежный бархат кожи на нечеловечески прекрасном лице заставляет кровь быстрей бежать по венам. Ресницы, брови, волосы – подарок первозданной тьмы, сомнений нет. И не убийство, а эти губы Бог должен был назвать первым грехом и страшным преступлением. Спасения нет. Я в их плену.

Его слова – непозволительная дерзость! Я и за меньшее людей карала, но... Но словно заколдованная замерла, глядя на то, как приближается его лицо. Да что же это?! Я – герцогиня! Он права не имеет! И Бин стоит, растерянно моргая. Что ты стоишь?! Не видишь – нападают! В попытке защитить себя призвала силу, она на месте его развеять должна будет. Но миг за мигом утекала магия сквозь оплетенные узором пальцы, а наглец все продолжал стоять.

Осознание произошедшего ушатом ледяной воды пролилось на меня. Я лишилась колдовских чар?! Да нет же, я их ощущая так же явно, как и раньше, и направление им верное дала. Так почему стоит он, будто ничего не происходит?!

"Нынешние церковники уже не те, что были раньше. Истинно верующих почти не осталось. Только на них наши чары не действуют, девочка", – прозвучали в голове слова старого колдуна. – "Но их магия губительна для нас. Если такой благословит, может и убить божественной силой".

Оружие против него бессильно. Я это отчетливо увидела недавно. И магия мне не помощник здесь. Значит, остается последнее средство. Дернувшись, я замахнулась и отвесила наглецу звонкую пощечину. Он тут же отшатнулся в сторону, отпуская меня, и вскинул бесконечно удивленный взгляд, будто не верил, что кто-то может так с ним поступить.

В наступившей тишине лишь шелест опадающих листьев был слышен, а мы стояли, сцепившись взглядами, и оба не знали, что сказать. Лично я думала о том, сколько нужно стражников, чтобы его схватить и тут же обезглавить. А зачем ему голова, если он ей не пользуется?! И руки отрубить! По пояс! Через секунду он снова рядом оказался. Так близко, что мне пришлось вжаться в дерево, чтобы хоть немного дальше быть. Расстояние между нами меньше волоса осталось, и это было для меня пределом.

– Какая дерзость! – гневно воскликнула я, вздернув подбородок. – Как смеешь ты себя вести так?! Я – герцогиня!

– Этот непримиримый взгляд пленяет сердце. – будто не слыша слов моих, коснулся пальцами щеки. – Мне кажется, я видел его раньше. Может, во сне?

– Наглец! – все-таки пришел в себя мой стражник. Возле шеи монаха я увидела острие меча, чье лезвие оцарапало светлую кожу. По шее скатилась алая капля крови, но вдруг я увидела, как на царапине заплясали золотистые искорки чуждой мне магии, излечивая и затягивая рану. Лишь секунда, но он снова был невредим. – Преклони колени! Перед тобой герцогиня Адертана, леди Хелира!

– Хелира? – до боли ласково улыбнулся зеленоглазый, медленно заправляя темную прядь мне за ухо. – Хель... И имя сладкое, как мед. С ним на устах и умереть не жалко. Наши имена созвучны. Я – Тиль. Бродил по миру в поисках судьбы. И, кажется, нашел ее.

– Слоняться по лесу – печальная судьба. – моментально успокоившись, включилась я в нашу странную игру. В искренность слов верующего не верилось ни капли, но сражаться с ним мне просто нечем. Кроме слов. Я смотрела прямо и без страха, как и подобает лорду на своей земле. – Увы, не все могут жить так беззаботно, отринув правила приличия и долг. На этом наши пути расходятся, Тиль.

– Горда и независима – я покорен на веки. – вдруг широко улыбнулся парень. – Но так хрупка и беззащитна, что я не в силах отпустить тебя одну. Позволь, я провожу.

– Не позволяю. – с не менее широкой улыбкой ответила я, обходя его стороной и уверенно шагая к стоянке лагеря.

– Но я уже провожаю. – догнав меня, доверительно сообщил монах. – Давай не позволишь в следующий раз?

– Вообще-то я здесь! – безмерно возмущался Бин, продолжая угрожать служителю мечом. - И я сам провожу госпожу!

– Уверен? – таинственно улыбнулся Тиль, а в следующий миг Бин как-то неловко оступился и грохнулся в траву вместе с мечом. – Ты же на ногах не стоишь, брат. Куда уж тебе девушку провожать? Тут нужен кто-то более... устойчивый. Да, Хель?

Я знаю, что герцогини так не поступают. Я знаю, что это недостойное моего статуса поведение. Но он наверняка как-то тронул моего человека, поэтому я... незаметно поставила ему подножку. Тиль не ожидал подобной подлости. Ласточкой раскинув руки в стороны, он удивленно вскрикнул и упал на землю. То-то же!

– Бин, вставай. Не пострадал? – подошла я к стражу, всячески игнорируя удивленный взгляд монаха с земли.

– Никак нет, Ваша Светлость. – поспешно встал страж, поднимая оружие с земли и возвращая его в ножны. – Идемте.

Уходя, мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что этот странный человек идет следом за нами. Но это уже не имело значения, потому что впереди со стороны лагеря доносились звуки сражения: лязг мечей и крики воинов. Отбросив правила, я побежала на шум, не представляя, что еще могло случиться.

Цепляясь подолом платья за ветки ольховника, я спешила туда, где мелькали отблески походного костра. Шум нарастал, и вместе с ним росла тревога в сердце. Продравшись к свету, я увидела ужасающую картину. Расположившаяся на поляне сотня моих воинов была окружена людьми, похожими на тех, что напали на меня недавно. Та же дрянная одежда и нортанийские мечи, но численность их превышала мою сотню. Откуда столько?!

Догнав нас, Тиль тоже увидел происходящее. Безмятежность ушла с его лица, а на ее место пришла серьезная сосредоточенность. Свистели стрелы, выпущенные без цели, и монах без раздумий встал передо мной, закрывая от угрозы.

– Нужно уходить. – сказал он, не оборачиваясь. – Со всеми мне не справиться.

– Попробуй помолиться, Тиль. Быть может, нас услышит Бог? – усмехнулась я, отступая в тень и скрываясь за широким стволом дуба.

Пока есть время и меня никто не видит, я прикрыла глаза и призвала силу. То, что в детстве мне давалось спонтанно и бесконтрольно, осознанно сотворить было гораздо сложнее. Ради всплеска магии лезть в гущу схватки было бы безумием, к тому же тайну я намерена хранить, пока есть возможность.

В голове звучали слова наставника о том, что я не способна на тонкую работу, справляясь лишь с масштабными деяниями, но убегать я не стану. Проклятая метка оплетала тело, обращая глаза в бездонные провалы тьмы, а я присела, касаясь пальцами земли. Магия потоками заструилась по ней, стремясь настигнуть свои жертвы, и я напряженно закусила губу, управляя хаотичной тьмой.

Это было похоже на дуновение морского ветра. Еще мгновение назад перед моими воинами стояли живые люди, но вот подул он, и враги один за другим стали рассыпаться черным пеплом. Смерть пришла тихо, без криков, без шума, неотвратимо. Удивительно, но это оказалось не так сложно, как я думала во время обучения. Быть может, дело в том, что в этот раз другая цель у магии была, а не простые бочки, как тогда? Но что важнее, в этот раз магия дала мне силу спасти своих людей. Опьяняющее чувство господства над миром текло по венам. Невероятно...

Все было кончено за несколько секунд. Поднявшись с земли, я вновь вышла на поляну и встала, где была и раньше – за спиной монаха. Тиль и Бин шокировано взирали на поле боя, застыв соляными столбами и не заметив моего короткого отсутствия, а я не смогла сдержать шкодного желания, навеянного вкусом могущества колдовства. Подавшись вперед, тихо спросила парня:

– Какому Богу ты молился, Тиль? Единый, вроде как, подобного не одобряет.

– Это не я! – воскликнул он, резко оборачиваясь, и тут же замер, напоровшись на мой насмешливый взгляд.

– А кто тогда?

– Это... Это было колдовство! – воскликнул Тиль.

Все верующие такие милые и... глупые?

– Впервые слышу, чтобы Единого обвиняли в колдовстве. – посетовала я, а Бин понимающе усмехнулся. – Уверен, что ты истинно верующий? В любом случае, следи за словами. Я ведь и инквизиции могу донести. Так, хватит, пора дело делать. Бин, мы брали с собой лекаря?

– Никак нет, Ваша Светлость. – вытянувшись, отчитался страж.

– Тогда отправь кого-то здорового в деревню за знахарем. – подумав, отдала приказ. – Я уже сейчас вижу не менее десятка раненых. Потом собери группу здоровых мужчин и отправляйся в лес. Выживших связать надо, а после я их допрошу.

– Слушаюсь! – ответил парень и убежал исполнять поручения.

– Без лекаря справлюсь, Солнце. – подавшись вперед, сладко прошептал на ухо наглец. И до того, как я собралась высказать ему о его поведении, развернулся и бодро пошел к моим людям.

Я присела на бревно возле костра и молча наблюдала за тем, как странный монах своей силой лечит раненых. Золотое свечение стекало с его пальцев и залечивало даже самые страшные раны, не оставляя и следа. Призадумавшись, я тихо наблюдала за Тилем.

Он не похож на обычного церковника. Слишком дерзкий в речах и деяниях, к тому же ведет себя очень странно. Все время пытается прикоснуться, улыбается чему-то... И эти его навыки в том сражении с разбойниками к тому же... Допустим, он и правда из Церкви. Тогда что делает на моей земле?

Ох! А может, его послали? Зачем-то же он привязался ко мне? А еще это нападение. Как все так совпало? Может, они заодно? Решил спасти от врагов и втереться в доверие. Но зачем? Меня с Церковью ничего не связывает. Для них я ничем не отличаюсь от миллионов других людей. Ранее я нормально заметала следы колдовства, так что вряд ли обо мне прознали храмовники. Нет. Эти два происшествия не связаны.

Значит, монахи отдельно, разбойники отдельно. И если с разбойниками у меня есть почти уверенная догадка, то монах остается темной личностью. Увидев, что я отстраненно за ним наблюдаю, парень улыбнулся мне и лихо подмигнул. Наглость! Фыркнув, я отвернулась. И чего привязался, спрашивается? Ничего, ночь здесь проведем, а утром каждый пойдет своей дорогой.

– Ваша Светлость! – подбежал ко мне один из солдат, и вид он имел при этом какой-то напуганный. – Ваша Светлость, разрешите доложить!

– Докладывай. – спокойно ответила я.

– Я только вернулся из Тимерок, но лекаря там не нашел!

– Не страшно. – вздохнула я. – Монах Тиль уже помогает раненым.

– Дело не в этом, госпожа. – гулко сглотнув, продолжил солдат. – Когда я прибыл в деревню, они... Та девушка беременная, которую вы пощадили! Она...

– Знаю. – с ледяным спокойствием ответила я.

– Знаете?! И мы... мы ничего... Ведь пощадить ее было вашим приказом! Приказом лорда! Они обязаны были подчиниться!

– Нет. – холодно ответила я. – Я никакого приказа не отдавала на ее счет. Просто сказала отвести ее в деревню.

– То есть... Вы знали, что деревенские ее не пощадят?!

– А чему ты удивляешься? – жестко спросила я, поднимая на мужчину взгляд и вспоминая пару фактов из бумаг, что мне доставили люди Барона. Помимо казначейских грамот, там были записи и о мелких пригрешениях лордов и их домочадцев. Встретившись со мной глазами, он отшатнулся и задержал дыхание. – Она не только дочь изменника, но и сама совсем не пресветлый ас. Слышала, она в той деревне развлекаться любила, а когда ей казалось, что становится скучно, она топила селянок. Поэтому дай-ка я угадаю! Ее бросили в реку?

– Как вы... – задохнулся от эмоций воин, а я продолжила.

– Если бы не ее положение, она распрощалась бы с жизнью на месте. – без особых эмоций произнесла я. – Но она была так несчастна и глубоко беременна, что если бы я отдала вам приказ, то кто решился бы ее убить? Был еще вариант с волками, но они и так растолстели. Оставалось доверится судьбе, подтолкнув ее в нужном направлении. Несмотря ни на что были люди, которые с радостью бы ее растерзали, наплевав на все условности. В итоге я сберегла своих собачек, солдат, выполнила долг и позволила обиженным подданным добиться возмездия. Как думаешь, сработал бы план, если бы младшая леди была достойным человеком, живущим согласно велению долга и чести?

– Нет. – опустив голову, растерянно ответил солдат. Я лишь слабо улыбнулась. Вот еще один момент, где очевидна между нами разница. Ситуации бывают разные, но дело лорда всегда превыше всего. Там, где обычному человеку не хватит духа разобраться в вопросе, лорд всегда найдет выход. – Но тот мальчишка! Вы его пощадили! С собой взяли! А ведь он тоже...

– Что "тоже"? – перебила я, вздернув бровь. – Он – не член графской семьи. Отец не признал его, поэтому к изменникам он имеет ровно такое же отношение, как и слуги замка. На каком основании в таком случае я должна была его казнить? Вы бы хоть головой думали, прежде чем выводы делать.

– Простите, госпожа... Я не подумал... – тихо прошептал покрасневший солдат.

– Знаю. – пожала я плечами. – Идите отдыхать, завтра нас ждет долгий путь.

– Слушаюсь. – поклонился он и ушел.

На самом деле я ждала, когда начнутся вопросы. Хоть я и не обязана никому ни на что отвечать, но в таких ситуациях народ должен знать, почему был отдан тот или иной приказ. Мои слова слышали сейчас многие, а дальше они сами сплетнями разнесут эти сведения. Может, приукрасят. В любом случае, дело сделано и время не стоит на месте. Я продолжила отрешенно наблюдать за Тилем, размышляя о нем, и вскоре вернулся Бин с вестями.

– Ваша Светлость, мы привели преступников. – поклонившись, сказал страж.

– Справишься с допросом? – потянувшись, спросила я.

– Уже. – довольно улыбнулся парень. – Я узнал, что они из Лесного братства. Услышав о том, что наши наемники ушли, решили попытать удачу и напали на лагерь.

– Вранье. – отмахнулась я. Из леса выбежали два волка и сели у меня за спиной, подальше от костра. Я заметила, что демоны не очень любят пламя. – Ты их мечи видел? Нортанийская сталь – дорогое удовольствие. И если они лично против северян не воевали, то обзавестись таким редким удовольствием просто не могли.

– Может, купцов ограбили? – озадаченно почесал затылок Бин. Было очевидно, что с допросом он не справился.

– Нортанийской сталью наши купцы не торгуют. На это князь наложил запрет еще тридцать лет назад. – покачала я головой. – Это не Лесное братство, не Теневая гильдия, но и не альмалонские наемники. Это чья-то личная гвардия, которую переодели и вооружили. Гвардия кого-то из изменников. Кого-то, о ком наши источники не узнали, и кто хотел тайно избавиться от меня. Учитывая, что поход наш завершен, длился он два месяца, то... месяц туда, месяц обратно... Судя по времени, это кто-то из столицы. Получается, что графы не на ровном месте осмелели и вступили в сговор с врагом. У них была поддержка из высшего сословия. Думаю, в заговоре участвует кто-то из герцогов, что не лишено смысла. Это не Сантон и не Ферания, так что список уменьшается. Пошли, узнаем, кого еще мы не добили.

Поднявшись с бревна, я поманила демонов за собой. Мы с Бином пересекли стоянку лагеря, выйдя к шатрам с фуражом. Солдат здесь не было, только лошади, так что свидетелей не будет. За шатрами к деревьям были привязаны разбойники, которые имели слишком жизнерадостный вид для своего трагичного положения. Едва завидев меня, мужчины заухмылялись.

– Соскучилась, сучка? – сально ухмыльнулся разбитым ртом главарь их шайки. – Да ты сентиментальна, как портовая шлюха. Иди сюда, я тебя приголублю. Могу даже без рук, а? Как тебе? Понюхаешь настоящего мужчину!

– Кому ты служишь? – встав напротив, спокойно спросила я. С четырнадцати лет общаясь с Бароном и его людьми, я давно научилась игнорировать грубость и бескультурие обреченных.

– Мы вольный народ! – залихватски ухмыльнулся щербатым ртом мужчина. – Над нами нет господ!

– Ладно. Время есть. – вздохнула я, понимая, что быстро получить ответы не получится. – Взять его. – спокойно приказала я демонам, указав рукой на ближайшее к главарю дерево с разбойником.

Волки молча сорвались с места и налетели на задергавшегося преступника. Улыбки и расслабленность слетели с лиц остальных членов шайки, а в стороны брызнула кровь. Лес огласил истошный крик, который, впрочем, быстро стих, сменившись тошнотворным чавканьем и рыком.

– Шутки кончились. Мы можем так развлекаться хоть до утра. Но не находишь, что есть более легкие способы снискать смерти? – задумчиво спросила я главаря, безучастно наблюдая за обедом демонов. Мужчина дернулся и жестко поджал губы, прекращая строить из себя сына леса, но говорить не начал. – Я знаю, что вы из личной герцогской гвардии. Ваш хозяин – изменник, сговорившийся с нортанийской грязью. Юг я почистила, значит, вы из северных областей. Просто назови мне имя, и покончим с этим.

– Я ничего не знаю. Я из Лесного братства. – сквозь зубы процедил главарь, глядя на меня таким злым взглядом, что я должна была проникнуться. Должна. И не прониклась.

– Взять. – еще одна короткая команда, и следующий пленник захлебывается ужасом и болью. – Послушай, особой роли твое признание в этом деле не сыграет. Я уничтожила всех соратников твоего господина, больше ему помощи ждать будет неоткуда. Заговоришь ты или нет, он в любом случае будет пойман. Просто так это будет легче и быстрее. Он все равно уже не жилец, раз пошел против короля, а вот ты и твой отряд пройдете через кошмар, я это обещаю.

На это мужчина не ответил. И хоть и был он бледен, но нашел в себе силы зло сплюнуть мне под ноги. Может, проще его убить, а о доме спросить у его людей? Потеряв своего главу, отряд наверняка будет окончательно деморализован и заговорит.

– Думаешь, мне приятно всех вас мучить? – подняла я на него уставший взгляд, отправляя демонов за следующей жертвой. Со стороны остальных деревьев с пленниками стал раздаваться тихий скулеж. – Да вы мне сто лет не сдались, я бы лучше спать пошла. Так кому ты делаешь лучше своим молчанием? Оно никого не спасет.

– Я скажу! – сломался он в итоге, рявкнув так, что едва голос не сорвал. – Я скажу, но разве ты отпустишь?

– Отпустить преступников, напавших на представительницу высшего дворянства? – неверяще улыбнулась я, сомневаясь в рассудке этого мужчины. – Конечно, нет. Но волков я уведу, они вас более не тронут, а смерть будет быстрой и безболезненной. Вас даже похоронят, а наш походный монах прочитает отходную молитву. И, возможно, в следующей жизни вы будете служить разумному и дальновидному хозяину.

В доказательство своих слов я постучала ладонью по ноге, подзывая волков. Те бросили терзать бездыханное тело и поспешили выполнить команду. Сев подле меня, она застыли неподвижно. На некоторое время в пространстве повисла тишина, им нужно было время все обдумать, и я его дала.

Но, видимо, зря.

– Сантон. Мы служим герцогу Сантонскому. – опустив голову, мертвым голосом ответил пленник.

– Ложь. – начала я терять терпение. – Его сын ведет войска против Нортании, они верны короне!

– Мне больше нечего сказать. – ответил он и умолк.

– Госпожа, – неожиданно вмешался Бин, подойдя ко мне ближе и склонившись к уху, – может, это правда, а может, есть другая причина. Наверняка у всех них есть семьи. О предательстве их лорд узнает, и тогда...

Понятно. Отвернувшись, я молча пошла прочь. Туда, где горели костры. В след раздался вопрос Бина: "что делать с пленниками?", и я остановилась на секунду, а потом продолжила свой путь к шатру. За спиной на землю плавно оседали хлопья черного пепла, а ослабевшие веревки попадали вокруг стволов деревьев.

Пройдя мимо суетящегося над раненными солдатами монаха, я вошла в свой шатер и стала готовиться ко сну. Смыв пыль с лица в медной чаше с холодной водой, я подошла к ложу и удивленно замерла.

Поверх мехового покрывала лежала песчаная роза, вокруг стебля которой был повязан тонкий свиток, перевитый черной лентой. Лента была заклеймена печатью с руной Теневой гильдии. Внутри меня поселилось нехорошее предчувствие, что это не "привет" от Барона. Наклонившись, я подняла послание. Сломав печать, сняла ленту и развернула тонкий свиток, невольно втягивая носом аромат дивного цветка. На бумаге было короткое сообщение, написанное знакомым мне уверенным размашистым почерком:

"Среди южных скал я встретил редкий цветок. В этот раз я только его сорву.".

Две строчки, но смысла слишком много. Похоже, у нас гости...