Глава 4

Для начала нам понадобилось немного времени, чтобы прийти в себя после падения. Неуёмная сила энергетического вихря, который сформировался вокруг рифта и захватил весь остров, буквально придавливала нас к земле. Вокруг была сплошная чёрная выжженная пустыня с торчащими из земли чахлыми обломками некогда росших здесь деревьев. Вблизи всё это выглядело ещё более удручающе, чем сверху.

— О-о… — я села и схватилась за голову.

О метеозависимости я знала лишь понаслышке, но подозревала, что сейчас всё это похоже на мощную магнитную бурю. Голова раскалывалась, а тело стало похожим на кисель.

— Потерпи, — Анастериан поднялся тоже с трудом, но гораздо бодрее.

“Меня сейчас вырвет”, — пожаловалась Неала.

А я сразу задалась вопросом: каким образом это будет выглядеть, если сейчас она внутри меня? Та ещё задачка. Но когда меня в добавок ко всему и затошнило, то стало понятно, что она имела в виду.

Я вновь застонала, наклонилась вперёд и, повалившись, упёрлась лбом прямо в плечо инспектора.

— Что, совсем плохо? — посочувствовал он и погладил меня по спине.

Тогда я решила, что сейчас имею на это право, и обхватила его локоть обеими руками. Анастериан вздохнул, показалось, страдающе. Я украдкой посмотрела в его лицо снизу вверх. Он сидел, чуть запрокинув голову и закрыв глаза.

— Как долго всё это может длиться?

— Исполин был очень большой, к тому же искусственно выведенный, так что я даже не знаю… Часа два. А может, больше, — он встал на ноги и помог мне. — Найдём коммуникаторы. Надо проверить, работают ли они.

— Хотите позвать на помощь? — прищурилась я.

На самом деле это было бы очень неосмотрительно — сейчас мы хотя бы временно остались без чужого наблюдения и можем делать буквально что хотим. Голышом бегать по острову, конечно, никто не собирался, а вот обсудить нам было что.

— Нет, конечно, — развеял мои мимолётные сомнения Анастериан. — Просто они нам ещё могут пригодиться, когда всё закончится.

Всё больше привыкая к давящему магическому полю, мы прошлись вокруг места нашего предполагаемого падения и вскоре действительно отыскали первое переговорное устройство. А вот второе, похоже, улетело подальше.

Я шарила взглядом по земле, не сильно-то стремясь отыскать пропажу. В таких условиях с нас вообще взятки гладки: нас едва на куски не разорвало. Тем не менее, в поисках мы медленно приближались к разлому, помня, что где-то тут находится та граница, которую пересекать не стоит.

— Нашла? — окликнул меня мистер Аймор.

— Нет! — я повернула к нему голову и тут же обо что-то споткнулась, да так внезапно, что потеряла равновесие и больно упала на колени.

— Цела? — сразу бросился ко мне Анастериан.

— Знаете, мои надежды на то, что мы выберемся отсюда живыми, стремительно тают, — прокряхтела я, вновь вставая на ноги. — Что это?

Мистер Аймор присел на корточки и склонился над натурально торчащей из земли трубкой. Скорее всего, это была не просто какая-то трубка сама по себе — она являлась частью некоего устройства, которое, судя по всему, было спрятано глубже.

— Там ещё одна! — махнула я рукой в сторону.

Мы с господином инспектором обошли округу: повсюду валялись странного вида обломки, словно тут когда-то разбился самолёт.

— Похоже, выход Исполина спровоцировал движение поверхности острова, и всё это вскрылось, — сделал вывод Анастериан. — Раньше я тут такого не замечал.

— А вы тут раньше бывали? — полюбопытствовала я.

— Бывал. После соединения со Штормом бродил здесь порой. Думал, что-то изменится. Впрочем, неважно. Видишь, часть этих, так скажем, коммуникаций находилась снаружи, а вот это, — он пнул носком сапога обломок металлической трубы, — под землёй.

— Это может быть какой-то мерой предосторожности против Исполинов?

“Пф-ф, — сразу фыркнула Неала. — От их выхода из рифта ещё никто не спасался”.

— Нет, это невозможно, такую силу ничем не сдержать. Её можно лишь подавить после и заставить утихнуть на время. Значит, это было сооружено здесь в последние несколько лет. Возможно, именно эта система, — Анастериан махнул рукой вперёд, — и стала причиной формирования нового Исполина. Всё это явно создано кем-то из магов-конструкторов. Надо взять с собой образцы. Выясним, что это может быть, когда вернёмся в Академию. Только пока не распространяйся об этом.

— Поняла, — кивнула я.

Мы побродили ещё немного, собирая самые интересные обломки в сумку Анастериана, а затем нас внезапно настиг страшный ливень! Похоже, вихрь притянул дождевые тучи, и постепенно они сгустились в плотное полотно прямо над островом. Пришлось искать укрытие.

— Вы не можете с этим справиться? — дрожа, спросила я у мистера Аймора, когда мы забрались в небольшой грот между каменистыми островными насыпями. — Ваш дракон — Шторм, в конце концов!

— Это претензия? — Анастериан улыбнулся одним уголком рта. — Нет, здесь моя сила подавлена, я даже взлететь не могу.

— Что, снова терпеть? — захныкала я.

— Придётся, — мистер Аймор обнял меня за плечо и притянул к себе.

В грот затекало, он был недостаточно глубоким, чтобы в него можно было спрятаться полностью, поэтому моя юбка быстро намокла по краю, да и ботинки начали напитываться неприятной влагой. Мы замерли, прижавшись друг к другу — так и правда было теплее.

— Что тебе сказал герцог Вирнаж? — внезапно спросил Анастериан после довольно долгого молчания. — После разговора с ним ты стала какой-то… другой.

Я потёрла ладонями друг о друга, собираясь с мыслями, но делая вид, что просто хочу согреть их.

— Если вкратце: чтобы предотвратить конфликт государств, мне придётся выполнять все условия, которые мне навяжут.

— А именно? — нахмурился инспектор.

— Полный список мне ещё не предоставили. Но герцог ясно дал мне понять — буду упрямиться, пострадают все: и студенты, и вы тоже.

— Я? — слегка удивился Анастериан.

— Ну а что, вы считаете, что неуязвимы? — я передёрнула плечами.

— Нет, я вовсе так не считаю. Особенно в последнее время, — он загадочно смолк. — И всё же…

— Меня выдадут замуж. Вернее, хотят выдать, но я конечно, против. Что это вообще за блажь такая?! Замуж за какого-то там принца, которого я даже и в глаза не видела.

Моя болтовня становилась всё ворчливее, а тело мистера Аймора всё напряжённее. Кажется, он уже и не слушал меня: его взгляд застыл, устремившись в пустоту, лишь складка между бровями углублялась больше и больше.

— Это исключено, — внезапно уронил он.

Я осеклась.

— Ну, вообще-то я вам об этом и толкую! Не собираюсь я замуж. Мне учиться надо и заниматься своей магией. Так ведь?

Я старалась говорить как можно более беззаботно, а у самой сердце колотилось так быстро, что становилось жарко. У меня, наверное, и уши сейчас красные. Какие только мысли не полезли мне в голову тут же, но продолжать рассуждения на эту тему мистер Аймор не стал, только промычал нейтральное “угу”.

Что-то подсказывало мне, что он намеренно не желает делиться со мной своими планами, чтобы я нечаянно их не нарушила. А я могу — это уж точно!

К счастью, терпеть ливень и сырость нам не пришлось слишком долго. Вернее, момент, когда он закончился, я пропустила, потому что от тепла мистера Аймора меня сморило. Я проспала неизвестно сколько, положив голову на его плечо, а проснулась от ощущения, что рядом что-то происходит, а ещё от того, что у меня страшно затекли ноги.

Когда открыла глаза, то сразу увидела, что на некотором отдалении от нашего укрытия приземлился здоровенный дракон графитовой масти: в сумраке непогоды он выглядел довольно устрашающе. Но надо признать, что все драконы выглядели так ровно до того момента, пока рядом не появлялся Шторм.

— Как он сюда попал? — спросила я вяло.

— Рифт закрылся и магический фронт утих, — коротко пояснил Анастериан. — Это герцог Вирнаж.

Ах вот оно что! Раньше-то я не видела его дракона поэтому и не узнала. Мы выбрались из своего укрытия и по раскисшей пепельной грязи потопали ему навстречу.

— Кажется, вас предупреждали, чтобы вы соблюдали дистанцию, — сразу накинулся герцог на господина инспектора.

— В таких условиях это почти невозможно, — развёл руками тот. — Мы выполнили наиважнейшую задачу. Теперь, надеюсь, можем вернуться в кампус? Каково мнение правительства Ланселойфа на этот счёт — вы успели у них уточнить?

Герцог, раскусив явный сарказм в его словах, поиграл желваками, но наконец кивнул:

— Можете возвращаться. Но ваши студенты будут освобождены только после того, как все убедятся, что Исполин не собирается выходить снова. И да… мисс Гроу полетит со мной.

— Зачем? — нахмурился Анастериан.

— Я вам не доверяю, — растянул губы в едкой улыбке Вирнаж.

И нам с мистером Аймором осталось лишь закипать от бессилия как-то повлиять на ситуацию прямо сейчас. Нужно быть осторожными, чтобы не прослыть бунтовщиками, которых следует немедленно обезвредить.

Поэтому нам с Неалой пришлось терпеть компанию герцога Вирнажа до самого Минлойта — а энергетика от него исходила не самая дружелюбная. Шторм летел на приличном отдалении и, судя по всему, старался держать нас в поле зрения. Так мы и добрались до кампуса Академии — уже почти к вечеру.

Лайан даже до комнаты меня проводил, не оставив мистеру Аймору ни единого шанса обмолвиться со мной хоть одним лишним словом.

— Вы теперь постоянно будете за мной ходить? — не удержалась я от замечания, когда мы остановились у двери. — Как-то это не подобает герцогу Вирнажу, приближенному самого короля и супругу Ланселойфской принцессы.

Он прищурился, глядя куда-то в центр моего лба, словно избегал встречаться со мной взглядом. Ну или резко окосел.

— Если понадобится. Потому что ты у нас теперь довольно ценный ресурс.

— Ресурс… — я хмыкнула и повернула ключ в замке. — Так это теперь называется.

И как-то так получилось, что намёк в моём голосе прозвучал слишком явно, хоть и говорила я как будто совсем о другом. Герцог внезапно схватил меня за локоть и втолкнул в гостиную. Магические огни тут же зажглись, озарив её желтоватым светом.

— Ты, вижу, всё знаешь… — прошипел Лайан над моим ухом.

Я подняла на него взгляд, надеясь, что он вышел достаточно недоуменным.

— О чём это вы?

— Ещё в день нашей первой встречи я понял, что ты подозреваешь, будто я твой отец, — вполне себе легко пояснил герцог. — Всё пытаешься подобрать слова, но не уверена до конца в своей догадке, поэтому молчишь.

— Согласитесь, для этого у меня есть немало оснований, — решила я пойти напролом. — Ваш роман с моей матерью…

— Давно закончился, задолго до того, как она забеременела, — оборвал меня Вирнаж. — И к её побегу я не имею совсем никакого отношения. Это была обычная истерика и паранойя.

— Откуда вам знать? — я сделала шаг назад, когда почувствовала давление магии герцога.

Даже Неала, молча слушая наш разговор, слегка напряглась.

— Я интересовался её судьбой. Она никогда не была мне безразлична.

— Это очень мило с вашей стороны.

Нет, слишком много издёвки в тоне — не поверит. И он действительно не поверил, судя по тому, как сжались его губы.

— Готовься к Балу Первокурсников. И привыкай к тому, что теперь я буду постоянно за тобой наблюдать. Любая хитрость, любая опасная задумка — и твоя жизнь будет окончательно разрушена. Я не твой никчёмный дядюшка, ты должна это понимать. И да… Все твои расходы я теперь беру на себя. Скоро к тебе приедет портной для снятия мерок на платье к Балу.

— Вам не кажется, что ваш жест благотворительности будет выглядеть странным для окружающих?

— Не будет, — загадочно улыбнулся герцог. — Я уже признал тебя своей дочерью. Разумеется, исключительно для того, чтобы спасти от гнева ланселойфцев, и в память о наших когда-то тёплых отношениях с твоей матерью. Это не означает, что я действительно твой отец, а ты можешь претендовать хоть на что-то большее, чем положенная в этом случае забота. Осталось подписать лишь некоторые документы — и тебе больше не нужно будет беспокоиться о своей судьбе.

Его слова настолько меня оглушили, что я пропустила мимо ушей то, как он попрощался, и не сразу заметила, как он вышел. Пожалуй, без его признания мне жилось гораздо лучше, а теперь он получит надо мной полный контроль — так выходит?

“Вот теперь мы с тобой действительно попали…” — подытожила мои мысли Неала.

Анастериан

Я не стал беспокоить Элис вечером, хоть и дождался, когда герцог Вирнаж покинет Преподавательский корпус. Пока он уходил по дороге через сквер, в окне комнаты девушки стоял тёмный силуэт: она тоже наблюдала, словно хотела убедиться, что он не вернётся. Как-то странно всё закрутилось. И для непривычной к таким поворотам судьбы студентки всё это довольно сложное испытание, которое свалилось на неё внезапно — буквально в один день.

Да и я никогда не любил все эти подковёрные политические игры, дипломатические реверансы и старался держаться от них подальше. А теперь просто утонул в них с головой — всё потому что Элис собирались превратить в обыкновенную дань за сохранение спокойствия между государствами. Но такой расклад меня совершенно не устраивал: отдавать сильного канниара с уникальными способностями потенциальному противнику — крайне неосмотрительно. Да и сам факт того, что это именно Элисанна, доводил меня до состояния близкого к бешенству, а бешенство в моём случае опасно для всех окружающих. Странно, что этого как будто никто не понимал.

Почти полночи я провёл в раздумьях, как избежать всего того, что было уготовано для Элис дальше. Вариантов было несколько: какие-то из них нравились мне больше, какие-то выглядели не слишком надёжно, другие — безумно, но при необходимости попробовать стоило все. Даже самые, на первый взгляд, неоднозначные.

А начать я решил с обращения к ректору Строунду — он, как ни крути, фигура довольно влиятельная, которая способна повернуть многие события в иную сторону. Другой вопрос, поддержит ли он меня — нужно прощупать почву.

И мне даже не пришлось просить его о встрече: с самого утра он прислал мне записку с просьбой зайти, как только буду готов.

— У меня для тебя очень важные новости, — заявил Оррел, как только я ступил на порог его кабинета.

Он обеспокоенно смотрел в окно: и причины для этого были самые весомые. С ночи в Минлойте разразилась непогода. Я знал, кто тому виновник, но ничего не собирался с этим делать. Шторм был неспокоен, ему, как и мне, не нравилась опасность потерять Элисанну вместе с Неалой. Он как будто в некотором роде к ним привязался, хоть раньше я считал, что Исполины вообще на это неспособны.

В общем, небо клубилось густыми зеленоватыми тучами, вдалеке громыхало, простреливало молниями. Гроза приближалась. Подозреваю, ректор догадывался, отчего сегодня так пасмурно.

Он обернулся и внимательно на меня уставился, а затем продолжил:

— Думаю, тебе не стоит напоминать о том, что с Нилом Трейтом случилось непоправимое.

Вот о нём мне сейчас хотелось говорить меньше всего. Да, когда-то мы были друзьями, но события последних нескольких лет немало изменили моё к нему отношение. А уж его выходка с Исполином — и вовсе…

— Да, я видел это собственными глазами. Как и его странное поведение до того, как Исполин его уничтожил. Он намеренно разорвал связь со своим драконом, чтобы слиться с ним, но где-то явно просчитался.

За окном прокатился громовый рокот. Мистер Строунд слегка насторожился.

— Я понял это, когда его дракон вернулся на территорию Академии. Сейчас он остался без носителя, и его настроение сложно назвать благостным. Смотрители Юношеского корпуса приглядывают за ним, но положение опасное: покинутые драконы способны на самые разные поступки. К тому же недавно у нас обосновался дракон Виллема Ромберга — тоже неприкаянный страдалец, — ректор помолчал. — Да и вообще на факультете сейчас неспокойно, ходят самые мрачные слухи. Нам срочно нужны хоть какие-то хорошие новости. Рифт закрылся, магию студентов необходимо восстановить в кратчайшие сроки.

— Я посодействую ускорению этого процесса, как смогу, если вы об этом, — странное предчувствие чего-то важного нарастало.

— Я искренне надеюсь на твою помощь, — кивнул Оррел. — И потому собираюсь выдвинуть на обсуждение академического Собрания вопрос о назначении тебя деканом Драконьего факультета.

— Нил погиб только вчера, — уронил я, пытаясь побыстрее уложить в голове всё происходящее. — А вы уже думаете, кого бы назначить на его место?

Ректор вскинул брови и подошёл чуть ближе.

— А что нам остаётся делать? Мистер Трейт сам себя опорочил, запятнал репутацию факультета. Семестр начинается уже через неделю, в Академию стягиваются студенты, а на них сыплется такой поток сплетен, что я боюсь, как бы их недовольство не нарушило весь учебный процесс, — ректор гневно выдохнул. — Сейчас во главе факультета нам нужен сильный дрэйг, который зарекомендовал себя, как тот, кто способен решать самые сложные проблемы.

— Кажется, со дня выхода Исполина их стало только больше.

— Это уже не так важно! — взмахнул рукой Оррел. — Главное, Исполин вернулся в рифт. Это самая важная победа. Признаюсь, однажды я побоялся предложить тебе должность декана. После твоего соединения со Штормом у всех были сомнения насчёт того, как ты будешь с ним справляться. Поэтому выбор пал на Нила. Но с тех пор я не раз об этом пожалел. Назначь я тебя тогда, и всего этого не было бы. Ну так что, ты согласен?

Я выждал паузу, сделав вид, что всё это мне ещё нужно обдумать, хотя по сути думать тут было не над чем. Если стать деканом — это то, что нужно мне, чтобы оставаться рядом с Элисанной, то я согласен заочно.

— У меня будет одно условие.

— Если ты о том, чтобы оставить абитуриентку Гроу на факультете, то не сомневайся, она остаётся. Даже в свете претензий к ней Ланселойфа.

— Не совсем. Я прошу вас выписать запрет на любые сторонние магические воздействия на неё до полной стабилизации её ореола.

— Не понимаю… Зачем это? — нахмурился ректор. — Её ждёт обычный учебный процесс. В нём нет совершенно никакой угрозы развитию её ореола.

Всё это верно, но рассказывать ему о планах герцога Вирнажа было ещё рано, к тому же я пока не был уверен в полной поддержке ректора. Поэтому пришлось объясняться наиболее обтекаемо.

— Это обезопасит её от попыток подвести к расщеплению или экспериментов особо любопытных преподавателей, — принялся многозначительно рассуждать я. — Вы же должны понимать, что её исключительные способности вызовут острый интерес профессоров.

На самом же деле смысл этой просьбы был совсем в другом. Брачный ритуал между магами, а особенно — дрэйгами — это не просто церемония и подписание бумаг, это ещё и соединение энергий. Они сплетаются и влияют друг на друга в дальнейшем, а значит, приказ ректора поможет затормозить процесс сватовства принца и организацию свадьбы в случае, если избежать её совсем не удастся.

— Что ты недоговариваешь? — недоверчиво нахмурился мистер Строунд. — Не думаю, что дело только в опасности расщепления. Сейчас все уже понимают, что в нём нет необходимости.

— Не спорю, но, возможно, с началом обучения могут всплыть и другие проблемы, — миролюбиво улыбнулся я. — Просто хочется перестраховаться. Защитить девушку, которая оказалась без поддержки родных.

Да, это может и не сработать в случае прямого приказа короля. Тогда я прибегну к другим, менее изящным мерам. Но и распоряжение ректора насчёт Элисанны не будет лишним.

— А вот насчёт поддержки — тут ты не прав, — ректор взмахнул рукой так, словно что-то вспомнил. Затем он взял со стола едва развёрнутое письмо. — Сегодня мне пришло уведомление, что герцог Вирнаж хочет взять опекунство над абитуриенткой Гроу в отсутствие притязаний родственников.

— Такое возможно? — на меня вновь навалилось нехорошее предчувствие.

— Вполне. Её мать неизвестно где, дядя отказался оформлять документы… Это, надо сказать, хорошая возможность для девочки.

— Хорошая возможность стать игрушкой в чужих руках. Он сможет вертеть ей как хочет.

— Знаешь, у меня есть некоторые подозрения насчёт него. Я прекрасно помню те разговоры насчёт Лайана и Кейнеи… — выражение лица Оррела стало загадочным.

— Думаете, он действительно может быть её отцом?

— Вполне.

Это, конечно, значительно осложняло положение дел. Но подождём подробностей.

— Ну так что насчёт особого распоряжение ректора насчёт Элис? — напомнил я о своём вопросе.

— Хорошо, я его подпишу, если тебя так сильно это беспокоит, — сдался мистер Строунд.

— Тогда я согласен стать деканом при одобрении Собрания.

Ректор протянул мне руку, и я пожал её. Что ж, придётся брату ещё некоторое время заменять меня в Клодинсторе, пока я со всем этим не разберусь. В голове у меня сидела мысль ещё об одном человеке, который мог помочь Элисанне избежать тотального контроля герцога Вирнажа, к которому он так стремился. Загвоздка была в том, что я не знал, где этот человек находится. Однако пути это выяснить были, и нужно было срочно этим воспользоваться.

С намерением немедленно написать письмо в Обитель Сестёр Драконьей Крови я дошёл до своего кабинета, но оказалось, что в приёмной меня ждут. Молодой сухопарый мужчина — по виду недавний выпускник Академии, встал, как только увидел меня. Сервилия бросила на него недовольный взгляд.

— Мистер Аймор! — незнакомец бросился ко мне с рукопожатием. — Меня зовут Грег Дайлет, и я хотел бы поговорить с вами насчёт студента вашего факультета Виллема Ромберга. Я его лечащий врач.

— Как он себя чувствует? — уточнил я, провожая гостя в кабинет.

— Уже гораздо лучше, думаю, к началу учёбы как раз восстановится. Без учёта возвращения дракона, конечно, — осторожно добавил он. — Но при обследовании мистера Ромберга я заметил одну странность.

Грег сел в кресло напротив. И его слова сразу меня насторожили. Когда врач так говорит, значит, не обошлось без стороннего воздействия.

— Вы обнаружили какую-то аномалию?

— В том-то и дело. Исследуя кровь мистера Ромберга, я нашёл в ней следы одного полураспавшегося вещества… Оно никак не может быть обусловлено тем, что накануне мистер Ромберг выпивал на пикнике. И по его словам никаких лекарств до этого он не принимал.

— Получается…

— Получается, кто-то ввёл ему это вещество извне. И, возможно, именно оно стало причиной ослабления его связи с драконом, а следовательно внезапного расщепления.