Глава 27

Кай наклонился ко мне, и, вздрогнув, я закрыла свое запястье манжетой рубашки. Перед глазами все плыло. Я вдруг поняла, что он мог увидеть символ, и резко отшатнулась от него. — Что случилось? — спросил Кай. — Ничего… — пробормотала я. — Мне надо выйти… Я вскочила и побежала к выходу, бросив удивленной преподавательнице, что мне срочно нужно в уборную. Она выглядела явно недовольной и что-то пробурчала про безответственное отношение к учебе мне вслед, но в тот момент конфликты с преподавателями беспокоили меня в последнюю очередь. Потому что со мной явно происходила какая-то чертовщина, и нужно было как можно быстрее с этим разобраться. Выйдя из аудитории, я еще раз бегло взглянула на свое запястье и почувствовала, как холодеет спина. Что это значит? Почему волк? У меня была догадка, но я боялась даже представить, что она может оказаться правдой. Знала я одного волка… Очень настырного волка, который в последнее время не давал мне проходу… Еле-еле я дошла до женского туалета, умылась и вновь посмотрела на свое запястье. На всякий случай промыла его под водой — вдруг символ уйдет? Мылила и терла до красноты, но все было тщетно. Волчий оскал продолжал красоваться на моей коже. Я сползла по стенке и накрыла голову руками. У меня еще оставалась мизерная надежда, что все это какая-то нелепая случайность. Вот только отрицать очевидное было так глупо, что мне пришлось сдаться и признать. У меня на руке метка истинности. Метка, мать ее, истинности! Я еще ни разу не видела вживую такую метку, но знала, что у оборотней и их истинных пар такие бывают. А поскольку тесно я общалась только с одним оборотнем, то… Да. Видимо, я — истинная пара Шейда. Я медленно выдохнула, пытаясь переварить эту новость. А главное понять, что мне с этим делать. Я очень мало знала об оборотнях, но кое-что слышала. Своих истинных они очень ревностно охраняют. Зачастую увозят в стаю и не выпускают оттуда. Оборотни инстинктивно стремятся утащить и спрятать свою пару, а потом охранять ее. Им не нравится, когда к их паре кто-то проявляет внимание. А учитывая, что Шейд уже сейчас ведет себя так, будто я ему принадлежу, то что он будет делать, если узнает, что я — его истинная? Чувствую, все это ой как не к добру. Он точно не даст мне спокойно учиться и еще — наверняка убьет Кая. Или сам умрет от рук Кая. Потому что как только поймет, что я —его истинная, ему окончательно снесет все мозги, и он уже не будет внимать никаким аргументам. Не говоря уже о том, что никакие законы мира не спасут меня от его одержимости. Как только станет известно, что я — его истинная, он будет иметь полное право меня забрать. Ох, в такую передрягу я еще не попадала… По крайней мере, теперь ясно, почему Шейд так на мне зациклился. И пусть иногда рядом с ним я теряла голову, но оставшихся мозгов мне хватало, чтобы понимать — нельзя ему видеть эту метку. Нельзя и все. Это очень сильно осложнит ситуацию, которая и так выходит из-под контроля. Пока он не знает, что я его пара, не сможет заявить на меня своих прав. А я смогу нормально доучиться. Приняв это решение, я немного успокоилась, но все еще не могла поверить, что у меня на руке настоящая метка истинности. И не чья-нибудь, а Шейда! Это значило, что мне совершенно точно нельзя к нему больше приближаться. По тому, с какой настойчивостью он каждый раз пытается меня раздеть, если окажусь слишком близко, он наверняка узнает о метке. И тогда пиши пропало. Может сказать ему, что я выбрала Кая, и попросить оставить меня в покое? Я прикусила губу, раздумывая над этим, но тут же покачала головой. Во-первых, тогда я не смогу отделаться от Кая, и он будет еще настырнее пытаться затащить меня в постель. И если бы в другой ситуации я была бы еще не против, то наличие у него невесты для меня большой и жирный минус. Пусть я терпеть не могла эту бешенную Кролу, но она права: Кай — ее жених. А с чужими женихами я не сплю, даже если нужно отшить очень настойчивого оборотня. К тому же, что-то мне подсказывало, что Шейд все равно не отстанет. Надо будет изучить, как работает истинность у оборотней, но одно уже ясно — он на мне помешался. И пока я не придумала ничего лучше, мне нужно его избегать.