Глава 63

Остаток дня мы провели на празднике, и я транслировала отдельные моменты через зеркало – не все подряд, а только самые яркие эпизоды. Детей, танцующих хоровод, стариков, рассказывающих истории о старых временах под раскидистым дубом, пары, кружащиеся в танце, и Элиана, который постепенно расслаблялся, даже улыбался, а в какой-то момент – о чудо! – согласился танцевать со мной прямо здесь, на центральной площади, под открытым небом, среди смеющихся крестьян.

– Ты танцуешь, – прошептала я, прижимаясь к нему, пока мы медленно кружились под мелодию. – Элиан, лорд Долины Безмятежности, танцует на деревенской площади. Записать бы это в летописи.

– Молчи, – пробормотал он, но в его голосе звучало больше смеха, чем раздражения. – Или я передумаю и уйду прямо сейчас.

– Не уйдешь, – самоуверенно ответила я. – Потому что ты знаешь: если сбежишь, я буду дразнить тебя этим целую неделю. Как минимум.

Он вздохнул с преувеличенным страданием, но его руки крепче сжали мою талию, притягивая ближе, и я знала – он здесь, со мной, по собственной воле, потому что хочет этого, несмотря на весь окружающий хаос и непредсказуемость.

Вечером, когда мы вернулись в замок уставшие, но довольные, пахнущие весенними цветами и дымом от праздничных костров, я читала сообщения в зеркале.

«Это самая прекрасная история любви, что я когда-либо видела. Полные противоположности, которые дополняют друг друга идеально».

«Мой муж тоже всегда был слишком серьезным и зацикленным на порядке. Показала ему ваши эфиры, и вчера он согласился пойти со мной на ярмарку, хотя обычно ненавидит толпы людей. Спасибо вам за то, что показываете: разные люди могут быть счастливы вместе!»

– Смотри, – показала я Элиану особенно трогательное сообщение от пожилой пары из соседней долины, которые писали, что наша история вдохновила их на примирение после долгой ссоры. – Мы влияем на людей. Не просто развлекаем их, а помогаем.

Элиан, уже переодевшийся в домашнюю одежду, подошел ближе и прочитал сообщение через мое плечо.

– Я никогда не думал, что наша... связь может иметь такое значение для других, – признался он тихо. – Для меня это всегда было чем-то очень личным, почти интимным. Идея делиться этим с тысячами незнакомцев казалась неправильной.

– А теперь? – спросила я, поворачиваясь к нему.

Он задумался.

– Теперь я понимаю, что некоторые истории нужно рассказывать. Не для славы или внимания – хотя я знаю, для тебя это тоже важно, – а потому что они могут изменить чью-то жизнь к лучшему. Показать людям, что невозможное возможно, что разные миры могут пересекаться, что любовь не обязана быть легкой и удобной, чтобы быть настоящей.

Мое сердце сжалось от его слов. Любовь? Да, определенно. Но еще и что-то большее: благодарность, восхищение, глубокое понимание того, что этот мужчина, этот древний дракон с его странностями и страхами, стал для меня домом в мире, который изначально казался абсолютно чужим.

– Элиан, – начала я, и мой голос прозвучал не так уверенно, как обычно. – Я хочу сказать тебе кое-что важное.

Он встревоженно нахмурился, вероятно уловив необычные нотки в моей интонации.

– Что случилось?

– Ничего плохого, – быстро заверила я. – Просто я никогда не благодарила тебя. За то, что ты принял меня такой, какая я есть. За то, что не пытался изменить или сломать, хотя я вторглась в твою жизнь как ураган и разрушила весь твой упорядоченный мир. За то, что увидел во мне человека, а не просто раздражающую блондинку в розовом платье, которая не знает, когда нужно заткнуться.

– Вика...

– Дай мне договорить, – перебила я, потому что если остановлюсь сейчас, то могу передумать говорить все это вслух. – В моем прошлом мире меня окружали люди, но я была одинока. Все отношения строились на выгоде, на том, что я могу дать или получить. Никто не видел настоящую меня – только образ, который я тщательно конструировала. А ты увидел. Все – и хорошее, и плохое, и откровенно ужасное. И все равно остался. Более того, полюбил. Я до сих пор не понимаю, как это вообще возможно, но...

Он притянул меня к себе так резко, что я не успела договорить, и поцеловал жадно, отчаянно, так, словно пытался передать через прикосновение все то, что не мог выразить словами.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, он внимательно посмотрел на меня.

– Ты не понимаешь, как это возможно? Вика, ты спасла меня. Я медленно умирал здесь, в своем идеальном, безопасном замке. Превращался в призрака, который существует, но не живет. Я правил этой долиной, поддерживал порядок, выполнял свои обязанности – и был абсолютно, тотально несчастен. А потом появилась ты.

– Ты ворвалась в мою жизнь как стихийное бедствие, – продолжил он, и на его губах играла легкая улыбка. – Нарушила все мои правила, разрушила все мои системы, заставила чувствовать вещи, которые я похоронил так глубоко, что думал – они умерли вместе с Алисой. Ты научила меня, что жизнь не обязана быть идеальной, чтобы быть прекрасной. Что хаос может сосуществовать с порядком. Что любовь – это не потеря контроля, а выбор доверять кому-то настолько, чтобы позволить им влиять на тебя, менять тебя.

Слезы жгли мои глаза, и я яростно заморгала, пытаясь сдержать их.

– Дракоша, – прошептала я сквозь комок в горле. – Ты слишком хорош в речах. Это нечестно.

Он усмехнулся и мягко вытер слезу, скатившуюся по моей щеке, несмотря на все мои попытки удержать ее.

– Я просто говорю правду. И еще у меня есть кое-что для тебя.

Он отошел на шаг и достал из кармана небольшую бархатную коробочку – темно-синюю, явно старинную, с золотым тиснением на крышке.

Мое сердце пропустило удар.

– Элиан, – выдохнула я. – Что это?

Он открыл ее, и я увидела кольцо. И не простое кольцо, а настоящее произведение искусства. Тонкая платиновая полоска, почти невесомая на вид, украшенная камнем такого глубокого синего цвета, что он казался частью ночного неба, в котором застыли звезды. Вокруг центрального камня вились узоры, напоминающие драконьи крылья.

– Это драконий сапфир, – объяснил Элиан. – Камень из сокровищницы моего рода. Моя мать носила его, и ее мать до нее, и так далее, начиная с основания нашей династии. Согласно традиции, его передают той, кого дракон выбирает своей парой. Своей единственной. Навсегда.

Я не могла дышать. Буквально. Мои легкие отказывались работать, и я просто стояла, глядя на кольцо, которое мерцало в лучах заходящего солнца, проникавших через высокие окна.

– Вика, – произнес он. – Я знаю, что мы полные противоположности. Я знаю, что иногда ты хочешь убить меня за мою зацикленность на порядке, а я схожу с ума от твоей способности превращать любое помещение в зону стихийного бедствия за пять минут. Я знаю, что у нас будут ссоры, что мы будем раздражать друг друга, что наша жизнь никогда не будет простой или легкой.

Он сделал паузу, собираясь с духом.

– Но я также знаю, что не хочу проводить ни дня без тебя. Что ты – единственная, кто заставляет меня чувствовать себя живым. Что когда я просыпаюсь и вижу твои вещи, разбросанные по комнате – да, это все еще вызывает у меня легкую нервную дрожь, но теперь я воспринимаю это как доказательство того, что ты здесь, со мной, что это не сон. Ты выйдешь за меня замуж, Вика?