Глава 65

Следующие три месяца пролетели в безумном вихре подготовки. Я продолжала вести эфиры, только теперь большая часть контента была посвящена организации свадьбы. Люди со всех уголков этого мира следили за каждым этапом – от выбора дизайна платья до дискуссий о меню, от приступов паники Элиана, когда он обнаруживал очередное нарушение симметрии в украшениях, до моих собственных срывов, когда я понимала, что выхожу замуж в мире, где нет нормальной косметики, и придется полагаться на местные аналоги.

Иви действительно оказалась гениальной портнихой. Мое платье было... я даже не знаю, как его описать. Представьте себе сочетание классической европейской свадебной моды и чего-то эфирного, магического, почти неземного. Основа – плотный шелк цвета слоновой кости, который облегал фигуру от груди до бедер, подчеркивая каждый изгиб. Корсет расшивался тысячами крошечных жемчужин и перламутровых бусин, создававших узор, напоминающий драконьи чешуйки. Рукава – длинные, из тончайшего кружева, почти прозрачные, с вышивкой серебряными нитями. Юбка начиналась от бедер и спадала тяжелыми складками, переходя в шлейф длиной добрых три метра, край которого украшался все той же серебряной вышивкой.

Когда я увидела себя в зеркале на финальной примерке, то на несколько секунд забыла, как дышать.

– Иви, – прошептала я, поворачиваясь и наблюдая, как платье движется, как свет играет на жемчужинах и вышивке. – Это невероятно!

Иви сияла от гордости, хотя пыталась сохранять скромный вид, что у нее получалось из рук вон плохо.

– Я старалась создать что-то достойное невесты лорда-дракона, – сказала она, поправляя складку на юбке с осторожностью. – Но при этом хотела, чтобы оно отражало твою личность. Видишь эти серебряные нити в вышивке? Они магические – впитывают свет и излучают мягкое сияние в темноте. Когда вы будете стоять с милордом во время вечерней части церемонии, платье будет словно светиться изнутри.

Я провела пальцами по кружеву на рукавах, ощущая невероятную тонкость работы. Каждый стежок был безупречен, каждая деталь продумана до мелочей. В моем старом мире такое платье стоило бы состояние и украшало бы витрину какого-нибудь элитного свадебного салона, а здесь его создала простая служанка в замке, используя только свои руки, иголку и невероятный талант.

– Ты должна открыть собственное дело, – не удержалась я от комментария, который уже делала раньше, но повторить было необходимо. – Серьезно, Иви. То, что ты создаешь, – это искусство. Люди платили бы огромные деньги за такую работу.

Она покраснела, смущенно улыбаясь.

– Я вполне счастлива здесь, в замке. Милорд хорошо заботится о нас, и у меня есть все необходимое для творчества.

Я хотела возразить, объяснить ей про самореализацию, независимость и прочие концепции, но промолчала. Не мое дело навязывать свои взгляды, особенно когда человек действительно выглядит довольным своей жизнью. Хотя внутренний голос все равно шептал, что растрачивать такой талант на штопку носков и пошив нижнего белья – преступление против всего прекрасного в этом мире.

– Ладно, – сдалась я. – Но после свадьбы я начну активно рекламировать тебя в своих эфирах. По крайней мере, пусть знатные дамы узнают, где можно заказать платья, достойные королев.

Глаза Иви округлились.

– Ты не должна...

– Я ничего не должна, – перебила я, осторожно поворачиваясь перед зеркалом и наблюдая, как шлейф описывает плавную дугу по полу. – Я хочу. Потому что несправедливо, когда такой талант остается в тени. А я, между прочим, эксперт по части продвижения и пиара. Это то, в чем я действительно разбираюсь.

Это была правда. За последние месяцы я не раз ловила себя на мысли, что единственная область, в которой чувствую себя по-настоящему уверенно в этом мире, – это работа с аудиторией. Я не владела магией, не знала местных традиций и законов и регулярно попадала в неловкие ситуации из-за незнания элементарных вещей. Но когда дело доходило до того, чтобы привлечь внимание, удержать интерес, создать вокруг чего-то ажиотаж – тут я была в своей стихии.

Моя свадьба стала самым обсуждаемым событием в Зеркальной паутине. Каждое мое обновление собирало десятки тысяч просмотров, сообщения лились рекой, и даже те, кто изначально скептически относился к «девушке из другого мира», теперь следили за развитием событий с неподдельным интересом.

Конечно, были и те, кто критиковал. Находились дамы из знатных семей, которые считали меня выскочкой и недостойной партией для лорда-дракона. Их сообщения варьировались от умеренно колких («Интересно, сколько продлится этот брак, когда милорд поймет, что красота – не единственное важное качество») до откровенно ядовитых («Ты обычная авантюристка, использующая бедного Элиана в своих корыстных целях»).

Я просто игнорировала такие выпады – во-первых, потому что за годы блогерства в своем мире привыкла к хейтерам, а во-вторых, потому что большинство этих комментариев оставляли женщины, которые сами не прочь были бы оказаться на моем месте. Зависть – штука предсказуемая и довольно скучная, если честно.

Зато приятных сообщений было в разы больше. Девушки писали, что я вдохновляю их быть смелее и не бояться быть собой. Молодые пары благодарили за то, что показываю, как можно строить отношения, даже когда партнеры совершенно разные. Даже маги присылали одобрительные послания, отмечая, что Элиан за последние месяцы изменился в лучшую сторону – стал более открытым, чаще появляется на публике, общается с представителями других домов.

– Ты действительно творишь чудеса, Вика, – сказала как-то Марта, когда мы обсуждали меню для свадебного пира. – Милорд словно ожил. Вчера видела, как он в саду гулял и улыбался чему-то.

Я почувствовала, как внутри разливается теплое чувство гордости, смешанной с нежностью. Да, Элиан менялся. Медленно, с откатами назад и периодическими срывами, но менялся. И я тоже менялась вместе с ним, хотя признаваться в этом вслух было как-то странно.

Раньше я бы ни за что не потратила три часа на то, чтобы помочь Элиану пересадить цветы в саду, убеждаясь, что расстояние между ними абсолютно одинаковое. Раньше я бы не сидела тихо рядом, пока он читает книгу, просто наслаждаясь его присутствием. Раньше я не просыпалась с мыслью о том, что хочу увидеть его улыбку, услышать его голос, почувствовать прикосновение его руки к моей.

– Боже, я превращаюсь в одну из тех приторных романтичных дур, над которыми раньше смеялась, – пробормотала я как-то утром, глядя на свое отражение в зеркале.

Отражение ухмыльнулось в ответ, но в глазах плясали смешинки. Да, может, я и превращалась в романтичную дуру, но мне было на удивление комфортно в этой роли. Впервые в жизни я чувствовала, что имею право просто быть счастливой, не оправдываясь, не иронизируя, не пряча эмоции за слоями сарказма и показного цинизма.