Глава 55

Утром я проснулась в таком замечательном настроении, словно опять получила в распоряжение новенькое тело! Потянувшись с превеликим удовольствием, повернулась на бок, да так и застыла, лишившись дара речи.

Да быть не может!

Рядом со мной спал Финвальд.

Канцлер выглядел слегка измождённым, но его чёткие правильно очерченные губы подрагивали в улыбке.

«Что же ему снится?» – задалась вопросом.

И помотала головой, избавляясь от наваждения:

– Не то! Какого ху-у-уди вы делаете в моей постели, канцлер?!

Мужчина сонно посмотрел на меня и, обняв, притянул к себе:

– Мне так нравятся эти сны, Серебрена…

– Финвальд! – я потянула мужчину за нос, и канцлер тут же проснулся. – Повторю ещё раз. Что вы делаете в моей спальне?!

– Сплю, – буркнул канцлер и осторожно высвободил свой нос их моих пальцев. – Разве не видно?

– А кто вам разрешил здесь спать? – Я скрестила руки на груди, даже не думая смущаться того, что сижу на постели в нижнем белье. – Отвечайте.

Мужчина приподнялся:

– А вы не помните?

Тут моя уверенность в собственной непогрешимости пошла трещинами, поскольку с Финвальда соскользнуло покрывало, обнажив широкую мускулистую грудь и потрясающий торс. И стало очень-очень печально, что я действительно ничегошеньки не помнила ни о прошедшей ночи, ни о том, как мы с канцлером пришли к одному знаменателю.

Последним воспоминанием было то, как я показывала канцлеру магическое затемнение причудливой формы, которое недавно обнаружила с помощью Пятнышка. А после этого, казалось, только моргнула.

Что же произошло?

Я скользнула придирчивым взглядом по фигуре мужчины и заметила длинные нижние штаны.

– Ах, да…

– Вспомнили? – несказанно обрадовался Финвальд.

Похоже, его моя внезапная амнезия тоже изрядно огорчила.

– Хотела же сшить для вас удобные боксёры, – спокойно продолжила я. – Чтобы не носили этот ужас…

– Хозяйка! – в спальню ворвалась Пелли. – Едут!

И застыла с приоткрытым ртом, медленно заливаясь краской. Следом за ней вошла Алиса. Вот она ничуть не смутилась открывшейся картины. Впрочем, неудивительно, если вспомнить, кто брат девушки. Приближаясь, она отчиталась ровным голосом:

– Серебрена, столы поставлены, бодрящий отвар сварен, ткани, нитки и иголки готовы, – остановившись за шаг до кровати, протянула вычищенное и выглаженное платье, которое было на мне вчера во время вечерней прогулки и спокойно произнесла: – Если хотите встретить гостей, то поспешите!

– Ты больше не боишься канцлера? – прищурившись, удивилась я.

– Раз вы его любите, – неожиданно заявила девушка, – то я тоже буду относиться к нему с доверием и уважением.

Мне оставалось лишь открывать и закрывать рот в попытке вспомнить литературные выражения, а девушка развернулась и вышла с ровной спиной, но дрожащими пальцами. Я уже немного пришла в себя после её неожиданного заявления и нахмурилась:

«Люблю? Впрочем, что Алиса могла ещё подумать, увидев нас в одной постели?»

Что же произошло этой ночью и почему я ничего не помню? Я покосилась на подозрительно довольного мужчину и приказала:

– Прикройтесь. Вы ввели в шок мою помощницу. Она, между прочим, ещё незамужняя девушка!

– Прости, Пелли, – Финвальд натянул на себя покрывало, одновременно обнажая меня.

– Н-ничего, господин канцлер, – пискнула женщина, которая всё это время старательно изображала предмет мебели.

Она выскочила из спальни, как ошпаренная, я же поднялась и спокойно принялась одеваться. Алиса верно сказала: стесняться было некогда да и незачем. Теперь, когда первый шок прошёл, я поняла, что девушка была права не только в этом. Финвальд мне нравился, и я бы не оказалась жить с этим человеком.

«Вот только рядом с ним мне уготована лишь стезя любовницы», – мелькнула неприятная мысль.

– Где ваша одежда? – спросила канцлера.

– Видимо, там же, где была ваша, – мужчина пожал плечами и заботливо уточнил: – У вас ничего не болит?

Не выдержав его виноватого вида, я рассмеялась:

– А вы ночью проявили чудеса выносливости?

Финвальд серьёзно кивнул:

– Вообще-то да.

«Он даже слишком очарователен», – вздохнула я и приблизилась к кровати.

Наклонившись, я ласково шепнула:

– Ты был великолепен.

И поцеловала в губы.

В конце концов, Финвальд не виноват, что меня из другой жизни догнал склероз! Наверняка ночью всё было потрясающе. С канцлером и не могло быть иначе. Отстранившись, подмигнула ошеломлённому мужчине:

– Вы на службу не опаздываете? Пришлю Алису с одеждой. А мне пора работать.

И вышла из спальни.