Глава 3. Её Непризнанное Высочество Маришка Пухляшка

Мы с Персивальдом побрели к дому. Я всё ещё продолжала держать дрогона. Может и стоило его отпустить, но все мы знаем, что не всегда животные могут сами о себе позаботиться.

А если лапка вывихнута? Или сломана? Вдруг она неправильно срастётся?

Лучше перестраховаться. Я всегда любила животных, не даром поступила на ветеринара. Думаю, неземному зверю тоже смогу помочь.

– Ты сказала тогда «арбуз». Что это такое? Что-то по вашему по-богатому, да столичному? Лакомства какие? – прокряхтел Перси, когда мы уже почти добрались до дома.

Значит, всё-таки не арбузы растут на местных полях.

– Перепутала, Перси. Малость подзабыла. Память у меня всегда была не ахти, сам знаешь, – ответила я. – Что это за овощи или фрукты тут растут?

– Овощи или фрукты, – хмыкнул он насмешливо. – Это же петта, Маришка! Какая ты стала леди в своей столице!

Я не ответила, вглядываясь в особняк, проступающий в ночной тьме.

Трёхэтажный, большой. Не такой огромный, как дом Аарона Райдера, но всё же…

При ближайшем рассмотрении было видно, что он слегка обветшал и нуждался в косметическом ремонте. Но, насколько я могла судить своим неопытным взглядом, построен дом был лет двадцать назад – по меркам жилья не так много, да и строили на совесть.

Перси приоткрыл дверь. Несмазанные петли неприятно скрипнули.

Я вошла в просторную прихожую, прижимая к себе дрогончика. По привычке сняла обувь. И правильно сделала – я чуть ли не по колено вымазалась в грязь.

После таких приключений хотелось искупаться и лечь спать. Но я помнила – нужно осмотреть детёныша. Да и расспросить местных не помешало бы. Больше всего меня интересовали злоключения Мариэллы и причина её развода.

Я прошла дальше, осматриваясь.

Стены, бывшие когда-то бежевыми, посерели от старости.

Судя по пустоте и почти полному отсутствию мебели – здесь распродавали всё, что могли. Видимо, чтобы хоть как-то держать владения на плаву.

Пахло выпечкой и луковым супом.

– Грейс, сюда скорее! – закричал хрипло старик Перси. – Гляди, кто пожаловал! Не поверишь!

– Кто там на ночь глядя притащился, неужто опять этот паскудник-адвокатишка? Ууу-х я его! – раздался зычный женский голос.

Послышался топот. Одна из дверей приоткрылась и оттуда показалась женщина лет тридцати пяти. Высокая и плотная, прямо кровь с молоком. В руке она держала швабру, видимо, чтобы прогонять адвоката.

– Что это такое? Ты что блудницу притащил? – всполошилась Грейс, а затем завопила: – Ещё и с дрогоном? Ой! Ой!

В этот раз на меня пошли со шваброй. Но я уже была опытная после вил старика Перси. Поэтому ловко уклонилась.

А тут и Персивальд помог. Он встал между мной и Грейс, закрывая меня спиной.

– Это же Маришка Пухляшка! Ну! Вспомни. Тебе лет четырнадцать было, когда она тут последний раз была! Такая рыжеволосая кроха, которая съела весь поднос с пирожными, а обвинили во всём тебя. Не поверили, что в такую малышку столько влезет.

– Ну и всыпали мне тогда хворостиной по мягкому месту… неделю сидеть не могла. – ответила Грейс, отходя на несколько шагов и осматривая меня. – Добрый вечер, леди.

– Добрый, – улыбнулась я настолько приветливо, насколько позволял жуткий клоунский грим, который Мариэлла считала макияжем. – Нужен стол и лампа. Хочу осмотреть малыша. У него болит лапка.

– У-рррр-к! – будто бы согласился со мной детёныш и ткнул меня носом в ладонь.

И как кто-то мог подумать, что дрогоны злые? Вполне себе безобидный любитель погрызть вкусняшки.

– Прошу, леди Эванс, – указала мне себе за спину Грейс. – Как видите, дворецких у нас больше не водится. Как и горничных, конюших, да и простых крестьян… Но скажите, разве ваш отец не подыскал вам видного жениха? Почему вы здесь? До нас такие слухи доходили…

Значит, местные не особо знают о том, что произошло с Мариэллой, даже не слышали, что свадьба уже была. Но у неё есть отец!

– Было дело, – уклончиво ответила я. – А мой отец… где он?

Родной человек мог бы помочь.

– Ха-ха, спрашивает, где он! – засмеялась Грейс, бросив развесёлый взгляд на Персивальда, который тоже принялся ухохатываться.

Я что-то не то сказала?

– Я немного выпала из жизни, недавно головой ударилась, – соврала я. – Было бы неплохо, если бы вы меня просветили немного относительно моментов, которые я подзабыла.

– Маришка Пухляшка! Неужели не шутишь? – удивился Персивальд. – Ну айда покажу!

– Цыц! Не зови её детским прозвищем, – шикнула на Перси Грейс. – Она наша госпожа, тем более старшая леди Эванс укатила.

Персивальд почесал в затылке, но потом согласно кивнул.

Мы с ним прошли сначала в просторную столовую, в которой тоже почти не было мебели. Лишь шкаф, пару картин, большой стол и четыре стула.

Персивальд подвёл меня к портрету, висящему на видном месте, и молча стал рядом.

Сначала я не поняла в чём была причина такой странной реакции обитателей «Драконьего сердца» на вопрос об отце. Но едва пригляделась к величественному мужчине, который строго смотрел на меня с портрета, чуть не осела на пол от понимания. Даже дрогончик, сидевший на моих руках, удивлённо уркнул.

Я выстояла и повернулась к Перси.

– Он… монарх… король? – спросила я, вперив взгляд в корону на голове и скипетр в руке мужчины на портрете.

Персивальд молча кивнул, поджав губы.

Но судя по тому, что моя мать укатила с любовником…

– Я бастрад, – догадалась я. – Незаконнорожденная дочь монарха.

– Видать ты хорошенько приложилась головой, Пухляшка Мариш… то есть леди Эванс. Раз совсем всё подзабыла.

– Это точно, приложилась будь здоров, – по инерции ответила я, всё ещё разглядывая красивого черноволосого мужчину лет тридцати пяти.

Вот он каков отец Мари. Наверное, сейчас он постарше. Но ему явно нет дела до дочери, раз он хотел спихнуть её на такого козла, как Аарон. И судя по всему, помогать отец-король тоже не собирался.

Нужно узнать, что же произошло на свадьбе!

– Прессу вы особо не читаете? – спросила я Перси, вспомнив, что Милли не дала мне прочесть статью.

– Читаем! Раз в месяц на почту захаживаю, беру пару газетёнок. Образованные мы, знаем, что в миру творится, – гордо ответил он.

– Мне нужно завтра. Пресса за последнюю неделю.

Перси пожевал губу, а потом согласно кивнул:

– Коли надо, схожу, принесу.

Вскоре Грейс повела меня на кухню.

Пол был устлан плиткой с замысловатыми узорами, на стенах была явно не дешёвая мозайка, даже время её не испортило. Повсюду стояли медные кастрюльки, чаны и прочая посуда.

Запах сытной еды заставил мой живот тихонько заурчать.

Я посадила дрогончика на стол, предварительно подстелив какую-то старую тряпку. Он сначала сжался в комочек, обернувшись хвостом, а затем вытянул шею, с любопытством осматриваясь.

При свете он оказался скорее тёмно-коричневым, чем чёрным. Я бегло осмотрела дрогона.

Можно было бы предположить, что он относится к классу пресмыкающихся, но небольшие крылья меня смущали. Конечно, на Земле тоже существовали крылатые ящерицы. Но они были мелкие и их крылья были устроены по-другому. Они скорее представляли собой складки на боках ящериц, а не полноценные крылья.

– Ох быть беде, – сказала Грейс, косясь на моего подопечного.

Я проигнорировала её. Взяла осторожно лапку малыша. Она была широкая, когтистая с мягкими подушечками. Вот самая большая подушечка и была сильно воспалена.

– Он загнал себе занозу. Причём довольно давно. Пытался вытащить её сам, или это пыталась сделать его мать, но они лишь загнали её ещё глубже.

– Ты почём знаешь? – с сомнением спросила Грейс. – Вдруг притворяется, чтобы усыпить бдительность и сожрать нас. Все знают подлую натуру этих зверюг!

Дрогончик отвернулся, обиженно фыркнув.

– Рана воспалена, ещё немного и начнётся нагноение. Нужно вытащить.

– Проклятые звери! – выругалась Грейс, а затем хлопнула себя по губам: – Ой, простите, леди Эванс!

– Если есть бинты неси их. Если нет, то чистые тряпки. Ещё соду, кипячёную воду холодную и горячую, – скомандовала я, поглаживая шершавую шкуру дрогона.

Интересно, в этом мире есть сода?

– Сейчас будет всё, – кивнула Грейс, бросаясь к одному из шкафов, доставая посуду, чтобы нагреть воду.

Я опустилась на старенький стул, только сейчас поняв, как же я устала. До чего сумасшедший день! Сумасшедшая жизнь! Как я вообще смогла так быстро сориентироваться в происходящем? Мелькнула мысль, что на самом деле я лежу в коме, и это всё бред моего воспалённого сознания.

Дрогончик завозился, укладываясь поудобнее. Пузико у него и правда было огромное. Наелся этой странной петты на славу. Я уже собиралась потрепать малыша по холке, как увидела, что в двери появился никто иной, как Велик.

Он приглашающе помахал мне рукой, улыбаясь во все зубы.

Я, бросив короткий взгляд на хлопочущую Грейс, встала и направилась к внезапному гостю. На этот раз я его без ответов не хотела отпускать.

Не успела я выйти, как Велик тут же спросил, ловко запрыгивая на подоконник:

– Ну что, нравится здесь?

Я прошла вперёд и стала рядом с карликом-божком. Посмотрела в окно. Там колыхались на лёгком ветерке листья деревьев, тянулись будто бы бесконечные поля петты.

– Нравится, – призналась я неожиданно для самой себя. – Но не могу понять какого чёр… демона ты решил, что я справлюсь с этим ворохом проблем? И что случилось с самой малышкой Мари? Если я здесь, где же её душа?

– О, судьба леди Мариэллы Эванс печальна, – нахмурился Велик, бросая на меня беглый взгляд. – Незадолго до того, как я переместил тебя в её тело, она с леди Милли Питерс пила чай в особняке. Они решали какие-то свои мещанские проблемы, связанные с документами. Согласно злокозненному плану, Мари должна была подписать бумажки, а затем умереть в «Драконьем сердце» спустя сутки от яда, который ей подсыпали в чай. Но… дозировка оказалась велика, и бедняжке стало плохо в сторожке, где она спряталась, узнав, что её хотят изгнать.

– Хочешь сказать, она умерла? – ужаснулась я. – И кто же подсыпал яд?

– Милли Питерс, разумеется.

Вот тебе номер! Каждый час узнаю что-то новое! Неужели Милли хотела сначала заставить Мари подписать документы, а потом умертвить? Но какой смысл?

– Мари не слишком богатая наследница, несмотря на происхождение – принялась анализировать я. – Скорее всего легкомысленная мать девушки прокутила большую часть состояния. Если оно вообще у них было. Но почему тогда…

– Я не слишком интересовался такими вещами, – отмахнулся Велик. – Что нас с тобой должно волновать больше всего, так это «Драконье сердце»…

– Нет-нет! Подожди! – решительно прервала я бога, понимая, что он снова переводит разговор в нужное ему русло. – Мари, то есть меня, хотели убить, а ты говоришь это не так важно?

– Лапочка, – Велик снова натянул широченную, немного снисходительную улыбку. – Ну что ты сейчас можешь с этим поделать?

– Э-м… потребовать провести расследование? Найти улики?

– Улик нет. Мари все ненавидят, и слушать её никто не станет.

– Почему ненавидят? – прищурилась я.

– Ты думаешь, я слежу за такими глупостями? – возмущённо воздел руки к небу Велик. – Что-то связанное со свадьбой. Ваши человеческие проблемы меня мало волнуют.

Я едва ногой не притопнула от досады.

Про свадьбу я и так поняла! Ладно. Подожду до завтра и почитаю газеты.

– А мой отец? Он король! Почему я оказалась в таком… странном и унизительном положении?

– Милочка-а, – досадливо сморщил свой крючковатый нос Велик. – Спроси у него сама. Я ж к нему на чаепитие не наведываюсь, чтобы последние сплетни обсуждать. Главное знай, всё, что происходит – неспроста. Ух, как неспроста! Мы с тобой таких дел наворотим!

Абсолютно точно понятно – что для меня кажется диким ужасом, для карлика-божка не более, чем комариный писк. Придётся разбираться самой с «человеческими проблемами», как он выразился.

– Выкладывай, – устало выдохнула я. – Что там с «Драконьим сердцем»?

Глаза Велика довольно блеснули:

– Вот теперь наша беседа перейдёт в более конструктивное русло. Когда-то владения подарил твоей матери король-дракон – её любовник, возлюбленный… называй как хочешь.

– Дракон? – у меня мурашки поползли по спине от неприятного предчувствия. – Я уже не первый раз это слышу, это фигура речи такая?

– Какая ещё фигура? – возмутился Велик, стукнув маленькой пухлой ладошкой по подоконнику. – Ты что драконов не видела?

Я покосилась в сторону кухни. Божок явно имел в виду не малыша дрогончика.

– Ты говоришь про огромных летающих ящеров, которые дышат огнём?

– Именно так! – Велик махнул рукой, из его пальцев будто вырвался сноп искр, полетев мне за спину.

Я резко обернулась. Кажется, только что я видела самую настоящую магию!

Прямо передо мной повисло в воздухе зеркало. И на нём, разгоняя облака, летел огромный чёрный ящер. Очень напоминало кино, только в данном случае я понимала, что это реальность!

Вот тебе и чужой мир… Не хотела бы я встретить такого монстра…

– Получается, король подарил моей матери своё сердце. Фигурально. – я снова повернулась к Велику.

– М-м… посыл был двойной, скажем так. Давай перейдём ближе к делу. У меня для тебя есть задачка, или особая миссия… как тебе больше нравится. Ты ведь не откажешь своему другу в помощи? Всё-таки я подарил тебе вторую жизнь! – глаза Велика хитро блеснули.

И тут я поняла, что помимо подруги-убийцы и мужа-предателя, в копилку моих проблем добавится новая.

Видимо, сочтя моё молчание за согласие, Велик продолжил:

– Тут ведь есть ещё некоторые особые создания…

– Ты про ящерок-дрогонов? – догадалась я.

– Да. Кажется, в вашем мире таких зверей называют краснокнижными.

– Хочешь сказать, они вымирают? – спросила я с удивлением.

А ведь когда мы только познакомились, помимо вычурного и странного имени, Велик представился богом природы, или что-то вроде того… Вот какой у него интерес.

– Скажем так, все давно перестали видеть в них пользу. А я просто не могу допустить, чтобы они канули в небытие…

– Но ты же бог! Что могу я того, чего не можешь ты?

– Дело в том, что есть некоторые моменты, что-то вроде правил или законов, которые не позволяют лично мне влиять на происходящие события. Но вот ты…

– И что я должна сделать? Как их спасти?

– Я не слишком-то разбираюсь в людях. Ты же человек, вот и придумай! Пусть дрогонов все полюбят!

– Отличный ответ, – пробурчала я. – Вообще-то, кроме людей, в этом мире живут и драконы. Я в них уж точно не разбираюсь.

– Брось! Они почти ничем не отличаются от вашей расы… разве что более темпераментны, могут летать и дышат огнём.

Я устало потёрла виски:

– Велик… Меня скоро выселят из поместья, отравят или просто закидают до смерти тухлыми помидорами. А может завтра меня сожрёт огнедышащий дракон! Как ты себе представляешь, что я смогу убедить незнакомых мне иномирян в том, что им нужны какие-то звери? Я за свою новую жизнь даже постоять могу с трудом.

– Я тебе помогу, – загадочно подмигнул мне божок, спрыгивая с подоконника. – В рамках правил, разумеется.

– Каким образом? – насторожилась я и тут же деловито добавила: – И мне бы хотелось почитать эти ваши правила.

– Это божественные правила, не для смертных глаз! А насчёт помощи… Поймёшь, когда придёт время. Ещё спасибо мне скажешь! – заулыбался карлик, поправляя рубашку и идеально сидящий камзол. – Если выполнишь условия сделки, я сделаю так, что ты обретёшь настоящую, истинную любовь! И будешь счастлива до конца своих смертных дней!

Истинную? Не скажу, что я сильно стремилась к любви.

Я уже давно поняла – от мужчин хорошего не жди. И случай с Мари и Аароном только укрепил моё мнение в этом. Иномирная любовь явно бывает с теми же подвохами, что и простая земная.

– А что будет, если я откажусь? – с недоверием спросила я.

– Я не жесток, милочка. Ничего не будет. Ты останешься в теле Мариэллы, но исчезновение целого вида будет на твоей совести!

Звучало довольно жутко. Я закусила губу, понимая, что раз уж я здесь… как я могу бросить дрогонов на произвол судьбы? Меня же просто совесть замучает.

– Ну что, согласна? – Велик протянул мне руку.

Происходящее становилось всё подозрительнее. Уж больно хитрый вид был у Велика. Но что мне оставалось, кроме как принять правила игры?

– Согласна, – улыбнулась я, отвечая на рукопожатие.

Ладонь будто током ударило. Я от неожиданности чуть не подскочила на месте и отняла руку.

– Сделка заключена! – Велик затанцевал на месте, забавно дёргая локтями и притоптывая.

– Опять какая-то магия?

– А как же без неё? – прищурился божок. – Чемоданы твои я сюда переместил. Вон, смотри!

Я обернулась. Моё барахло и правда лежало в углу на полу.

То есть сразу он мне помочь не мог?! Нужно было подождать, пока я сама поволоку их по дороге, едва не надрываясь?!

Но это дало мне возможность познакомиться с малышом-дрогоном….

Я бросила на довольного Велика очередной подозрительный взгляд. Ну не мог же он знать, что я встречу там кроху-ящерку… Или мог?

– Мне пора, – карлик покосился в сторону кухни. – Кажется, Грейс нужна твоя помощь.

– Спокойной….

Договорить я не успела, потому что Велик растворился в воздухе, только белозубая улыбка в воздухе и заплясала.

– … ночи, – закончила я в пустоту.

Потом поплелась в сторону кухни, размышляя о том, что сделала.

А вдруг он какой-то демон, который заключает жуткие сделки, на кону которых стоит человеческая душа? Я видела такое в кино.

Хотя это вряд ли. Обстановка тут была скорее… сказочная что ли? Да и чувствовалось, что Велик хоть и эксцентричен, но зла мне не желает.

А его разговоры о настоящей любви? Надеюсь, он имел в виду просто человека, а не дракона. Этого я точно не перенесу!

– Ух, разберусь, – пробормотала я себе под нос.

В конце концов, я ничего не теряла. И у меня уже начали появляться идеи. Может получится и самой встать на ноги, и дрогонов спасти?

Главное, как можно скорее решить проблему с соседом, претендующим на «Драконье сердце». Да и козломуж с любовницей просто так не отстанут. Впрочем, тут и я не сдамся. Надо узнать, что мне положено при разводе. И я ещё подумаю, буду ли подписывать эти бумаги по-настоящему.

Успокоившись, я вошла на кухню и увидела, что не просто так Велик сказал, что Грейс нужна помощь.

Бедная женщина, вся бледная и дрожащая, залезла на один из шкафов, вооружившись кочергой.

Малыш-дрогон, держа в зубах клок одежды Грейс и утробно рыча, пытался забраться следом. И больная лапка не слишком-то ему мешала.

Я бросилась вперёд, проклиная себя за то, что оставила детёныша одного без присмотра.