Глава 16. Арвел. Выбор без выбора

Мелина перешагнула черту, и не раз, вынуждая меня загонять ее в жесткие рамки.

Но я терпеливо ждал, когда она одумается, придет в себя и поймет, чем рискует. Но этого так и не произошло. Она была готова с легкостью перечеркнуть все прошлое и даже лишить саму себя нормального будущего, лишь бы потешить свое эго.

Я помню, какой она была, когда я вытащил ее из Морвейла. Ослабшая, истерзанная, истощенная, но не сломленная. Совсем юная, неопытная и чужая в этом мире. Нежная роза снаружи, а внутри настоящий боец с железной броней. И такой я ее полюбил.

И она любила меня, я это знал наверняка. Любила так сильно, что была готова на все ради меня. Она смотрела на меня не просто как на спасителя, а как на Бога.

А теперь она стала смотреть на меня с таким холодом, словно я чужой. Будто и не было той любви, что осталась в моей памяти.

Время всегда берет свое и даже самую крепкую любовь трансформирует во что-то иное. Но чувства Мелины явно претерпели не ту трансформацию, какая должна была произойти. Иначе она не отказалась бы от нас так легко, словно от ненужного хлама.

Вероятно, в этом есть и моя вина. Я дал ей все, что только мог, и позволял гораздо больше, чем дозволялось местным женщинам. Но вместо почитания, благодарности и глубокого уважения получил плевок в рожу.

А все из-за чего? Из-за того, что я пожелал иметь то, на что имею полное право?

Какие бы громкие заявления она ни делала, но я не предавал ее. Я лишь поступил так, как поступил бы любой мужчина на моем месте. Я стал сильнее, могущественнее, укрепил свое положение. Слился со своим драконом и получил наследника для своего рода, которого Мелина так и не смогла мне дать.

Лиара же была совсем другой. Она смотрела на меня с искренним обожанием и не смела сказать мне и слова против. И уж тем более ничего не требовала от меня.

Она не только была привлекательна и юна, но и безукоризненно покорна, родом из хорошей семьи, союз с которой только укрепил бы положение нашей семьи. И она определенно вызывала у меня здоровый и естественный мужской интерес, а еще была нужна не только мне, но и моему дракону.

Но это была никак не любовь. Не те чувства, что я испытывал к Мелине. Хоть они и притупились с годами, но все еще оставались со мной.

Так или иначе, но Лиара была для меня лишь средством, а не конечной целью, и Мелина обязана была это понять и принять. Но не поняла. И не приняла.

Конечно, я знал, что столкнусь с непониманием жены и определенными препятствиями. И никогда не забывал, что ее нравы отличались от тех, что женщины Эстериса впитывали с молоком матери.

И все же я верил, что за столько лет жизни в нашем мире Мелина смогла стать его частью, понимала необходимость следовать нашим законам. Особенно тем, у которых есть совершенно логичные обоснования и первопричины.

К моему глубокому прискорбию, она так и осталась сознанием в своем мирке с эгоистичными и самолюбивыми нравами. В том мире, в котором собственные интересы и принципы превыше интересов детей, мужа и семьи в целом.

Вместо того, чтобы услышать меня, понять меня и мои мотивы, она бросила вызов. Не только мне, но и королю. Всему обществу!

Ее прошение о разводе не прошло бесследно и всколыхнуло общество. И женщины, которые по природе своей не привыкли сомневаться в установленном порядке и неспособны сами решать, что для них лучше, стали считать, будто их права ущемляли.

Никогда об этом не задумывались, но стоило Мелине поднять шум, и в умах поселилось смятение. Она одна подорвала веру отдельной части общественности в незыблемость устоев, вековых законов, в саму непогрешимость того, что есть абсолютная истина.

Само собой, большая часть общества оставалась в своем уме и совершенно обоснованно считает Мелину сумасбродкой, заблудшей душой. Женщиной, которая из гордыни и глупости поставила свои желания превыше векового уклада, возомнив, будто способна что-то изменить.

Но появлялись и те, кто решил Мелину поддержать. И это повлекло определенные последствия. Но чего в итоге добилась моя жена? Смены законов, ценностей общества? Нет. Она добилась лишь проблем для нашей семьи, которые мне теперь приходилось расхлебывать.

И теперь вместо того, чтобы быть рядом со своей молодой супругой после нашего венчания и готовиться к свадебному празднеству, я вынужден был стоять перед королем и выслушивать за проступки Мелины.

− Ты хоть понимаешь, чем все это может обернуться, Арвел? Твоя жена не только наши законы поставила под сомнение, но и мою власть!

− Простите за дерзость, Ваше Величество, но вашу власть никто не посмеет поставить под сомнение. И, уверяю вас, у моей жены не было таких намерений. Но я уверяю вас, она больше ничего не сделает. Молва скоро утихнет…

− Мне больше не нужны пустые обещания, − резко оборвал меня король. – Ты еще на свадьбе моей дочери клялся, что все уладишь. А каков итог? Нет уж, с меня достаточно. Ты не справился со своей женой, и теперь я сам приму меры.

Мои старания сдержать и вразумить Мелину не увенчались успехом. Я неизменно берег жену и хранил напрасную надежду на то, что справлюсь простыми угрозами. Но стоило сразу перейти к самым жестким мерам, не оставляя ей ни единой возможности все усугубить.

А теперь я потерял контроль над ситуацией. И судьба Мелины была уже не в моих руках.

− О каких мерах идет речь, Ваше Величество? – уточнил я с полной решимостью оказать сопротивление, если потребуется.

Да, против закона нельзя идти, а король и есть закон. Но когда дело касается твоей семьи, за которую ты в ответе, приходится чем-то поступиться.

Но вместо ответа на мой вопрос король вызвал стражу и отдал приказ:

− Отправляйтесь в дом фира Вейлса и доставьте ко мне его жену. Немедленно! – тон короля мне не понравился, как и его настрой.

− Что вы намерены делать? – доброжелательность я отставил, все сильнее ощущая нависшую угрозу.

− Дам твоей супруге то, чего она так отчаянно желает, − зло усмехнулся король, приглаживая бороду. – Вернее, предоставлю ей выбор без выбора. Так что можешь так не волноваться, Арвел. Твое останется при тебе.

− Звучит обнадеживающе, но я бы хотел узнать подробности. Я ведь имею на них право, − настойчивый тон явно не нравился королю, но иначе было нельзя.

− Подробности? Хорошо, вот тебе подробности. Я предоставлю ей выбор: развод с неприемлемыми условиями и возможность сохранить свой статус, но публично заявить о своей неправоте и раскаяться. Оба варианта способны устранить угрозу, нависшую над королевством. Но выбор тут очевиден.

− Я не согласен на развод, − сцепив зубы, я шагнул вперед, прекрасно осознавая, что иду против воли самого короля. – А Мелина слишком уж серьезно настроена и может согласиться на любые условия, лишь бы получить желаемое.

− Тогда она будет лишена семьи, имущества, магии и права оставаться в Эсфироне. Уверен, что она согласится на такое? Если так, то твоя жена безнадежна, и тебе не о чем волноваться. Зачем держать при себе сосуд с ядом, который может лопнуть в любой момент? У тебя теперь есть новая жена, с которой ты точно не будешь знать проблем. Кстати, забыл тебя поздравить с этим событием. Но уж извини, что не посетил церемонию. Твоя первая жена создала столько проблем, что мне сейчас совсем не до свадеб.

Король намеревался предложить Мелине самые жесткие условия, какие только могут быть. А Мелина не была дурой, чтобы пойти на такое. И все равно на душе было тревожно и паршиво. Что-то подсказывало, что она могла совершить неправильный выбор, который непременно вызвал бы потом у нее сожаления. Но сейчас я никак не мог на это повлиять, и это бессилие нервировало.

− Но ее нельзя лишать магии, − я нашел лишь единственный довод, чтобы король смог пересмотреть свои условия.

− Брось, − хмыкнул король. – Она явно не та попаданка, которую пророчили нам Боги. Ее сила ничтожна, так что у меня нет ни единого повода для сомнений. И у тебя их быть не должно.