Глава 19. Казнь

Я шла на казнь – казнь своего брака. И это событие ощущалось поистине трагичным, невзирая на радость от достигнутой победы в войне за свои права.

И, нет, дело было не в лишениях, которые ждали меня по условиям развода и даже не в грядущей ссылке. Несомненно, в этом не было ничего хорошего, но сейчас я думала совсем не об этом.

Я размышляла о том, что семнадцать лет – это немалый срок. Половина моей жизни, потраченная впустую.

Семнадцать лет я верила, что знаю своего мужа. Я верила каждому его слову, верила его чувствам. Верила, что под его защитой не только мое тело, но и душа.

Больно было расставаться с половиной своей жизни. Но что было еще больнее, так это осознавать, что человек, которому я доверяла больше, чем себе, уже давно исчез. А, может, он и вовсе никогда не существовал.

Развод – это не просто слово или бумага. Это признание. Признание того, что все, во что ты верил, было ошибкой, за которую приходится платить прожитыми годами.

Эти годы больше не принадлежали ни мне, ни Арвелу. Они будто бы вовсе переставали существовать в реальности.

Но вот в памяти… Увы, оттуда их было не так просто вытравить. Хотелось бы лишиться их в тот же момент, как только под высоким дворцовым сводом зазвучат слова о расторжении брака… Но это невозможно.

Я была обречена жить со своими воспоминаниями. Но они были не о том, что я потеряла , а о том, чего лишил меня муж. Бессовестно отобрал и не испытывал ни капли раскаяния.

Отвлекшись от пустых размышлений, я с удивлением подметила, что дворцовые коридоры пусты. Жизнь здесь будто уснула, но так и не пробудилась с рассветом.

Похоже, король намеренно велел слугам не показываться из комнат, дабы те лишний раз не видели меня и не были осведомлены о том, что сам король нарушил свое слово и позволил развод. А какая-то бесправная фира добилась своего.

Слишком много тайны было во всем происходящем. Но был ли в этом смысл? Пускай и не сразу, но общество неминуемо заметило бы мое исчезновение. И если в разрешении на развод никто не собирался сознаваться, а Арвел явно не желал иметь клеймо тирана, что держит свою первую супругу под пожизненным домашним арестом, то в голову приходило лишь одно объяснение − меня хотели умертвить.

Не по-настоящему, конечно, а на словах. Поэтому король и принял решение сослать меня туда, где никто не найдет, не узнает о том, что я жива.

Конечно, это были мои домыслы, и ситуация вполне могла быть иной. Но меня это не должно было волновать.

Я не была интриганкой, стратегом или политиком. Не была женщиной при власти, имевшей огромную поддержку, чтобы самостоятельно перевернуть устои мира. И как бы эгоистично это ни звучало, но в первую очередь я боролась за себя, а не за других.

У двери дворцовых покоев я увидела Адели, и сердце до боли сжалось в груди. Заметив меня, она бросилась навстречу, и стук ее каблуков эхом разнесся по дворцу.

− Мама, − прошептала она сквозь нахлынувшие слезы. – Да как же ты можешь? Зачем ты на это согласилась? Мы ведь… Мы больше никогда не увидимся, мама. Из-за тебя и твоего эгоизма!

Не такие прощальные слова я хотела услышать от дочери. Но хотя бы так. Хотя бы смогла взглянуть на Адели напоследок, слушать ее голос. А Фэйла… Она даже не пришла повидаться напоследок…

Адели раскрыла рот, чтобы еще что-то сказать, но вмешался один из стражников:

− Прошу вас, фира, потише. Иначе я буду вынужден завершить ваш диалог.

Адели обиженно поджала губы и кивнула стражу, а затем вновь перевела взгляд на меня.

− Ты ведь умрешь там, − прошипела она зло. – Неужели гордость стоит твоей жизни, мама? О чем ты только думаешь?

− Милая моя, − я все же улыбнулась несмотря на боль и обиду от слов дочери. – Не волнуйся, я буду в полном порядке. И, поверь, я бы очень хотела сохранить возможность видеться с тобой и Фэйлой, но меня намеренно этого лишили…

− Фира, − прервал меня стражник. – Вы заставляете короля ждать. Пора идти.

− Еще минутку, − кивнула я и взяла дочь за руку. – Знаю, что ты меня не понимаешь и злишься, но я просто хочу спокойной и счастливой жизни, которая теперь невозможна рядом с твоим отцом.

− А мы? Я и Фэйла. Рядом с нами ты теперь тоже не можешь быть счастлива? – с обидой прошептала Адели и отдернула руку.

− Вы мои дочери, Адели. И несмотря на ваше непонимание, злость и нежелание поддержать меня в моем решении, я буду неизменно любить вас. Но рано или поздно вы покинете семью. И что мне делать? Терпеть твоего отца-предателя и его вторую жену, ждать, пока вы с Фэйлой выйдете замуж, чтобы уйти из семьи самой? Прости, но нет. Я не хочу тратить свою жизнь напрасно, чтобы кому-то угодить.

− Я так и думала, − качнула Адели головой. – Знала, что с тобой бесполезно говорить. Не стоило приходить.

− Если твоей целью было лишь отговорить меня от развода, а не попрощаться перед отъездом, то ты права, не стоило приходить, − ответила я прохладно, и в глазах дочери вспыхнула вина. – Но если твои переживания связаны с тем, что мы больше никогда не увидимся, то оставь их. Если чего-то очень хотеть, то всегда можно найти способ этого добиться.

− Все, фира, идемте, − в приказном тоне произнес стражник, бесцеремонно подхватил меня под локоть, как какую-то преступницу, подталкивая вперед.

− Последуй совету сестры, − произнесла я напоследок, обернувшись к дочери через плечо. – Не стоит тебе оставаться в доме с отцом и ждать замужества. Поступай в Академию, Адели. Управляй своей судьбой сама, а не жди, когда тобой начнут управлять другие…

В последний раз я поймала на себе взгляд дочери. В нем я уловила обиду, злость, тоску и даже боль, которая в тот же миг передалась и мне.

Расставание у нас вышло отнюдь не прекрасным, но могло быть и хуже. Но я предпочла думать, что гнев дочери все же направлен не на меня, а на ситуацию, в которой все мы оказались отчасти бессильны.

Ведь люди злятся вовсе не на то, что могут контролировать. Злость рождается там, где теряется власть над ситуацией...

− Фира Вейлс, − насмешливо протянул король, словно мое появление в зале было какой-то шуткой. – А я уж было решил, что вы все же изменили свое решение на более разумное, и ждать вас не стоит.

− Ваше Величество, − я поклонилась со всем почтением, какое только могла изобразить перед столь презренным человеком. – Не в моем характере отказываться от своих слов.

Я бросила короткий взгляд на мужа и поджала губы. Ожидала увидеть безысходность на его лице, отчаяние. Но он казался невозмутимым.

Да, спокойствие было начертано на его лице, вот только в глазах, словно в грозовом небе, сверкали молнии. И я могла поклясться, что слышала, как искрится и потрескивает воздух, будто эти молнии стали реальными, почти осязаемыми.

− Подойдите, фира, − потребовал король и жестом указал мне на пергамент, лежавший на мраморном постаменте. – Это указ о вашем разводе с фиром Вейлсом. В нем упомянуты все ранее оговоренные условия. Свое согласие вы должны подкрепить кровью.

Слова короля наградили меня облегчением. Конечно, устраивать добровольное кровопускание мне не очень-то хотелось из-за отвратительной свертываемости крови. Проблему удавалось устранить лишь временно и после курса приема лекарственных снадобий. Последний курс я проводила весьма давно из-за обострившегося побочного действия в виде болей в желудке. Так что после подписания меня ждала длительная кровопотеря из-за крошечного прокола.

Но оно того стоило, ведь подпись кровью – это то, что было нерушимо, и давало мне гарантию, что через пару месяцев я не узнаю, будто Арвел передумал, и мы снова в браке.

Выпрямив спину, я бесшумно выдохнула и приблизилась к королю. Из его рук я приняла клятвенную иглу, но прокалывать палец не спешила. Прежде я решила внимательно изучить документ, чтобы избежать неприятных сюрпризов.

Но сюрпризы, к счастью, меня не ожидали. Кивнув самой себе, я с прицельным замахом поднесла иглу к подушечке пальца и решительно вонзила ее кожу. Алая капля тут же выступила на поверхности кожи, побежала струйкой по пальцу, и несколько капель упали на бумагу, бесследно впитываясь в нее.

− Готово, − кивнула я, крепко зажав рану, и обернулась к Арвелу, ведь очередь теперь была за ним.

− А теперь, − король метнул взгляд в дальний угол, где сидел человек в мантии, которого я прежде не заметила, − проследуйте к столу для передачи магии.

− Но фир Вейлс еще не подписал… − начала я, но меня тут же прервали.

− Он сделает это позже, − сурово ответил король. – Вы, фира Вейлс, грешите уклонением от соблюдения законов. И вы передадите магию сейчас, до подписания указа вашим мужем, дабы потом вы не пошли в отказ.

− Я ведь уже поставила подпись кровью. К чему это недоверие? – качнула я головой, нахмурившись, а затем добавила: – К тому же у меня нет уверенности, что фир Вейлс не откажется ставить свою подпись после того, как я отдам свою магию. А у меня, поверьте, поводов для недоверия предостаточно. Поэтому я требую довести дело до конца, прежде чем я перейду к исполнению требований.

Король с недовольным прищуром уставился на меня. Его явно раздражало мое неподчинение, и об этом он намекал взглядом, не терпящим возражений. Вот только я упрямо игнорировала его и с невозмутимым видом тоже намекала, что ожидаю подписи мужа.

Уж это я точно имела право требовать, а доверия у меня не было ни к королю, ни уж тем более к мужу. Вдруг он намеревался заполучить мою магию, а затем пойти в отказ? Мало ли…

Конечно, было бы крайне глупо затеивать всё это ради капли моей бесполезной магии, но я все же предпочла перестраховаться и стоять на своем.

С минуту мы смотрели с королем друг на друга. Кто-то из нас должен был сдаться, а этим кем-то я уж точно не собиралась становиться.

− Вы тянете время, − процедил сквозь зубы король.

− Как и вы, Ваше Величество, − ответила я прохладно.

− Вы смеете идти против моей воли, фира Вейлс?!

Король побагровел, словно спелый помидор, а его зрачки дрогнули и вытянулись в вертикальные полоски. Немолодой, опытный, а все равно утратил контроль над своим зверем и позволил ему показаться, пускай и в такой мелочи, как глаза.

А, может, он просто хотел меня так устрашить? Что ж, не сработало. Я приняла это за слабость, а не силу.

– Исполнение указа приходит в действие после его подписания всеми сторонами сделки, а не до этого, – с невозмутимым спокойствием произнесла я. – Вы ведь сами ратуете за безоговорочное соблюдение законов, Ваше Величество. И будет странно нарушать один из них по вашей же воле.

Еще несколько секунд король смотрел на меня, не мигая, а потом ядовито расхохотался, хотя я ожидала иную реакцию.

– Вы только посмотрите на нее! Ни во что не ставит наши законы, а теперь требует их соблюдать. Какое лицемерие!

Молчать я не стала, хотя и чувствовала, что уже хожу по грани:

– Я никогда не преступала закон, Ваше Величество. Все, что я делала, так это боролась за свои права. Для вас это тоже преступление?

– Арвел! – рявкнул король, не сводя с меня презрительного взгляда. – Поставь свою подпись, ради всех Богов! Давай поскорее покончим с этим.

– Как прикажете, – глухо отозвался Арвел, и его тяжелые шаги зазвучали за моей спиной.

Я сделала шаг в сторону, чтобы освободить дорогу мужу, но он успел схватить меня за руку и притянуть к себе.

– Не совершай ошибку, – прошептал он у меня над ухом. – Если ты сейчас не откажешься от своего решения, то я уже не смогу тебя защитить.

– Твоя защита мне не нужна, Арвел, – ответила я, даже не понизив тон, и отдернула руку. – А ошибку я совершила лишь одну: когда вышла за тебя за муж.

Оскорбившись, Арвел хмыкнул, схватил клятвенную иглу и замер, а я в этот момент даже дышать перестала. Казалось, в любой момент что-то может пойти не так, и моя победа обернется полным провалом.

– Подписывай, Арвел, и даже не сомневайся, – нетерпеливо отозвался король. – Развод с этой женщиной точно пойдет тебе во благо.

Едва заметно кивнув, Арвел безжалостно проткнул палец иглой, но не пролилось ни капли. Он сделал новый прокол, но на коже появилась лишь красная точка, которая в мгновение исчезла.

– Превосходная регенерация, – удовлетворенно произнес король и похлопал Арвела по плечу. – Ты стал достойным драконом, и тебя ждет прекрасное будущее, – он метнул на меня короткий взгляд и скривился. – В отличие от твоей жены, которая даже не осознает, как много теряет.

Я даже глаза закатила от услышанного, из-за чего не заметила, как в руке Арвела оказался кинжал. Им он полоснул по ладони, и капля крови все же упала на бумагу. А затем порез затянулся на глазах, оставляя после себя лишь красную полоску.

Сердце забилось так часто, что я и вовсе перестала ощущать его ритм, а голова закружилась.

Я была разведена. Но все еще не верила, что это случилось. Будто в чем-то меня все равно ожидал подвох.

− Вот и чудесно, − я удовлетворенно кивнула, и мой голос слегка дрогнул от волнения. – Теперь можно и к следующему этапу перейти. Все, как полагается.

Под прожигающими взглядами бывшего мужа и короля я прошагала в конец зала. Ноги немного подкашивались, и я ругала себя за чрезмерное волнение. Волноваться стоило до развода, а не после.

Я расположилась в свободном кресле, приставленном к торцу стола, за которым сидел маг, и бегло осмотрела лежавшие артефакты.

− Руку, пожалуйста, − мягко произнес пожилой мужчина, который явно был не предвзят ко мне, а просто выполнял свою работу.

Я охотно подала ему правую руку, а сама взглянула на левую и разжала подушечку пальца, из которой тут же хлынула кровь. Я даже расстроилась, что даже такой крошечный порез никак не затягивался, зато на моем муже… то есть бывшем муже все заживало, как на собаке.

Легкое, едва заметное тепло ощутилось в правой руке, и я отвлеклась от своей раны, переведя взгляд на мага. Артефакт в его руках светился слабым белым светом, и я чувствовала, как тепло из моей руки уходит в него.

Вот и все. Не дано мне было овладеть магией, а теперь я полностью ее лишилась. Но поскольку проку от нее все равно не было, я несильно расстраивалась. Ощущала лишь обиду оттого, что меня лишают даже того, что принадлежало исключительно мне.

Я вздохнула с досадой и вновь вспомнила о своей ране, опустив взгляд. Ладонь была влажной от крови, и с этим нужно было что-то делать, пока я не запачкала кровью свое единственное приличное платье.

Но не успела я отвести руку в сторону, как на запястье зажглась странная метка, похожая на солнце. Зажглась, но тут же стала гаснуть, испаряясь с моей кожи крошечными искорками.

С опаской бросила взгляд на бывшего мужа и короля, но они о чем-то говорили и не смотрели на меня. Маг тоже был занят делом и не приметил странности, которая произошла со мной.

Я не понимала, что это могло значить. Возможно, это было совершенно нормально в данный момент, и таким образом меня покидала магия. Мое крохотное солнце, которое так и не смогло засиять.

Так или иначе, но эта странная метка уже испарилась, и можно было более не задаваться вопросом, что же это было.

– Все готово, Ваше Величество, – отозвался маг, привлекая мое внимание. – Магия запечатана в артефакте и готова к передаче новому владельцу.

– Простите, – тихо шепнула я и протянула магу свою окровавленную ладонь. – У вас случайно не найдется платка?

– Ох, конечно, – часто закивал он, достал из нагрудного кармана мантии платок и протянул его мне. – Можете оставить себе.

Я благодарно кивнула и принялась оттирать кровь, пока она не засохла. А когда с этим было покончено, я решила замотать пораненный палец, но обнаружила, что порез, наконец, затянулся и больше не кровоточил.

Краем взгляда увидела Арвела, приблизившегося к столу, чтобы забрать артефакт с моей магией. На него я даже не посмотрела, проигнорировав, словно он был для меня пустым местом. Хотя, почему словно? Он и был для меня пустым местом. После всего, что он сделал…

Скомкав испачканный платок в ладони, я поднялась из кресла и проследовала к постаменту, где неизменно стоял король.

– Стража сопроводит вас до покоев, Мелина, – король назвал меня по имени, сделав акцент на том, что я теперь не только не имею отношения к семье Вейлс, но еще и лишена статуса фиры. – Вам сообщат о готовности экипажа, который доставит вас в Морвейл.

– Как скажете, – я кивнула без особого почтения, в котором больше не было нужды, и спешно зашагала прочь.

Но, к несчастью, Арвел последовал за мной, не желая отставать даже теперь, когда мы были разведены.

– Мелина, – он преградил мне путь сразу же, как только двери дворцовых покоев закрылись за нами.

– Что ты еще от меня хочешь? – качнула я головой. – Снова сообщишь, что я сделала ошибку? Уволь, я уже достаточно этого наслушалась.

– Оставь свои возмущения, я помочь хочу, – хмыкнул Арвел и протянул мне на ладони два артефакта. – Вот, возьми.

– Понятия не имею, что это, – сухо отозвалась я. – Но что бы это ни было, а от тебя мне ничего не нужно.

– Да не будь ты такой упрямой хотя бы сейчас, – с раздражением процедил он. – Это необходимые вещи для Морвейла. Без них ты пропадешь. Кроме меня тебе их никто не даст.

– Как благородно, – горько усмехнулась я. – Но как-нибудь обойдусь без твоих подачек.

Я быстро зашагала вперед без особой надежды на то, что оторвусь от Арвела, и мои ожидания оправдались.

– Да постой же ты, Мели, – прошипел Арвел у меня за спиной. – Это защита. Забудь хоть на секунду о своей гордости и возьми!

– Защита? – я все же остановилась и обернулась к бывшему мужу. – Защита от чего?

Он тут же стушевался, а его глаза судорожно забегали из стороны в сторону.

– Я не могу тебе этого сказать. Просто поверь мне на слово, Мелина. Этот артефакт может сохранить тебе жизнь.

Арвел крепко сжимал в руке брошь с белым камнем и тряс ею перед моим лицом. Я начала колебаться и уже подумывала принять вещицу, но решила спросить:

– Раз этот артефакт для защиты, то второй для чего?

Его взгляд тут же потеплел, мне даже почудилась легкая улыбка.

– Для того, чтобы ты смогла связаться со мной, когда захочешь вернуться.

Все желание принимать хоть что-то от бывшего мужа как рукой сняло. Я развернулась на каблуках и снова зашагала прочь.

– Этот момент не настанет никогда, – бросила я напоследок, уже окруженная стражниками, сопровождающими меня.

– Обязательно настанет! – зло бросил мне вслед Арвел. – Ты и месяца там не протянешь, Мелина! И будешь умолять забрать тебя обратно!