Глава 10. Это пройдет

Как я и ожидала, новость о завтрашнем ужине с семьей Нордис привела Арвела в полный восторг. Только выражалась эта эмоция у моего мужа весьма необычно: сжатые до зубного скрежета челюсти, пульсирующая на лбу вена и прищуренные глаза с вертикальными звериными зрачками.

Ох уж эти мужчины. Кто ж их разберет?

− Ты не имела права приглашать их без моего дозволения, – тот самый «восторг» мужа, что я лишь лицезрела последние пару минут, вылился в словесную грубость.

– А в чем, собственно, проблема? – я изобразила искреннее удивление, хотя усмешку сдержать было весьма трудно.

Да, самым удивительным было то, что очередной претензией Арвел меня вовсе не раздражал и не злил. Это вызывало у меня лишь нервный смех, которому я приказала затаиться внутри.

– Ты сам не пожелал отпускать меня, – продолжила я и взмахнула юбками, опустившись в кресло. – И раз Нордисы совсем скоро станут частью нашей семьи, то я считаю нужным наладить с ними контакт.

– Кого ты пытаешься обмануть? – Арвел зло усмехнулся и навис надо мной, уперевшись руками в подлокотники.

В нос ударил густой древесный аромат, в котором прослеживались едва уловимые сладковатые ноты. И сладость эта была вовсе не частью аромата – она досталась Арвелу после объятий с другой женщиной.

– Признавайся, Мели, что ты задумала? И не нужно меня держать за идиота.

Конечно, было вполне ожидаемо, что у моего мужа появятся подозрения. Но я была совершенно спокойна, ведь во лжи меня было невозможно уличить. Я собиралась рассказать правду. Но лишь ее часть…

– Про идиота ты сам сказал, Арвел, так что не обессудь, – я закинула ногу на ногу, едва не заехав мужу по причинному месту, и даже немного огорчилась из-за промаха. – И я уже сообщила тебе о том, что задумала. Не стоит искать подвоха.

Глаза мужа сузились до такой степени, что я видела лишь темные щели из-под черных ресниц.

– Не лги мне, – угрожающе прошипел Арвел и впился в мое бедро так крепко, что я смогла с легкостью визуализировать синяки, что останутся после его пальцев. – Ты ведь ненавидишь Лиару. С чего бы вдруг тебе налаживать с ней отношения?

В воздухе витало что-то совершенно нездоровое. Происходящее не только злило Арвела, но и возбуждало. Ему будто стало нравиться причинять мне боль и получать ответное сопротивление.

Я сдержалась и даже не пискнула, хотя боль была слишком обжигающей. Но дарить мужу наслаждение своими визгами и сопротивлением я определенно не хотела.

Я не знала, отчего вдруг Арвел настолько изменился. Может, на него оказала серьезное влияние звериная сущность, а может, связь с Лиарой окончательно стерла для него границы разумного и дозволенного. И на мгновение я даже порадовалась, что придушенной во время постельных утех теперь буду не я, а Лиара.

Я выходила замуж за умного, совестливого, заботливого и любящего мужчину. А Лиара собиралась выйти за зверя. И этим все было сказано.

– Я не интриганка и не сумасшедшая, чтобы превращать ужин в стенах нашего дома в бессмысленный скандал, – проговорила я тихо и ровно, скрывая болезненную дрожь в голосе. – Ты верно подметил, у меня нет причин налаживать с Лиарой отношения. Но это вовсе не ради нее, как и не ради тебя. Если ты не в курсе, то Дита сама ко мне пришла с опасениями за свою дочь. Ровно по этой причине я и затеяла завтрашний ужин – хотела развеять все опасения Диты и Вертона за жизнь Лиары в этом доме.

– Так и зачем тебе это? – Арвел уже более доверительно взглянул на меня и, наконец, ослабил хватку, позволив мне вздохнуть полной грудью. – Я все еще не услышал причины, для чего это нужно тебе .

– Не хочу портить добрые отношения с давней подругой, – Арвел не знал, насколько у нас с Дитой были крепкие отношения, поэтому можно было позволить себе некоторое преувеличение. – В отличие от Лиары, ее родители не сделали мне ничего дурного, и я не могу остаться равнодушной к их переживаниям. К тому же, этот ужин и в твоих интересах, Арвел.

Муж заломил бровь до глубокой морщинки на лбу придвинулся еще ближе, что я едва могла сфокусировать на нем взгляд. Проще было опустить глаза, но, как известно, в мире хищников это признак слабости. Отчасти Арвел теперь, действительно, был хищником, а я не хотела становиться беззащитной ланью, на которую можно напасть. Скалить зубы – так до последнего, даже если глаза съезжаются к переносице.

– И какой же у меня может быть интерес, позволь узнать? – Арвел пристально смотрел на меня, будто ждал, что я сейчас призывно выгнусь ему навстречу и подставлю губы для поцелуя.

Наверняка Лиара проворачивала с ним подобное так часто, что у Арвела уже выработался рефлекс. Ведь когда женщине нечего сказать в ответ, то проще всего позволить мужчине заткнуть тебе рот.

– Тебе ведь не хочется, чтобы семья Нордис отказала тебе в браке с их дочерью в последний момент? – эта фраза вернула взгляду мужа каплю трезвости. – После того, как о помолвке узнало все королевство, для тебя отказ стал бы настоящим позором.

Иногда слова могут ударить так, как не ударит даже самая хлесткая пощечина. И последняя фраза задела Арвела прилично. Но об этом мне говорил лишь язык его тела, внешне же муж оставался невозмутимым.

Арвел оттолкнулся от подлокотников моего кресла и выпрямился во весь рост. Наконец, я была избавлена от чрезмерной близости его лживой физиономии и слишком навязчивого парфюмерного шлейфа.

– Не говори ерунды, – хмыкнул муж. – Они ни за что не посмеют разорвать помолвку.

Его уверенность явно трещала по швам, но признавать собственный промах и недальновидность он не желал.

– Не стоит мнить себя завидным женихом, Арвел, – язвительно отозвалась я, отдав себе отчет в том, что за острый язык могу поплатиться новыми синяками. – Ты ведь не юнец с баснословным состоянием, не холост и не бездетен. И если уж Лиара настолько без ума от твоих способностей в постели, что готова закрыть глаза на все недостатки…

– Прекрати, – осек меня муж, и его голос вибрировал от пугающего гнева.

– И все же дослушай, – настояла я с опаской. – В отличие от Лиары, у Диты и Вертона нет повода закрывать глаза на твои недостатки, к ряду которых, кстати, отношусь и я. В первую очередь они родители и всегда будут защищать своего ребенка. Так что тебе стоит быть предусмотрительнее.

– Пытаешься меня уязвить, Мелина? Не получится, – прорычал Арвел, стиснув челюсти до побелевших желваков. – Это лишь ты стала страдать слабоумием и позабыла, кто твой муж. Как и перестала осознавать ценность брака со мной. Но ни Лиара, ни ее семья такой глупости себе не позволят. А ты… – он сделал шаг ко мне и вдруг замер с застывшим на лице пренебрежением. – Ты осознаешь ценность того, что имела. Молись только, чтобы этот момент не настал для тебя слишком поздно.

– Что ж, – я равнодушно пожала плечами и слабо улыбнулась, не придав значения попыткам мужа сломить меня морально. – Тебе решать, Арвел. Если ты готов пойти на риск и увериться в своей правоте, то, конечно, давай отменим ужин. Сообщить семье твоей будущей супруги об этом?

– Не нужно, – фыркнул Арвел и вновь прищурился, с подозрением уставившись на меня. – И все же ты что-то затеяла, я уверен. Ты ведь первая обрадовалась бы разрыву помолвки, а моя репутация тебя взволновала бы в последнюю очередь. Но сейчас ты какого-то демона делаешь вид, будто все иначе.

– Потому что теперь все иначе, Арвел, – вкрадчиво ответила ему. – Веришь или нет, но после всего случившегося я больше всех заинтересована в твоем браке с Лиарой. Если ты будешь с ней счастлив, то очень скоро у тебя полностью отпадет необходимость во мне. И у меня появится шанс на развод, надежду на который я отныне не утрачу никогда.

– От напрасных надежд надо избавляться, дорогая жена, а не лелеять их годами, – сухо отозвался муж. – Но ничего, со временем это у тебя пройдет.

Последние слова Арвела меня нисколько не задели, ведь я уже не питала иллюзий, будто его решение на мой счет изменится. И разговор этот состоялся лишь с той целью, чтобы я смогла отвести от себя лишние подозрения и подготовить почву для того, в чем я была заинтересована на самом деле. И, похоже, у меня все получилось…

Перед сном я еще раз пробежалась с кухаркой по меню для приема, раздала прислуге задания на завтра и с чистой совестью отправилась спать.

По дороге в покои, где я обосновалась, заглянула в спальню к Адели. Дочь уже спала, и это был лучший момент, чтобы побыть рядом со своим ребенком.

В этот момент я могла смотреть на ангельское личико своей девочки и не слышать те болезненно-колючие слова, что срывались с ее уст с завидной регулярностью. Ни одна попытка поговорить по душам так и не увенчалась успехом. Адели по-прежнему считала меня эгоистичной дурой, пожелавшей оставить своих детей и мужа из-за своих иномирных предрассудков.

И теперь я была просто в режиме ожидания того момента, когда моя дочь повзрослеет и все поймет. Я больше не лезла на рожон, не доказывала свою правоту и не продавливала собственные принципы. Я просто старалась получить возможный максимум положительных моментов из того времени, что нам осталось провести вместе в этом доме.

Я позволила себе немного взгрустнуть и придаться былым воспоминаниям, из которых я упорно вычеркивала мужа, оставив лишь дочерей.

Затем утерла мокрые от слез губы, тихонько поцеловала Адели в лоб и ушла в свои покои, нацепив уже привычную маску железной леди.

В комнате воздух был душный, пропитанный парфюмом с ароматом древесины и сладостью цветов, от которого к горлу подступала тошнота.

И ведь не был запах неприятным моему обонянию, лишь внутренне раздражал. Ведь именно так пахло предательство, которое я на дух не переносила. И от этого запаха хотелось избавиться как можно скорее.

Я тут же распахнула окно настежь, и с улицы повеяло прохладой, дождем и горечью увядающих трав. Приближалась осенняя пора, которую я мысленно окрестила порой моей новой жизни.

Природа медленно засыпала, ее жизненный цикл подходил к концу. А я, наоборот, только-только просыпалась и готовилась к чему-то новому. Но тревожное предчувствие не отпускало, будто грядущее, вместо долгожданных перемен, сулило мне не меньше горя, чем настоящее.