ГЛАВА 17

Алекс

Утром злой и не выспавшийся я выезжаю на полчаса пораньше в надежде поймать Руслану до начала занятий. Выясняю ее расписание и занимаю выжидательную позицию возле кампуса, в котором у нее должна состояться первая лекция. Судя по любопытным взглядам студентов, часто останавливающимся на мне, я выгляжу не лучшим образом. И бессонная нервная ночь сказалась на моей мятой физиономии. Я поглядываю на циферблат на запястье, пристально вглядываясь в лица прибывающей молодежи. Русланы среди них не наблюдается. За пять минут до начала лекции мне удается перехватить ее подругу, которая, увидев меня, заметно напрягается и, опустив голову вниз, явно собирается прошмыгнуть незамеченной.

- Кейт, кажется? - спрашиваю я, обращаясь к девушке, когда между нами остается пара ступенек. Она останавливается и с наигранным, как мне кажется, недоумением смотрит на меня.

- Да. Доброе утро, мистер Джордан, - вежливо произносит Кейт.

- Не подскажешь, где я могу найти мисс Мейсон?

- Руслану? - ее глаза округляются, и я начинаю подозревать, что Лана утаила от подруги наш роман. Или сказала, но не все.

- Да, вы правильно поняли, - сухо киваю я. - У меня есть вопросы по ее проекту.

- Но я не знаю, где Руслана. Последние недели она живет дома у отца. Мы видимся с ней только на занятиях.

- Может, у тебя есть ее телефон?

- Телефон? - удивление на лице Кейт становится еще более откровенным. - Да, конечно, - роется в сумке и достает свой мобильник. Она начинает диктовать мне цифры, которые я и так знаю. Только телефон с этой сим-картой лежит у меня в кармане.

- Спасибо, - мрачно отвечаю я. - Значит, сегодня вы ее не видели?

- Нет, - отрицательно качает головой Кейт. - Мне что-то передать, если она появится?

- Да, пусть или позвонит мне, или зайдет в мой кабинет, - небрежно произношу я.

- А она знает ваш номер? - пискнула Кейт.

- До свидания. Спасибо за помощь, - холодно прощаюсь я и, развернувшись, торопливо спускаюсь по ступеням, стискивая руки в кулаки в карманах строгого пиджака.

Не знаю, каким чудом мне удается принять экзамен и прочитать пару лекций, ни разу не сорваться, не нахамить и не выставить никого из аудитории.

Время тянется мучительно медленно, и из головы не выходит тревога за Лану. Выяснить самостоятельно, что на нее накатило, почему она ушла, оставив ключи, компьютер, телефон и другие подарки и все мои футболки вряд ли получится. И сколько бы я не ломал голову и не строил предположения, кроме нее на мои вопросы никто ответить не сможет. Но вместо того, чтобы сесть, спокойно поговорить и все выяснить Лана предпочла бегство.

Максимализм. Бунтарство. Принципиальность. Это так свойственно ее возрасту, а меня приводит в бешенство. Хотя бы одно долбанное sтs вроде: «Ты мудак, Джордан. Я тебе ненавижу, не ищи меня. Пошел на хрен.» Но нет. Она решила заставить меня помучиться, и ей это удалось. Маленькая стерва.

До конца занятий Руслана так и не появляется в университете, что наводит на мысль не о наивной глупой выходке, а о серьезной обиде. Какими бы ни были причины исчезновения Русланы, они, по всей видимости, достаточно веские, раз она прогуляла занятия.

Итак, что мы имеем?

Телефон у меня, другого номера я не знаю, в общежитии ее нет, домашний адрес неизвестен. А если бы и был известен, то явиться к ее отцу было бы верхом дебилизма. Я бы его отлично понял, спусти он меня с лестницы и вызови полицию. Я бы так и поступил на его месте. Еще бы и морду набил.

Засада.

Непонятно на что надеясь, после работы я несусь на бешеной скорости к «Магаполису», поднимаюсь в квартиру, но, разумеется, никого там не нахожу. Консьерж ее не видел, ключи у меня. И я снова на исходной позиции.

Черт. Черт. Черт.

Взгляд падает на ноутбук, за которым она работала, и меня осеняет шальная мысль, заставившая мое сердце биться быстрее. Сажусь на диван и открываю крышку портативного компьютера немного подрагивающими от напряжения пальцами. Мне нужны ее главы. Жизненно-необходимы. Однако найти файл быстро не получается. Видимо, и его она удалила тоже. Сумасшедшая. Причем тут роман? Конечно, выход есть и из самой вроде бы безвыходной ситуации. Проверяю корзину, но и там пусто. Остается только интернет-диск, и, о чудо, файл находится. Мысленно обещаю себе, что прочитаю только последние абзацы, и если не найду там никакой подсказки, то сразу же закрою. Я знаю, что мы договаривались не поглядывать в главы друг друга, пока не допишем полностью, но сейчас экстренный случай. Я просто хочу убедиться, что с ней все в порядке. Листаю документ до самого конца и читаю последнюю главу.

Черт, протираю ладонями лицо, чувствуя себя последним кретином.

Я не сдержу слово. Не смогу.

Как мазохист, я читаю еще одну главу и еще. Листаю выше.

Идиот.

О чем я думал?

Я же знал, конечно знал, что ситуация давно вышла за рамки интрижки или случайного легкомысленного романа. Наверное, я даже предчувствовал, что прочитаю в ее главах именно то, что она написала, и отдельные строки, словно ножам высекаются на моем сердце и слишком поздно проснувшейся совести.

«Я растворилась в нем, как во сне. Осознанном сне, где все происходящее кажется волшебным и реальным одновременно, но в то же время хрупким и зыбким. Во сне, где ты все время боишься проснуться, потерять, отпустить…

Я восхищалась им.

Хотела до дрожи.

И каждый раз влюблялась…

В его образ мышления, в его мимику, жесты, взгляды и даже в то, как он хмурится. Особенно, когда сосредоточенно пишет или за что-нибудь меня отчитывает.

Я влюблялась в редкие ямочки на его щеках, в его нежность и грубость…абсолютно во все, что стало частью моей жизни.

Я нуждаюсь в своем мужчине здесь и сейчас, и ничто в мире не способно изменить это. Только его настоящее предательство…но ведь он никогда не предаст, правда? Я тоже в это верю. Всем сердцем.

Черт, как я могла сомневаться в его чувствах? Ревновать? Когда он берет меня так, словно я единственная женщина в мире, которая для него существует.

Он мне нужен. Так нужен, словно он часть меня.

Как мы позволили так далеко зайти нашей игре?

И неужели он не любит меня? Нет? Я не верю…вы бы видели его лицо. Он меня убивает.

Сегодня мы не ляжем спать обиженными. Кто-то скажет, что наши перемирия заключаются лишь благодаря сексу, но это не так.

Все дело в нежности и в том, как мы смотрим друг на друга в моменты, когда наши тела уже не испытывают потребности в безумном соитии. И это молчание между нами - оно не пустое, а невероятное. Необъятное. Глубокое. Я так чувствую, хотя он бы сказал, что я просто романтичная дура…

Алекс прав. Мой дом рядом с ним.»

Резкий рингтон заставляет меня подпрыгнуть от неожиданности, возвращая в реальность. Подняв голову, я протягиваю руку за телефоном, уже точно зная по знакомой мелодии, чей голос сейчас услышу.

- Джордан, ты дома? - игнорируя банальную вежливость, спрашивает Стейси.

- Да, - хрипло отвечаю я, потирая уставшие глаза и быстро исправляюсь. - Стоп. Я в «Мегаполисе».

- Я и так поняла. Тебя теперь оттуда не вытащишь. Малышка твоя с тобой?

- Нет, - мрачно отвечаю я. Воспоминание о «моей малышке» отдается резким уколом в сердце.

- Жаль. Она мне тоже нужна. Ну. Ладно. Я уже поднимаюсь.

- А если бы я был в другом месте? - уточняю с раздражением.

- Я бы дождалась в фойе, тут отличные диваны и вполне симпатичный консьерж, - легкомысленно щебечет Стейси.

- Ладно. Жду, - кротко отвечаю я, отключая вызов, и закрываю файл и следом ноутбук.

Оглядываю гостиную на наличие беспорядка, но устраивать его было некому. Осколки убрал еще вчера. Всю ночь не вставал из-за стола. Ничего не ел. Три кофе с утра в столовой университета. И кажется, даже днем пропустил обед. Хотя какая к черту еда, думать о ней даже не могу. Все мои мысли заняты одной единственной черноглазой проблемой.

- Господи. Похож на приведение. Ты спишь вообще? - как ураган, ворвавшись в квартиру, заявляет Стейси, критично разглядывая меня. - Она тебя не кормит? Ты похудел. Или причина в активном образе жизни? Чрезмерно активном для твоего возраста, - ухмыляется Стейси. Я бесстрастно жду, когда она перестанет нести чушь и перейдет к делу. Жестом указываю ей на кресло.

- Говори, что за срочность, - отстраненным тоном интересуюсь я. Пусть выложит все, что там у нее накопилось и сваливает. Мне слишком о многом нужно подумать. Я не в состоянии сейчас вести игривые разговоры, устраивать дискуссии и тем более спорить.

- Боги, какие мы серьезные, - хихикнув, Стейси бросает на диван свое пальто, как всегда забывая, что в коридоре есть шкаф для верхней одежды.

- Слушаю тебя очень внимательно, Стейс, - настойчиво произношу я, давая явно понять, что к дружеской болтовне я не расположен.

- Ладно, вижу, ты не в духе. Перехожу к делу, - плюхнувшись в кресло, Риз закидывает ногу на ногу. Сапоги она тоже снять не удосужилась. Как обычно. Почему я не удивлен?

- Итак, у меня для тебя сразу несколько новостей, - произносит она, складывая ладони на колене. - Начну, пожалуй, с твоей просьбы. Я показала рукопись твоей студентки нескольким издателям с пометкой «вне очереди». Ты знаешь, как я бываю настойчива. Так вот, должна тебя огорчить. Отказ.

- Аргументация? - холодно интересуюсь я.

- Ну, первая и самая важная - отсутствие имени. Вроде бы неплохо, как они сказали, но в приоритете издательство рукописей известных авторов. Ты же понимаешь, что это бизнес. После выхода вашего совместного романа, возможно, решение изменится чудесным образом, и она сразу станет нарасхват, но пока - отказ. Хотя мое мнение я тебе сказала. Девочка толковая, грамотная, с амбициями. Я побывала на ее страничке, где она публикует роман. И меня не пугают дизлайки, это даже хорошо, когда такая бурная реакция, пусть и негативная. Среднестатистический читатель, натыкаясь на фигню, просто пройдет мимо, закрыв книгу, но здесь приводят подробные аргументы, цитаты, спорят и ругаются даже между собой, кстати. Люди дочитали до конца, а это высокий показатель для новичка. Автор умеет удержать внимание, а каким образом она это делает - уже детали. История задевает за живое, иначе не бесились бы. В общем, неважно. Факт свершился. Пока твоей малышке не светит мгновенная мировая слава. Но это вопрос времени, терпения и упорства. Ну, кому я говорю. Ты сам все знаешь, - Стейси деловито улыбается. - Ты выглядишь таким голодным, что мне становится не по себе. Может, приготовить тебе ужин?

- Нет. Я сам. Не утруждайся, - резко отвечаю я, категорично качая головой. - Что еще?

- Возможно, ты будешь недоволен, но я немного своевольничала, - осторожно начинает Стейси, не забывая очаровательно улыбаться с целью усыпить мою бдительность. Не помню, чтобы ей когда-либо это удавалось.

- В каком смысле? - уточняю я.

- Я каждый день почти звоню тебе и тороплю с решением по сериалу по мотивам «Lаst Viсtiт». Стив Клейтон дергает меня, я дергаю тебя. А с телеканалом Shоwtiте не шутят и такими предложениями не раскидываются.

- Ближе к делу.

- Я взяла на себя смелость показать Стиву роман твой студентки.

- ЕЕ зовут Руслана, - ледяным тоном напоминаю я.

- Хорошо. Я показала Стивену роман твоей Русланы, он проконсультировался со сценаристами и… - Риз улыбается еще шире. - Можешь меня убивать, но они готовы его взять в разработку.

- Что? Подожди… - растерянно говорю, переварить то, что сказала Риз.

- Я понимаю, что не должна была делать этого, не спросив у тебя…

- У меня? - с раздражением восклицаю я. - В первую очередь ты должна была спросить у Русланы разрешение.

- Так, милый, - вытягивая руку, Риз жестом призывает меня к молчанию. - Ты сам меня попросил показать рукопись издателям. Или мне приснилось? Да, я не спросила. Ни тебя, ни ее. Ты можешь воспринимать это как предательство, но я на самом деле ни на что не рассчитывала. Стив меня торопил, а я решила подсунуть ему рукопись, чтобы потянуть время. Кто мог подумать, что все так получится? Окончательное решение не принято. Я твой агент и для меня в приоритете твои интересы. Поэтому я здесь, а не пью кофе с твоей подружкой, прости, Русланой за твоей спиной, обсуждая детали и свой гонорар.

- Что ты хочешь, чтобы я сказал сейчас? - ледяным тоном интересуюсь я.

- Ты хочешь, чтобы сериал снимали по «Lаst Viсtiт»? Готов передать им права и вносить коррективы в сюжет? Или сам будешь контролировать процесс, что потребует времени? Много времени. Ты, по сути, будешь постоянно задействован на протяжении всех съемок. А сколько там будет сезонов, одному Богу известно, - Риз делает паузу и бросает на меня серьезный сосредоточенный взгляд, явно собираясь сказать нечто важное. - Или ты отказываешься, и я приступаю к переговорам с Русланой. Для нее это огромный шанс. Сам понимаешь.

Я молчу какое-то время, анализируя услышанное. Я не чувствую злости на Стейси, ревности или раздражения, что она, по сути, поступила вразрез с моими интересами. Напротив, на меня накатывает волна облегчения. Я помню, каких нервов мне стоил запуск провального сериала несколько лет назад. Не то, чтобы я желаю подобного головняка Руслане. Вовсе нет. Уверен, что для нее этот опыт будет интересен. Она с энтузиазмом возьмется за дело. И доведет до конца, до ошеломительного успеха. У нее для этого есть все инструменты. Молодость. Амбициозность. Ум и обаяние, упрямство и главное - целеустремленность. А еще она просто кладезь талантов. Я уже молчу о неуемной энергии и других особенных качествах Русланы.

- Я отказываюсь. Начинай переговоры с Ланой, - решительно произношу я.

- Ты серьезно? - кажется, Стейси выглядит потрясенной и в тоже время заинтригованной. - Ты понимаешь, от чего оказываешься?

- Мне дороже здоровый сон, Стейс. Лана справится. У нее куда больше энергии, сил и свежих идей.

- Впервые вижу идиота, ты уж прости, который готов отказаться от работы с Shоwtiте. Я уже молчу о финансовых выгодах, - Стейси изумленно изучает меня с головы до ног. - Ты совершенно чокнутый, Джордан. Знаешь об этом?

- Ты говоришь мне это с завидной регулярностью, - устало ухмыляюсь я. - Решение принято.

- Тогда я начинаю переговоры с Русланой?

- Попробуй ее сначала найти, - мрачно произношу я, откидываясь на спинку дивана и устало прикрывая глаза.

Все дело в нежности и в том, как мы смотрим друг на друга в моменты, когда наши тела уже не испытывают потребности в безумном соитии. И это молчание между нами - оно не пустое, а невероятное. Необъятное. Глубокое. Я так чувствую, хотя он бы сказал, что я просто романтичная дура…

Алекс прав. Мой дом рядом с ним.»

Черт, ничего не могу поделать, слова, написанные Ланой, снова и снова прокручиваются в голове, задевая за живое. Мне нужно понять, что произошло, что заставило девушку, влюбленную в меня без памяти, сбежать, не сказав ни слова. И где мне ее искать теперь.

- Она тебя кинула? - удивленно спросила Стейси. - Какая умница. Но не волнуйся, я быстро вычислю твою беглянку по своим каналам. Вот значит, в чем причина твоего ужасного состояния? Ты случаем не влюбился, Джордан?

- Что за ерунда, Стейс, - хмуро отзываюсь я. Слова вылетают, и мне сразу становится чертовски стыдно. Я веду себя…. Как мудак. Словно мне шестнадцать, а не тридцать шесть.

… неужели он не любит меня? Нет? Я не верю…вы бы видели его лицо. Он меня убивает.

Повернув голову, открываю глаза, встречая испытывающий взгляд своего агента. Она приподнимает брови, уверенно улыбаясь.

- Черт побери. Именно это ты и сделал. Даже не знаю, порадоваться за тебя или посочувствовать. Совсем крыша поехала?

- Угомонись, - резко отвечаю я. - Ты как всегда сочиняешь на пустом месте.

- Нет, сочинитель у нас ты, я же доверяю тому, что вижу собственными глазами. Что там с вашим романом?

- Завтра начну соединять главы. К концу недели получишь полный файл, - глухим голосом отзываюсь я, предчувствуя, как не просто придется в ближайшие дни.

- Успеешь? - с подозрением взглянув на мое отрешенное лицо, спрашивает Стейси.

- Постараюсь, - киваю я. - Еще кое-что. Я собираюсь уволиться из Колумбии.

- Что? - потрясенно спрашивает Риз. - Ты сегодня решил меня до инфаркта довести? Ты знаешь, чего мне стоило собрать рекомендательные письма от самых влиятельных издателей, чтобы тебя вообще на порог Колумбийского университета пустили?

- Я два года отработал, хочу напомнить. И это была самая нудная и неинтересная работа в моей жизни.

- Охереть, ты такой благодарный, Джордан, - возмущенно качает головой Стейси. - И меня не покидает ощущение, что твое решение связано с интрижкой со студенткой. Я все-таки права, и ты влип по самые уши. Знаешь, я имела совсем другое, когда советовала тебе завести роман и встряхнуться. В данный момент ты собираешься сломать жизнь и себе, и ей.

- Ломать нечего. Анна со мной разводится. Из университета я ухожу…

- Боже, мне тебя пожалеть? Оставь эту участь наивной дурочке. О ней ты, похоже, совершенно не подумал. И я искренне ей желаю включить мозг, раз ты на это не способен, и не возвращаться к тебе ни под каким предлогом.

- А ты добрая, Стейс.

- Зато ты мудак, - грубо бросает мне агент и резко встает на ноги. Поднимает пальто с дивана, не сводя с меня осуждающего взгляда. - Я жду рукопись к концу недели. Можешь дальше сидеть тут и утопать в жалости к себе любимому. А мне пора.

- Знаешь, я давно заметил, Стейс, что ты путаешь доброту с воспитанностью. То, что родители вложили в меня уважительное отношение к женщине, вовсе не значит, что я могу бесконечно терпеть твое хамское поведение. Ты все время забываешь, кто на кого работает, и пытаешься мне указывать, не давать советы, а именно тыкать носом, словно имеешь на это какое-то право. Я скажу один раз, и мы, надеюсь, больше не будем возвращаться к этой теме. Еще раз, Стейси, ты позволишь себе подобный тон, и я поставлю точку в нашем сотрудничестве, не смотря на все, что ты сделала для меня, несмотря на мою бесконечную благодарность и искреннюю симпатию. К сожалению, бесконечным терпением я не обладаю. И когда оно достигнет нулевой отметки - это и будет точка невозврата. Никакие старые бонусы и подвиги, былые заслуги и прочее не изменят моего решения. Я не угрожаю. Я знакомлю тебя еще с одной чертой моего характера. В моей жизни мало людей, с которыми я расстался без возможности помилования, но они есть. Я не хочу, чтобы ты оказалась в этом списке. Потому что искренне ценю тебя. Надеюсь, что мы поняли друг друга. Я не задерживаю тебя больше. Если узнаешь что-то о Руслане, дай мне знать.

Закончив свою длинную речь, я сдержанно улыбаюсь, пытаясь не реагировать на отвисшую челюсть Стейси и нескрываемое изумление в ее глазах. Она явно ошарашена моими словами, но, видимо, их смысл все-таки частично отложился в ее сознании, потому как спорить и возражать она не стала и, напряженно попрощавшись, покинула мою квартиру.

Облегченно вздохнув, я отправился на кухню, чтобы приготовить себе ужин. И попытаться съесть его. Иногда, когда усталость достигает критической отметки, чувство голода и другие естественные потребности притупляются, организм впадает в состояние стресса и подавленности, требуя сна и отдыха, и в то же время переутомляемость не позволяет так быстро переключиться на расслабленный режим. Несмотря на отвратительное ощущение разбитости, я испытываю внутренне удовлетворение от того, что сообщила Риз о предложении Стива с канала Shоwtiте взять роман Русланы в основу сериала. У нее хватит терпения довести проект до конца. И это тот старт, о котором мечтают миллионы талантливых людей. Я счастлив хоть как-то быть причастен к ее успеху.

Может быть, мои слова, который я сказал ей во время нашей первой встречи в кафе, окажутся пророческими:

- Начинающая писательница Лана Мейсон. Дашь автограф, когда прославишься?

И я искренне надеюсь, что в автографе она мне не откажет. Но сначала необходимо понять, что произошло, и почему Лана ушла от меня, оборвав все связи и контакты. Мне необходимо поговорить с ней и выяснить причину до того, как я окончательно свихнусь.

На ужин я поджарил себе яичницу с беконом, на большее не хватило фантазии и желания. Сварил кофе и попытался съесть то, что приготовил сам. Но еда казалось безвкусной, пресной, несъедобной. Я бесконечное количество раз заглядывал на страничку Русланы в социальных сетях в надежде, что она появится. Пусть даже проигнорирует десятки сообщений, что я ей отправил. Но, по крайней мере, я буду знать, что она в порядке, жива и здорова.

Не справившись и с половиной «изысканного» блюда, я забираю с собой кружку с кофе и направляюсь в гостиную. Мне осталось до окончания романа пара глав и эпилог. Если выдержу до утра, то закончу. А завтра можно приступить к редактированию.

Где-то около полуночи я отвлекаюсь, чувствуя резь в глазах. Выхожу на кухню, чтобы покурить у открытого окна. Я не позволял себе такого, когда Лана была здесь. Еще со времен, когда я жил с Аней и детьми, привычка не курить в доме и не отравлять общую атмосферу табачными дымом отложилась в моем подсознании, и, если возникало непреодолимое желание побаловаться сигаретой, я выходил на балкон или во двор.

Выпуская струйку дыма и чувствуя на лице отрезвляющее дыхание холодного ветерка с примесью смога с магистралей внизу, я пробегаю взглядом по нарядным окнам соседних высоток. Гирлянды, огоньки, украшения и рождественские елки почти в каждом. Я опускаю взгляд на телефон, с которым не расстаюсь в ожидании звонка. Снова просматриваю профиль Русланы и на несколько секунд «залипаю». Она была в сети пять минут назад и даже выложила фотографию в свой инстаграм под хэштегом #отдыхаюсподругами_#hаvеfuп #сhill. Я думаю, этим все сказано. Но я, как конченный мазохист, подробно изучаю фотографию с вечеринки. Выражение лица Русланы сложно назвать грустным или подавленным. Она жизнерадостно улыбается, выглядит просто потрясающе. Не знаю, что на ней за платье, но я бы точно ее в таком не отпустил на девичник, да и не девичник это вовсе, потому как на заднем фоне болтается пара парней. Они явно все из одной компании. Но я не чувствую ревности или злости. Мои эмоции куда сильнее. Чувство вины сразу отодвигается на второй план, и мне до ломоты в костяшках пальцев хочется взять ее за шкирку как котенка и, впечатав в стену, заставить объясниться, а потом, когда все недоразумения будут улажены, задрать это чертово платье до талии и отыметь так, чтобы несколько дней ходить не могла, не то чтобы бегать.

Пристально всматриваясь в фотографию, я неожиданно понимаю, что знаю это место. Мне хватает пары минут, чтобы сорваться и поехать в заведение, откуда Лана выкладывает в инстаграм свои счастливые фото. Уверен, делает она это намеренно, чтобы позлить меня. Но для того, чтобы не добиться обратного результата, она должна была сначала пояснить суть своих претензий и не вести себя, как маленькая капризная идиотка.

Однако меня снова постигает неудача, и, прибыв на место, я узнаю, что бар закрылся сорок минут назад.

Нехватка сна и нервное напряжение не позволяют мне вернуться домой, продолжить работу над «Скандальным Новогодним Романом», я валюсь с ног от усталости. И едва успев положить голову на подушку, мгновенно вырубаюсь.

«Я растворилась в нем, как во сне. Осознанном сне, где все происходящее кажется волшебным и реальным одновременно, но в то же время хрупким и зыбким. Во сне, где ты все время боишься проснуться, потерять, отпустить…

Так не отпускай, мать твою. Не убегай, как обиженный ребенок.

Черт бы тебя побрал, Руслана Мейсон. Черт бы побрал нас обоих….

Лана

Если бы не поддержка Кейт, я бы сошла с ума. Нет, не так, я бы свихнулась, умерла, слетела с катушек. Не знаю, что она подумала обо мне, когда я упала в ее объятия поздним вечером, сбежав из квартиры… со своими вещами. Я несколько часов прорыдала у нее на руках, не сказав ни слова. Я просто не смогла. Да Кейт и не спрашивала. Я слишком напугала ее своей истерикой. Не помню, как я уснула и спала ли вообще.

На следующий день я не пошла на занятия. Не нашла в себе ни моральных, ни физических сил. Я просто лежала и смотрела в потолок, пока не вернулась Кейт. Она так странно посмотрела на меня, словно все поняла, включая причину моих слез.

- Так, ныть будешь как-нибудь потом, - заявила Кейт. - А сегодня мы немного повеселимся. Я одену на тебя самое сексуальное платье, которое только есть в моем арсенале, позову Стивена и парочку его друзей, и мы отметим сдачу твоего экзамена в клубе. Идет? Ну что, гениально я придумала?

Да уж, гениальнее некуда, Кейт. Но в глубине души я безумно благодарна ей за искренность, за неравнодушие и за то, что пытается зарядить меня позитивом и утешить, хоть и толком ничего не знает о нашей с Джорданом истории. Подруга не раз расставалась с парнями, и как истинный знаток любовных дел читает все по глазам. И именно поэтому я позволяю «знатоку» втянуть меня в вечернюю авантюру и делаю все именно так, как она сказала: сексуальное платье, спортивные (но по-прежнему глупые) мальчики с чувством юмора и о…да. Море текилы, после которой я обычно ничего не помню. Знаю, что этим не вылечить разбитое сердце. Но мне просто необходимо запустить стадию самоуничтожения, чтобы избавить себя от еще одной порции боли…это опасно, вредно, но также действенно, как антибиотик, имеющий массу побочных эффектов, при его употреблении.

Но, возможно, уничтожать уже нечего. Я не знаю, почувствую ли я себя когда-нибудь такой живой, какой была еще в выходные, снова.

Однако идея с вечеринкой оказывается провальной. Я совсем не в том настроении, чтобы притворяться, что мне весело и интересно в компании лучшей подруги, ее парня и его лучшего друга, который весь вечер упорно добивался моего внимания. Честное слово, я очень старалась, сделала над собой усилие и даже пару раз изобразила жизнерадостную улыбку, позируя Кейт, снимающей меня на мой же старенький телефон, после чего она без моего спроса выложила фото в сеть. Я смогла выдержать этот маскарад только ради Кейт, которая искренне старалась помочь мне, но все мои мысли были далеко…

***

Кажется, после бурной вчерашней вечеринки я встаю гораздо позже, чем планировала и с тяжелой головой. Пропустить занятия еще и сегодня очень заманчиво, но это не выход. Совсем нет.

Я быстро привожу себя в порядок, лихорадочно бегаю по комнате в поисках своих вещей, которые я разбросала куда попало, когда приехала сюда в понедельник вечером. Кто-то настойчиво мне названивает, но я сбрасываю звонок, даже не глядя на экран телефона. Мой новый номер кроме Кейт, отца и брата никто не знает. Я купила сим карту в тот день, когда ушла от… Даже мысленно не хочу произносить его имя.

Упорно игнорирую звонок, занимаясь своими делами. Однако нервы не выдерживают, и я отвечаю на вызов.

- Да, - раздраженно бросаю я, потирая веки.

- Здравствуй, Руслана. Это Стейси Риз. Думаю, мы заочно знакомы. Я литературный агент Алексея Князева и…

- Что вам нужно? - непроизвольно вырывается у меня. Черт, это так грубо. Но я не хочу слышать сейчас это чертово имя. Можно это как-то устроить?

- Эй, полегче на поворотах, малышка. Я тебе не просто так звоню. А с предложением. Деловым предложением, от которого ты вряд ли сможешь отказаться.

- Не томите. Говорите, - безразлично произношу я, понимая, что это наверное какая-то выходка Алекса. Зачем его агенту звонить мне?

- Естественно по наводке Алекса я не так давно прочитала твой роман «Его тень». Первую часть, ту, что уже две недели бьет рекорды по просмотрам и рвет рейтинг на том сайте, где ты его размещаешь. Как литературный агент, я часто исследую рынок и ищу новые таланты.

- Послушайте, если Алекс попросил вас…помочь мне или что-то вроде того, то…простите, не нужно. Не нужно…я не хочу так. Я прекрасно знаю, что моя работа бездарна, и я бы не хотела слышать от вас слова утешения и аргументы, что это не так, - сажусь на постели, сама не понимая, почему так дрожит губа, когда я разговариваю со Стейси.

- Ну, ты даешь. Совсем загналась, такая молодая же. Бездарность? Я не привыкла расхваливать. Говорю по существу. Работа достойная, а главное цепляющая. Есть куча нюансов, над которыми предстоит поработать…

- Предстоит поработать? - а может, я сама буду решать, как мне писать МОЙ роман?

- Да. Если ты, конечно, примешь мое предложение. В общем, я увидела в твоем романе перспективу, и канал Shоwtiте как раз нуждается в подобном творении. Психологический триллер, эротика, напряжение в каждой серии…это порвет все рейтинги, милая, - тараторит Стейс, пока я не понимаю, что происходит. Серии?

- Какие серии? - хрипло задаю вопрос я, прижимая телефон к уху.

- Ах, да. Я показала твой роман Стивену Клейтону, режиссеру. Он тоже увидел перспективу. Он хочет снять пилотную серию уже через два месяца. А это значит, что, если ты согласна, то уже должна приступить к работе над сценарием сериала по мотивом твоей книги. Вот наше предложение, - когда Стейси произносит все это, я просто теряю дар речи. Замираю…вне времени и пространства. В голове ни единой мысли. Полнейший шок, и полное невосприятие реальности.

- Боже… это шутка? - выпаливаю я, положив руку на сердце, вновь ощущая, как оно бьется с дикими перебоями.

- Какие шутки, Лана. И кстати, я все понимаю, такое не обсуждают по телефону. Я сейчас на встречу опаздываю, поэтому предлагаю встретиться в самые ближайшие дни и обсудить все детали. Заодно ты подумаешь и бла, бла, бла, или что ты там хотела ответить? Так, мне пора бежать. Адрес и место встречи скину смской. И запомни детка: второго шанса - не будет, - и после этой быстрой тирады я слышу короткие телефонные гудки и постоянно щиплю себя за запястье и предплечье, стараясь проснуться.

Это не может быть правдой. Сериал? Что? По моей книге? С Богом забытого сайта, где еще тысячи таких, как я?

Нет. Не может быть такого. Не верю, что Джордан к этому непричастен. Не сомневаюсь, что, если приду в кафе на место встречи, вместо Стейси и ее предложения меня будет ждать Алекс.

Умывание холодной водой не помогает мне отойти от шока, и все мои мысли крутятся вокруг до около этого нереального предложения. С ума сойти. Канал Shоwtiте и я…Господи, это настолько крутая, нереальная возможность заявить о себе всему миру! Доказать папе, что я чего-то стою. Что я все это время шла к своей мечте, пока он не поддерживал меня и уверял в том, что я «занимаюсь дурью»…

***

Итак, я снова в стенах Колумбии… Не могу поверить, что еще в понедельник утром была абсолютно счастлива. Один гребаный день…

Даже отказ, который пришел из Йельского университета не вызвал во мне ни единой эмоции, не задел за живое. Пожалуй, я расстроилась только из-за того, что у меня не будет повода на долгое время покинуть Нью-Йорк…Также, как и новость о том, что мой перевод на факультет искусств возможен, не принесла мне должной радости. Состояние абсолютной апатии пугало, но я никак не могла выбраться из этой бесконечной, высасывающей из меня всю радость, воронки.

Одно радует, что головная боль прошла после звонка Риз. Возможно, она меня даже взбодрила своим шокирующим предложением.

Но в моральном плане лучше не стало. К тому же добавилось новых неприятностей. На меня обрушилась непонятная волна травли и неодобрительных взглядов со стороны сокурсников. Я и раньше была мишенью для самых разных грязных сплетен, но теперь я ощущаю себя так, словно у меня на лбу написано «шлюха», когда иду по коридорам Колумбии, не сосчитать, сколько парней за сегодня подходили мне со своими мерзкими, нелицеприятными и откровенными намеками. Девочки, с которыми я неплохо общалась, отворачивались от меня и уходили прочь, когда я решалась подойти к ним на перемене и поболтать, чтобы хоть как-то…отвлечь от мыслей о том, кого-нельзя-называть. Ну, вы понимаете о ком я.

К обеду я начала догадываться о том, что что-то не так. И возможно, фотография, которую видел мой отец, попала не только к нему…

- Как ты? В порядке? Лана. Лана! Ты меня слышишь? - зовет меня Кейт, хлопая в ладоши перед моими глазами, когда я снова нахожусь в столовой. Нет. Я не слышу. Я никого не хочу слышать. Я по-прежнему не существую.

Так проще. Уйти от реальности, закрыться. Так я делаю всегда, когда моя душа испытывает непереносимую боль. Закрывается от нее, пытается исцелиться, запустить процесс регенерации. Но это не дело одного дня. Чтобы оправиться от смерти мамы, мне понадобилось три года. Не полностью, конечно, но хотя бы снова…стать…живой, искренне улыбающейся и мечтающей девочкой.

Сколько нужно дней, чтобы оправиться от предательства любимого? Я не знаю. Но мне кажется, что я уже никогда не буду прежней. А еще я слышала, что чтобы забыть человека, нужно половина времени, которого я с ним провела. Бред это все. Две недели, и я забуду этого мудака? Ах, если бы…если бы.

Снова и снова отгоняю от себя образы, рисующие мне то, как Алекс обнимает свою маленькую дочку. Идеальный папочка. Он, наверное, до смерти ее любит. И сына своего. И их мать…а я - угонщица. Возможно, я почти увела его из семьи. Черт, я шлюха. Я была его шлюхой, с которой он зачем-то тратил время на написание романов, да и вообще…проводил со мной все свободное время. Ладно, не стоит опять мусолить эту тему. Сколько уже можно жалеть себя?

- Кейт. От меня воняет? - с пустым выражением лица задаю вопрос я, автоматически пережевывая безвкусную спаржу. За последние три дня я потеряла килограмма три, несмотря на то, что силком запихивала в себя еду.

- Что? Ты с чего взяла? - нахмурилась Кейт, потянувшись за своим йогуртом.

- С того, что все от меня шарахаются. Перешептываются за спиной. Хочу знать, чем заслужила такое внимание, Кейт.

- Лан. Это пройдет. Скоро все забудут об этом, и никто больше не будет так себя вести. Ну, а если хочешь знать правду, - она пожимает плечами, накрывает мою ладонь своей, по привычке взмахивая волосами. - В группе сплетниц на Фейсбуке опубликовали твою фотографию с мистером Джорданом. Эту, - она быстро показывает мне на телефоне ту самую фотку, которую видел отец. О Боже. Просто прекрасно. Докатилась. - Почему ты мне не сказала…

- О таком не рассказывают, Кейт. И не потому, что он мой преподаватель, - просто отвечаю я, глядя в одну точку. Все вновь расплывается перед глазами, и я сжимаю руку в кулак.

Хватит. Хватит жалеть себя. Он этого не заслуживает. Он заслуживает футболок, которые больше не пахнут мной. И спать на идеально ровных простынях без меня. Он не стоит ни одной потраченной на него секунды…

Не лги себе, девочка.

- Ты влюбилась? - с придыханием интересуется Кейт, расплываясь в улыбке. - Не все стали относиться к тебе иначе, Лана. Ты же знаешь, что я всегда с тобой. Чтобы ни случилось. Может, я не такая умная, поверхностная, и у нас с тобой мало общих интересов, но я всегда буду рядом. Так же как и ты была рядом, когда мне было тяжело, и я рассталась с Брэксом, - вспоминает Кейт о своем бывшем парне, и я сжимаю ее ладонь, поэтому что сейчас это единственное действие, наполненное благодарностью, на которое я способна.

Мне тяжело двигаться.

Даже дышать больно.

- Я не хочу говорить об этом, Кейт. Все, чего я хочу - это много мартини.

Я не хочу ничего помнить. Может, это поможет? Пожалуйста.

- Что ж, думаю это можно устроить.

- Со мной никто не общается, - бросаю я, подкладывая ладонь под подбородок. - Видимо считают, что высший бал я получила через постель. Думаешь, Райт вызовет меня к себе?

- Об этом мы подумаем завтра… - в глазах Кейт вспыхивают озорные огоньки, которые обычно повышают мне настроение, но сейчас и они не действуют.

- А сегодня? - умирающим голосом интересуюсь я, ловя на себе очередной пренебрежительный взгляд.

- А сегодня я предлагаю снова немного поразвлечься. Кстати, вчера твой Джордан выследил меня перед кампусом. Он ищет тебя. И очень просил, чтобы ты ему позвонила. Я не стала говорить ничего сразу, видела, что ты не готова слышать его имя. Я надеялась, что ты сама мне все расскажешь. Я понимаю тебя, милая.

Мимо нас проходит очередная компания парней, которые чуть ли не свистят, глядя на меня и плотоядной ухмыляясь. Закрывая глаза, я впиваюсь руками в свою сумку.

Как говорит мой папа: легко быть жертвой, Руслана.

И на этот раз я не буду жертвой обстоятельств, несмотря на то, что мое сердце переполнено горечью, душа болью, а с репутации мне уже не смыть грязные пятна.

На этот раз я не буду жертвой и не буду никого винить в случившемся. Даже Джордана.

Мы сами принимаем решения, сами строим свою судьбу, и нет никакой предопределенности событий. Конечно, она есть, но я могла выбрать другой путь…однако всегда выбирала плыть по течению вместо того, чтобы грести против, во всех сферах своей жизни кроме писательского дела.

Но я должна. Должна заглянуть в себя и понять одну простую истину: то, что я имею сегодня - всего лишь результат моих мыслей и поступков, и не более. Посмотреть на свою жизнь и задать вопрос: неужели это тот самый максимум, потолок? Неужели я использовала все возможности и полностью реализовала свой внутренний потенциал?

Думаю, что нет. А вы…?

Но осознание этого придет ко мне, конечно, намного позже. Намного позже, после того, как я стою в кабинете мистера Райта и едва ли не падаю в обморок от раздирающей нутро боли, когда смотрю на гребаное порно-видео со мной в главной роли, которое легким движением руки можно выложить в сеть.

Вселенная очевидно сегодня как никогда нуждается в равновесии. И вознеся меня на вершину горы новостью от Стейси, легким движением руки она решила меня сбросить на самое дно. Боже. Я даже представить себе не могла…хотя почему не могла? Я, черт возьми, сама пошла на это. Тогда в аудитории. Я сама совершила ошибку…Алекс совершил ошибку, когда в принципе решил, что может ворваться в мою жизнь, имея за плечами двоих детей, о которых не сказал мне ни слова.

Но какой смысл винить Алекса? Винить кого-то?

Нет никакого смысла.