30. Не убегай от меня больше…никогда

Я бодро вышагивала по полупустым коридорам аэропорта, репетируя речь, готовая послать к чертям нового шефа, а после развернуться, чтобы улететь домой.

У выхода прилетевших встречали люди с табличками. Логотип нашей фирмы я узнала сразу: кривой жираф с выпученными глазами. Могли бы не позориться, и просто написать «жираф».

Но мое внимание тут же привлек ярко-синий маникюр женщины, держащий этого самого жирафа.

От неожиданности я притормозила, чем создала некоторую пробку.

Да. Не этого я ожидала.

Во дура! Миллионера захотела! Работать! Ты приехала работать!

Я улыбнулась встречающей, и мы вышли.

— Как добрались? — со смешным акцентом поинтересовалась женщина, одетая в простой блеклый свитер и синие джинсы.

— Спасибо. Отлично.

Странно. Билет был в первом классе, а водитель одета так, будто поедем на маршрутке.

Она остановилась у черного тонированного Лэнд Ровера, в идеально чистом глянце которого сияли огни аэропорта и отражались фары проезжающих такси.

— Позвольте! — мощная дама откатила мой чемодан, чтобы тот не мешал открыть двери, и любезно улыбнулась, приглашая в салон.

Мне, честно, было неудобно. Ладно, если двери перед тобой открывает мужчина, но сейчас я могла бы это сделать сама.

Я вдохнула приятный запах ванили, устраиваясь на теплом кожаном сидении сзади. Женщина села за руль, и откинув локоть, развернулась ко мне. Ну точно шофер с колхоза «Северное сияние». Кепки набекрень не хватает.

— О, совсем забыла! Я — Хельга! — улыбнулась она, и продолжила с интересом рассматривать мою фигуру. Или одежду. Кто их поймет, этих европейских женщин.

— Почему мы не едем, Хельга? — как можно беспристрастнее спросила я, снимая блокировку с телефона, чтобы хоть за что-то зацепиться взглядом.

Дверь слева от меня открылась, и показалось черное мужское пальто. Сердце чуть в пятки не ушло от страха. Господи! Я в чужой стране, Хельга эта, маньячка вылитая, да еще и мужик какой-то весь в черном.

Я вжалась в сиденье, забывая дышать. Сейчас меня убьют.

Хельга, продолжая улыбаться, отвернулась к рулю, а перед моим носом возник букет из множества сиреневых тюльпанов, между которыми торчали пушистые фиолетовые шарики.

От непонимания, что происходит, я расплакалась.

— Привет! — тихий знакомый голос нарушил тишину, и букет был вложен в мои руки, открывая лицо дарителя.

— Рома?

— Я скучал.

Совершенно сбитая с толку, я только сейчас заметила, что мы уже едем в потоке машин, а из динамиков Джордж Майкл поет о том, как на прошлое Рождество он подарил свое сердце…

— Сбежать не удастся. Даже не думай об этом.

Точно он подметил. Я смотрела на дверную ручку. Но пока мысль о побеге меня не посещала.

Я была в таком шоке, что мыслей в моей голове вообще не было.

— Хочешь кофе? Вот, я не знал, какой ты захочешь.

Он достал из бумажного пакета 4 больших кружки, на которых маркером были написаны названия на финском.

— С ванилью, с корицей…

— С ванилью, — машинально ответила я, отворачиваясь к окну.

Как? Откуда? Что делать? Мама!

— Прости, что не встретил тебя сам. Подумал, что ни к чему устраивать шоу перед толпой людей.

Я посмотрела в его глаза, которые блестели в темноте, отражая огни машин, и увидела в них стеснение, переживание, боязнь совершить ошибку. Неужели это из-за меня? Разве могу я вызвать такие чувства у мужчины?

Рома протянул мне стаканчик, и я тут же, чтобы чем-то себя занять, сделала большой глоток.

— Осторожно! Горячий! — дернулся Рома, но было уже поздно.

Мое горло нещадно запекло, глаза наполнились слезами, а Рома уже протягивал бутылку воды.

— Может в больницу? Ты в порядке? — Рома порхал надо мной, пока я жадно пила холодную воду, пытаясь унять пожар во рту, — Посмотри на меня! Лида!

Мне стало легче, и я, набравшись смелости, взглянула на его лицо.

— Лида…

— Нормально все, — я не могла выдержать этот взгляд и отвернулась, отдавая ему стакан с недопитым кофе, — как ты меня нашел? Объясни мне, что происходит?

Хотя, я уже сама начала догадываться, мне все же нужны были ответы от него.

— Хозяин «Жирафа» теперь я, смущаясь начал Рома, — я увидел твое досье и…попросил Аркадия Борисовича отправить тебя ко мне.

— Почему его?

— Потому что, ты сбежала, ничего не объяснив! Я думал, что ты не хочешь меня видеть.

— Так зачем ты заставил притащиться меня сюда?

— Потому что я хотел увидеть тебя…

— То есть, мои желания тебя не интересуют…

— Поэтому, ты можешь считать эту поездку рабочей. В том смысле, что… — Рома замялся, а затем накрыл мою ладонь своей, — если ты не захочешь быть моей гостьей, будем считать, что ты приехала на пару дней в командировку.

— А потом? — мой голос дрожал от подступающих слез.

— А потом, постараемся забыть обо всем. Если сможем.

— Я не хочу забывать, — комок в горле стал настолько огромным, что мои губы задрожали, и глаза снова намокли.

Рома притянул меня к себе, крепко обнимая, и я почувствовала на своих щеках его мягкие теплые губы.

Меня разрывало от нежности, от влюбленности, от желания взлететь и парить в небе, размахивая крыльями.

Ромины губы коснулись моих, и я поняла, насколько сильно тосковала по нему. Вот чего мне не хватало все эти дни.

Моя голова лежала на его руке, а он, нависая сверху, ласкал пальцами мою шею, зарывался в волосы и так сладко мычал, вторгаясь глубоко в мой рот. Я же молила всех ответственных за новогодние чудеса о том, чтобы это счастье длилось вечность.

— Тогда, не убегай от меня больше…никогда…