Глава 22

Штоколов не первый час лежал в свой постели, но никак не мог заснуть. Именно сейчас, когда он понял, что Лена потеряна для него раз и навсегда, стало еще больнее. Он сам отпустил ее и пожелал счастья, она больше никогда не перешагнет порог их дома, не разбудит поцелуем, не обнимет на ночь… Сейчас он отдал бы все, чтобы повернуть время вспять и не позволить себе даже измены с Элей, не говоря уже о Нике и Кристине. Когда-то Штоколов свято верил в то, что главное в его жизни — это спорт, его успехи и награды. Но сейчас он отдал бы все золото, что давалось ему адским трудом, лишь бы выкупить у небес шанс на его прощение Леной. Если раньше, расставаясь с женщиной, ему казалось, что счастье еще ждет его впереди, то сейчас он четко понимал, что оно остается в прошлом. Он понимал, что никогда ни одна женщина не сможет заменить ему Лену.

«Она же так любила меня. Так чисто, преданно и безусловно, а я так бездумно все разрушил. Я сделал ей очень больно. Может быть, даже разрушил ее мечты. А она, она так много давала мне. День за днем она делала меня самым счастливым. Господи, зачем я приперся в тот раз к Кристине?! У меня было все, а теперь лишь призрачное воспоминание о былом счастье. Это невыносимо! Я даже уснуть без нее не могу! Господи, умереть бы поскорее!» — страстно желая уснуть и не проснуться, просил Штоколов, но он даже уснуть не мог!

И так несколько дней подряд, если он и засыпал то только тогда, когда уже начинали появляться первые солнечные лучи, и то в лучшем случае на пару часов. В очередной раз не в силах заснуть Штоколов напился и отправился к Олегу.

Лена вздрогнула от шума и, подскочив на кровати, не сразу поняла, что в квартирную дверь кто-то тарабанит. Она выскочила в коридор, куда в таком же оторопевшем состоянии вышел и Олег.

— Лена, Леночка, открой, — послышался из-за двери голос Штоколова.

— Опять он! — закатила глаза Лена.

— Что тебе?! — не открывая, поинтересовался Олег, подойдя к двери.

— Позови Лену, Леночку мою позови, я хочу с ней поговорить.

— Ты бухой? — уже догадался Олег.

— Да какая разница?! Позови мне мою жену! — начал пинать ногами в дверь Штоколов.

— Она спит.

— Ладно, я поговорю, — тихо сказала Лена, подойдя к Олегу.

— Как скажешь, — кивнул ей Олег и отошел.

— Что тебе? — спросила она Штоколова все так же из-за двери.

— Леночка, любимая моя девочка, пожалуйста, открой.

— Ты же обещал, что не побеспокоишь меня, но прошла неделя, и ты уже под порогом.

— Я даже уснуть без тебя не могу, — простонал Штоколов под дверью.

— И чем мне тебе помочь?!

— Пусти, пожалуйста, пусти, я буду спать под твоей кроватью, только бы ты рядом, — умолял ее Кирилл.

— Ты ненормальный?! Не собираюсь я тебя пускать! Как я устала от тебя! Не можешь спать — не спи! — резко крикнула Лена, — Я ушла, можешь там хоть до утра сидеть, хоть сутки!

— Лена, Леночка, — скребся в двери Кирилл, но Лена уже улеглась в свою кровать и заткнула уши подушкой. От бешенства кровь кипела у нее в венах и единственное, что поняла Лена — отсюда ей пора съезжать.

Штоколов просидел под дверью около часа, но поняв, что Лена действительно ушла в свою комнату и пускать его не намерена, поднялся и вышел из парадной. Добравшись до дома, он посмотрел на свои темные окна, и так не захотелось подниматься в пустой дом. Он огляделся и заприметил бар напротив своего дома, в который не заходил ни разу.

— Здравствуйте, чего желаете? — бархатным голосом спросила девушка-бармен, глядя на него открытыми, но очень уставшими глазами, хотя эту усталость она и пыталась скрыть милой улыбкой.

Штоколов взглянул на девушку и немного о чем-то подував, расплылся в улыбке Чеширского кота.

— Я? Я очень желаю… вас, — прямо, глядя ей в глаза, ответил Кирилл.

***

— Чем занимаешься? — подойдя к Лене сзади, поинтересовался Эдик.

— Да вот, квартиры ищу, но что-то ничего приличного вообще нет, либо окраина города, либо ценник космический, либо квартира убогая. Не знаю, может быть, после Нового года выбор станет получше.

— А что у Олега тебе не нравится? — не мог не спросить Эдуард.

— У Олега нравится, но Штоколов мне там покоя не даст, — вздохнула Лена.

— Так в чем проблема, переезжай ко мне, хоть сейчас, — тут же предложил Эдуард.

— К тебе?! — округлила глаза Лена.

— А что такого? Квартира у меня не далеко, конечно, не такая шикарная, как у Штоколова или Олега, но вполне себе. Есть отдельная спальня и просторная кухня-гостиная. Ты остановишься в отдельной комнате, я устроюсь в гостиной на диване. Никаких проблем.

— Мне неудобно тебя стеснять.

— Ты вообще не стеснишь меня ни разу! — уверил ее Эдуард.

— Честно, предложение заманчивое, — улыбнулась Лена.

— В таком случае, сегодня же соберешь вещи, и я тебя заберу, договорились?

— Возможно, у тебя планы на Новый год были, а тут я…

— Вообще никаких планов не было, только если голубой огонек смотреть, — пожал плечами Эдик.

— В таком случае, я буду тебе благодарна, если ты на время пустишь меня к себе. Я готовлю не плохо, — улыбнулась Лена.

— Я тоже — засмеялся Эдик, — Значит, дежурство по кухне определим по очереди.

— Договорились, — хихикнула Лена.

***

Штоколов впервые за долгое время неплохо выспался, что даже сам не мог в это поверить.

— Ты — мое новогоднее чудо! — нежась в кровати с Кириллом, шептала ему на ухо Ольга. Та самая девушка-бармен из бара.

— Мне кажется, ты явно преувеличиваешь, — понимая, что это действительно так, отвечал Штоколов.

— На самом деле. Если кто-нибудь когда-нибудь сказал бы мне, что однажды в наш заштатный бар зайдет сам Штоколов, я бы не поверила, а уж в то, что уйдем оттуда мы вместе, тем более! Это действительно похоже на новогоднее чудо. Я — простая девушки за провинции и ты — мировая звезда фигурного катания! — просто светилась счастьем Ольга.

— Звезда, — усмехнулся Кирилл.

— А что, разве не так? Все же скажут, что мы не пара…

— Оля, я не хочу разговаривать на тему социального неравенства, пойдем лучше позавтракаем.

— Пойдем, — согласилась Ольга.

— Только прошу тебя, не яичницу и не омлет. Я вообще каши на завтрак люблю, — заметил Кирилл.

— Конечно, как скажешь. Ты пока еще поваляйся, а я все приготовлю и позову тебя, — воодушевленно пообещала Оля и вышла из спальни.

Штоколов лежал на постели и ловил себя на мысли, что ему совершенно все равно, что из себя представляет Ольга, чем интересуется, о чем мечтает, что любит и как мыслит, для него было достаточно того, что она справляется со своей ролью снотворного. Хотя не понимать, что девушка влюбляется в него, а он просто ее использует, Кирилл не мог и испытывал порой некое чувство вины, но остановиться просто не мог…

А Ольга и правда верила в новогоднее чудо и старательно делала все, чтобы оно не закончилось. И новый год они отмечали вдвоем, и ей верилось, что их отношения только начинаются, а Кирилл вообще не считал, что в его жизни есть какие-то отношения…

Лена быстро обустроилась в квартире Эдуарда, который в свою очередь пытался сделать все, чтобы она ощущала себя как дома. Все бытовые дела они решали вместе, от похода в магазин за продуктами, до уборки дома. Лена, пожалуй, впервые в жизни встретила мужчину, которого совершенно не обременяли домашние дела. Особенно это бросалось в глаза после пяти лет совместной жизни с Кириллом, который не считал нужным поставить после себя даже чашку в мойку, за исключением пары месяцев, что он провел в инвалидной коляске и занимался хоть какими-то домашними делами. В отношениях со Штоколовым Лена сама добровольно превратила себя в отчаянную домохозяйку, но и Штоколов не возражал против такого расклада. И пусть сейчас их отношения с Эдиком оставались так же сугубо приятельскими, Лена была более чем уверена, что и в любовных отношениях, Эдик проявлял бы себя так же.

Несколько месяцев пролетели настолько быстро, что Лена не заметила, как наступила весна. Василина — партнерша Эдуарда вернулась на лед и Лена заняла роль помощника тренера. Лена буквально фонтанировала идеями при подготовке номера, и Олег отметил, что у нее есть неплохие задатки постановщика и эта расстановка сил Олегу весьма импонировала, поскольку постоянного постановщика номеров у него не было, и сейчас он надеялся на то, что они с Леной станут неплохой командой. Лена с небывалой самоотдачей увлеклась новым этапом своей карьеры и находила в этом настоящую отдушину. Лед для нее заиграл новыми красками, и уходить из дворца не хотелось ни днем, ни ночью. Как она могла жить без этого, сейчас Лена просто не понимала. Неужели она и вправду была счастлива от того, что растворялась, принадлежала и обслуживала мужчину? А ведь была… И это сейчас пугало.

— Кирюша, тебя к телефону, — поспешила сообщить Ольга, протянув ему трубку.

— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не подходила к телефону? — недовольно поинтересовался Кирилл и выхватил трубку.

— Извини, — опустив глаза, произнесла в ответ Ольга и вышла из комнаты.

— Алло, — довольно сдержано ответил Кирилл.

— Кирилл, привет, это я — Андрей, — раздался голос брата.

— Андрюха?! Привет! Как я рад тебя слышать! — тут же заулыбался Кирилл.

— И я рад.

— Как у вас дела? Как у вас со Светой, как Катя?

— Все замечательно. Кстати, по поводу Кати. У нее же скоро день рождения…

— Да, я помню четырнадцатого апреля, — тут же отозвался Кирилл, — Только не помню сколько ей? Семнадцать?

— Нет, восемнадцать. Совершеннолетие. Честно говоря, поэтому и звоню. Она очень бы хотела, с тобой познакомиться. А то подарки она от дяди получает, а видеть живьем, ни разу не видела.

— Да, уж… и я ее не видел. И Свету я твою не знаю…

— Ну, может быть пришло время познакомиться?

— Может быть, — согласился Кирилл.

— Приедешь к нам? — прямо спросил Андрей.

— Я бы с радостью, но родители…

— Что родители? Они точно не будут против. И вообще, вам пора начинать общаться!

— Честно говоря, желанием с ними общаться не горю, но Катю очень хочу поздравить, — признался Кирилл, — Я приеду. Наверное, числа двенадцатого, — предположил Кирилл.

— Молодец. С нетерпением будем ждать тебя!

— И я буду ждать встречи.

— Ну, все, значит до встречи через две недели у нас, — подытожил Андрей.

— Ждите.

— Да, кстати, можешь приехать не один, если сочтешь нужным.

— Мне не с кем приезжать, — честно ответил Кирилл.

— Ну, трубку же взяла сначала какая-то девушка, — заметил Андрей.

— Не обращай внимания, это так, — отмахнулся Кирилл.

— Ясно. Ну, тогда будем ждать тебя одного.

— Приеду. До встречи.

— До встречи.

Ольга вышла из кухни и позвала Кирилла ужинать.

— А кто тебе звонил? — не могла не спросить она.

— А я разве должен отчитываться?

— Нет, мне просто интересно…

— Тебе вообще слишком много интересно, я смотрю.

— Кирилл, зачем ты так со мной? Я же просто люблю тебя, — протянула Ольга, глядя на Кирилла широко распахнутыми глазами.

— Любишь? За что?

— За все! Ты самый лучший! Самый красивый. Самый талантливый. Ты внимательный, ласковый, просто неземной… Тебя нельзя не любить.

— Да? — вскинул бровь Кирилл.

— Да. Я очень счастлива, и только потому, что я с тобой.

— А я тебя даже на день рождения своей племянницы с собой не собираюсь брать, — прямо выдал ей Кирилл.

— Ну, может быть я тебе еще не так близка, чтобы знакомить меня с семьей, — замялась Ольга, словно оправдывая его поведение, — Хотя мы уже больше трех месяцев вместе…

— Три месяца? Это разве срок? Я с женой пять лет жил, а они так и не познакомились?! Любишь меня? А ты хоть знаешь, почему я с тобой? Знаешь, кого я люблю? — с надменной усмешкой, спросил Кирилл.

— Ну, видимо не меня…, - растеряно пожала плечами Ольга.

— Определенно не тебя. Я жену свою люблю! Обожаю просто.

— Какую жену? Вы же давно разведены, кажется…

— Это с Кристиной я разведен, а с Леной я еще официально состою в браке. Я женат. И я люблю Лену!

— А как же так? А где она сейчас? Почему я тут живу тогда? — в конец запуталась Ольга.

— Потому что она меня не любит. Она ушла. А ты здесь, потому что я спать один не могу! Я засыпаю с тобой, а представляю ее! — самодовольно сказал Ольге Штоколов, — Что, все еще меня любишь?!

— Тебя бросила жена, и ты нашел меня, чтобы я ее заменяла? — никак не могла поверить в такой расклад Ольга, но глаза уже защипало.

— Ну, типа того. Конечно, заменить Лену невозможно, ты даже кашу ладом сварить не можешь, но я так хотя бы засыпаю.

— И я навсегда останусь лишь ее заменой?

— Нет, не всегда, потом я найду что-нибудь более близкое к оригиналу. Ты так, за неимением лучшего, — делал Ольге все больнее и больнее Кирилл.

— Я ненавижу тебя! — закачала она головой, отказываясь верить в то, что говорит Штоколов.

— Вот, наконец-то! А то люблю, люблю! Ты просто не знала, какой я! А как узнала так сразу — ненавижу! А Лена знала меня «от» и «до» и любила!

— Но все-таки ушла! — подметила Ольга, — И я ухожу.

— Не держу, — пожал плечами Кирилл.

— Я даже представить себе не могла, что ты способен на такое! Ты просто самодовольный лицемер! Так использовать людей! Наверное, смеялся над тем, как я люблю тебя у меня за спиной, да?

— Вот это нет. Не понимал, за что любишь, но не смеялся.

— Мне просто невыносимо находится с тобой рядом! Так больно мне еще не делал никто!

— Извини, но вот такой я самовлюбленный подонок, — пожал плечами Кирилл.

— Это слабо сказано! Ни о чем я еще так не жалела, как о проведенном с тобой времени!

— А я не жалею, мне было хорошо.

— С кем? Со мной или с Леной? Как ты еще имя не путал?!

— Ну, я старался себя контролировать, хотя порой для полной убедительности хотелось называть тебя Леной.

— Ты больной!

— Да, наверное, я болен Леной. Ладно, все, моя личная жизнь тебя не касается, собирай вещи и уходи.

— Считай, уже ушла, — высказала Ольга и побежала собирать вещи.

Она поспешно все сложила в сумку и спустилась вниз, в гостиную.

— И кто тебе дал право так играть чувствами людей и делать им так больно?!

— Я делаю это не специально…

— Не обманывай себя. Ты как будто мстишь всем вокруг, только я не знаю за что. Ты молодой, безумно популярный, получивший все возможные и невозможные награды, спортсмен, который должен быть благодарен судьбе за свой талант, а ты играешь в какие-то глупые и жестокие игры. Возомнил себя богом?!

— Ничего я не возомнил. И вообще я не намерен слушать от тебя нравоучения, и психоанализ мне не нужен. Собралась — иди!

Ольге еще явно что-то хотелось сказать Штоколову, но она, молча отворила дверь.

— А знаешь что, Штоколов, мне даже жаль тебя, потому что, имея все материальные блага и чемпионские титулы, ты навсегда одинок и несчастлив, — не глядя на него и стоя лицом к лестничной площадке, договорила Ольга и побежала по лестнице вниз.

— Дрянь такая, жалеть она меня еще будет! — психанул Штоколов и с оглушительной силой захлопнул за ней дверь.

Бешенству не было предела. И в первую очередь потому, что Ольга попала в точку. Сам Штоколов не раз говорил себе, что одиночество теперь его удел, но услышать это от кого-то еще?! Вот это било по самолюбию наотмашь.

Штоколов понимал, что сделал Ольге очень больно, но так же понимал, что затяни он эти отношения еще на какое-то время, ей стало бы только хуже. Он осознанно вывел ее на этот разговор и эмоции, чтобы она не просто ушла, а возненавидела, поскольку расставаться с тем, кого ненавидишь, как ему казалось, проще, чем с тем, кого продолжаешь любить. Именно с этой целью Штоколов сказал Ольге все, чтобы убить в ней к себе какую-либо симпатию раз и навсегда.