Пролог

Лес был живым. Он хлестал Селесту ветвями по лицу, цеплялся за подол разорванного платья. Ноги болели, легкие горели, но она продолжала бежать.

Она попыталась нащупать ту теплую привычную нить внутри себя, чтобы позвать на помощь хоть лису, хоть барсука — какое угодно живое, которое могло бы задержать Деймона, — но сила отзывалась глухо, едва ощутимо. После трех недель, когда Селеста каждую ночь использовала кровь для артефакта, ее дар был истощенным и казался чужим.

— Селеста! — полный отчаяния голос Деймона Крейна разнесся между деревьями. — Пожалуйста, остановись!

Она не обернулась. Еще чуть-чуть, еще немного, и где-то тут ее уже должен был ждать принц, но позади раздавался тяжелый топот — Деймон почти догнал ее.

Она снова потянулась силой туда, где должны были прятаться птицы, мелкие зверьки — хоть что-то живое. Но лес отвечал тишиной и неестественной, почти осязаемой пустотой, будто все зверье покинуло это место.

— Селеста, — снова позвал он. — Остановись, давай все обсудим. Я сделаю все что захочешь. Хочешь, буду твоим слугой? Буду спать у твоих ног. Буду выполнять каждую прихоть! Только, прошу, дай мне шанс!

Она всхлипнула, по щекам текли слезы, но остановиться она не могла.

— Слугой?! — выкрикнула она, не оборачиваясь, задыхаясь на бегу. — Ты никогда не станешь слугой, Деймон! Ты хочешь сделать меня своей вещью! Запереть в золотой клетке и называть это любовью!

Все три недели, что они были рядом, он был для нее нежным хозяином и строгим тюремщиком в одном лице.

— Не убегай! Я не могу без тебя!

Селеста споткнулась о корень и едва не упала, но все же сумела сохранить равновесие. Впереди между стволов мелькнул свет факелов. От болезненной надежды, что это принц, сердце заколотилось чаще. Из последних сил она рванулась вперед: еще несколько шагов — и она свободна. Она вылетела на небольшую поляну и врезалась прямо в чью-то грудь. Сильные руки подхватили ее.

— Принц Джаспер! — выдохнула Селеста, узнав прекрасное лицо принца, светлые волосы которого в свете факелов казались почти серебряными. — Я все сделала как вы просили! Я забрала артефакт!

Вокруг поляны из темноты бесшумно выступило около двух десятков вооруженных воинов в темно-серых плащах. Мечи их были наполовину вынуты из ножен, несколько арбалетов целились в нее.

Джаспер поднял руку, останавливая их.

— Все в порядке, — спокойно произнес он. — Не стреляйте.

Дрожащими пальцами она сунула ему в ладонь тяжелый рубин размером с голубиное яйцо. Камень пульсировал темно-алым, будто живой.

Последние три недели рубин лежал под их общей с Деймоном кроватью. Каждую ночь после того, как он, одержимый и ненасытный, наконец засыпал, Селеста осторожно высвобождалась из его рук и активировала артефакт. День за днем тот незаметно высасывал силу Темного мага, питаясь ее кровью. Именно поэтому сегодня охранные чары вокруг замка оказались ослаблены и ей удалось выскользнуть за ворота.

Джаспер сжал рубин в кулаке, в глазах вспыхнуло хищное удовлетворение.

— Теперь вы защитите меня? — спросила Селеста, все еще задыхаясь после бега. — Вы обещали…

— Селеста, — мягко сказал принц. — Ты была идеальной наживкой.

— Я выполнила все, что вы просили. Артефакт у вас. Деймон ослаблен. Я сделала свою часть — прошу, помогите мне теперь. Заберите отсюда и доставьте к отцу…

Джаспер посмотрел на нее с жалостью.

— Думаешь, что я просто отпущу тебя? Какая наивная дурочка.

У Селесты все внутри похолодело.

— Что… Что вы сказали?

Она попыталась отступить, но пальцы Джаспера крепко сжали ее плечо. Улыбка принца оставалась ласковой, но в голубых глазах больше не было ни капли тепла.

Селеста вновь попыталась призвать какого-нибудь зверя, и на этот раз магия откликнулась слабым болезненным толчком в груди, но и все. Поблизости просто никого не оказалось. Только сейчас Селеста поняла, насколько тщательно все было подготовлено.

— Ты прекрасно справилась. Задействовала артефакт, чтобы ослабить Темного, влюбила его в себя. Он больше не сможет сдерживаться…

Договорить принц не успел, из темноты леса на поляну вышел Деймон. Длинные черные волосы рассыпались по плечам после бега по лесу. Белая рубашка была разорвана, по виску стекала тонкая струйка крови. У запястий призрачно пульсировало алое свечение: там, где артефакт три недели подтачивал его изнутри, на коже проступили темно-красные трещины, будто что-то пыталось прорваться наружу.

Раньше этого не было. Селеста невольно втянула воздух сквозь зубы. Только сейчас, увидев последствия своими глазами, она в полной мере осознала, что натворила.

В этот момент Джаспер дернул ее к себе, выставив перед собой как живой щит. Кончик кинжала уперся ей в горло.

— Не двигайся, дядя, — холодно произнес принц. — Или я перережу ей глотку.

Деймон замер. Вокруг него уже клубилась густая тьма, готовая рвать и уничтожать.

— Отпусти ее, — потребовал он. — Она тут не при чем.

— Не при чем? — Джаспер рассмеялся. — Она три недели грела твою постель и каждую ночь использовала этот артефакт. Чувствуешь его эффект?

Принц продемонстрировал рубин.

— Не при чем, говоришь?

Тьма вокруг Деймона сгустилась сильнее, превратившись в живые щупальца.

— Это правда? — спросил он, посмотрев в глаза Селесте.

— Деймон, я… — начала Селеста, но замолчала.

Стыд обжигал щеки, горло сжималось так, что слова едва прорывались. Подумалось, что лучше промолчать или солгать, лишь бы не видеть, как в его глазах гаснет последняя надежда.

Джаспер резко сжал кинжал, и лезвие глубже впилось ей в кожу.

— Говори, — холодно приказал принц, наклоняясь к ее уху. — Скажи ему, или я прямо сейчас перережу тебе глотку и закончу этот спектакль.

— Да… — прошептала она дрожащим голосом. Слезы покатились по лицу. — Это правда, меня подослали к тебе и приказали соблазнить.

Она сделала короткий вдох, будто перед прыжком.

— Я хотела отказаться, уйти. Но ты… ты не отпускал меня, Деймон! Ты всегда знал, где я и что делаю. За три недели, что мы были вместе, я ни разу не вышла за ворота одна.

Она наконец подняла на него глаза, мокрые, несчастные.

— Однажды ты показал мне подвал, в котором в стены вмурованы цепи! Показал просто так, будто это обычная прогулка по замку. Ты тогда сказал: «Знаешь, каково это — быть прикованным здесь?». Я испугалась, а ты свел все к шутке… И каждую следующую ночь, когда прокалывала палец и кормила артефакт своей кровью, я думала о том, что другого выхода у меня нет, потому что иначе рано или поздно я окажусь висящей на тех цепях!

Деймон смотрел так, будто она только что вырвала ему сердце. Тьма вокруг него замерла, ее щупальца бессильно опустились. Он невесело усмехнулся:

— Сколько же всего ты сделал, чтобы избавиться от меня, дорогой племянничек. Впечатляет.

— Избавиться? Ты же мой любимый родственник. Я бы не посмел, — со смешком ответил Джаспер. Деймон промолчал, и смех Джаспера стих. — А вообще, все сделала она. Ты ведь уже понял, да? У нее особая магия. Именно благодаря ей она так быстро к тебе приблизилась. Твоя сила тянулась к ней сама. Мы просто… воспользовались этим.

Селеста почувствовала, как по спине пробегает холод. Она ничего не знала об этом. Джаспер нашел ее, когда она была в отчаянном бедственном положении, и никогда не объяснял, почему выбрал именно ее.

— Даже жаль пускать такой ценный ресурс в расход, — задумчиво добавил принц почти себе под нос. — Хотя, если подумать, может, оно и к лучшему. Она уже сделала все, что от нее требовалось.

Острое лезвие снова впилось в кожу, и Селеста вскрикнула.

— Стой, — Деймон шагнул вперед. — Не причиняй ей вреда. Слышишь меня?

Не дожидаясь ответа, он медленно опустился прямо в грязь и мокрую траву, сначала на одно колено, а затем на второе. Темный, которого боялось все королевство, стоял на коленях. Никогда раньше Селеста не видела, чтобы Деймон так унижался.

— Я сдаюсь, — глухо произнес он. — Можешь отнять мою силу, посадить в самую глубокую яму, даже убить — делай что хочешь. Только не причиняй ей вреда. Отпусти.

— Дядя, — медленно произнес Джаспер, и в голосе не было привычной насмешки. — Посмотри на себя. Ты готов унижаться перед собственным племянником ради продажной девки. Неужели ты не видишь, что она сделала с тобой? Ты — могущественный Темный, перед которым трепещет все королевство, перед которым даже король порой не решается повысить голос. А сейчас ты стоишь в грязи и просишь меня о милости, как последний нищий.

— Я действительно готов на все, если ты ее сейчас отпустишь.

Джаспер фыркнул, а затем с силой толкнул Селесту вперед.

— Ладно, держи свою игрушку.

Деймон мгновенно подскочил на ноги, подхватил ее и прижал к себе.

Селеста зажмурилась. Острое ощущение собственной вины никуда не делось, и от того, что он обнял ее, стало только невыносимее. Она предала его, а он встал на колени перед мучителем и просил за нее. Она не заслуживала этих рук.

— Хотя… — голос Джаспера прервал это хрупкое мгновение. — К чему все эти условия? Я ведь не для того здесь, чтобы торговаться с тобой, дядя. Мы заранее все решили.

Тело Деймона напряглось за долю секунды до того, как она поняла, что происходит. Он резко развернул ее себе за спину, и кинжал пробил его грудь.

— Нет! — выкрикнул Джаспер, делая шаг вперед, будто хотел остановить собственную руку, но было уже поздно. — Не сейчас, не так, артефакт еще…

Он не договорил. Кровь Деймона хлынула горячей струей, заливая платье Селесты.

Секунду он еще стоял перед ней, а потом колени подогнулись.

— Деймон… — Селеста подхватила его раньше, чем осознала это. — Нет, нет, нет…

Она опустилась вместе с ним на землю. Руки не слушались, пальцы скользили по разорванной рубашке, пытаясь зажать рану, из которой толчками вытекала жизнь. Деймон дышал с тяжелыми хрипами.

— Зачем ты… — всхлипнула она сквозь слезы. — Зачем ты это сделал?! Я же предала тебя! Я…

Кровь потекла у него изо рта, а из страшной раны начали вылетать белые светящиеся бабочки. Сначала несколько, потом десятки. Они кружили над Селестой и Деймоном, трепеща нежными крыльями, и чем слабее становилось его дыхание, тем ярче сияли они. Некоторые садились на его окровавленную кожу, словно пытаясь забрать часть боли.

Деймон слабо улыбнулся, глядя на Селесту невероятно нежно.

— Главное, — хрипло прошептал он, поднимая дрожащую руку к ее лицу, — что ты жива…

Селеста прижалась лбом к его лбу, рыдая так, что сотрясалось все тело.

— Я не хотела… Прости меня… пожалуйста, прости…

Он слабо коснулся пальцами ее щеки, оставляя кровавый след. Бабочки вспыхнули ярче, закружившись в последнем отчаянном танце. А потом рука Деймона безвольно упала.

Сердце Деймона Крейна остановилось.

Джаспер стоял неподвижно несколько долгих секунд, не сводя глаз с тела дяди. Потом резко обернулся к одному из солдат.

— Рубин, — выдохнул он. — Дайте мне рубин, быстро!

Солдат торопливо протянул камень. Джаспер упал на колени рядом с Деймоном и прижал пульсирующий артефакт к его ране.

— А что делать с ней, ваше высочество? — спросил солдат.

Принц даже не поднял взгляда от пульсирующего камня.

— Прикончить, — бросил он.

Солдаты, окружавшие поляну, подняли оружие.