Глава 27

Время зациклилось на ожидании одного единственного завра. Настя спрятала лицо у меня на груди, боясь даже посмотреть в сторону обрыва. Поток воздуха. Логард появился над краем площадки и грузно приземлился, его крылья устало поникли, из горла вырывался натужный хрип, янтарные глаза потускнели.

— Настя, — тихо позвал я.

Она шумно выдохнула, напряжённо повернулась и с тонким возгласом бросилась к Логарду. Завр аккуратно положил на каменный пол небольшой узел. Настя трясущимися руками забрала свёрток и стала проверять состояние Шинассы. Судя по её лицу, завра была жива. Я порадовался за девочек, но сердце судорожно сжалось в осознании, что означает отсутствие Эдуарда. Каким бы он ни был, смерти ему я не желал.

А ещё был Логард. Я напряжённо всматривался в завра. Он весь будто скукожился. Крылья безвольно повисли вдоль мощного тела, голова опущена, глаза закрыты, из пасти вырывалось хриплое дыхание.

Я закрыл глаза и сосредоточился: что-то происходило, Логарду было плохо.

— У него от переживаний окончательно слетел ментальный блок, — Стэнли тоже напряжённо всматривался в ящера. — Я не одобрял его установку. А уж снятие — сложное и тяжёлое испытание и делается с поддержкой стаи. Ты знаешь, такое ощущение, что кто-то специально грубо раскачивал блок, чтобы завр не смог справиться, а тут ещё потеря райдера. Нам нужно уходить — Логард может не выдержать такой ментальной нагрузки. Это опасно.

— Что с ним будет? Он сойдёт с ума?

— Будем надеяться, что всё обойдётся. Старшие помогут или нейтрализуют, если станет опасен, — уже тише добавил Стэнли.

— Мы не можем допустить этого, Стэнли! Пожалуйста, помогите, — закричал я и закашлялся поперхнувшись.

Взвихрив потоком воздуха от крыльев пыль и мелкие камушки, на площадку приземлился первый завр со своим райдером из группы, которая появилась в небе и спугнула Грецева. Помощь подоспела. Только преступники уже улетели, Эд погиб, а Логард… Что с ним будет? Неужели тоже погибнет? При этой мысли у меня в груди оборвалось что-то. Глаза, будто кипятком, наполнились злыми слезами. Я не могу бросить Логарда! Он мой друг! МОЙ ДРУГ!

Я сделал пару шагов по направлению к завру, одновременно пытаясь установить с ним ментальную связь.

— Куда ты? Не ходи! — попытался образумить меня Стэнли.

— Глеб, остановись! — крикнул Владимир, снимая шлем. — Логард сейчас опасен!

Я упрямо стиснул зубы. Никого не буду слушать! Логард и так одинок, всю жизнь его не понимали, ограничивали, будто он неполноценный. Я помню его эмоции, когда мы встретились в первый раз и я ещё не знал, что это он. Да и приходил завр ночами ко мне из-за одиночества. Наверное, никто ни разу не поинтересовался, как ему живётся с напарником? Как ему живётся с блоком? Ладно люди, но стая почему не замечала, что завру нужна поддержка?

Всё потом. Сейчас важнее помочь Логарду, показать, что он не один, что у него есть друг. Есть тот, кому он небезразличен, и кто принимает его таким, какой он есть. Это должно помочь. Должно! «Ночной завр» стал мне очень дорог. Я не могу и не хочу его потерять.

Я медленно пошёл к Логарду, больше не обращая внимания на что-то кричавших мне людей. Я полностью погрузился в себя, стараясь ментально нащупать тоненькую связывающую нас с завром нить. Ничего не получалось. Видимо, присутствующие завры тоже пытались достучаться до Логарда, чем создавали помехи для меня. Я был ещё слишком неопытен, чтобы суметь отгородиться от общего фона.

Папа всегда говорил: «Не думай, делай! В критических ситуациях иначе нельзя». Я быстро преодолел расстояние, разделяющее нас с Логардом. Завр с полуприкрытыми глазами сидел, опираясь на передние лапы. Крылья безвольно распластались по полу. Голова на длинной шее немного раскачивалась из стороны в сторону. Всё тело сотрясала мелкая дрожь. Мне стало безумно жаль Логарда, он безвинно попал в жернова обстоятельств.

Внутри поднялась огромная, сметающая всё на своём пути, волна сочувствия, тепла, симпатии, замешанных на грусти, сострадании и жалости к завру, к себе, к Эду… Я не понимал чьи это чувства: мои, Логарда или ещё чьи-то. Я просто был ими. Был противоречивым сгустком боли и принятия. Не чувствуя, как по щекам катятся слёзы, я сделал то единственное, что мог: ухватился за островок надёжности в этом мире. Обнял завра, уткнулся в шерсть, пахнущую зверем и небом. Я нащупал спасительную нить. Не знаю сколько мы так простояли. Очнулся, когда меня тронули за плечо:

— Ты должен полететь с ним. Это закрепит эмоциональную связь. Она станет якорем и удержит сознание Логарда, — Владимир ободряюще подтолкнул меня к крылу завра.

Райдеры уже закрепили чьё-то седло на спине у завра. Мы с Логардом даже не заметили этого, полностью погрузившись в совместные переживания. Остальные ящеры окружили нашу пару и ментально поддерживали.

— Постарайся максимально слиться с ним. Закрой глаза и почувствуй его. Покажи, что доверяешь, — говорил Владимир, быстро закрепляя на мне обвязку.

— Я понимаю. Но что если я не справлюсь?

— Всё зависит от тебя. Хочешь, чтобы Логард выжил? Действуй. Вперёд!

Логард, встрепенулся, почувствовав на себе седока, вытянул шею и нервно зашипел. На рядом стоящих райдеров клацнул зубами. Находящиеся на площадке завры расступились, они расположились полукругом сзади Логарда, предупреждающе шипели и теснили нас к краю площадки. Логард нехотя, опираясь на четыре конечности, приподняв кончики крыльев, медленно шёл. Зажмурив от ужаса глаза, я сосредоточился на ментальной связи с завром. Я чувствовал, что она есть, но добиться от Логарда отклика не удавалось.

Приоткрыв глаза, увидел, что завр на несколько секунд застыл на краю площадки, а потом упал вниз. Я вцепился в седло, внутри всё перевернулось, шею заломило. Ощущения были сродни тем, которые испытываешь на американских горках. Хорошо, что мне успели дать шлем с очками, и от встречного потока воздуха хотя бы глаза не слезились. Но, увидев внизу распростертое тело Эдуарда, я пожалел, что не спрятался за пелену слёз.

Горечь, потеря, вина — безжалостной волной накрыли меня. В глазах помутилось. Я пытался выплыть из пучины наших общих с Логардом эмоций, но только глубже увязал в них. Невозможно было понять, где заканчиваюсь я, а где начинается он. Завр, издав душераздирающий крик, наждачкой прошедшийся по моим нервам, расправил крылья и начал набирать высоту.

Вернулись в посёлок глубокой ночью. Нас ждали. Владимир помог замёрзшему мне спуститься на землю и неожиданно крепко обнял:

— У тебя всё получилось! И я этому очень рад. Для вас приготовлены комнаты в Горном, рядом с Настей и Шинассой. Твоих друзей я отправил спать под угрозой жестокой расправы, а то они под руководством Стэнли устроили митинг с требованием отправляться на поиски. Жди, завтра нагрянут жаловаться.

Я улыбнулся, на душе стало тепло. Наверное, Владимир этого и добивался. Я почувствовал прилив благодарности к нему.

— Спасибо. Владимир, я хотел…

— Все разговоры завтра, — прервал меня Старший. — Вы с Логардом еле держитесь на ногах. Сегодня только отдых.

Как мы добрались до места, я помню смутно. Только ощущение покоя, тепла и дома остались в памяти.

Утро началось суматошно. Громко пищащий комок протоптался по мне, чтобы ткнуться носом куда-то в шею. Открыв глаза, я ошарашенно пытался понять, где я и что происходит.

— Извини, я не смогла её удержать. Ей непременно нужно было рассказать тебе, как она испугалась вчера и удостовериться, что с тобой всё в порядке, — сказала Настя, пришедшая с Шинассой.

И действительно, на меня обрушился эмоциональный поток смазанных беспорядочных образов, сопровождаемый царапанием коготков, требовательным попискиванием и тыканьем в меня маленькой мордочки. Если бы не знал ситуацию, точно бы ничего не понял. Хорошо, что вскоре завра с чувством выполненного долга переключила своё внимание на проснувшегося Логарда. Тот с подозрением уставился на Шинассу, которая маленьким тараном пошла на большого ящера. Наблюдать за испугом последнего было очень смешно!

— Я рада, что всё закончилось благополучно. Скажи, я правильно поняла, что ты теперь райдер Логарда? — тихо спросила Настя, отвлекая меня от созерцания знакомства двух завров.

Я кивнул. Она улыбнулась и, потянувшись ко мне, поцеловала. Её губы на некоторое время стали для меня центром вселенной. Внутри меня будто взорвалась бомба, начинённая восторгом. Жизнь прекрасна! Но для полного счастья надо сходить в душ.

Только я успел привести себя в порядок, как нагрянули следующие посетители. И если Стэнли обратил внимание на Логарда (теперь же завр тоже его «внучок»), то Лёнька всей силой своих эмоций обрушился на меня.

— Ты ни о чём не думаешь! — патетически восклицал он, войдя в раж. — А если бы ты погиб? Что бы я сказал твоей матери? Как бы я посмотрел в глаза твоей сестре? Да как бы я вообще жил с этим⁈

— Наверное, долго репетировал речь, — посмеиваясь прокомментировал Стэнли. — Но вообще уважаю, смелый парень. Самого Велимира оседлать пытался! Жаль, завр не оценил благородство его порыва.

Лёнька аж поперхнулся, но потом, не выдержав, расхохотался.

— Было страшно, правда! — отсмеявшись сказал он. — Зато теперь меня можно смело называть райдером, я ж практически сидел на завре, да ещё каком!

— Да. Первый пожёванный самим Велимиром райдер, — подначил Лёньку Стэнли.

Оказалось, вчера друг сильно разволновался за мою судьбу. А так как Владимир отказался лететь на выручку, либо отправлять кого-то, Лёнька в порыве эмоций взобрался на спину Велимиру, намереваясь самостоятельно спасти непутёвого друга. Ему удалось провернуть это лишь потому, что Велимир был в глубоком шоке от такой наглости. Но он быстро пришёл в себя, и Лёнька позорным образом был снят зубами с непокорённой высоты и посажен в ближайшую лужу. Так бесславно окончился подвиг героя.

Лёнька показывал всё в лицах. Мы долго смеялись. Я чувствовал себя счастливым: завр, любимая девушка, друзья, чего ещё желать? Логард прервал мои размышления, напомнив, что ему лично нужно ещё и хорошо питаться.

— Простите, друзья, мне нужно покормить и помыть Логарда, да и самому не мешало бы поесть. А ещё обсудить произошедшее со Старшим.

Стэнли и Лёнька понимающе улыбнулись и попрощались с нами, взяв слово, что после встречи с Владимиром я им обо всём расскажу. Случившееся взволновало всех в посёлке, а подробностей никто не знал. Настроение испортилось.

К Владимиру я пошёл с мрачным предчувствием.

Старший ждал меня. Предсказуемо речь пошла о событиях прошедшего дня.

— Расскажи, пожалуйста, подробно, что вчера случилось, — попросил Владимир.

Я рассказал, стараясь не упустить ни одной мелочи.

— Получается, что Эдуард спас Шинассу. В последние мгновения жизни он подумал о малышке. Логард хочет, чтобы вы знали об этом. Для него это очень важно, — закончил свой рассказ я и пытливо посмотрел на Старшего.

— Не волнуйся. Логард с самого утра постарался высказать своё мнение Велимиру. Теперь и я благодаря тебе понял всё детально.

С этими словами Владимир встал, заложил руки за спину, подошёл к окну и задумался. Он стоял так достаточно долго. Мне даже показалось, что он забыл о моём присутствии. Поёрзав в кресле, я решился побеспокоить его.

— Старший, — негромко окликнул я. — Можно спросить?

— А, — Владимир будто очнулся и повернулся ко мне. — Да, конечно, спрашивай.

— Почему стая не заметила, что с Логардом что-то не в порядке?

— Заметила, — вздохнул Старший и тяжело оперся о стол. — Только списали всё на блок. Понимаешь, такие вещи делали крайне редко, поэтому и не знали, что норма, а что — нет. Если ты хочешь спросить про Бовалека — завра Грецева и других, то они просто экранировались от стаи. А у ящеров принято доверять друг другу.

Старший развёл руками. У меня же созрел новый вопрос:

— Почему на месте не было дежурных?

— Более того, в Гнезде тоже почти никого не было. Заговорщики всё тщательно рассчитали. В Центр поступил сигнал, будто бы в шахтах произошёл сильный обвал. Связи, естественно, не было. Алекс Грецев предложил не сеять панику — пусть состязания идут своим чередом. А на выручку отправить членов Совета, дежурную группу и оставшихся в Гнезде райдеров и завров, то есть по сути сильнейших. Мы поддержали его предложение. Полетели к шахтам, ты же знаешь это неблизко. Грецев остался в Горном за главного. Дальше дело техники: пока Эдуард разбирался с Настей, Конрад перерезал телефонные провода. Стационарные пульты управления заблокировал ещё один их сообщник, работающий в Центре в этот день. Он же смоделировал сигнал об аварии на шахте и вырубил связь. Естественно, в тот момент проверять говорит он правду или нет, никто не стал. Кстати, я всё пытаюсь понять, чем Грецев зацепил его? С Конрадом понятно, Алекс его и привёз несколько лет назад из Канады. Но тут… — Владимир непонимающе развёл руками.

— То есть обвала на шахте не было?

— Не было. Там всё в порядке, но своё дело сигнал сделал — нас не было в нужное время в Гнезде. Ещё повезло, что Эдуард не усыпил Вилар и она смогла сообщить о пропаже Шинассы вам со Стэнли, а потом из кафе Григория дозвониться в Центр. К тому времени сообщник Грецева покинул посёлок, а его сменщик, увидев проблемы, устранил их и связался с нами. Мы уже были на полпути к дому. Дальше ты знаешь.

— Да. Я только не знаю, в чём заключался план Грецева, — я потёр руками виски.

— Судя по тому, что ты рассказал, рискну предположить, что им нужна была самка для создания маленькой стаи. Мало кто знает, но самки завров стабилизируют ментальное поле. И, само собой, нужны для размножения, — Старший устало сел в кресло и подпёр ладонями подбородок.

— А Эдуард? Как они собирались взять его с собой?

— Я думаю, что они и не собирались.

Я поражённо замолчал. Мне даже в голову не приходил такой вариант.

— И что теперь будет? — тихо спросил я, посмотрев на Старшего.

— Не знаю. Будем жить и ждать. Алекс Грецев — умный и расчётливый человек. Если не удался план А, у него всегда есть и Б, и С.

— Насколько я знаю, последний раз такое ожидание привело к печальным последствиям, — не сдержался я.

— Стэнли тебе рассказал подробности своей жизни, — хмыкнул Владимир. — Это хорошо. Значит старик вылез из своей раковины, в которую сам себя и поместил. Нам не помешает его опыт — нужно доработать систему безопасности.

— И всё? Неужели нельзя их найти и как-то нейтрализовать? — меня возмутило такое спокойствие.

— Улетевшие завры заблокировали связь со стаей. Да и наказание нужно тоже тщательно обдумать. Должен быть справедливый суд, но для этого преступников надо найти. Мне хочется надеяться, что Алекс и его соратники просто скроются где-то и будут тихо жить.

— Очень сомневаюсь. Вы не видели их, они не остановятся! — воскликнул я, вскакивая с кресла.

Где-то на грани восприятия я почувствовал, что Логард заволновался из-за всплеска моих эмоций. Тепло и благодарность к переживающему за меня завру погасили негативные чувства, начавшие разгораться внутри.

— Время всё расставит на свои места, — рассудительно проговорил Владимир. — Пока нам остаётся только ждать. И ещё я очень тебя прошу не распространяться больше необходимого о подробностях случившегося. Пусть знают только твои близкие друзья, которые и так стали невольными участниками. Для всех остальных официальная версия такова: Алекс Грецев был уличён в финансовых махинациях и скрылся со своими сообщниками, обрубив все связи со стаей. Глеб, нам не нужна паника, не нужно, чтобы люди стали подозревать друг друга и бояться появления новых фанатиков. Тем более, что версия с финансами правдива: Грецев вывел крупные суммы денег на подставные счета.

— Мне кажется, вы совершаете ошибку. Предупреждён, значит вооружён!

— Ты ещё слишком молод, Глеб. Вчера собирался экстренный Большой Совет, мы приняли практически единогласное решение по сложившейся ситуации. Но можешь не сомневаться: мы подключим все имеющиеся возможности для поиска беглецов. Надеюсь, вы с Логардом не откажете в помощи при необходимости.

— Конечно, Старший! Мы готовы, хоть сейчас!

— Нет, — Владимир был непреклонен, его глаза смотрели строго и бескомпромиссно. — Сейчас самое главное, чтобы вы с Логардом научились взаимодействовать друг с другом. Чтобы усилили свою связь, стали полноценными напарниками. Остальное оставь нам и поверь: всё будет хорошо.