Глава 13

Глава 13

Весь день Анна провела в номере. Выходила только на ланч, но аппетита не было. Она смотрела за окно, как трепещет серебряная звезда. Девушка открыла ставни и взяла ее в руки.

«Вчера я подарил тебе миллион звезд», — слышала она голос Амина. Может, это было лживо, но в глубине души стало приятно, что эти звезды он рассыпал для нее.

Ричард пришел недовольный, нервно развязал галстук и кинул его на спинку стула. Анна не стала спрашивать, в чем причина его раздражения. Но она догадывалась.

Завтра они улетят в Доху, и на этом все закончится. Потом прилетят домой, и жизнь снова станет прежней. А мысленно девушка все еще слышала слова Амина, как он хотел все вернуть. Ее сердце болело, но здравые мысли пытались блокировать эту боль. Она уже не поверит ему! Один раз она ошиблась и усвоила этот урок на всю жизнь.

По телевизору то и дело показывали аэропорт Дубая и толпу недовольных людей. Они ожидали свои рейсы, который отменил тот, который ее вчера похитил. Анна не понаслышке знала, что Амин переживал не меньше этих людей.

Ричард вышел из душа и принялся одеваться.

— Я пойду на гонки в «Феррари-парк». Не думаю, что тебе это будет интересно.

— Конечно, нет, — ответила Анна, глядя на экран телевизора. Брали интервью у генерального директора. Сердце застучало сильнее, и пальцы дрогнули. Он вчера поцеловал ее, а она полночи лежала и вспоминала эти губы. Никто и никогда не целовал ее так сладко, как это всегда делал Амин. Она бы залепила ему пощечину, но рука не поднялась, потому что хотела коснуться его щеки с нежностью.

— Бардак в этом аэропорту! — возник голос Ричарда, и телевизор выключился — он нажал кнопку на пульте. — Если его попросят уйти в отставку, я не удивлюсь.

Он сел на стул и посмотрел на Анну.

— Он явно что-то планирует, и мне его спокойствие не нравится.

— В аэропорту? Зачем ему задерживать свои же рейсы?

— В жизни! Я предчувствую это. А еще, он явно знает о том, что я в курсе ваших с ним отношений. По одному его взгляду стало понятно. Но вопрос: откуда?

Ричард просверлил Анну подозрительным взглядом, ожидая хоть какой-то реакции.

— Может догадался, — ответила она.

— Или вы все же виделись? А может переписывались? Где твой телефон?

— Ты в своем уме? У него в аэропорту коллапс, а он будет разъезжать по городу в поисках свиданий со мной? Хочешь посмотреть мой телефон? — Она схватила его и сунула мужу. — Пожалуйста, мне скрывать нечего.

Ричард вздохнул и поморщился. Он не стал брать телефон, только привлек Анну к себе и крепко обнял.

— Я верю тебе. Ты права, ваши дороги разошлись, а я еще вспоминаю старое. Но измену так просто не забыть, поэтому меня понять можно. Умом я знаю, что Амин Шараф аль-Дин не настолько безрассуден, чтобы искать с тобой встречи, а сердце говорит обратное, и это, наверное, называется ревностью.

— Я все понимаю, Рич. — Она заглянула в его глаза. — Не надо было меня брать с собой, и ты был бы спокоен. Но я не давала тебе повода для ревности. Смотри, я весь день сижу в номере, как ты меня и просил. Мечтаю уехать отсюда как можно скорее. И лучше домой.

Он провел по ее волосам и слегка улыбнулся.

— Я тебе верю. И очень надеюсь, что он не ищет с тобой встреч. Вот ему я не верю и не могу объяснить почему.

— Он женат, — напомнила Анна. — Иди и не переживай.

Ричард ушел, и после него остался шлейф грусти. Девушка еще долго сидела, боясь включить телевизор и закрыть глаза. И по телевизору, и в мыслях был тот, кого она меньше всего хотела бы видеть.

Слова Амина о том, что он хочет все исправить, не давали покоя. Какой надо быть сильной, чтобы дать ему отпор. И она оказалось сильной!

Зазвонил телефон. Это была Милена. В такой-то час! У них ведь совсем рано. Анна нахмурилась, а сердце забилось быстрее.

— Алло…

— Анна… — послышались всхлипы, и сердце девушки почти остановилось. Она вскочила с кровати, набрав полные легкие воздуха. — Даниэль… Он в больнице! Я не знаю, как так получилось… Господи, прости меня, я не усмотрела…

Анна замерла, и казалось, что перед глазами пронеслась вся жизнь… Слово «больница» вызвало паралич тела, но хорошо, что не голоса. Милена плакала, и девушка не могла ничего разобрать.

— Милена, — голос Анны дрогнул. — Что случилось? Что с моим сыном?

— Он упал с чердака… Залез по лестнице… упал… а лестница накрыла его…

Воздуха перестало хватать! Анна схватилась за комод, понимая, что сама еле стоит на ногах. Как будто это она падает с лестницы в пропасть! Было страшно спросить, дышит ли ее сын. Она закрыла глаза и осела на пол.

— Он жив?

До этого момента самым страшным было услышать слова Амина о том, что все кончено. Когда мир рушится на твоих глазах, мечты разлетаются на мелкие осколки. И когда один осколок врезается в сердце. Но именно сейчас она испытала то, что можно приравнять к смерти. Когда твой ребенок не дышит, а ты не дышишь вместе с ним… И слова, которые Анна ждала в ответ, она не хотела бы слышать. Но есть надежда, и надо взять себя в руки, пока она существует, и слушать!

— Он был без сознания…

Телефон выпал из рук Анны. Может, она сама потеряла сознание, потому что плохо помнила этот момент. Она не могла ясно мыслить.

Но надо было успокоиться, собраться, и девушка на коленях доползла до телефона, который отлетел на значительное расстояние. Она нащупала его и приложила к уху, слыша уже голос Джека.

— Алло, Анна! Даниэль сейчас в больнице, но он дышал…

Он дышал…

Дышал…

Ее сын дышал! А она почти задохнулась!

— Алло, алло! Анна! Его забрали врачи, нас в отделение не пускают…

Она поняла, что Джек тоже плачет. Только вот она не плакала, сидела на коленях, дрожа всем телом, почти крича, только голоса не было. Если с ее сыном что-нибудь случится, то жить она тоже не станет. Он единственная любовь, которая у нее осталась.

— Мы вылетим сегодня же. — Она отключила абонента, встала на ватных ногах, с трудом понимая, что сейчас должна делать. Собирать вещи! Нет! Позвонить Ричарду!

Трясущимися руками она набрала его номер. Муж взял трубку сразу. Обрывки фраз, которые слетали с ее губ, он воспринял не сразу. Не мог понять, что вообще произошло.

— Анна! Подожди! Это же Даниэль, он всегда набивает себе шишки. Это же не первый раз.

— Он в больнице без сознания!

— Наверно уже пришел в себя…

Анна не верила в то, что слышала! Даже взглянула на дисплей, чтобы убедиться точно ли это Ричард.

— Дорогая, я сейчас позвоню отцу и все выясню. А лучше позвоню врачу. Но уверен, что все в порядке.

Он отключился, а Анна замерла. Материнское сердце, оно такое, слишком тревожное.

Но просто сидеть и ждать она не могла. Достала чемодан и принялась кидать вещи. То, что надо лететь домой немедленно, даже не обсуждалось! Соберется и за Ричарда тоже, а он приедет прямо в аэропорт.

Муж позвонил спустя минут пятнадцать. За это время она уже собрала чемоданы.

— Анна, дорогая! Я разговаривал с отцом, он сказал, что Даниэль пришел в себя, у него небольшое сотрясение, и наш сын останется в больнице…

— Я собрала вещи, Ричард, поеду в аэропорт…

— Ты слышишь меня? Он стабилен! С ним все будет хорошо, он под присмотром. Мы там не нужны.

Анна замерла! Что он говорит? Как это «не нужны»? Он ей нужен! И она ему нужна! Она его мать и хочет прижать своего ребенка к себе, ощутить его тело, увидеть его улыбку, услышать его голос!

— Я полечу, Ричард! Ты как хочешь!

— Я очень хочу, но не вижу смысла, — ответил он, и казалось, что он спокоен. — Завтра же лететь в Катар.

Анне словно ударили прямо в грудь. В момент она ощутила себя самой одинокой на свете. И впервые за все время она поняла, что Ричард не испытывал ничего из того, что испытывала она сама. Хотелось поддержки, твердого плеча, крепких рук, которые бы держали ее, не давая упасть.

— Конечно, лети в Катар. — Анна отключила телефон, схватила чемодан и вышла из номера.

Пока ехала в такси, ничего не видела в окне. Слезы застилали глаза, она их даже не смахивала. Водитель изредка смотрел на нее через зеркало заднего вида, а потом протянул коробку с бумажными салфетками.

— Спасибо, — прошептала она и снова разревелась.

Когда Анна зашла в здание аэропорта, она не сразу поняла, что вообще здесь происходит. Столько людей она не видела никогда в своей жизни. И вспомнила, что здесь проблемы.

Но она все равно кинулась на стойку информации авиакомпании «Arabia Airlines», протискиваясь между людьми.

— Мне нужен один билет на самый ближайший рейс до Лос-Анджелеса, — взмолилась она и даже не стала объяснять причину. По ее опухшим красным глазам было видно, что причина слишком грустная. Девушка за стойкой в форме стюардессы тут же принялась стучать по клавишам, набирая текст.

— Простите, но у нас задержки рейсов. И на ближайшие два дня все занято. — Она сочувственно взглянула на Анну. — Я слышала, что хотят пускать дополнительные самолеты. Если вы оставите свои контакты, то мы перезвоним, как только появится место.

— У меня нет времени. — Анна расплакалась. — Я не могу столько ждать. Может, стыковочные? Я готова лететь даже через ад, но лишь бы лететь.

Девушка кивнула и снова принялась стучать по клавишам.

***

— У нас нет выбора, — взмолился Мансур, стоя в кабинете Амина. — Если наше топливо разбавляют не в Дубае, то есть смысл хотя бы выпустить те самолеты, которые здесь. Вы посмотрите на терминал. Я такого никогда не видел.

— А я никогда не видел, чтобы топливо разбавляли! — Амин встал и направился к выходу. Хотя какой смысл ему смотреть на всех этих людей? Он прекрасно знал, что там творится. Даже отец позвонил в недоумении. Еще и обвинил сына в необоснованных действиях. Конечно, это же его сын разбавляет топливо в своих самолетах!

Амин подошел к перилам, глядя на большое количество людей. Такое он тоже видел впервые. Многие даже сидели на своих вещах и обмахивались журналами.

— Включите кондиционеры сильнее, — попросил он.

— Чтобы все люди заболели?

Амин окинул Мансура недовольным взглядом.

— Когда они начнут падать в обморок прямо здесь, будет хуже. И начинайте выпускать рейсы, — отдал приказ Амин. — Свяжитесь с начальником аэропорта. Пусть нас ставят в приоритет. Борты, которые прилетели, пусть проходят проверку. И запускайте резервные. Сколько их?

— Немного, пять или шесть.

— Пусть рассаживают людей по другим авиакомпаниям.

— Будет сделано, — пометил в своих бумагах Мансур и направился выполнять поручение.

Амин снова взглянул через стекло на всех этих людей. И его взгляд застыл, увидев до боли знакомое лицо. Она так часто была в его мыслях, и даже сейчас казалось, что это призрак.

Но Анна не было призраком. Она стояла с чемоданом возле стойки информации и плакала. Она плакала!

Амин тут же кинулся к лифтам, стукнул на кнопку вызова и вновь обернулся. Хоть бы она никуда не ушла, в такой толпе найти ее станет сложно.

Лифт приехал быстро, а ему казалось, что прошла целая вечность. Еще вечность он шел до стойки информации. Люди толпились, преграждали ему дорогу, он протискивался и при этом смотрел только на вывеску стойки.

Девушка, которая искала стыкованные рейсы, пожала плечами и с сожалением посмотрела на Анну.

— Увы, мисс, только через пару дней.

Сердце чуть не разорвалось, когда Анна услышала такое. Хотя что вообще осталось от ее сердца? Появились новые слезы, хотя ими не поможешь.

— Могу, как вариант, вам посоветовать вот что, — произнесла девушка. — Доехать до Шарджи, тут недалеко. Оттуда вы улетите хотя бы до Нью-Йорка. А там и до Лос-Анджелеса.

Анна кивнула. Ей предложили самый долгий маршрут в ее жизни, но он хотя бы был.

Она схватила ручку чемодана, но сквозь слезы поняла, что на ее руку легла чья-то ладонь. Девушка подняла заплаканные глаза, встречаясь с голубым… таким родным взглядом…

— Амин. — Поняв, что это он, она расплакалась, потому что нервы окончательно сдали. И сил больше не осталось.

— Что случилось? — Его руки коснулись ее лица. Он не должен был этого делать! Но даже не думал о каких-то правилах. Хотелось прижать ее к себе. Но девушка, которая сидела за стойкой, напряглась, увидев начальника. Она следила во все глаза, больше перепугавшись, чем Анна.

— Мой сын. — Анна зажала рот рукой и слезы заволокли ее глаза. — Позвонила Милена и сказала, что Даниэль упал с лестницы, потом лестница упала на него. Он потерял сознание, сейчас в больнице… Амин… Почему самолеты не летают? Выпусти меня отсюда, я хочу к своему ребенку.

Он сам пришел в шок! Обвел взглядом рядом стоящих людей, но среди них не было Ричарда. Почему? А девушка за стойкой уже засуетилась и начала искать еще варианты. Но Амин поднял ладонь, жестом говоря, что не стоит.

— Пойдем со мной.

Он схватил Анну за руку и направился вперед. Пришлось снова протискиваться между людьми. Его ладонь стала той самой поддержкой, которой так не хватало. Он вел ее вперед, она не знала, куда именно, но была уверена, что он найдет выход. Наконец настало время подумать не только о том, как она доберется, а о том, что сейчас испытывает ее сын. Ему больно! Ей тоже больно! Это словно на нее упала лестница.

Они зашли в лифт, и обессиленная девушка оказалась в руках Амина. Он обнял ее, прошептав лишь самые нужные сейчас слова.

— Я все сделаю, доверься мне.

Он разжал объятия, лишь когда открылись двери. Этот коридор Анна прекрасно помнила. Здесь женщина в черной абайе встретила ее и привела в кабинет, где были произнесены самые болезненные слова. Но сейчас она уже не помнила их, думала лишь о сыне.

Но в этот раз кабинет оказался не тот. Амин привел ее в приемную и тут же дал распоряжение Абдулу:

— Подготовь мой самолет. Срочно!

— Куда, сэр? — вскочил со своего места тот.

— В Лос-Анджелес.

Рука Анны замерла на том моменте, когда она коснулась своей щеки, чтобы стереть слезу. Перевела заплаканные глаза на Амина, но он уже открыл ей дверь в свой кабинет.

— Придется немного подождать экипаж, — обратился он к ней. — Проходи. Абдул принесет тебе чай. С мятой.

Тот три раза кивнул и удалился. Анна прошла в кабинет, но ноги не держали. Амин усадил ее в кресло и присел рядом.

— Позвать врача? Он даст успокоительное.

— Нет. — Анна уже старалась не плакать. — Спасибо… Но, может, не стоит брать твой самолет? Мне сказали, что можно доехать до Шарджи и оттуда… — Сил не было объяснять весь маршрут. Но он наверняка в курсе. Анна тяжело выдохнула, боясь посмотреть на него красными от слез глазами.

— Мой самолет прилетит быстрее. — Он сжал ее руку в своей. — Когда сердце матери разрывается, каждая минута на счету.

Зашел Абдул и при виде своего начальника занервничал. Амин убрал руку, а тот сделал вид, что ничего не видел. Он поставил перед Анной чай и удалился.

Пальцы у девушки дрожали. Она бы не удержала чашку, если бы Амин не пришел на помощь. Помог ей сделать глоток.

— Все будет хорошо.

Она слабо кивнула, понимая, что уже не плачет. И теперь подняла на него взгляд, полный тепла и благодарности.

— Я оставлю тебя, мне надо решить кое-какие вопросы. И вернусь.

Она молча кивнула и, когда он вышел, снова сделала глоток мятного чая. Потом обвела взглядом кабинет, здесь пахло бахуром, запахом, который успокаивали окунал в прошлое. Она попала словно в вакуум. И даже руки перестали дрожать. Впервые за все это время Анна сделала глубокий вдох, но сердце еще болело. Слезы снова показались на глазах, и плечи начали содрогаться в рыданиях. И теперь уже неизвестно от чего она плакала. О ней позаботился отец ее сына, даже не подозревая об этом.