Глава 30

Глава 30

Весь час Амин сидел задумчивый, погруженный в своим мысли. Он забрал Даниэля с собой в кабинку, давая Анне возможность немного расслабиться и, возможно, даже вздремнуть. Но поспишь тут! В салоне началась суматоха, люди поначалу возмущались. Но когда стюардессы принялись их успокаивать, они пришли к осознанию, что выхода нет.

Он дал наставление Анне, чтобы она забрала Даниэля к себе в кабину и не покидала салон, как только они приземлятся. Возмущенные люди являются серьезной угрозой.

Но недовольство стихло, люди смирились. А Амин уже начал вырабатывать свою стратегию. Злость в нем закипала с новой силой сразу после мыслей о том, что он ступит на землю Бали. Он разнесет всю администрацию аэропорта, если в этом будет необходимость, но узнает правду. А еще предстоит позаботиться о пассажирах. Как только осмотрят самолет и признают его пригодным к полетам, они вернутся на нем в Дубай.

Так думал он, надеялся на лучшее.

Дверь открылась, и Анна зашла к ним. Амин встретил ее обеспокоенным взглядом.

— Я же просил тебя пристегнуться и не вставать.

В любой момент двигатель мог взорваться, мог отказать второй. Могло быть все что угодно! Этот час подобен хождению по острию ножа, где лезвие очень острое.

— Амин, не злись, но я не хочу оставлять тебя с этой проблемой наедине. — Она присела к нему, положив ладонь на его руку. — Скажи, я могу тебе чем-то помочь? Там, в аэропорте, начнутся разборки. Может быть, мне контролировать пассажиров? Не знаю, но я могу заниматься их устройством в терминале, предоставить место для ожидания… Скажи, что делать? Я все выполню!

— Любовь моя, — впервые за долгое время улыбнулся Амин, — ты можешь мне помочь. И сделаешь это: присмотри за нашими детьми. За одним, — он указал на ее живот, а потом перевел взгляд на Даниэля, — и за вторым. Остальное — это не твои заботы. И тем более не стоит лезть к пассажирам, тебя могут толкнуть, ты упадешь… Возмущенные люди страшнее любого оружия. Ими займутся люди в терминале.

Анна это ожидала услышать. Зря только спросила. Но, на самом деле, ей нужна была причина, чтобы зайти и оценить состояние Амина. Оценила, он зол и обеспокоен. А она ему даже помочь ничем не может.

— Амин, хорошо, я сделаю, как ты сказал. — Она коснулась его щеки, которую покрывали черные волосы, и улыбнулась. — Буду следить за детьми.

Амин ее поцеловал под возглас Даниэля, который тут же принялся лупить руками по столу, привлекая к себе внимание. Родители улыбнулись, Амин притянул его к себе и обнял. Что может расслабить в такую минуту? Только тепло тех, кто любит его и кого любит он.

Анна ушла, а Амин мысленно продолжал строить планы. Даниэль задремал, прижался к отцу, словно искал поддержки. И, как только капитан вышел на связь и объявил о снижении самолета, ребенка пришлось разбудить.

Полет проходил штатно, и Амин уже засомневался в том, что принял правильное решение развернуть самолет. Но тут же откинул эти мысли прочь — до Дубая полет долгий, он перестраховался. И, конечно, уже мечтал предъявлять претензии аэропорту в Денпасаре. За час полета он уже знал план своих действий.

Самолет приземлился мягко, послышались восторженные возгласы пассажиров. Кто-то захлопал, кто-то произнес имя Аллаха. Они уже радовались тому, что оказались на земле. И как только самолет остановился, Амин отвел Даниэля к Анне, а сам взял трубку для громкой связи с салоном.

— Уважаемые дамы и господа! Говорит генеральный директор «Arabia Airlines» Амин Шараф аль-Дин. Прошу вас оставаться на своих местах и не покидать салон самолета до тех пор, пока наземные службы не дадут разрешение на выход. В ближайшее время я выйду лишь с капитаном, чтобы решить организационные вопросы. Будьте терпеливы. Бисмиллях.

Амин повесил трубку и обернулся к главному стюарду. Тот рукой указал на кабину пилотов. Капитан ждал.

Амин кивнул и зашел внутрь.

— Сэр, — тут же обернулся к нему капитан, — я рад, что мы долетели без особых проблем. Хотя в полете пару раз сбавлял обороты левый двигатель. По рации я пригласил техников для осмотра судна. Пока второй пилот заполняет журнал, я выйду с вами. Нас поставили на стоянку вдалеке от терминала, но пассажиров выпускать не хотят. Желают осмотреть борт.

— Да что вы?! — съязвил Амин, который был готов к этому, поэтому и объявил, чтобы все оставались на своих местах. — Пусть осматривают, только пассажиры здесь ни при чем. И если уже второй двигатель подал сигнал о проблеме, то это судно вряд ли вылетит даже через пять часов.

Трап подали минут через десять, пока Амин и капитан стояли у двери, ожидая его. Наземные службы словно тянули время, раздражая Амина еще сильнее. Он видел, как смотрят на него пассажиры. В их взглядах читались мольба и усталость. Хотя он прекрасно знал, что они устанут еще больше. Вся эта волокита займет много времени.

— В Дубай передали, что мы вернулись обратно в Денпасар? — спросил Амин капитана.

— Я передал, да, но детали не объяснял. Сказал, что техническая неисправность.

Кто-то из пассажиров поинтересовался стыковочными рейсами, которые многие уже пропустили.

— Ваши данные передадут мне, и, как только мы окажемся в терминале, решим этот вопрос, — ответил Амин, и стюардесса открыла дверь.

Тут же ворвался балийский воздух вперемешку с запахом горючего. Амин вышел первым, увидев на земле машины пожарной службы и бригады скорой помощи. Он спускался по трапу, а внизу его уже встречали представители наземных служб.

— Кто заправлял этот самолет? — рявкнул он, указывая на двигатель, хотя прекрасно понимал, что надо подавить эмоции. — Я представитель авиакомпании «Arabia Airlines» и требую все бумаги по заправке самолета.

— Сэр, все через начальство, — заявил щуплый мужчина в зеленом жилете. — Вы можете объяснить, что случилось?

— Тогда зовите сюда начальника аэропорта! — заявил Амин. — Я с места не сдвинусь, пока он не придет сюда сам лично. И не приближайтесь к борту. Этот самолет — частная собственность моей компании.

Амин решил действовать именно так! Не пускать никого, чтобы не исказить улики и чтобы брали на анализ топливо при нем. Именно при нем опечатывали пробы!

— Ваше имя, сэр? — поинтересовался мужчина, поднося рацию к губам.

— Амин Шараф аль-Дин, генеральный директор авиакомпании «Arabia Airlines». — Он открыл паспорт. Мужчина прищурился, читая имя, потом испуганно кивнул и быстро протараторил что-то в рацию.

По-хорошему, не помешали бы юристы. Но здесь их нет, а значит, Амину надо решать эти вопросы еще и с юридической стороны. Как хорошо, что он в этом подкован, но все же не так профессионально, как они.

Капитан осматривал двигатели, когда Амин подошел к нему и спросил:

— Как их состояние?

— Визуальных повреждений нет, но внутри явно не все так хорошо, как снаружи. Будем вызывать техников из Дубая? Или пусть посмотрят местные?

Даже этот вопрос застиг Амина врасплох! У него при себе нет телефона, чтобы созвониться с офисом. Но, чем больше наваливалось проблем, тем больше он убеждался в том, что этот самолет не полетит и людей надо выпускать. Как же можно решить столько организационных вопросов без телефона? Но надо было что-то решать.

— Пока не взяли образцы топлива, пусть к самолету никто не подходит. Потом пусть его осмотрят местные техники. Если будут серьезные проблемы, то подтянем из Дубая наших.

— Что будем делать с пассажирами? Выпускаем?

— Я займусь ими, а вы самолетом. — Амин похлопал капитана по плечу. — Удачи. Никого не подпускайте к нему, если вдруг мне придется уйти в здание аэропорта.

— Спасибо! И вам удачи! Мы справимся.

Амин в этом не сомневался, молча кивнул и направился к человеку с рацией в руке. Проходя мимо трапа, он взглянул на самолет. Но только на секунду, чтобы удостовериться в том, что внутри все спокойно.

— Начальник аэропорта сейчас занят, — сказал мужчина. — Попросил вас подождать, а людей не выпускать.

Лучше бы он не говорил такого! Услышав слова «подождать» и «не выпускать», Амин закипел!

— Не выпускать? — рявкнул он и схватил щуплого мужчину за шиворот, притянув к себе. — Ну раз так, то он до конца дней будет жалеть, что мне пришлось идти к нему самому. Поехали!

Он оттолкнул мужчину, осознал, что перегнул палку, потому что рядом все резко застыли. Даже десять индонезийцев не превосходили Амина ни по росту, ни по свирепости. Никто не перечил, а капитан лишь усмехнулся, понимая, что ему еще предстоит защищать двигатели. И возможно, точно так же.

Амин сел в машину, ожидая водителя, и тот вскоре появился. Они приехали к терминалу быстро, хотя самолет припарковали в самом отдаленном месте. Наверняка, чтобы пресса не узнала. Но Амину это было даже выгодно. Пока детали неясны, он тоже никаких заявлений не собирался делать.

Амин влетел в кабинет начальника аэропорта, минуя секретаря и даже не постучавшись. К чему терять время на мелкие детали ненужных сейчас правил этикета. Где был их этикет, когда они заправляли его самолет?

— Я Амин Шараф аль-Дин, — начал он с порога, — генеральный директор авиакомпании «Arabia Airlines». К вашему несчастью, я летел рейсом, который развернул обратно, чтобы выяснить некоторые детали.

Мужчина азиатской внешности, полноватый для своей национальности, привстал от неожиданности и даже протянул Амину руку.

— Прошу вас, сэр, присаживайтесь. Мое имя — Анак Густи, — представился начальник.

Амину пришлось остудить пыл и пожать ему руку. Он устроился напротив начальника, выкладывая все с самого начала их полета. Тот явно пришел в недоумение, хотя Амин ему не верил.

— Я хочу, чтобы взяли пробы топлива из баков самолета, — заявил он. — Имею на это полное право. И если вы не хотите, чтобы я сообщил в транспортную полицию, то сделаете это при мне. И только после результатов экспертизы мы будем иметь полную картину. Если я не прав, то принесу свои извинения и продолжу искать виновника на стороне Дубая. Если я окажусь прав и топливо разбавили у вас, тогда…

Анак поднял бровь, наверняка боясь результатов и мечтая о том, чтобы было все в порядке.

— Пассажиров надо вывести, — продолжил Амин. — Среди них женщины и дети. Они не должны сидеть в заточении. Где представитель моей авиакомпании в Денпасаре? Мне надо переговорить с ним. «Arabia Airlines» возьмет на себя все расходы по их размещению и питанию. От вас я требую место в терминале, в котором люди могут с комфортом подождать мое решение.

— Сэр, ну раз вы берете на себя расходы…

— Пока не выяснится, что виновник находится здесь, — тут же вставил Амин. — Если топливо разбавили у вас, то плата за простой судна, за размещение людей и за ремонт будет уже на вас.

— Я уверен, что с нашей стороны все чисто…

— И мне нужны все записи с камер видеонаблюдения. Особенно интересует момент заправки самолета: кто, когда и как.

— Без решения суда, боюсь, это невозможно.

— Тогда мне придется вызывать юристов из Дубая, а это время. Каждая минута простоя моего судна и размещение пассажиров влетят вам в большую сумму. Давайте решать эти вопросы без особого ущерба для всех нас.

Начальник окинул Амина недовольным взглядом и взял трубку телефона. Он говорил на балийском языке, который Амин не понимал, и это раздражало еще больше.

После пятого звонка, в кабинет зашла девушка в форме «Arabia Airlines», балийка. Она являлась представителем авиакомпании в Денпасаре. И при виде Амина она побледнела. Явно не ожидала здесь увидеть самого генерального директора. И это она еще не знала всей проблемы.

— Меня зовут Мадэ, — прошептала она. — Чем я могу помочь?

Он бы задал тот же вопрос. Чем ему может помочь эта миниатюрная хрупкая девушка? Ну хотя бы позаботиться о пассажирах она наверняка сможет. Амину пришлось давать наставления, пока директор аэропорта продолжал совершать звонки.

— Выводите людей из самолета, пусть подадут автобусы. Разместите их в терминале, пусть ждут решения по дальнейшим действиям. А мы с директором отправимся к самолету. — Амин встал, взглянув на Анака Густи, который явно никуда не хотел идти. Но вид Амина был решительным, и явно он не ждал отказ. Пришлось тоже встать и направиться туда, куда указал этот араб.

Капитан все еще находился возле самолета. Техники стояли без дела, а пожарные службы уехали. Осталась только машина скорой помощи на случай, если кому-то станет плохо.

Пассажиров начали выводить ровно тогда, когда Амин вышел из машины. Они спускались по трапу с надеждой, что скоро сядут в другой самолет, но это было обманчивое ожидание. Дополнительных самолетов «Arabia Airlines» здесь нет. Надо было сначала разобраться с этим бортом. Еще теплилась надежда, что с двигателями все не так страшно. Но это станет ясно после детального осмотра, а прежде стоит взять топливо на анализ.

— Папа!

Амин услышал знакомый детский голос и улыбнулся, увидев Даниэля. Они с Анной выходили последними, как он им велел. Несколько секунд радости окунули его снова в тихое время, когда не было никаких проблем.

Амин подхватил сына на руки, и тот обнял его за шею, целуя в щеку. Их разлучили чуть меньше чем на час, а казалось, что прошла целая вечность.

Эта была милая картина, которой любовались пассажиры. Даже самый представительный мужчина, который не улыбнулся ни разу, вдруг стал самым добрым отцом.

— Амин, как ты? — спросила Анна, когда подошла ближе. Взгляд ее был озабоченный и напуганный.

— Все в порядке. — Он притянул ее к себе и поцеловал в макушку. — Все будет хорошо. Идите в автобус, вас уже ждут. Вас привезут в терминал. Прошу, будь там аккуратнее.

Он заботился о своей семье несмотря на то, что других проблем было гораздо больше. Анна улыбнулась, давая ему надежду, что справится, и чтобы он не переживал. Они с Даниэлем зашли в автобус, и тут же двери закрылись. Амин проводил его взглядом и, как только тот уехал, перестал улыбаться, взгляд стал суровее. Наступало время решать главный вопрос с топливом.

Под их с капитаном руководством взяли образец авиационного керосина, опломбировали и только после этого техники приступили к осмотру двигателей. Пилоты, Амин и начальник аэропорта направились в здание терминала. Еще предстояло решить много вопросов. Ожидание результатов нервировало.

Пассажиров устроили в небольшом зале, и от количества людей стало душно. Но Анна нашла место, чтобы сесть. Она слышала шептание людей по поводу всей этой ситуации. А некоторые подходили к ней с надеждой, что она что-либо прояснит. К ней! Они думали, что она жена Амина Шараф аль-Дина. А она просто мать его детей. А еще она когда-то работала с ним и немного знает тонкостей всей этой системы. Приходилось успокаивать пассажиров.

Девушка, которая являлась представителем авиакомпании «Arabia Airlines», организовала раздачу напитков. Анна вызвалась помогать и передавала бутылки людям. Даниэль сидел смирно, чем радовал. Но она уже и забыла, что он когда-то был слишком активным. Сейчас повзрослел. Да и пример отца пришелся ему на пользу. А ведь когда-то он встанет во главе этой компании. Сейчас просто наблюдал.

Амин зашел к ним, когда все пассажиры расселись и ждали новостей. Даниэль уснул, а Анна сидела рядом и смотрела в окно.

— Привет, кальби! — Он присел на корточки рядом, мест уже не было, и при виде него Анна оживилась. Она обняла его так крепко, как только могла. — Как ты себя чувствуешь?

— Все прекрасно. Люди понимающие. Как дела снаружи?

— Сносно, но мы работаем. — Он понизил голос, чтобы никто не слышал. — Скоро будут готовы результаты химического состава топлива. А пока разобрали двигатель.

— Ты связался с Дубаем?

— Нет, пока нет необходимости.

Уж она-то знала, как важны были бы его люди здесь! Он, конечно, этого не озвучит, не пойдет с поклоном к отцу, не позвонит, не попросит помощи.

— Возьми мой телефон. — Она протянула ему смартфон, но Амин мотнул головой. Его отвлек зашедший мужчина, который тоже прошептал о том, что все ждут.

Пришлось идти снова. Амин встал, окинул всех взглядом — пассажиры устали, но еще немного, и ситуация будет уже более понятна. На все требуется время.

Он зашел в кабинет начальника аэропорта, где собрались работники аэропорта. Здесь же находились пилоты. Все ожидали вердикт.

— Вы были правы. — Начальник передал бумаги Амину. — Согласно заключению экспертизы, топливо разбавили. Но я понятия не имею, как такое могло случиться. Это нонсенс! Перед вами все те люди, которые обслуживали ваш самолет. Они в вашем распоряжении.

Под суровым взглядом Амина все напряглись. Гнев в нем начал закипать с новой силой.