Глава 36

Собираясь в гости, Анна волновалась. Ее руки слегка дрожали, когда она застегивала серьги. Браслет, который подарил ей Амин, она носила не снимая. Любовалась им, когда думала о любимом, и перебирала пальцами, когда нервничала.

Ричард заметил на запястье жены эту вещицу, но ответ был точно таким же, как и для его матери. И никто даже не смекнет, сколько любви вложено в эти цифры.

Сегодня днем они с Ричардом посетили знаменитые фонтаны и увидели своими глазами самое высокое здание — Бурдж-Халифу. Действительно впечатляет, но отталкивают толпы туристов. Хотя Анна к ним привыкла еще в Лос-Анджелесе: там тоже много приезжих.

Но Дубай другой! Она почти не обращала внимания на современные строения и любовалась архитектурой в восточном стиле. Девушка наблюдала за людьми в национальных одеждах: мужчинами в белом и женщинами во всем черном.

Она никогда не видела Амина в национальной одежде, но представляла, сравнивала… Думала над тем, как будет смотреться рядом с ним она, американка в простом платье, пусть даже и длинном… Но волосы она точно не станет скрывать за платками, хотя арабским женщинам они очень идут. И, в принципе, они выглядят уверенно, гордо и величественно в своих длинных черных абаях. Анна не сможет выглядеть так же рядом с Амином. Она будет выделяться.

— О чем ты задумалась? — спросил Ричард, проследив за ее взглядом — девушка внимательно рассматривала местных жителей, — и усмехнулся: — Нельзя рассматривать местных.

— Я… — Анна пришла в замешательство, не зная, что ответить. — Мне просто стало интересно. Они совсем другие. Ходят в одинаковой одежде.

— Ага, но при этом самые богатые в мире.

На самом деле Анна любовалась этими людьми. Мужчины в белых длинных одеждах неспешно прогуливались, они совершенно точно чувствовали себя здесь главными. Глаза сами опускались в страхе встретиться с ними взглядами. Странная особенность: в Америке она даже не замечала людей и уж тем более не выясняла, кто из них американец, а кто приехал из Англии или Франции. Все были одинаковыми. А здесь… Здесь всех людей можно было разделить на две категории: хозяева, которые выделялись из общей массы людей, и приезжие.

— А ты знаешь, что здесь среди мусульман не все местные жители? — продолжил Ричард, обращаясь к жене. — Их можно различить по одежде. Я не силен в арабской культуре, не знаю названий, но у местного мужского населения одежда всегда искрится от белизны, она длинная до пят, и идут они неспешно. Носят куфию[33]. Кстати, я слышал, что даже по куфии можно отличить, из какой арабской страны человек.

— Как? — заинтересовалась Анна.

— Не знаю, спроси у Амина. Он тебе многое расскажет, — говоря это, Ричарда смотрел на девушку, и ее бросило в пот. Почему вдруг он заговорил об Амине?

— У меня уже не будет такой возможности, — тихо произнесла она, — вряд ли спрошу. Продолжай, мне интересно.

— В общем, локалы одеты с иголочки. А есть еще жители других мусульманских стран: пакистанцы, индусы, иракцы, сирийцы и так далее. Они сюда приезжают на заработки. Их одежда другая, более короткая, они могут быть одеты в штаны, шапочку, и эти люди не очень опрятные, так как бедные.

Анна стала всматриваться в толпу. Так удивительно: здесь, в одной точке мира, как в калейдоскопе, можно было увидеть совершенно разных людей! Индийских женщин в сари она тоже смогла отличить. Индусы действительно были в более дешевой и простой одежде, иногда голубого цвета.

Местные арабы разительно отличались от всех остальных. И их женщины это тоже знали.

Анна засмотрелась на толпу, различая одежду, лица, стараясь делать это как можно незаметнее. Ей были интересны все эти люди. Ее взгляд остановился на знакомом лице, и сердце забилось чаще. Амин. Она закрыла глаза, потому что белая кандура, в которую он был одет, ослепляла. Это был он и как будто не он. Анна боялась открыть глаза, потому что от солнца они стали слезиться. Или дело не в солнце?

— А про фонтан я тебе рассказывал? — отвлек ее Ричард. — Подойдем к нему ближе. Хотя я знаю место, откуда открывается красивый вид.

Ох, как бы она хотела, чтобы все исчезли! Ричард с его рассказами, все эти туристы, местные жители. Остались бы только она и Амин. А он ли это был?

Девушка распахнула глаза, встречаясь с голубыми глазами, которые смотрели на нее. Между ними было очень большое расстояние, но вдруг оно сократилось в разы. Мужчина в арабской одежде, который стоял рядом с Амином и что-то рассказывал, вдруг тоже исчез. Исчез Ричард, голос которого Анна уже не слышала. Исчезли другие люди.

Амин ей слегка улыбнулся. Она точно видела его улыбку. Как она скучала по его губам, желая прикоснуться своими и ощутить жесткость его густой щетины. Господи, она отдала бы несколько лет жизни за то, чтобы сейчас оказаться в его объятиях. В груди заныло, и Анна задышала чаще.

Амин отвел глаза лишь для того, чтобы что-то сказать своему другу. А Анна посмотрела на Ричарда, который был уже увлечен рассказом про фонтан. Она делала вид, что слушает, а сама улыбалась и мысленно вспоминала эти секунды. Амин! Насколько он яркий! И здесь, в своем городе, в национальной одежде он совсем другой. Величественный, недоступный, гордый.

Она снова взглянула в его сторону, понимая, что Амин и его друг неспешно направляются к ним. Дыхание Анны стало вновь прерывистым, накрыла паника, и она отвернулась, делая вид, что увлечена рассказом мужа. Но девушка ничего не слышала, она только и думала о том, что наконец увидит любимого.

— Салам, Ричард, — раздался знакомый голос, и Анна обернулась, на секунду встретившись с голубыми глазами.

— Амин! — воскликнул тот. — Вот так встреча!

— Анна, — произнес тот самый голос, который шептал ей на ухо слова любви. Амин смотрел на нее. — Как раз время прогулок, ведь наступает Рождество. С Рождеством!

— Спасибо, — сказала девушка, слегка улыбнувшись. Она была смущена. — До праздника еще есть время, и мы решили прогуляться.

Амин перевел взгляд на Ричарда и представил своего друга Хасана. Пока мужчины общались между собой, Анна стояла и смотрела на фонтан, слыша лишь биение своего сердца. Мельком бросала взгляды на Амина, который делал то же самое. Надо сказать, делал это умело, как будто невзначай.

— Я могу вас подвезти, — предложил Амин.

— Спасибо, мы на машине с вашим водителем, — поблагодарил партнера Ричард. Он был слишком любезен. Знал бы, кто такой Амин Шараф аль-Дин для его жены. Скоро узнает и, наверное, возненавидит. Но Анне будет уже все равно.

— Тогда до встречи у нас дома, — Амин улыбнулся и перевел взгляд на девушку. — Будем вас ждать.

В этом секундном взгляде только слепой бы не увидел любовь. Мужчина смотрел на нее с таким обожанием, что Анна улыбнулась, совсем забыв про свидетелей. Восточный запах снова коснулся ее обоняния, и в памяти всплыли воспоминания о том времени, когда они были только вдвоем.

Чуть позже Анна сидела у зеркала и рассматривала свое отражение. Хотелось выглядеть уверенно, понравиться родителям Амина. Но кому понравится безродная девица… Терзая себя этими мыслями, девушка закрыла глаза, пытаясь дать себе установку быть смелее.

Ричард стоял позади нее и завязывал галстук. Он был очень уверен в себе. Почему-то мужчины всегда выглядят уверенными. В чем их секрет?

— Анна, любимая, — Ричард подошел к ней, — ты выглядишь бледно. Так сильно переживаешь? Хотя это мне надо больше переживать, — улыбнулся он, — но я спокоен, потому что знаю, что все пройдет отлично.

— Чужая страна, незнакомые люди, другой менталитет. Вдруг я что-то сделаю не так, не то скажу, — поделилась девушка с мужем своими страхами. — А если буду молчать, не сочтут ли они меня неприветливой?

— В этой семье столько людей, что тебе не придется говорить. Они сделают это за тебя. — Ричард пригладил волосы и взглянул на жену. А потом присел напротив и взял ее руки в свои. — В конце концов, я с тобой. Там Амин, ты его прекрасно знаешь. Уже присутствие двоих знакомых людей должно тебя расслабить.

Знал бы он, что именно из-за них ее переживания.

Взяв себя в руки и откинув волнение, Анна надела голубой приталенный комбинезон из хлопка с вискозой. Выбрала его специально, потому что он закрывает ноги. Длинную юбку, которые носят мусульманские девушки, она бы никогда не надела. А поскольку комбинезон не скрывал плечи, накинула легкий платок, тем самым завершая правильный образ для арабской страны.

Перед выходом Анна схватила сумочку и обернулась к мужу:

— Водитель забрал наш подарок для Шараф аль-Динов, он в машине. Рич, я хотела тебе предложить обменяться нашими подарками друг для друга, когда мы вернемся из гостей. Наверняка это будет двенадцать ночи.

— Я согласен, — улыбнулся он, — мой подарок может подождать.

— Мой тоже, — Анна кивнула и вышла в коридор.

К дому Шараф аль-Динов они подъехали минут через тридцать, что для большого города было очень быстро. Как сказал водитель: «Быстро, потому что трафик ненапряженный» — зато на обратной полосе скопились уже сотни машин, и они не двигались.

— Все едут в центр, — прокомментировал водитель, — а мы наоборот.

Анна сидела на заднем сиденье и разглядывала дома. Чем дальше они уезжали, тем больше Дубай напоминал восточный город: без высотных зданий, памятников, торговых центров, мелькающих вывесок, толп туристов. Даже дорога сузилась и из двенадцати- превратилась в шестиполосную. Все дома, которые встречались им по пути, были двухэтажными и скрытыми высокими заборами. Можно было увидеть только крыши, но даже так легко было определить, что здесь живут богатые люди.

Анна взяла телефон и зашла в социальную сеть. Как будто что-то ее поманило сделать это. Или, может, желание увидеть сообщение от Амина. Хотя писать было очень опасно: Ричард постоянно рядом. Но сейчас муж сидел на переднем сиденье и не мог увидеть, что она нажала на входящее сообщение от Амина. Она ждала его после того, как они встретились возле фонтанов.

Амин: Наша сегодняшняя встреча — это мактуб. Я еле сдержался, чтобы не обнять тебя, но, думаю, сделаю это уже сегодня. Когда вы придете, поинтересуйся, где ванная комната. Я с радостью тебе ее покажу.

Губы Анны растянулись в улыбке, она опустила голову, чтобы, не дай бог, этого не увидел ее муж. Внутри все встрепенулось, кровь забурлила, дыхание участилось.

Ее пальцы начали набирать ответ.

Анна: Это харам, любимый. Но я хочу знать, где находится ванная комната. Надеюсь, наш план сработает.

Девушка отключила телефон, положила его на колени и снова принялась рассматривать улицы. Только теперь Анна совсем ничего не видела, мечтая о поцелуе Амина.

Машина свернула и проехала через ворота в сторону дома, где их уже ждали хозяева.

— Ого, — произнес Ричард, — что-то такое я себе и представлял.

Анна вышла затаив дыхание. Этот бежевый дом показался ей дворцом. Большой, двухэтажный, с резными балконами на втором этаже. Огромная ухоженная зеленая территория. Но эта роскошь не так радовала девушку, как ее мужа. Скорее, наоборот, давала понять, как она далека от Амина по социальному статусу. Они разные. Он миллиардер, из хорошей семьи, образован и очень умен. Она никогда не видала своего отца, а мать была проституткой. Девушка была бы рада тому, если бы ничего у Амина не было: ни этой большой виллы, ни авиакомпании. Но все это есть, а значит, надо смириться и попытаться чувствовать себя более уверенно.

Ричард обернулся, чтобы подождать, пока жена осмотрится:

— Пойдем?

Она кивнула, и они направились по ровной дорожке, ведущей прямо ко входу.

Дверь перед ними распахнула европейская женщина в черной абайе. Ее волосы скрывал платок, и Анна сразу догадалась, что перед ними Вирджиния — мама Амина. Он так много о ней рассказывал и всегда с улыбкой. Хотелось с ней познакомиться, но было по-прежнему страшно. Анна смущенно опустила глаза и зашла в дом следом за Ричардом, боясь, что начнет искать взглядом Амина. Людей в гостиной собралось много. Доносился знакомый запах бахура, который успокаивал.

— Ричард! — воскликнула Вирджиния. — Как ты вырос!

— Мне было лет… девять-десять. — Рич задумался, нахмурив светлые брови. — Мы с родителями приезжали в Лондон… Боже мой! Я припоминаю… О, Саид! — Ричард с горящими глазами пожал руку мужчине в белой кандуре. — Тогда мы тоже справляли Рождество, там был Амин, — вспомнил он, и все перевели взгляды на Амина.

— Амин, — Ричард протянул ему руку. — Значит, судьба! Никогда бы не подумал, что окажусь в Дубае и снова буду праздновать Рождество в кругу вашей семьи.

— Это называется мактуб, — холодно произнес Амин и ответил на рукопожатие. А через мгновение он встретился с кристально чистыми глазами Анны, и его взгляд тут же потеплел.

— Моя жена, — представил девушку присутствующим Ричард, — Анна.

— Добро пожаловать, Анна, я Вирджиния, мама Амина. — Джини протянула руку, и девушка тут же ее пожала.

— Очень приятно. — Анна взглянула на женщину, та была очень красива! Ее ярко-голубые глаза излучали тепло. А этот цвет! Цвет глаз мужчины, которого она, Анна, любит. Но Амин не был похож на мать, перенял черты лица отца. Девушка перевела взгляд на Саида, который ей почтенно кивнул. Мужчина выделялся среди всех присутствующих, если не считать такого же высокого, статного и черноволосого Амина. Чувствовалось, что Саид — человек с прочным стержнем, непоколебимый, сдержанный и властный. Его можно было бояться, что Анна и делала.

— Кристиан, — улыбнулся Ричард, увидев Криса. — Кристиан Фернандес! Я помню, как мы играли в футбол на снегу.

Пока Ричард обнимался с людьми, которых знал, Анна перевела взгляд на Амина. Сейчас на нем, как и днем, была надета мусульманская одежда. Он тоже смотрел на нее, не мог отвести глаз и уже предвкушал, что скоро коснется ее губ. Их взгляды оторвались друг от друга после того, как Анна услышала имя Даниэля и Оливии. Она не знала Кристиана и его жену Элизу, которая первой пошла на контакт и тепло обняла ее.

Девушка смотрела на того, о ком она так много слышала и чьим именем должна будет назвать своего сына. Хотя уже ничего не должна, потому что она с Ричардом разведется.

— Дочка, — протянул ей руку Даниэль, Анна коснулась его руки, и пожилой мужчина тут же улыбнулся ей и открыл объятия, — дай я обниму нового члена семьи Арчеров.

Анна прижалась к нему. А вот от этого старичка исходила теплота. Сразу стало понятно, что это отец Вирджинии. Сам Даниэль Фернандес Торрес! Она столько слышала шуток в его адрес от Джека Арчера.

Дальше на очереди была Оливия. Анна прекрасно знала, сколько лет этой женщине. Много! Но то, как она выглядела, заставляло позавидовать. Оливии можно было дать от силы лет на десять больше, чем Милене, хотя на самом деле бабушка Амина была уже в преклонном возрасте. И, конечно, не ускользнул тот факт, что цвет ее глаз — это семейное наследие. Интересно, детям Амина передастся этот цвет? Как интересно, голубой цвет глаз передавался от женщины к женщине, и вдруг его получил мужчина. И это сделало из Амина самого красивого мужчину всего Востока.

Оливия обняла Анну и тут же возмутилась:

— Такая хрупкая! Джек тебя не кормит? Это на него похоже, он всегда был скуп.

— Ну что вы, Джек очень щедрый, — улыбнулась Анна и взяла морщинистые руки Оливии в свои. — Он дал нам многое, целую школу.

— Значит, ушел на пенсию? Это правда, что он занимается цветоводством? — шепотом спросила Оливия и взглянула на Вирджинию, которая все это время стояла рядом.

— Правда, — кивнула Анна. — Он любит свой сад.

— Работает за пчел, старый развратник, — она сказала это так серьезно, что Анна про себя рассмеялась. Видимо, эта компания, состоящая из Даниэля, Оливии и Джека, когда-то по молодости была очень веселая. Такие же подколы она слышала от свекра.

— Пройдемте все к столу! — Вирджиния привлекла к себе внимание. — Мы наняли европейского повара, чтобы приготовить блюда к Рождеству.

Ричард обернулся и протянул Анне руку. Она почти коснулась ее, но передумала.

— Мне надо в ванную комнату. Я сейчас приду.

— Конечно, — кивнул тот и обернулся к Саиду, чтобы поддержать беседу о бизнесе. А девушка остановилась, услышав позади себя знакомый голос.

— Я покажу тебе дорогу, — Амин указал на правое крыло дома.

Анна улыбнулась, кажется, у них получалось сбежать прямо среди толпы родственников, прямо под крышей собственного дома! Это фантастика и безумие, но кажется, никто не заметил.

— Сюда, — поманил ее Амин, — дом большой, можно легко заблудиться.

Анна шла за ним, и как только они завернули за угол, тут же была прижата к стене, его губы оказались на ее губах. Это был их первый поцелуй здесь, в Дубае. Очень рискованный, но безумно желанный. Рука Анны коснулась густой небритости Амина, губы раскрылись, впуская его язык внутрь. Она скучала по его поцелуям, по запаху, по вкусу. В груди все перевернулось, сердце забилось чаще. Они нарушали всевозможные законы, но при этом не ощущали себя виноватыми.

— Сейчас принесу индейку!

Звонкий голос матери заставил Амина оторваться от губ любимой. На мгновение он застыл, как будто они не отпускали его. С трудом, но все же смог отойти от девушки.

— Я люблю тебя, — прошептал он, вышел из укрытия и пошел к гостям, а Анна влетела в ванную комнату, закрыла дверь и прижалась к ней. Сердце билось слишком быстро, дыхание не поспевало за ним. Она опустила взгляд на руку, в которой оказалась записка.

Амин успел передать ей свой план. Анна крепко сжала ее, боясь развернуть. Все так рискованно! Но поцелуй все еще жег губы, и, представив, что Амин мог бы целовать ее дольше и чаще, развернула записку и улыбнулась. В ней был адрес отеля, время и подпись:

«Завтра я буду ждать тебя по этому адресу в двести пятом номере. На твое имя забронирован номер напротив. Тебе придется зарегистрироваться и сделать вид, что ты приехала в Дубай по делам. Мужу скажи, что пошла в торговый центр с одной из моих сестер. С Санией. С ней я все улажу. До завтра.

Это мактуб».

Анна прижала записку к груди и выдохнула, ощущая, как разливается тепло по всему телу. Она пойдет за Амином куда угодно, даже если он позовет в ад.