Глава 39

Анна быстро приняла душ, посмотрела в зеркало и улыбнулась своему отражению. Совсем скоро она окажется в крепких руках Амина. Сегодня был очень хороший день, потому что он начался с того, что она увидела любимого и провела с ним все утро. А впереди их ждало свидание.

Ричард стоя у зеркала завязывал галстук — прихорашивался перед встречей с Саидом.

— Я могу взять такси, — между делом произнес он, — а ты поезжай с водителем.

— Нет, нет, — испугалась Анна. Водитель не должен знать, куда она поедет. Записка с адресом лежала в ее сумочке свернутой, как хорошо, что муж никогда не лазил по ее вещам, — я поеду на такси, так лучше. Как солидный бизнесмен, ты должен поехать в самую престижную авиакомпанию Востока на дорогой машине. А в торговый центр не проблема доехать на такси. — Она взглянула на часы у себя на запястье — время выходить. — Меня уже ждет Сания. Хорошего тебе дня, Рич.

Чтобы муж ничего не заподозрил, Анна быстро чмокнула его в губы и направилась к выходу.

Такси мчалось на самую долгожданную встречу, а сердце лихорадочно отбивало ускоренный темп, руки снова дрожали.

Ехали долго. Отель, к которому ее привезла машина, был небольшим и находился почти за городом. Анна зашла в просторный холл, где ее встретила улыбчивая девушка азиатской внешности. Она проверила бронь по компьютеру и отдала ключ.

— Приятного отдыха, — произнесла она и взглянула в поисках багажа.

— Я налегке, — тут же нашлась Анна, но поняла, что это может выглядеть странно. Хотя кому какая разница, может, она просто хочет побыть в одиночестве.

Девушка прошла к лифту и нажала кнопку второго этажа. В воздухе витал запах цветов, как будто в раю, и этот рай раскрывал ей свои объятия. Она вышла на своем этаже и сразу увидела табличку с номером «205». За этой самой дверью ее ждал Амин. Анна очень надеялась, что он уже приехал. Ее номер, ключ от которого она держала в руке, был напротив. Но Анна не пошла туда, а постучала в дверь, о которой грезила все утро, и та тут же распахнулась.

Взгляды мужчины и женщины встретились, грудь Анны поднималась и опускалась в волнении. Амин улыбнулся и притянул девушку к себе за руку. Тут же его губы оказались на ее губах, ноги Анны подкосились, пришлось ухватиться за его крепкие плечи.

— Я скучал, — прошептал Амин, — люблю тебя.

— Я скучала сильнее. — Она оказалась на кровати, прижатая его телом, даже не успев рассмотреть обстановку в номере. Да это и неважно: у них не так много времени, его нет даже на разговоры. Сейчас хотелось отдать себя всю этому мужчине. Анна скучала по его любви, по его прикосновениям, ласкам. Скучала по арабским словам, которые Амин шептал ей на ушко. Скучала по поцелуям, которыми он осыпал ее тело. А в голове слышалось «твое тело — мой храм» и казалось, что они перенеслись из номера отеля в Дубае в небольшой домик, стоящий на берегу Тихого океана в Сан-Клементе.

— Амин, — прошептала Анна, наслаждаясь поцелуями и смакуя его имя.

— Скоро все станет по-другому, — ответил он, — скоро ты станешь моей навсегда. Только моей и на всю жизнь.

Сердце Анны и так отдано ему, но она ждала того времени, когда свободным станет ее тело. И будет принадлежать только любимому мужчине.

Занимаясь любовью и наслаждаясь друг другом, они потеряли счет времени. Звонил телефон Анны, скорее всего, это Ричард. Но она проигнорировала звонок, продолжила целовать Амина, полностью растворяясь в любви. Звонил телефон Амина. Возможно, отец. Но это время — их пауза. От всего мира, от реальности. Пауза только для них двоих. И в ней нет места для кого-то еще.

А потом они лежали в кровати в обнимку, Амин прижимал девушку к себе и строил планы:

— Завтра-послезавтра Ричард подпишет все бумаги, и я поговорю с отцом. Скажу ему сразу про тебя и никах. Мои юристы помогут в подготовке документов на ваш развод. Думаю, это будет быстро. В каком месяце ты хочешь стать моей женой? — Он поднялся на локте и поцеловал Анну в губы. — Аллах, я слишком нетерпелив, даже предложение еще не сделал, а уже хочу назначить дату свадьбы.

— Ты его сделал, — улыбнулась она, — на крыше здания авиашколы. Или еще раньше… когда поднял меня на руки и понес в свой дом. Ты сделала меня своей, а значит, думал о обо мне как о своей жене.

— Думать и делать — это не одно и то же. Я исправлюсь, обещаю, что ты не сможешь мне отказать, — его губы снова накрыли ее губы.

— Месяц не важен, главное, чтобы на нас никто не держал зла. У тебя такие хорошие родственники: бабушка, дедушка, твоя мать… они все знают Арчеров. Могут противиться нашему с тобой браку. И меня, возможно, не примут, — она закрыла лицо руками, — я ведь внесу раздор в эти два семейства.

— Тебя невозможно ненавидеть. — Он убрал ее руки, любуясь большими синими глазами и гладкой нежной кожей. — Бабушка уже догадалась о том, что мы любим друг друга.

— Что?

— И она сказала, что ты очень милая девушка, а семья Арчер не помеха нашей любви. Оказалось, моя бабушка очень чуткая и понимающая. Раньше я думал, что дедушка более эмоциональный, но, видимо, женщины гораздо внимательнее к таким вещам.

— Она потрясающая. — Анна обняла Амина и вдохнула его запах. Чувствовались древесные нотки, которые не перебивала истинный запах этого мужчины.

Наконец пришло время одеваться, но Амин не хотел выпускать Анну из объятий. Хотелось еще немного насладиться минутами уединения.

Но она все же оделась, взяла телефон и проверила звонки. А потом молча положила телефон в сумочку. На ее запястье колыхался загадочный браслет с цифрами «78:8». «Мы сотворили вас парами» — эти слова всегда крутились у Анны в голове.

Она обернулась к Амину, который уже почти оделся, и прильнула к его груди. Молча они просидели так еще пять минут. Не хотелось расставаться.

Пальцами Амин провел по волосам девушки, губами коснулся ее макушки. Время расставания приближалось.

У двери они снова целовались, а потом Анна ушла, обернулась напоследок и улыбнулась. Он любил ее улыбку, потому что она всегда была искренняя и в ней таились разные эмоции. Сейчас в ней читалась грусть и сожаление о том, что девушка уходит.

Потом Амин поехал в офис, где Ричард с Саидом уже сидели за столом и изучали документы. Амин сел напротив, и Арчер ему улыбнулся.

— Ну что, документы в порядке, — кивнул отец, — но я думаю, что завтра подпишем их в торжественной обстановке. Как считаете? Джек был бы рад такому. Ему будет приятно, ведь это сотрудничество на годы.

— Я только «за», — Ричард протянул Саиду руку, и тот ее пожал. — Завтра, в торжественной обстановке. А сегодня вечером мы с Анной идем в ресторан «Атлантис», я сделал ей подарок на Рождество.

Ричард откланялся, сопровождаемый неодобрительным взглядом Амина. От Саида это не ускользнуло.

— Что с тобой? — спросил он. — Недоволен сотрудничеством? И что на тебе надето, Амин? Ты заявляешься в офис в джинсах и футболке.

— Я был в гараже, насколько ты помнишь. Не было времени переодеться.

— А со взглядом что?

— Не выспался.

Саид поднял бровь и взглянул на сына. Ну и молодежь пошла! Он никогда не появлялся в офисе в простой одежде, максимум в форме капитана. А Амин творит что хочет!

— Раз уж мы остались с тобой вдвоем, то настало время поговорить о твоем союзе с Зафирой. Нечего больше тянуть с никахом, надо назначить день и готовиться к этому браку.

Амин напрягся. Он уже забыл про Зафиру. Да мало ли что в жизни бывает! Планы меняются. Приходит любовь откуда не ждали. Он даже не нашел сразу, что ответить отцу. А потом задумался, мысленно формулируя важную речь.

— Ты веришь в любовь, отец? — наконец спросил Амин, чем отвлек Саида от размышлений. — Веришь, потому что знаешь, что это такое. Ты любишь маму, в нашей семье всегда царила любовь…

— Амин, к чему ты клонишь? — напрягся Саид.

— Я не люблю Зафиру. Как я могу жить с женщиной, которую не люблю? В Коране прописано, что брак должен быть основан на взаимной любви: «Среди Его знамений — то, что Он сотворил из вас самих жен для вас, чтобы вы находили в них успокоение, и установил между вами любовь и милосердие»[35].

— Амин, что ты такое говоришь? — испугался Саид. — Ты что, идешь на попятную? Этот брак был спланирован много лет тому назад! Семья Махди уважаемая и почтенная, она поможет тебе управлять бизнесом…

— Я прекрасно справлюсь сам, отец. Мне не надо помогать управлять тем, что принадлежит нашей семье. Наша авиакомпания — это наш бизнес, но никак не семьи Зафиры!

Саид стоял, слово пораженный громом среди ясного неба. Все шло так хорошо, но его сын опять шел против!

— Ты говоришь о любви, но ты совсем еще юнец. Что ты знаешь о ней?

Амин поднялся, внутри все закипело.

— Я прекрасно знаю, что такое любить! Или надо напоминать тебе о том, что в семье важна гармония? Ты получил эту любовь с моей матерью, так почему твой сын не может получить то же самое?

Амин повысил голос, он не мог совладать с собой, ярость и гнев взяли над ним верх. Но такая же ярость взяла верх над его отцом.

— Ты говоришь о Коране, но он не исключает брак не по любви! И дело даже не в любви, о которой ты говоришь. Дело в союзе и финансовой безопасности!

— Ты хочешь меня продать?

— Я хочу тебя перестраховать, Амин! Ты влез в это безумное предприятие со стройкой, нет гарантий, что все пойдет по плану и мы выиграем это дело. Все может повернуться так, что мы растратим весь наш бюджет. Ты думал, что я полностью пущу его на сомнительное строительство? Нет! Поэтому семья Зафиры тоже вложилась. Половину денег, которые я тебе дал, — это их финансовое вложение для будущего дочери! В качестве махра ты подаришь ей акции филиала в Америке. Дело уже решенное, пока ты там развлекался, я думал, как перестраховать наш бизнес.

Амин был поражен этим фактом. Он не верил в то, что слышал! За его спиной отец провернул такую сделку и даже не поставил в известность!

— Я президент этой компании, — не верил он. — Как без меня решались такие вопросы? Меня кто-то спросил? Меня спросили о том, хочу ли я таких вложений со стороны семьи Махди?

— Ты здесь не главный, — лицо Саида приобрело багровые оттенки, стало жарко, и он пальцем расслабил воротник кандуры, — здесь я решаю вопросы, потому что у тебя нет опыта в таких делах. Ты можешь думать только о любви. Еще горяч и неопытен.

Отец выглядел плохо, но Амин был настолько возмущен новостями, что не замечал этого. Кровь вскипела в нем с необычайной силой. Раз уж этот разговор состоялся, то он скажет все до конца.

— Интересно, что бы ты сделал, если бы я сказал тебе, что выбираю любовь? Раз уж я не важен для компании, то ухожу из нее, — Амин с грохотом кинул папки с договорами Ричарда на стол. — Выбираю любовь! Деньги — удел нищих духом людей!

Саид почти вздрогнул, проследил, как бумаги рассыпались по столу прямо перед ним.

— Интересно, кто та, ради которой мой сын может бросить миллиарды и уйти из бизнеса? Она стоит того? Стоит всех твоих родственников? Назови ее имя, я хочу его слышать! Может, она обладает миллионами, а ее отец является нефтяным магнатом?

— У нее нет отца, она его никогда не видела. Ее мать умерла! — Амин ткнул пальцем в бумаги. — Ее муж только что был здесь, сидел напротив тебя! Это Анна! И да, она стоит миллиардов, которые утекут у меня сквозь пальцы, если ничего не получится.

Саид схватился за сердце, поморщился от резкой боли, его повело вперед, он застонал и уже ничего не видел. Упал прямо на стол, Амин даже не успел его подхватить. Оказался рядом, когда тот уже не подавал признаков жизни.

— Отец! — Амин слышал эхо в этом проклятом кабинете, но не свой голос.

* * *

Вирджиния вытирала пыль в кабинете мужа. Провела тряпкой по столу, отложила документы, которые лежали на нем. Увидев, что они важные, решила убрать их в стол. Открыла ящик, и взгляд привлекли лежащие в нем лекарства. Она взяла их и нахмурилась:

— Как у моего отца. — Закралось нехорошее предчувствие. Почему Саид не сказал ей, что у него проблемы с сердцем? Если он пьет препараты, которые пьет ее отец в пожилом возрасте, то дело плохо.

Ее мысли отвлек звук мобильного телефона — Амин. Она положила лекарство обратно, желая поскорее поговорить с Саидом и высказать ему свое негодование. Может быть, он говорил об отпуске не просто так и ему действительно нужен отдых?

— Да, сынок? — Вирджиния ответила на звонок и в ответ услышала запыхавшийся голос Амина.

— Мама, сейчас будь сильной, ради Аллаха. Отец в больнице, у него случился сердечный приступ…

Телефон выпал из рук, Вирджиния закричала и тут же закрыла рот руками. Сердце ухнуло вниз, она задышала чаще. А потом кинулась из кабинета, сбивая всех на пути. Но она кричала… кричала сквозь слезы и даже не понимала, что именно она кричит. Его имя! Имя своего мужа или имя Аллаха… Она села в машину и приказала водителю ехать. Совсем не видела дороги, постоянно смотрела в окно в надежде на то, что больница уже близко. Хорошо, что за рулем была не она, водитель тоже волновался, а она продолжала плакать. Вместе с ней в машину успели сесть Оливия и Даниэль.

Забежав в больницу, Вирджиния бросилась по длинному коридору, не смахивая слез. Ее поймал Амин. Его руки держали мать крепко, но она начала оседать на пол. Черная абайя наспех накинута, волосы рассыпались по плечам, сейчас был неважен ее внешний вид. Она забыла свое имя, думала лишь о том, что так нелепо не могла закончиться жизнь ее любимого Саида. Она отдала ему себя и свою жизнь, любила самой крепкой любовью, которая вообще существует, он не мог уйти из ее жизни так рано.

Амин поднял мать и усадил на стул, сам присел к ее ногам.

— Мама, — Амин положил ей голову на колени. Впервые ему стало страшно. Он уже потерял своего деда Мухаммеда и не хотел потерять отца.

Руки Вирджинии коснулись черных волос сына:

— Что случилось? Как это произошло?

Амин застыл, вспоминая этот момент в офисе. Если он сейчас скажет правду, то это окончательно разобьет матери сердце. Она возненавидит его. Но и промолчать он не мог.

Подбежали запыхавшиеся Оливия и Даниэль и задали этот же вопрос.

— Мы поругались, — выдохнул Амин, — я виноват. Отец очень нервничал…

— Амин, — разразилась новым потоком слез Вирджиния, — не могу в это поверить. Ты не виноват… Нет… Только что я нашла у Саида таблетки, — она взглянула на своего отца. — Как твои, папа. У него больное сердце, а он даже не сказал…

А потом ее плечи содрогнулись в новых рыданиях. Она склонилась к сыну и крепко его обняла.

— Где врачи? — только Оливия мыслила еще здраво. — Раз он в больнице, то жив?

— Мама! — рявкнула Вирджиния и взвыла, и Амин прижал ее к себе. Она рыдала у него на плече.

— Это просто вопрос, — прошептала Оливия и взглянула на Амина, пытаясь выяснить правду. — Вы поругались, и что дальше?

— Он схватился за сердце и упал. Я не успел его поддержать… Все случилось так быстро… Не знаю… Я не хотел, чтобы так все обернулось.

— Вызвали неотложную помощь? Ты можешь четко сказать?

Амин не мог! Впервые в жизни он растерялся, а перед глазами стояла картина, как они ругаются, а потом отец падает… Еще и кровь была — при падении Саид ударился. Это жуткое зрелище!

— Я вызвал неотложную помощь, прибежали медики из аэропорта. Отец еще дышал… но слабо, — Амин зажмурился. — Приехала бригада врачей из больницы, они повезли его сюда. Меня не пустили, сказали ждать здесь, — он указал на дверь.

Пока Амин все это рассказывал, Вирджиния почти не дыша слушала сына. А когда перевела взгляд на дверь в отделение реанимации, снова зарыдала навзрыд. Она уже была так слаба, что буквально скатывалась с рук Амина.

— Позовите врача! — крикнул он. — Ей плохо!

Оливия и Даниэль кинулись звать на помощь, а Амин пытался привести мать в чувства.

— Если он умрет, — слабо произнесла Вирджиния, — я не стану жить без моего Саида.