ГЛАВА 29

Неделю спустя

Федор Соколовский, шаркая ногами, как старик, подошел к двери. Ну, кому, черт возьми, он мог понадобиться в этом гребаном мире? Да еще так сильно, что этот кто-то не внял тому, что звонки он проигнорировал, и теперь настойчиво колотит в дверь. Кто вообще в наше время стучит в дверь? Что за каменный век?

— Какого хрена? — Он распахнул дверь и замер, увидев бывшего старого друга.

Если и до этого у него болела голова после вчерашних возлияний, то теперь она просто взорвалась жесткой пульсацией, все усиливающейся из-за ускоряющихся ударов сердца.

— Что случилось? — Неужели опять какая-то беда. С Ирис? Или с детьми?

— Пока ничего, — мрачно ответил Дагфинн. — Могу войти?

— А стоит?

— Сам решай.

— Ну, тогда входи. Гостем будешь.

И Федор, развернувшись, зашаркал обратно.

— Выпьешь? — спросил через плечо.

— Нет. И тебе не следовало бы. А то и так выглядишь, как кусок дерьма, — ответил Дагфинн.

— Похоже, годы не научили тебя быть потактичней.

— Что есть, то есть.

— Зачем пришел? — Федор плюхнулся в кресло.

— Мне нужна твоя помощь, — нахмурившись, сказал Дагфинн, и было видно, что ему это не слишком нравилось.

— Неужели? С какой стати я должен проникнуться?

— Это касается безопасности Ирис и детей. И это охренеть как серьезно, Соколовский.

— Я в деле, — подобрался Федор, мгновенно забывая о больной голове.

— Я еще не рассказал, чем это может для тебя обернуться, — хмыкнул Дагфинн.

— По хрену.

— Даже если тебе будет светить срок до конца жизни, если поможешь мне, и мы попадемся? — уточнил бывший друг.

— Ну, во что-то хорошее ты вряд ли захотел бы меня втянуть, учитывая все обстоятельства. Но мой ответ прежний. Если это касается Ирис и детей — я в деле.

— Хорошо, — кажется, Дагфинн одновременно и расслабился, и в тоже время стал более собранным. — Потому что никаких друзей на Земле у меня не осталось, а по рабочим каналам я в этот раз работать не могу.

***

Ирис удивленно смотрела на Дагфинна.

— Я не понимаю, ты привез меня сюда, на земной курорт, чтобы бросить одну на ночь глядя? — возмущенно взмахнула руками она.

Мужчина настоял на том, что небольшой отпуск жизненно необходим им обоим, и они прилетели на этот островной рай три дня назад. Но с тех пор Дагфинн вел себя странно. Был все время задумчив и даже мрачен и куда-то постоянно улетал, отказываясь ей объяснять, что происходит.

— Ирис, пожалуйста! Я вернусь к тому моменту, как ты проснешься, Цветочек, — Дагфинн, подлизываясь, обнял ее со спины, стал покрывать шею влажными затяжными поцелуями.

— Да кто сказал, что я вообще засну? — Голос Ирис моментально стал ниже, и она наклонила голову, давая ему больше пространства для ласки.

— Значит, ты просто будешь лежать и томиться в ожидании меня. А я приду и буду облизывать мою девочку с ног до головы до тех пор, пока она не озвереет и не оседлает меня. Обожаю смотреть, как ты объезжаешь меня, а потом содрогаешься в оргазме, сжимая меня до боли… — Голос мужчины стал хриплым и мурлыкающим, и он, зашипев, потерся мгновенно подскочившим членом о ее ягодицы.

— Прекрати заговаривать мне зубы. Я хочу знать, что происходит. Вчера ты улетал на два часа и так нормально и не объяснил, где был, а сегодня заявляешь, что уйдешь на всю ночь. Мне начать волноваться о том, что ты остыл ко мне?

— ЧТО? Ирис! Да как тебе в голову могло это прийти?

— А что я должна подумать? — развернулась к нему она.

— Заниматься в моем возрасте любовью четыре раза за ночь и при любой возможности днем — это охренеть как не похоже на «остыл». Как я вообще могу «остыть», если я никак насытиться не могу, да никогда и не смогу!

— Во-первых, нечего тут возрастом прикрываться.

— Я чертов ветеран в отставке, — хмыкнул Дагфинн.

— А во-вторых, я все равно хочу знать, что происходит, и тебе не отвлечь меня своими трюками.

— Трюками? — Мужчина нарочито обиженно закатил глаза. — А я-то думал, что я суперсоблазнитель, а по-твоему, я просто клоун?

— Марко! — укоризненно произнесла Ирис, и он моментально стал серьезным.

— Ирис, давай так. Я обязательно расскажу тебе все позже в том случае, если у тебя все еще останутся вопросы. Договорились?

— Договорились. Только почему у меня такое чувство, что ты задумал что-то, что может опять разлучить нас?

— Ириска моя, что бы ни случилось, знай, что я твой, — во взгляде мужчины была такая искренность, что у Ирис сжалось горло. — Ты — мой свет, помнишь? И я всегда буду стремиться к тебе, даже если рискую ослепнуть или сгореть. Я принадлежу тебе.

Ирис вздохнула, обнимая его.

— М-м-м-м, а теперь мы можем пойти в постель, пока у меня есть еще время? — тут же невинно спросил Дагфинн. — Или можем сделать это прямо тут, на столе.

— Ты неугомонный, да? — шутливо ударила его в грудь Ирис и тут же оказалась подхвачена на руки и зацелована.

***

Ирис лежала, уткнувшись лицом в подушку, и вдыхала запах их с Марко близости, пропитавший белье и весь воздух вокруг. Все ее тело еще звенело и пело, вспоминая прикосновения рук и губ Марко повсюду. Казалось, он решил окончательно свести ее с ума в этот раз, не желая пропустить ни единого участка ее кожи, и довести ее до безумия изощренными медленными ласками. А потом брал ее, врезаясь так жестко, до сладкой боли, что у нее зубы клацали, и она все равно умоляла его делать это сильнее. Он лишал ее разума, разрывал наслаждением на части, и с каждым разом это было все острее и очевиднее. Низ живота отзывался тягучей влажной мукой только пережитого взрывного удовольствия, но отсутствие тепла любимого тела рядом мешало просто отдаться ощущению бесконечного счастья.

Ей все равно не уснуть, и Ирис поднялась и пошла в ванную. Сидела в воде до тех пор, пока та не стала совсем холодной, потом еще слонялась по огромному бунгало, арендованному для них Марко. Долго сидела на террасе, с тоской глядя вдаль на дышащую поверхность океана, в которой отражались миллиарды звезд. Когда небо стало сереть, и призрачное сияние далеких светил поблекло, Ирис вернулась в дом и решила сварить кофе.

— Включить ТВ, — подала она команду системе «умного» дома.

Большой экран вспыхнул, демонстрируя ей какое-то шоу, обычное для раннего утра. Ирис дождалась, пока кофе накапает в чашку, и уселась за стол, бездумно глядя на мелькающие яркие картинки. Но резкий голос диктора заставил ее вздрогнуть.

— Прерываем вещание для выпуска экстренных новостей. Мы уже сообщали час назад о страшном преступлении, потрясшем всю общественность. В два часа и двадцать четыре минуты по общепланетному времени на личный глайдер министра по делам колоний Каспара Войтовского было совершено дерзкое нападение. Там же находился и министр обороны Алексей Звонарев. Они оба возвращались с позднего совещания. Оба министра погибли на месте. Полиция ведет поиск неопознанного скоростного глайдера, из которого и был запущен снаряд, взорвавший воздушную машину министра.

Ирис стала переключать каналы и чувствовала, как сердце ускоряется до дикого темпа, отбивая набат в ушах. Она и сама не знала, почему эта новость заставила ее так сильно испугаться. Она набрала номер Марко, но он был отключен. Дрожащими руками она снова схватилась за пульт.

— На данный момент стало известно, что оба министра возвращались не с совещания, а из некоего закрытого секс-клуба, имеющего дурную славу, — практически усмехался в камеру более молодой и раскованный репортер. — Нам удалось разведать, что они посещали это заведение каждую среду и пятницу. Интересно, как к этому относились достопочтенные супруги обоих наделенных властью лиц?

— Ты так и не спала? — Ирис подпрыгнула, услышав со спины голос Марко.

— Ты напугал меня! — вскрикнула она. — Как ты там оказался?

— Просто зашел со стороны пляжа, — беззаботно улыбнулся мужчина, отводя от нее усталые глаза.

— Я не слышала глайдера.

— Меня подвез друг. И высадил на пляже подальше от дома. Я не хотел тебя будить.

— Какой друг?

— Пойдем спать, а? — Дагфинн подошел к ней и обнял, с наслаждением вдыхая запах.

— Ты обещал рассказать.

— Дай мне еще сутки, ладно? А потом можешь хоть распять вопросами.

Весь следующий день Ирис следила за новостями. Очень быстро отношение общественного мнения по поводу дерзкого убийства двух министров изменилось, как только в СМИ неожиданно попали данные, чем занимались оба высокопоставленных чиновника. Шумиха нарастала, как снежный ком, когда неизвестный источник стал вбрасывать все больше ранее неизвестных фактов.

Конечно, поначалу жадную до чужого грязного белья публику интересовали именно сексуальные пристрастия обоих министров и их частые посещения различных секс-клубов по всей Земле и даже за ее пределами.

Но вскоре выяснилось, что простыми шалостями чрезмерно озабоченных министров дело не ограничивалось.

Выплыл сговор между пиратами и министром по делам колоний, который прикарманивал большую часть средств, идущих на развитие инфраструктуры далеких колоний и на социальные нужды. В свою очередь министр обороны, будучи близким другом Войтовского, закрывал глаза на благоденствие пиратов и их наглые действия. К тому же определенный процент с выкупов экипажей и кораблей, а так же с реализации захваченных товаров и ценностей шел в карман Звонареву. Который, разумеется, не желая терять кормушку, пресекал любые попытки расследований, спускал на тормозах все жалобы пострадавших компаний. В категоричной форме под угрозой трибунала им были запрещены любые действия войск или спецподразделений в отношении пиратов. Также выплыли факты несчастных случаев и просто исчезновений всех тех, кто всерьез пытался в это соваться, как военных, оказавшихся несогласными с позицией командования, так и репортеров, и даже двух особо настырных владельцев транспортных небольших компаний.

Мгновенно была собрана правительственная комиссия, которая и приняла решение о проведении блиц-операции большой группой войск, направленной на полное блокирование всех известных пиратских гнезд.

Неожиданно оказалось, что проблема пиратства может быть решена практически моментально и, главное, почти бескровно.

К вечеру на площадку возле бунгало спустился хорошо знакомый личный глайдер, и Ирис удивленно смотрела, как из него выбираются Эйсон с Зефирой и Федор. Она порывисто обернулась к Дагфинну.

— Так надо, — тихо сказал он и, обняв ее за талию, повел встречать гостей.

Ирис кивнула. В новостях она видела много арестованных пиратов, но Конрада и его ближайших прихлебателей во главе с рыжим детиной среди них не было. Понятно, что сейчас им совсем не до Ирис и ее семьи, но, похоже, рисковать Дагфинн не собирался.

Зефира радостно повисла на шее у матери и обняла отца, но вот Эйсон явно был недоволен.

— Милый, ну что ты? — спросила Ирис.8c847c

— Мама, я не девчонка и не маленький ребенок, чтобы меня срывать с занятий и прятать от больших плохих дядек! — с обидой в голосе заявил он.

— Соник, мальчик мой, но это же ненадолго! Так нужно!

— Мам, не обращайте внимание. Он просто боится, что у него девушку, пока его не будет, уведут! — съехидничала Зефира.

— Ничего я не боюсь! — огрызнулся Эйсон. — Я своей девушке доверяю. Ты за своим верзилой белобрысым лучше следила бы!

— А чего мне следить? Нужен он мне очень! — беспечно махнула рукой Зефира.

— Ну да, расскажи!

— Дети, не ссорьтесь, — засмеялся Дагфинн. — Пойдемте, я вам лучше покажу ваши комнаты, а потом можем еще смотаться к рифам и понырять!

Они ушли, оставив Ирис и молча стоящего у глайдера Федора наедине. Мужчина выглядел лучше, чем когда Ирис видела его в последний раз. Он был гладко выбрит и, как всегда, идеально одет, хотя бледность и темные круги под глазами все еще отчетливо просматривались.

— Здравствуй, Федя, — тихо сказала Ирис, подходя чуть ближе.

— Здравствуй, родная, — голос мужчины был мягким, он словно пытался хотя бы словами коснуться ее.

— Как ты?

— Плохо. Но я это заслужил.

Они смотрели друг на друга и не знали, что еще сказать.

— Мне надо улетать, — наконец вздохнул Федор. — Никто не знает, где вы. Все арендовано на чужие имена, а дети официально сейчас у моих родителей на другом конце Земли. Так что не стоит мне тут светиться.

— Спасибо тебе за помощь, — Ирис подошла и протянула Федору руку.

— Не за что. Вы моя семья, что бы ни случилось. Всегда были и останетесь ею, сколько бы ни прошло времени.

Федор неожиданно дернул Ирис на себя и судорожно прижал к своему телу, утыкаясь лицом в волосы и жадно вдыхая.

— Федя, не надо! — Ирис мимолетно обняла его, всхлипнув, и быстро отстранилась, а он не стал удерживать.

— Я сознаю, что поступил тогда, много лет назад, неправильно, Ирис. Но, знаешь… я совру, если скажу, что жалею. Это был мой шанс, единственный, и я его использовал. Если можешь — прости.

Федор быстро сел в глайдер и умчался. А Ирис еще долго стояла одна и не могла остановить текущие по щекам слезы.

Два дня они провели, загорая, купаясь, ныряя и катаясь на водных лыжах. Дагфинн с Эйсоном умудрились ранним утром выбраться на рыбалку, правда, вернулись без трофеев, но страшно довольные. Со стороны они наверняка выглядели, как обычная семья со взрослыми детьми на отдыхе. И только Ирис замечала, как все время напряжен Дагфинн и постоянно сканирует все окружающее пространство.

А на третий день утром Ирис вздрогнула, когда увидела во весь экран в новостях лицо Конрада. Даже стоя под прицелами камер, со скованными руками и ногами, он смотрел на всех окружающих своим непроницаемым взглядом так, будто по-прежнему управлял всем вокруг. Военным наконец удалось найти их секретную запасную базу, и теперь операцию по искоренения пиратства как явления можно было считать завершенной.

Ирис посмотрела на своего мужчину, и он кивнул ей, улыбаясь открыто и расслабленно.

— Все закончилось, — тихо сказал ей Дагфинн. — Я обещал ответить на твои вопросы. Они еще остались?

Ирис посмотрела через огромные окна на двойняшек, которые дурачились на пляже.

— Только один. Войтовский и Звонарев. Не было другого решения проблемы?

— Нет, Ирис. На самом деле замешанных и причастных намного больше. Но эти двое были мозговыми центрами и все контролировали. Никакие попытки столкнуть это с мертвой точки не прошли бы. До этого уже неоднократно пытались копать под них и даже организовывать полноценные информационные атаки. В итоге — все, кто пытался, или куплен, или отошел в мир иной. Теперь главные пауки раздавлены, остальные замешанные получили четкое послание. Результат, — Дагфинн махнул рукой в сторону экрана, — как видишь, не заставил себя ждать. Теперь они там в правительстве глотки друг другу перегрызут, доказывая всем вокруг, что в этом не замараны. Поэтому, Цветочек, просто забудь все. Больше беспокоиться не о чем.

— А как же ты? Вдруг докопаются?

— Вероятность равна почти нулю. Единственные, кто знают и замешан — я и Федор.

— Хорошо, — кивнула Ирис и обняла его. — Я не могу потерять тебя снова. Мы не можем.