10. Тося

На ферме всё было как обычно, всё как всегда, но сегодня я была необычайно рассеянной. Неудивительно, ведь мыслями я была в своём дворе. С Гришей.

Что он сейчас делает? Сидит на крыльце и курит? Спит? А может, уже ушёл, исчез так же внезапно, как и появился? Сердце сжималось от этой мысли, и я тут же прогоняла её прочь. Нет, он не такой. Он же сам просился остаться?

И взгляд у него был честным и добрым. Или это мне хотелось в это верить?

— Ну, Тось, выкладывай! – раздался прямо над ухом звонкий голос Ленки.

Я вздрогнула так, что чуть не опрокинула ведро с водой. Рядом уже стояли Галка и четверо других доярок. Все смотрели на меня с хищным, голодным любопытством.

— Чего выкладывать? – попыталась я сделать вид, что не понимаю, и принялась тереть вымя коровы тряпкой с удвоенной энергией.

— Сама знаешь чего! – фыркнула Галка, уперев руки в бока. – Про бандита рассказывай!

— Да не бандит он, – слабо попыталась я возразить, чувствуя, как горит лицо. – Просто человек… ему плохо стало.

— Ой, плохо! – закатила глаза Валька. – Мужики рассказывали, весь в крови был, а в кобуре пистолет! Красавец, говорят, хоть куда. И цепь золотая с руку толщиной! Ну, и как он? В сознание пришёл?

На меня смотрели пять пар глаз, и я понимала, что от меня не отстанут. Деревня – она как большой организм, любая новость разносится по ней со скоростью света. Вот я и стала центром этой новости.

Ничего, мне не впервой. Как вспомню, сколько пересудов было, когда я мужа с любовницей поймала и черенком от метлы их обоих отфигачила.

И не посмотрела, что Кирилл полицейский. Хотя, может, это как раз и было моей ошибкой.

Наташке – любовнице его я руку сломала и пальцы на второй руке. Подлый изменник даже не думал меня как-то отмазывать. Узнав, что я развестись с ним хочу, встал на сторону Наташки. Сказал, что опозорила я его на весь район своим поступком.

Потом был суд. Размотали они меня по полной программе. До сих пор этой курве ущерб выплачиваю. Ползарплаты с меня приставы снимают.

Жалею ли я об этом? Ни чуточки. Жалею только, что Кириллу ничего не сломала. Крепким он оказался против черенка.

— Пришёл, – коротко бросила я, отворачиваясь к корове.

— А на кой тебе он сдался, дура? – вступила в разговор старшая доярка, тётя Шура, всегда говорившая прямо. – Мужик с пистолетом, незнамо кто! Кирилл твой ещё не в курсе, потому что в город по службе уехал. А как прознает?

Ледяная струя пробежала по спине. Кирилл. Именно его я боялась больше всего. Его прихода, его грязных намёков, угроз, оскорблений, его кулаков.

— Он мне не указ, – попыталась я сказать твёрдо, но голос дрогнул. – Мы давно в разводе.

— Может, он и вправду мафиози? – вставила мечтательно Ленка, и в её глазах читался неподдельный восторг. – Настоящий! Как в кино! Как зовут-то?

— Григорий, – выдохнула я, и само имя на языке показалось тёплым и опасным одновременно.

— Гри-го-рий, – протянула Ленка, смакуя каждую букву. – Солидно. А женатый он? Паспорт смотрела?

— Не знаю, – солгала я, чувствуя, как пощипывает где-то глубоко внутри. – Не смотрела.

— Нашла себе приключение на пятую точку. Только гляди, чтобы это приключение тебя в могилу не свело. Или Кирилл прибьёт, или твой мафиози, когда на ноги встанет.

Они продолжали сыпать вопросами и советами, но я уже почти не слышала. В ушах стоял шум. Я представила себе Кирилла, ломящегося в мой дом. Его злобное, перекошенное лицо. А потом Гришу. Его тёмные, изучающие глаза. Его спокойную, тихую силу.

«Я с участковыми разговаривать умею». Проглотит его Кирилл или подавится?

Страх и какое-то странное, щемящее ожидание смешались внутри в один плотный клубок. Я снова увидела Гришу в полотенце, его мокрые волосы, капли воды на коже, и краска залила мои щёки.

— Ой, смотрите, зарделась вся! – захихикала Ленка. – Видно, мужик-то тебе по нраву пришёлся!

Как же мне всё это надоело! Ещё с той истории с Кириллом и Наташкой опостылели пересуды хуже горькой редьки!

— Знаете, что, девочки! – я вылезла из-под кровы и гордо вскинула подбородок, обведя всех взглядом. – Да, понравился! Оставила я его себе, сами знаете для чего. Я баба одинокая, он красивый. Могу себе позволить.

— У вас уже было? – ахнула Галка.

— Конечно, было! – врала я, уже не краснея. – Всю ночь кувыркались, чуть на работу время не проглядела.

— И как он тебе? – уже шёпотом спросила Ленка.

— Бог! Машина для секса! Секс-титан! Жарил меня, как отбойный молоток!

Видели бы вы эти глаза полные зависти. Бабы застыли с открытыми ртами, не зная, что ещё сказать. Они явно не были готовы к такой информации.

Я понятия не имела, что буду врать дальше, особенно когда Гриша уедет, но пока что чувствовала себя так, будто меня и вправду всю ночь ублажали.

— Ну, и так… В хозяйстве сгодится всегда мужик. Правда же, девочки? – А те словно языки проглотили. Да и слава богу. – Всё, не отвлекайте меня. Мне уже домой невтерпёж. Да что я вам рассказываю? Сами же понимаете…

Коллеги ушли, о чём-то наперебой перешёптываясь между собой. Понятно о чём, господи.

Смена тянулась мучительно долго. Каждая минута казалась вечностью. Мне и правда не терпелось поскорее закончить, сорваться с фермы и бежать домой.

Увидеть Гришу, убедиться, что он ещё там. Что он не исчез. Что утренний неловкий момент в ванной не заставил его передумать и уйти.

Наконец, последняя корова была подоена, вёдра вымыты. Я, не задерживаясь, почти бегом направилась к выходу.

По пути забежала в магазин. Чтобы не встречаться с той самой Наташкой, я ходила в магазин через день, когда была смена другого продавца. В рабочий день Прониной мне вход в магазин был заказан, поэтому я боялась чего-то забыть, да и переться в магазин ещё раз было неохота.

— Здравствуйте, тётя Катя, – поприветствовала я продавца.

— Привет, Тосенька.

— Дайте мне сигарет самых дорогих пять пачек, – начала с самого важного. Гриша же мне денег на курево дал, неловко без него домой возвращаться. – Или лучше десять.

— А ты чего это? Курить начала, что ли? – удивилась тётя Катя, доставая из-под прилавка блок сигарет.

Как будто она не в курсе, что у меня дома мужик найденный? Ей в первую очередь все новости становятся известны. Просто тётя Катя не знает, как спросить у меня прямо, вот и зашла издалека.

— Нет. Любовника завела, – уже по своей придуманной легенде ответила я.

— Да ты что? А кто такой, Тося? Я его знаю?

— Не знаете. Не из наших он. Городской. Я вам потом всё расскажу, как время будет, – пообещала я. – Ещё трусы мужские дайте двое и носков пять пар.

Продиктовав всё, что было нужно, я протянула продавцу пятитысячную купюру. Та уставилась на неё, будто впервые деньги увидела.

— Куда ты мне столько даёшь? У меня сдачи нет. Утро же только?

— Остальное тогда из долга моего отнимите. – Тётя Катя забрала у меня купюру и достала тетрадку, в которую записывала должников. Тех, кто брал продукты до зарплаты. – А сколько я ещё должна? – уточнила я, когда женщина что-то чиркнула напротив моей фамилии.

— Ещё пять, Тосенька.

— Я, пожалуй, тогда совсем рассчитаюсь, – протянула я ещё одну пятитысячную купюру.

— Аванс, что ли, дали? – удивилась продавец. – Чего тогда не несёт больше никто?

— А? Нет. Это меня любовник спонсирует. До свидания, тёть Кать!

Я подхватила свой пакет с покупками и дунула из магазина, пока меня не засыпали очередными вопросами.

Поскорее бы домой. Поскорее бы увидеть его.