Глава 14

— Ты?! — похоже Эля удивлена не менее моего. — Что ты здесь делаешь?

Любовница Дракона моментально берет себя в руки после секундной растерянности и прет танком на соперницу.

— Как видишь, — обвожу руками свои заготовки, отбросив церемонное «вы» в сторону. — А ты? — следует встречный вопрос.

— Не стыдно? Еще смеет мне вопросы задавать! Давалка дешевая!

— Вообще-то я его помощник, причем тут другие качества?

Ненавижу ругаться! У меня слабый голос, не способный перекричать бойкого оппонента, я быстро теряюсь, когда на меня орут, впадаю в некий ступор. Вот и сейчас, наглая гостья видит мое замешательство и в наглую пользуется этим:

— Еще в его футболке, бесстыжая!

Но в обвинении вопреки всему звучит не насмешка, а зависть.

Самой небось хочется повертеться в его майке на голое тело, готовя такому шикарному мужчине завтрак. Но видимо, Дракона устраивает отодрать любовницу на ее территории, не пуская на свою!

— Мои вещи испортились. — мирно пожимаю плечами, продолжая выкладывать коктейльную массу в бокалы. — Роман Олегович одолжил мне свою одежду. Это преступление?

— Роман Олегович? — насмешливо передразнивает меня владелица ресторана, — У вас с ним реально ролевые игры в злого босса и покорную подчиненную-секретутку?

Ролевые игры? Хм… задумываюсь на секунду. А ведь в этом и есть доля правды! Вот почему Роман нанял на работу именно меня! Решил, что со мной можно поиграть, позабавиться! А что он еще мог подумать, после того как у нас уже все было в клубе?! Вот и ходит вокруг да около, облизываясь на добычу, как кот на сметану. Знает, что никуда от него не денусь, мерзавец! А может еще хуже — думает, что я сама жажду игры и только корчу из себя правильную овечку.

— По твоему идиотскому виду сразу видно, что мои слова — правда! — шипит Эля.

— Думайте, как хотите. Ничего доказывать вам тут не собираюсь.

— Тогда послушай сюда, девочка! — Элька пригибается точно пантера, готовясь прыгнуть и загрысть неопытную косулю. — Роман — мой! Если он использует тебя в качестве подстилки, то это ничего не значит! Не смей зазнаваться, помощница хренова! Сестра до сих пор в его сердце, но скоро я ее потесню! А тебя вообще там не потерплю. Так что в твоих интересах держаться от Ромы подальше!

Ее глаза с частоколом наращенных ресниц сверкают яростью. Пальцы, унизанные перстнями подрагивают в треморе, губы мелко трясутся, будто она держится из последних сил, чтобы не разрыдаться от бессилия, потому что прекрасно понимает вопреки своим словам, что можно залезть в штаны к мужчине, в его кошелек, мобильник, но нельзя так же просто пролезть в его сердце, запасть в душу. Она понимает это, но признать в силу своей гордости, ослепленной любовью, не может. А потому, в ее неудаче, в ее провале виноваты все вокруг: ее сестра, оказавшаяся проворнее и выскочившая за него замуж, другие женщины, что наверняка крутились вокруг Дракона миллионами, я, потому что готовлю на его кухне в его футболке на голое тело… все кроме нее самой.

И тут я понимаю главную вещь: не дай бог мне влюбиться в этого прямо-таки рокового мужчину! В подобие жалкой Эльки я превращаться точно не хочу.

— А как ты сюда попала? — вновь пытаюсь найти контакт я. — Роман Олегович дал тебе ключ?

— Не твое собачье дело! — грубо обрывает меня Элька. — Давай, пошевеливайся. Скоро сюда нагрянут его жена и сын с друзьями. Я хотела украсить тут все для детского праздника. Сделать Роме сюрприз. И я не позволю в день Рождения племянников портить ему настроение.

— Так чей день Рождения сегодня? — окончательно запуталась я.

— Роминых племянников-двойняшек — девочки и мальчика.

— Я думала сына…

— Нет, конечно! Рома отмечает день Рождения ребенка с помпезным размахом. Вот кого любит, не зная меры.

— Я не поняла, так почему он дни Рождения своих племянников собрался отмечать у себя?!

— Так его сестра сейчас в больнице и ей некому больше поручить устроить детскую вечеринку!

Я хватаюсь за резко заболевшую голову. Детская вечеринка! Конец света! Так вот для чего Дракон поставил меня на ноги на самом деле! Чтобы я все организовала, подготовила, а потом… работала в качестве аниматора? Почему не предупредил меня и сразу все не объяснил? Так, а зачем? Барин отдал холопам распоряжения. Пояснять их жалким умишкам что к чему, надобности нет…

Нет, на такое я не способна! Терпеть не могу шумные детские праздники. Может по этому, не стремлюсь пока завести собственного отпрыска. Никаких материнских чувств глядя на современных детей в супермаркетах, площадках и так далее, я не испытываю, и сейчас эта новость просто отправляет меня в нокаут!

— Так что подстилка, заканчивай быстрее с тортиками и оденься более подобающе, если не хочешь чтобы родственники Романа и Зара окончательно приняли тебя за шлюху!

Значит, вскоре в обитель Дракона нагрянет его родня и легендарная бывшая жена! Но мне же не обязательно присутствовать на семейных посиделках своего босса?! У меня своя личная жизнь в конце-концов тоже есть!

***

— А ты не много на себя берешь, а Эля?

Мы обе вздрогнули, обернувшись на дверь. В проеме, сложив руки на могучей груди на нас взирает Романов.

— Ох, Ром, привет! — покачивая бедрами, затянутыми в черные эластичные легенсы, не удосужившись снять шпильки, Эля цокает по голой плитке к боссу.

тянется к нему, чмокает в щеку, на что щека шефа дергается, а сам он нахмуривается.

— Что ты тут делаешь?

— Вот решила приготовить тебе сюрприз, помочь с организацией вечеринки, — метет хвостом вертихвостка.

Роман опускает уголки губ еще ниже.

— У меня есть, кому мне помогать, — он не спеша оглядывает меня с головы до ног.

Будто рентгеном просвечивает. Мне аж хочется натянуть его футболку, прикрыть ею голые коленки, бесстыдно выпирающие из-под подола.

— Как дела, Алиса? — подходит он ко мне и встает за спиной.

Вроде не касается, но чувствую жар близко-близко, словно между нами не существует слоя одежды.

— Вижу, ты неплохо справилась.

У меня аж щеки зарделись. Это он что сейчас делает? Хвалит меня? Такое тоже возможно?

— Что ты еще успела сделать?

— Торты и коктейли. За капкейки еще не бралась. — честно отвечаю, судорожно втягивая воздух через рот — Нос забит из-за простуды.

— Принеси торты. — какой-же у него голос сексуальный, когда он не орет благим матом, такой низкий, бархатный, с хрипотцой! Разговаривал бы он всегда так, цены б ему не было!

Иду к холодильнику. Достаю свои «шедевры». Под двумя парами прожигающих меня глаз. Причем одна пара, Элина, явно от души желает мне поскользнуться и уронить два часа работы к чертям собачьим.

— А ковер-то чего скрутила? — той самой хрипотцой вопрошает Дракон.

Еще и подстебывает, гад такой! Я уже почти на грани. Надо в конце-концов что-то ответить им обоим, а то нашли дуру, чтобы помыкать ею!

— Вы же не хотите, чтобы ваши детки полакомились мяском вместо десертов? — невинно поднимаю я бровь.

— Фу! — хмыкает босс, ухмыляясь, — Ну и язычок у тебя острый, Сладкая!

А сам довольный, видимо тем, что ему снова удалось меня раскачать. Вот и пойми потом этих работодателей!

Эля же стоит как рыба, с поехавшей от нашего специфического общения челюстью.

— Открывай тортики.

Я снимаю крышки с блюд, немного боязливо. А ну как торты расползлись, или декорации какие упали. Но я зря паникую. Всё в целостности и сохранности.

Кондитер придирчиво оглядывает каждый десерт, потом поднимает на меня заинтересованный взгляд.

— Примитивно, конечно, но научишься. Задатки в тебе есть! Главное все выполнено аккуратно, с душой.

Интересно, как он душу тут учуял, специалист такой! Хоть я и ворчу и комментирую его действия про себя, но мне очень приятно. Ведь это похвала, пусть и такая скупая, завуалированная, но все же похвала от гения кондитерской индустрии! Вот вам, дорогой Роман Олегович! Я не только отчеты способна на компьютере набирать, а еще и на изготовление десертов гожусь!

— Тащи капкейки, сейчас будем их топинговать.

Пока я вытаскиваю отпеченную основу для будущих пирожных, Дракон выходит ненадолго. Эля на всех порах было ринулась за ним, но была остановлена предупреждающим:

— Ты хотела украшать квартиру? Вот и украшай! Мне нужно помочь моей красавице! — и Дракон бросает на меня такой взгляд, от которого жар моментально приливает к щекам и к низу живота, тягуче прострелив сладкой болью все нервы.

Эля же бросает в меня ядовитую стрелу ревности.

Возвращается босс почти сразу. Я едва успеваю разложить разноцветный крем по кондитерским мешкам с разными насадками. Кондитер переоделся в привычные джинсы, черную футболку, обтянувшую все его внушительные мышцы. Идеально прорисованный хищный дракон на предплечье выглядывает из-под короткого рукава.

Эля судорожно облизывает пересохшие губы.

— Ты еще тут? — хмуро обращается к ней Дракон.

— Да, я обдумываю, как мне лучше задекорировать прихожую. — Эля томно обрисовывает взглядом каждую выпуклую рельефную мышцу своего любовника, явно мечтая повторить это своим языком как минимум.

Дракон же на это никак не реагирует. Он подходит ко мне вплотную и властно приказывает, щекоча горячим дыханием где-то поверх ушка:

— Начинай!

Руки трясутся! Что за черт? Они реально трясутся от его близости! Я судорожно глотаю воздух приоткрытым ртом, мысленно перекрестившись начинаю вырисовывать розочку на заготовке.

И тут коварный кондитер меня толкает. Не сильно, но розочка смазывается неаккуратной массой! Как пить дать, специально толкнул! Я замерла со злостью. Сейчас еще и меня обвинит в «рукожопстве»!

— Сладкая, — его голос вибрирует бархатной хрипотцой, — Смотри, вот так надо! Он кладет свои могучие ладони по верх моих, приобняв меня таким образом, плотно прижав мое тщедушное тело к своим бедрам и животу.

Слегка надавливает на мои пальцы, сжимающие в свою очередь мешочек с кремом, и отсаживает аккуратный совершенный лепесток поверх аппетитной корочки капкейка.

— Вот так, — приговаривает он, но по факту мурлычет мне прямо в ушко, — плавно, не торопясь, мазок за мазком. Ты же художник, Сладкая, а это — твой холст. Полюби его! Почувствуй его!

Украдкой смотрю на перекошенное от злости лицо Эли. Этот гад ее специально провоцирует! Своими заигрываниями со мной он доводит её до крайней степени ревности. Но зачем? Через какое-то мгновение самолюбие Эли не выдерживает подобного фиаско, и скрипнув каблуками по плитке, она бросается на утек из кухни.

— Зачем вы это делаете?! — шиплю я на него, пытаясь выпутаться из захвата.

— Указываю ей ее место. — хмыкает он мне в макушку, даже не удосужившись отпустить.

— И мне тоже вы этим указываете?! Что я вам сделала?!

Я довольно ощутимо пинаю его в живот локтем, но для его пресса и кубиков, из которых он состоит, этот тычок, всё равно что поглаживание.

— Отпустите немедленно!

Дракон нехотя отходит от меня, продолжая доделывать свою долбанную розочку.

— Сладкая, ты чего бунтуешь? Щас выведешь меня, выкину нахрен!

И это становится последней каплей. Господи! Что я вообще тут делаю? У чужого мужика, пусть и такого сексуального, но абсолютно поехавшего на всю голову! Да еще в его футболке, на его кухне! И выслушивая помои ревнивого бреда его бывшей или нынешней любовницы?!

Я молча сдираю с себя фартук, что повязала во время работы — фирменную футболку от Гуччи не хотелось пачкать, выкидываю его на пол, еле сдержавшись в последний момент и не зашвырнув им в надменную рожу шефа, следую примеру Эли.

— Сладкая ты чего?

Оказывается, кондитер кинулся за мной вдогонку. Не обращая внимания ни на него, ни на застывшую Элю, я шмыгаю в комнату хлопнув перед носом босса дверью. Сейчас переоденусь и уйду нахрен! И с этой квартиры и с этой фабрики! Черт с кредитом! Найду другую работу. С нормальным графиком и адекватным начальством.

— Алиса! — орет кондитер снаружи, — Алиса, открой! Чего ты взбрыкнула?

***

Путаясь в штанинах стремительно натягиваю на себя джинсы. Выныриваю из майки и ныряю в свитер. Дверь содрогается под мощным натиском и руганью босса. Эли не слышно. Наверно, подобный цирк она видит впервые в жизни.

— Я щас дверь снесу! — ревет Романов.

Похер. Я уже почти одета. Осталось забрать свой рюкзачок, курточку, обуться и вперед — на свободу.

Не успеваю мысленно произнести последнее слово, как дизайнерская дверь надсадно всхлипывает, крякает и выносится из петель. Вот это силища дурная! Сломал! Снес! Кусок цельного дерева расфигачил!

Ой, мама! Сейчас же он меня убьет! За свою дизайнерскую дверь и покалечит!

Дракон закрывает собой весь дверной проем, возвышается как глыба льда посреди черного океана. Но я твердо решила, что ноги моей больше не будет ни в его доме, ни на его фабрике, а потому я его больше не боюсь! Решительно иду на босса.

— Пропустите!

— Далеко собралась? — видно, что от моей наглости он сдерживает ярость из последних сил.

— Я ухожу!

— Потом не вернешься! — взгляд прожигает меня, но мужчина не шелохнется.

— Я и так не вернусь! Всё. У меня тоже есть чувство собственного…

Договорить мне не дают. Ураган подлетает ко мне, схватив, заключив, сжав, подмяв в свои жаркие объятия… Вихрь поднимает меня над землей, и легко подавляя всякое сопротивление касается моего лица. Губы точно отыскивают мои и сминая их, яростно толкаются вглубь, язык ласкает, щекочет, дразнит и обещает большее.

Огромное тело Дракона надежно скрывает меня и то чем занимаются наши губы, от любопытных глаз Эли. В том, что она подглядывает, не оставалось никаких сомнений. Ничем другим эта женщина заниматься тут, по всей видимости, не планировала.

Опять он беззастенчиво пользуется своей силой, энергетикой, харизмой! Ведь снова и снова наказывает Элю мной! Не смотря на абсолютно улетный, почти болезненный, на грани насилия поцелуй, мне становится противно… опять он нагло пользуется мной, пытаясь удержать старым, как мир способом.

Я застываю. Полностью связанная, зажатая по рукам и ногам, это единственное сопротивление, которое я могу оказать своему шефу. Тот чувствует меня. Чувствует, как я перестала реагировать на опытные движения его языка и пальцев.

— Алиса… — шепчет он, видимо решив сообщить мне нечто важное. — Я тебя…

Звонок! Нет! Именно в такой момент надо раздаться звонку входной двери! Мы оба замираем, прислушиваясь к тому, как Эля идет открывать.

— А-а-а… — в квартиру врывается визг, будто стадо обезьянок выпустили из клеток и они не нарадуются на свободу. — Приве-е-ет! О-о-о… Дядя Ро-о-о-о-ома!!! Это мы-ы-ы…

На секунду в чернущих глазах кондитера альфа-самца пробегает растерянность, но она быстро сменяется деловитостью.

— Помоги мне! — шепчет он в мои истерзанные губы.

— Опять приказ? — выдыхаю я.

— Нет. Просьба. Очень прошу, Алис!

Вот просьбе о помощи я отказать уже не смогу. Такая уж я сердобольная. Так меня воспитали с детства родители: в беде никого не бросать. Но Дракону об этом знать не обязательно! Я делаю лицо поковарнее и протягиваю:

— А что мне за это будет?

Дракон зыркает на меня своим фирменным испепеляющим взглядом, но быстро приглушает злость:

— Я тоже выполню твою просьбу!

Зря он так сказал! Нужно будет придумать нечто особенное! Не все ему мною помыкать, точно идущей на заклание овечкой.

Поняв, что вновь одержал победу в нашей с ним войне, Романов отпускает меня. Мы оба выходим к гостям. Как же многолюдно тут же стало! Племянники набрасываются на дядю, точно муравьи на кусок сахара. Взрослые чинно развешивают верхнюю одежду по шкафам.

— Папа! Папа-а-а!!! — мальчишка лет пяти, такой же смуглый и черноглазый как сам Дракон, кидается на моего шефа, забирается к нему на руки, смеющийся и счастливый, точно год отца не видел.

А Дракон… я первый раз вижу такой нежный любящий взгляд шефа, смотрящего на живое существо.

— Как же я по тебе соскучился! — Дракон носится с малышом, точно не хочет выпускать из своих объятий. — В садик ходишь? Маму слушаешься?

Аккурат на слове «мама» в прихожую вплывает новое действующее лицо. Женщина, лет тридцати, высокая, стройная, на огромных каблуках.

— Зар! Опаздываете! — Элька опережает Дркона, будто хочет показать, кто именно теперь хозяин в этом доме. 1439f7c

— Пробки! — небрежно отвечает она и грациозно расстегивает манто. — Ну что ты набросился на отца, — обращается она к сыну, — словно никогда его не видел! Иди, поиграй с детьми!

Мальчик послушно слезает с мощных рук папы и весело скачет в гостиную, откуда уже слышится треск поломанной мебели, и пыль, стоящая столбом выплывает в прихожую.

Зара, ни капли не сомневаясь, что Роман поступит по-другому, встает к нему спиной, позволяя снять с себя верхнюю одежду. Она делает это так естественно и непринужденно, что я мысленно приоткрываю рот.

Сестры обмениваются ненавистными взглядами, и Зара, наконец, замечает меня:

— Твоя новая домработница? — она не кокетничает с Драконом, не строит тому глазки в отличие от сестры, но весь ее вид говорит, что она считает себя его королевой, пусть и бывшей.

— Помощница. — тихо рычит Дракон, пряча украденный взгляд на бывшую. — Вы рано пришли. Мы еще не закончили с десертами.

Он указывает сестрам на гостиную, а сам, подхватив меня под локоток, тащит на кухню.

Если Эля уже привыкла к нашему с ним своеобразному общению, то Зара кидает на его руку на моем локте странный недоумевающий взгляд. Невольно оборачивается на Элю, и та еле заметно кивает. Дракон же не обращает на переглядывания сестер никакого внимания, цепляясь за меня, как за спасательный круг.