Глава 38

Мы с Аланом почти заканчиваем наш "королевский" завтрак с кашей и травяным чаем, когда я, немного взволнованная, решаю поделиться с ним своими подозрениями.

– Алан! – восклицаю я. – Мне кажется, за мной кто-то следит. Я бывает ощущаю холодные взгляды, когда прохожу мимо витрин пекарни! А иногда чувствую их и в городе. А сегодня мне показалось, что и в замке, пока я шла завтракать.

Он поднимает глаза, и слегка морщится:

– За вами следят? Серьезно, Элис? – спрашивает он ровным голосом, но в его взгляде читается легкое недоумение. – Может, это всего лишь игра света и тени, или ты опять переживаешь зря?

Я качаю головой, не в силах удержать смешок, но в то же время сердце стучит как бешеное.

– Нет, я не шучу! – отвечаю я, немного повышая голос, чтобы он понял всю серьезность моего волнения. – Когда я шла по улице, я буквально видела, как кто-то мельком прятался за углом, а потом исчез. Это не просто игра воображения, Алан, мне и вправду кажется, что за мной следят!

Алан кидает взгляд в сторону коридора, потом вправо и влево, где, конечно же нет ничего подозрительного. Его лицо остается невозмутимым.

– Послушай, дорогая моя Герцогиня, ты сама тому виной. Ты настолько заметна в местном обществе, что все невольно обращают на тебя внимание. Твоя красота, ум и, скажем прямо, твой талант к выпечке – это магнит для взглядов. Так что, если кто-то и следит, то, вероятно, это просто люди, которым интересно наблюдать за герцогиней, которая творит чудеса! То уволит весь персонал, то булочками торгует! Не заскучаешь! Ты просто магнит для пересудов, а значит и для пристального внимания обывателей.

Ну понятно. Завел старую пластинку! Я так-то делюсь с ним наболевшим!

Хотяяяя..

Он видимо, – тоже. У него, небось, нормально так наболело, что ему в жены такой достался бриллиант! С булочками!

Хмыкаю про себя, пытаясь поставить себя на меня Герцога.

Вздыхаю, пытаясь прикинуть, правда ли то, что я просто преувеличиваю?

– То есть ты считаешь, – говорю я, решительно, – что этого не может быть?

 Алан в ответ лишь пожимает плечами.

– Послушай, Элис, я думаю, твои нервы играют с тобой злую шутку. Мы живем в замке, где вечно шумно, особенно после всех этих ремонтных дел, бала, увольнения и приема прислуги…Это не значит, что за тобой шпионят!

– Может, я действительно преувеличиваю? — говорю тихо, почти шепотом, и Алан слегка улыбается в ответ, но его взгляд остается строгим.

Похоже, он рассчитывает, что я вот-вот одумаюсь и стану той женушкой, о которой он мечтает: тихой и незаметной.

Но я не даю ему не единого шанса пребывать в царстве мечт, потому что сразу после нашего разговора с герцогом, прошу мистера Уивера дать распоряжение подать нам карету.

Бал балом, принц принцем, это все прекрасно! Но никто не сравнится с моими булочками!

– Миледи, ваши булочки просто восхитительны! – радостно произносят две юные девушки, мои постоянные покупательницы, повстречав меня по подходе к пекарне, и я довольно улыбаюсь, сразу забывая о своих подозрениях.

После того, как вчерашние заботы и подозрения отступили, я решаю, что ничто так не согреет и не обрадует мою душу, как аромат свежей выпечки.

Я вхожу в свою пекарню, где каждое утро превращается в маленький праздник, и чувствую, как внутри меня все искрится от радости и творческого запала.

Сначала я подхожу к своей печке, которая уже почти со мной сговорилась. Конечно, иногда она слишком разогревается, и тогда моя магия должна вмешаться. Я протягиваю руку, шепчу заклинание, и огонь вдруг становится послушнее — как будто я дала ему четкое указание, словно выставляю температурный режим на духовке из моей прошлой жизни.

– Вот так, – смеюсь я вслух, глядя на мерцающие языки пламени, которые теперь танцуют под моим контролем, – магия – моя лучшая помощница, особенно когда дело доходит до выпечки.

В пекарне раздается звонкий смех и веселые разговоры. Мои помощники, занятые подготовкой свежей партии синнабонов для очередного свадебного заказа, создают атмосферу домашнего уюта. Кажется, синнабоны на свадьбу становятся некой модой. И это супер!

Булочки, которые я пеку уже три недели, набирают славу у местных жителей.

В воздухе витает аромат корицы, меда и только что испеченного теста – истинное чудо кондитерского искусства.

Неожиданно я замечаю, как через витрину мелькает какой-то силуэт в окне. Сначала я думаю: «Опять?». Но затем начинаю убеждать себя: наверняка, дело в том, что мои булочки – это настоящий магнит для восхищения, а я сама, герцогиня за плитой, в фартуке, припорошенном мукой, – привлекаю внимание.

«Ну да, – думаю я, – кто может устоять перед таким ароматом и такой красотой? А еще перед таким скандальным фактом: герцогиня и булочки – подумать только!»

Пока я выкладываю свежеиспеченные синнабоны на прилавок, заходит несколько местных жителей. Один из них, пожилой мужчина с хитрым блеском в глазах, говорит:

– Миледи Элис, ваши булочки – настоящее чудо! Сколько в них волшебства!

– Волшебства? – улыбаюсь я ему тепло: – Возможно, чуть-чуть магии никогда не повредит!

Мои слова вызывают одобрительный смех и восторженные возгласы.

В этот момент я чувствую, как уверенность переполняет меня. Здесь, среди свежей выпечки и теплого света печки, окруженная довольными покупателями, – и мне все кажется возможным.

В пекарне, среди шумных разговоров покупателей и веселых комментариев помощников, я иногда оглядываюсь через витрину, пытаясь поймать чей-то взгляд. Мне кажется, что кто-то наблюдает сквозь окно, но, когда я оборачиваюсь, никого не вижу – только пустой, заснеженный двор.

А может, это всего лишь мои нервы, растрепанные после подготовки к балу, бессонной ночи и внимания принца?

В любом случае, я решаю, что ничто не омрачит мой день. Ведь мои усилия были не напрасны. Моя пекарня, наполненная ароматом свежевыпечённых булочек, теперь выглядит как уютный уголок, способный радовать души людей.

Кажется, что даже холодная зима уступает место теплу, созданному моей магией и моей любовью к выпечке. И, конечно же, косые взгляды прохожих лишь подтверждают: мой труд замечают.