Глава 53
Я наблюдаю стоя у окна гостиной, как последние отблески солнца исчезают за горизонтом. По правде сказать, я пришла сюда, чтоб воочию убедиться, что арест принца – реальность. До последнего не могу поверить, что это правда.
Смотрю, как его сажают в карету королевской гвардии, и увозят прочь. Ну и дела!
Замок снова погружается в тишину
Без Филиппа, мачехи и Люсинды воздух здесь будто стал чище. Но, к сожалению, это не значит, что в моей голове тоже наступила тишина и покой. Мысли роятся словно в растревоженном улье. Пытаюсь с ними совладать, но ничего не получается. Столько вопросов разом, и ни на один из них у меня нет нормального ответа. Ну что ж! Придется расспрашивать Его сиятельство.
Я чувствую, что он стоит в дверях еще до того, как оборачиваюсь.
Он смотрит на меня как-то особенно. Я не могу объяснить, что именно изменилось, но взгляд у него другой – будто он наконец-то разобрался в своих мыслях. Улыбается мне тепло сияющей улыбкой.
Я поднимаю бровь.
– Что?
Но не выдерживаю, и тоже расцветаю улыбкой в ответ.
Он делает несколько шагов ко мне, а потом вдруг срывается на быстрый шаг, почти подлетает ко мне, и останавливается прямо передо мной.
– Я люблю тебя, – произносит он тихо.
Я моргаю, не в силах поверить, что я не ослышалась. Переспрашиваю недоуменно:
– Что?
– Я люблю тебя, Элис, – повторяет он, теперь уже тверже и громче.
Словно клятву произносит.
Мне не кажется. Впервые его голос не содержит привычной сдержанности, и в глазах нет ни капли сомнения.
Я не успеваю ничего сказать, но он уже говорит дальше:
– Я понял это, когда готовился умереть в том пожаре. Когда думал, что больше никогда не увижу тебя, – он чуть хмурится, делая небольшую паузу. – Когда ты спасла меня.
Я ошеломленно смотрю на него.
– Ты…
– Думал, что это конец, – мрачно усмехается он. – Да.
Он тяжело выдыхает и отводит взгляд, будто решаясь сказать еще что-то важное.
– Я не рассказывал тебе. Так что вряд ли ты знаешь, что мои родители погибли в пожаре, когда я был ещё ребёнком.
Сердце замирает, я ахаю, вглядываясь в его напряженное лицо
– Алан, мне так жаль!
Алан кивает, продолжая через силу:
– Я выжил только потому, что отец успел меня вытащить, но он вернулся за мамой. И они погибли оба. Дом сгорел дотла. – Он сжимает челюсти. – Тогда никто не знал, был ли это несчастный случай или чья-то рука. Моя мать была магичкой.
Он поднимает на меня тяжелый взгляд. Вздыхает сокрушенно:
– Незарегистрированной магичкой. Она не хотела экзаменов, волокиты, всех этих осложнений. Она уверяла всех, что ее магия настолько слаба, что она не стоит даже регистрации. Но я знал. И отец тоже. Когда случился пожар, я был уверен, что…Дело в том, что у нее была магия огня. И я решил, что пожар имеет магическое происхождение. Но вчера я обнаружил дневники принца Филиппа, в которых он сознавался в поджоге. Я понял, что эту мысль про вину моей матери, внушил мне он сам, день за днем рассказывая, как ужасна незарегистрированная магия, и от нее одни проблемы. Он отвел подозрения от себя. Всю свою жизнь я винил маму в ее собственной гибели и смерти отца. Я стал ненавидеть всех незарегистрированных магов…
Мы оба одновременно тяжело выдыхаем.
Бедный Алан! Что ему довелось пережить! Долгие годы обмана. Теперь я понимаю, почему он так отчаянно боролся с магами, почему он так боялся проявления магических способностей у меня.
– Алан… – зову я его еле слышно, заглядываю в его лицо. Мне так хочется его поддержать.
А еще сказать, что я не опасна.
– Иронично, правда? – он усмехается. – В итоге меня спасла магия огня. Твоя магия.
Я не знаю, что сказать. Все это слишком… слишком многое меняет. Но я больше не хочу тайн между нами. Теперь я просто обязана раскрыть все карты.
– Алан, – шепчу я. – Ты действительно веришь, что моя магия проснулась только вчера?
Он вдруг усмехается, качает головой.
– Конечно, нет. – улыбается хитро.
Я напрягаюсь.
– Тогда почему?..
– Потому что мне нужно было убедить стражу. И короля. И себя, наверное, тоже, – пожимает он плечами. – Филипп начал подозревать, да и я сам замечал… что с тобой что-то не так.
Я издаю нервный смешок.
– Ну спасибо.
Он мягко улыбается.
– Не то, чтобы это меня беспокоит теперь.
Я закатываю глаза, но внутри становится тепло.
– Кулон, – внезапно произносит он. – Он мог пробудить твою магию.
Я моргаю: вот так новость! Бабушкин старый кулон? Пробудить магию?
– Ты правда думаешь…
– Думаю, это не просто безделушка. Принц охотился за ним. А значит, он знал, что это нечто большее.
– Покажешь его мне?
Ха! Он мог даже и не просить, мне и самой настолько любопытно, что я почти бегу в свою комнату и обратно, чтоб поскорей вручить Алану свой кулон.
Я разжимаю свои пальцы и неуверенно кладу в его ладонь простенькое украшение.
Алан внимательно осматривает его, затем прищуривается.
– Думаю, этот кулон – артефакт, – произносит он, переворачивая его пальцами. Поднимает за цепочку, смотрит сквозь него на свет.
Я замираю.
– Ты уверен?
– Абсолютно. Он хранил магию долгое время. И теперь он принадлежит тебе.
У меня пересыхает в горле.
– Что теперь?
Алан смотрит на меня, и его губы трогает легкая улыбка.
– Ничего! Это ничего не меняет. Ты стала носить кулон, в тебе пробудилась магия. А теперь я подготовлю тебя к экзамену, чтобы ты получила разрешение на ее применение. И никакие главные королевские дознаватели, а также просто дознаватели не могли и слова сказать против того, что ты – магичка!
Я пораженно поднимаю на него взгляд.
– Ты правда…
– Да, – перебивает он, протягивая руку и убирая выбившийся локон у меня за ухо. – Я не позволю никому отнять у меня тебя! И очень рад, что в тебе пробудилась магия. Ты просто светишься вся.
Говорит он с улыбкой, смотрит на меня с нежностью и теплом. Словно укутывает ими.
Где-то в груди разливается тепло.
Он любит меня.
Он защищает меня.
Я не выдерживаю и с размаху кидаюсь ему на шею, а потом просто целую его.
Алан слегка вздрагивает, но тут же отвечает, крепко прижимая меня к себе.
И все наконец-то становится на свои места.