Глава 46

Глава 46 Кира Занозина Все преступники трусы. И про благородных разбойников… Не верьте, это все враки. Если человек хоть раз в жизни посягнул на чужое имущество или на чужую жизнь, не для того, чтобы спасти мир, например, а ради собственной наживы, из алчности – он преступник. И не важно из каких побуждений он это сделал. Благородство заканчивается там, где начинается преступление черты общечеловеческих норм. Робин Гуд воровал у богатых и отдавал бедным. Но… Ключевые слова – воровство и разбой. Ну это так, лирика. Мысли вслух. Точнее не вслух. Об этом я думала, бредя по непролазному лесу под дулом ружья. – Шевели своими макаронинами,– рыкнул Варан, больно ткнув меня между лопаток вороненой сталью. – Слушай, зачем такие трудности? Завалил бы меня вон под тем дубком,– кивнула я в сторону не пойми какого дерева. Но точно не благородного дуба.– Дать дуба у дуба. Романтично, не считаешь? – Заткни свой рот. Умоляю, просто помолчи хоть минуту. Хоть миллисекунду, – взвыл строгий босс азиатской мафии. – Это невозможно, дорогой товарищ. Серёня говорил, что… ой… Я взмахнула руками и начала заваливаться на землю. Ногу прострелило болью. Варан с испугу, а может от неожиданности нажал на курок. Выстрел показался мне очень тихим. Растущая метрах в пяти березка с хрустом переломилась. – Вставай быстро,– истерично взвизгнул бандит. – Не могу,– всхлипнула я. И не соврала, кстати. Нога болела адски. – Ну, тогда придется мне исполнить твою просьбу, Куколка. Последнюю просьбу. У дуба говоришь? – осклабился Варан. Я снова с тоской глянула на несчастную березку. Шансы на счастливое будущее с Пирожочкам и нашими малышами таяли с прямо на глазах. – Людвиг тебя найдет и вывернет наизнанку. Периметр окружен. Ты ведь понимаешь, что не уйдешь?– ну да, я врала. Зубы заговаривала этому маньяку. А что еще мне оставалось? – Нет тут никого,– не очень уверенно ухмыльнулся убийца.– Иначе ты бы давно уже слилась. А ты, зачем-то вступила с нами в игру. Напугала Федьку до родимчика. Да я сам, честно говоря, и сам в штаны подпустил, когда увидел…– Варан передернулся. Явно вспомнил мой сюрприз. Надо сказать, штука получилась убойная. Но я же не думала, что два здоровых бандита до такой степени испугаются страшилы, сделанного мной из маскхалата Клима. Ну да, эффект неожиданности тоже роль сыграл, конечно. Ну и череп лося, найденный мной в траве, пока я убегала от охотников. И не спрашивайте меня зачем я его прихватила. Ответа все равно не дождетесь. Но эффект превзошел мои даже самые смелые ожидания. Когда «страшила» свалился с дерева на Варана он орал как истеричная тетенька впервые увидевшая обнаженного мужчину. – Сильно нежный ты для всесильного босса,– нервно фыркнула я. – Думаешь я не понимаю что ты время тянешь? Перед смертью не надышишься. Я разрешаю тебе закрыть глаза. Помолись там своим покровителям рогатым, или ты у них главная? В общем я миру благо делаю. Я человек благородный. Не то что некоторые. – О как. Подтянул хрен к носу. Прям спаситель вселенной. Куда нам со свиным то рылом,– да, я умирала от страха. Нет, себя то мне не так жалко было. А вот мои дети, мой мужчина. Я закрыла глаза. Щеку обожгла огненная слеза. Черт, прям стихами, аж за сердце тронуло. Выстрел разорвал тишину леса. Боли я не почувствовала. Совсем. Обвалилась спиной в траву, ожидая … Да фиг его знает, чего я ждала. Наверное, что вылезут из-под земли какие-нибудь копытастые и утянут меня к себе. Ничего не последовало. Я даже слегка разочаровалась. Долго что-то они там. Открыла глаза, уставилась на… – Ангел? Я думала меня в другое место распределят. Грешна я, врала много, детей вот своих не уберегла, Пирожочку не сказала, что люблю его больше жизни, ну и глупость же тоже грех? Или нет? – прошептала. Глядя на прекрасного бородатого херувима. Он принял облик моего Сладкого. Сладкий ангел. Смешно. Я даже хихикнула.– Слушай, а как у вас там? Ну соцпакет, туда-сюда. И я ведь беременна. Мои дети же тоже со мной будут? И это, спасибо, что позволяешь мне в последний раз увидеть… – Чивойто она? С глузду двинулася от счастия?– прочавкал рядом с моим ухом кто-то полушепотом, а потом меня накрыла огромная тень. Ангел ночи, не иначе, явился биться за мою душонку со Сладким. – Малаш, побудь с ней, только следи, чтобы эта шилозадая не поперлась за мной. Я и так чуть не потерял сразу все, в лице этой балбески. Я потом вернусь, и надеру тебе зад, Занозина. – Ты куда? – надо же. Уже уходит что ли? – Варан уйдет. Надо его… – Малаша? А ты значит настоящий? А стрелял кто? И почему ты не в больнице? Твою мать, Сладкий… – Потом. Кира, все потом, сиди смирно, умоляю. Наши дети должны родиться и увидеть этот мир. Они же не виноваты, что их мать заноза в заднице у целого бандитского синдиката, и у их красавчика отца, – рявкнул Людвиг и исчез в кустах. Черт, куда это он без меня? Я дернулась было за своим инспектором Гаджетом, который опять нарядился в какую-то страшную курточку – прощай молодость, но Великанша среагировала быстрее. Ухватила меня поперек туловища, забросила через плечо и зашагала поступью апокалипсиса в сторону противоположную той, где исчез Сладкий. – Матушка то тваво лыцаря тоже тута,– прогудела Маланья. – К ним тебя снесу, а потом помогу супостатата словить. А то конфеты у меня кончаются ужо. А без них я становлюся злой. – Ты ведь понимаешь, что я все равно пойду с тобой? – пробухтела я. – Ну дык, потому и пру тебя к ведьмам то. Закроем тебя в повозке на три оборота. И горгульев энтих с двух сторон поставлю. Тама не сбечь. А сама сгоняю оставлю мокро место от козлятины, што в живых барынек ружом тычеть, да кавалера тваво принесу. Чай еле шлындат, а все туда же. Ох, намаялась я с вами. Я обмякла, давая Малашке чувство обманчивой безопасности и спокойствия. Конечно я не собиралась сидеть сложа руки, зная, что Людвиг едва живой где-то в лесу гоняется за вооруженным убийцей. И горгульи, тьфу ты, прости господи, мамы, станут моими союзницами. Я прям вот задом чувствую. Как там говориться? Стихию нельзя обуздать, но можно возглавить. Я улыбнулась и даже задремала на плече моей лучшей подруги. Доброй. Сильной. Но наивной.