2

Чтобы отвлечься, я встаю и решаю проверить, где Матвей. Может, позвонили и сообщили что-то важное и нужна помощь? Всяко лучше, чем грызть саму себя и думать о прошлом. Сгрызу саму себя только…

В гостиной его не оказывается, но я тут же иду на шум, который доносится из ванной первого этажа. Нервно подхожу ближе, слыша тихий разговор:

- ...И угораздило тебя именно за него выскочить замуж… - хрипит мой муж. - Малышка, мы сколько не виделись? Кажется, всю жизнь… Как же я соскучился!

Меня передёргивает.

- Нет, всего лет шесть… С тех пор, как ты решил жениться на ней и бросил… Я так скучала, милый… Давай, давай скорее… - последнее слышится уже со стоном. Я распахиваю дверь и меня тут же ведёт. Ира с разведёнными ногами сидит на тумбочке ванной, а мой муж страстно и жарко имеет её, целуя-выцеловывая…

Они замирают. Рядом я вижу Рому, он тоже всё это видит. Как он тут оказался - другая история, но… Но!

Снова опускаю глаза, чтобы удостовериться. Не знаю в чём. Но мне резко становится плохо. Так, что я отталкиваю Рому в сторону, прижимаю ладонь к животу и еле шагая, иду на кухню. Почему так неприятно? Почему именно я?

Ставлю руки на стол, дышу. Затем открываю бар и нахожу заветный напиток, который может мне помочь. Нервно открываю бутылку рома и быстро пью. Спиртное неприятно жжёт горло. Я задыхаюсь от невыносимой обиды, а в груди что-то больно печёт и требует выхода.

Резко у меня выхватывают такую мнимую свободу и такое вкусное забвение. Несколько капель спускаются по подбородку вниз и щекочут кожу. Я нервно и сонно смотрю на мужчину напротив и тут же замираю на вдохе.

Он тоже пьёт, смотря прямо мне в глаза. Ему только что тоже изменили. Но он всего лишь тяжело дышит и жадно пьёт, обжигающий внутренности, алкоголь. Мы не виделись с тех самых пор, когда у меня дрожали ноги от его ласк, и всё тело было искусано его братом. Долгие шесть лет я всё не могла понять, почему меня бросили одну, и почему они ни разу больше не показались рядом со мной…

После столько всего случилось… А я до сих пор помню эти несколько ночей, полные страсти, похоти и дыхания на троих…

- Яна! Яна! - на кухню врывается Матвей, едва надев на свои бёдра спортивные штаны, что ещё пару минут были приспущены. А сами бёдра ходили ходуном, бешено выбивая стоны из жены Ромы, моего сводного братика. - Это всё… Это…

- Ещё скажи, что “это не то, о чём я подумала”, - дрожащим голосом сиплю я.

- То, - не отпирается Матвей. На кухню влетает его ночная любовница и бросается к Роме на шею. Её халатик при этом не закрывает и половины её тела. А когда мужчина её отталкивает, ткань и вовсе чуть ли не сползает снова на один поясок.

- Ромочка! Ромочка, я не хотела… Он… Он взял меня… - снова цепляется девушка за мужчину и всхлипывает. Цепляется так, словно он ничего не видел собственными глазами. - Он заставил меня…

- Не ври! - шипит тут же Матвей. - Малышка, - он ловит меня в свои объятия и я тут же ставлю кулаки на его грудь, отталкивая. Он пытается прижать сильнее, но его руки резко пропадают.

- Не трогай её, - грозно шипит Рус, материализуясь тут за секунду. Я отхожу на шаг, выхватываю бутылку рома и снова пью. Появление второго сводного брата почему-то расслабляет.

- Давай-ка, мужик, я сам разберусь? - Матвей хмыкнул. - Что мне делать со своей женой…

- Давай лучше я сам решу, куда тебе врезать? - хмурится Рус.

- Не лезь не в свои дела! - шипит мой муж. Наверное, уже сейчас он стал бывшим. Но пока я не могу вообще здраво думать, всё пью и пью, перевожу взгляды то на Иру, то на Матвея.

- Не, это моё дело, мужик. Это же моя сестрёнка, - Рус прижимает меня за талию к себе. От него я не отталкиваюсь. Он позволяет мне ещё выпить, перехватывая удобнее и увереннее.

- Какая ещё нахер сестрёнка? - шипит Матвей. - Яна… Я… Давай поговорим без лишних…

Рядом что-то шепчет эта Ира Роме. Но он, кажется, её не слышит, поглощённый нашим разговором.

- Сводная, да, - спокойно продолжает Рус. - Но за то за неё я готов порвать любого. Особенно тебя.

- Ага! - фыркнул Матвей. - Только что-то я не видел за все эти годы ни тебя, ни твоего сиамского близнеца, - шипит муж.

- Так и ты был послушным мальчиком, - отвечает Рома.

Матвей снова ловит мою руку, игнорируя обоих мужчин и пытается забрать у Руса. Но после бросает эту идею и просто уходит, выплюнув:

- Ты ещё пожалеешь, Яна, что не выслушала меня!

- Иди за ним, дорогая моя, - Рома фальшиво улыбнулся. - Утром решим все наши проблемы… Сейчас спать.

- Милый, ты… Со мной? - она ведёт пальчиком по груди мужчины и кусает губу.

- Нет, конечно. Больше я к тебе не притронусь, не переживай, солнце, - Рома кивнул. - Иди спатки.

- Милый…

- Спать, Ира.

Девушка, надув губы и обидевшись, уходит через пару секунд. Удивительно, что в данной ситуации обижается именно она, а не Рома. Мужчина же мечет голубыми глазами молнии, но улыбается ей премилой улыбкой.

Снова глотаю ром. Наконец, фальшивая свобода захлёстывает. Я роняю лоб на плечо Руса и вздыхаю.

- Он показал лишь свою истинную натуру, малышка, - ощущаю прикосновение к плечу. Смотрю на Рому. - Выдохни.

Слушаюсь, выдыхаю и облизываю сухие губы. Поднимаю взгляд на Рому и тут же сглатываю вязкую слюну. Он приближается ко мне ближе и улыбается.

- Здравствуй, наша малышка. Ты скучала?

- Нет, - безбожно вру, отталкиваюсь от Руса и иду к холодильнику. Там осталось не много льда, но я нахожу пару кубиков. Кидаю их в стакан с тихим стуком, плескаю рома и опять пью.

- У тебя ребёнок, не пей много, - тихо произнёс Рома, выхватывая мой стакан и сам надпивает. Могла бы сказать, что у него тоже он есть, если бы не была точно уверена, что он ему и Русу, тем более, совсем не нужен.

- Может быть, мне больно, - тихо шепчу в ответ, забирая стакан, - не лезь не в своё дело.

- Яна, ещё раз, - он ловит меня за плечи и трясёт. - У тебя маленькая дочь, которая будет видеть тебя такой. Так нельзя.

Замутнённым взором смотрю на него. Прищуриваюсь. Горько хмыкаю, вздыхаю и пью ещё один маленький глоток. Он прав. Чертовски прав.

- Я соберусь и буду выглядеть лучше всех! Никто даже не заметит, что мне больно! - хмыкаю. Надо держать лицо до последнего и врать, что я люблю этого подонка.

- Сейчас ты выглядишь не хуже всех, - произносит Рус, тоже отпивая с горлышка ром. Интересно, ему то зачем? У него-то какой стресс?

- Вот это комплимент! - хохочу. Веду плечами, но Рома всё ещё держит меня, сжимая плечи. Я шикаю. - Я нежная. Синяки оставишь.

Хватку ослабляет, но не отпускает.

- Мы оба немного следили за твоей жизнью, Ян, - тихо говорит Рома. - Я хотел убедиться, что ты живёшь хорошо…

- И как? Я хорошо живу? - хохотнула снова. - Подходит?

- Не иронизируй, пожалуйста. Я… - Рома отпускает меня, наконец, и вздыхает. - Хотел удостовериться, что на тебя не подействовала так сильно… Та история.

- Какая?

Я хмыкаю. Издеваюсь вполне осознанно, мстя за саму себя. В то утро мне было неприятно и даже больно, когда я проснулась одна. В доме не было никого, только запах кофе и неприятная горечь разочарования. Письмо, валюта. Тот путь был долгим. Ещё вечер я сидела в том самом ресторане, где мы ужинали втроём в первый раз, рассматривала голубое море и немного плакала, растирая слёзы по щекам. Глупая и молодая, я влюбилась в этих ветренных и непостоянных, мажоров. Влюбилась в яркого и безбашенного, сильного Руса. Влюбилась в серьёзного и смазливого Рому…

- Те самые выходные, которые ты вспомнила только что, - вот так просто прочитал меня Рома. Я моргаю, смахивая тот дурман и опять щурюсь.

- Да, вспомнила. Вспомнила, как меня бросили и оставили одну в незнакомой стране. Бросили и уехали, словно шлюхе оставив денег. Разве не так?

- Что ты несёшь? - шипит Рус. Кажется, что он с удовольствием бы меня потряс за плечи, чтобы я пришла в себя.

Но я уже в себе.

- Лучше вам уехать опять. Или хотя бы не лезть ко мне, чтобы не выслушивать всё то, что я о вас думаю, - шиплю в ответ, выливаю ром из стакана и ухожу.

Единственное, что они хорошо сделали - это сейчас отвлекли от того, что сделал Матвей. Теперь я злюсь только на них. А бывшего мужа просто ненавижу.

Поднимаюсь в спальню и едва захожу, тут же замираю, испуганно и неожиданно замечая на кровати Матвея. Тихо прикрываю дверь и осторожно прохожу. Будь я молодая и глупая, сразу же убежала, чтобы не видеть и не слышать изменщика. Но тут моя дочь. И он на неё никакого права, слава богу, не имеет. Главное, не понял бы, чего я так сильно боюсь…

- Зайка… - Матвей подходит ко мне и тут же притягивает к сильному, спортивному телу. Чего ему не занимать, так это красоты. У меня вполне красивый муж… Был. - Уверяю, малышка, это всё не более, чем недоразумение…

Смотрю на него снизу вверх и вздыхаю. Любила ли я его когда-то? Наверное, нет. У меня была чёткая цель - скрыть следы собственной глупости. Матвей тогда только стал помощником одного из директоров моего папы, молодой и амбициозный, он тогда много мне обещал и ещё больше лебезил перед моим отцом. Конечно, мы оба решили, что этот подхалим идеальный кандидат на роль моего красивого мужа. И долгие годы я играла во влюблённую дурочку богатого папы, а он красиво слизывал сливки, подобравшись за пару лет к должности зама моего отца. Но так и не стал им… Папа не решился ему доверить настолько, а я помогла убедить Матвея, что он и так самый лучший и любимый мужчина на свете и мне не нужны от него миллионы.

Шесть лет сплошного вранья и любезностей, которые сейчас мне, ой как, аукаются…

Сама виновата. Нельзя строить жизнь с человеком, которого ты не любишь. Рано или поздно он тебе надоест, захочется бежать. А если бежать некуда?

Это тупик.

- Я видела всё своими глазами, понимаешь? Если бы мне кто-то рассказал, я бы ещё думала, верить или нет… - я нежно погладила мужчину по плечу. Я не злюсь на него. Я просто ничего не чувствую. Легонько толкнула в грудь, чтобы вырваться, но ничего не получается. - Мне всё равно, кто она. Бывшая, будущая, пусть даже нынешняя… Я не позволю, чтобы об меня вытирали вот так ноги. Так долго, грязно и мерзко. Отпусти меня, Матвей.

Сама я тоже не подарок. Но раз уж нам обоим так плохо вместе, нужно расстаться. И расстаться как можно скорее. Я смогла бы без него и родить, и пережить бессонные ночи. К тому же от него было маловато пользы, кроме того, что он делал нашей семье красивую картинку. Но сейчас эта картинка просто рушится. И теперь ощущается, как всё было не по-настоящему.

Он хватает меня больно за плечи и вдруг яростно бьёт по щеке, да с такой силой, что я невольно вскрикнула и, не удержав равновесия, упала на задницу. Смотрю на него снизу вверх, прикладывая руку к щеке и хмурюсь. Тут же проснулась дочка, ничего не поняв, заплакала, но Матвей, не обращая ни на что внимания, опустился ко мне и унизительно прошипел:

- Ты сейчас же успокоишься, перестанешь реветь, и до утра это всё забудешь! Иначе… - мужчина замахивается, но меня беспокоит только дочь. Словно врубается голый инстинкт, и я быстро думаю, куда мне отползти. Как добраться до малышки и убежать.

Бывший замахивается, я сжимаюсь. Но Матвей не успевает меня ударить.

Спустя долгие секунды я поднимаю взгляд. Нервно сглотнув, вижу, что руку Матвею держит папа, и я тут же отползаю от них, быстро перебираю конечностями к дочери, ощущая на щеке боль. Сжимаю малышку в своих руках, но она заливается громче и громче…

- Яна… - Матвей снова переходит на шёпот. - Яночка, - тихо повторяет он, когда в комнату врываются и братики. - Я не хотел, Яночка. Пожалуйста… Прости меня, пожалуйста!

- Давай, парень, - Руслан уверенно перехватывает его и толкает из комнаты.

- Пошёл ты знаешь, куда? - шипит тут же гневно Матвей. Я дёргаюсь, боязно сжимаясь от его яростного тона.

- Я не Яночка, зайка, - мило бормочет Руслан, оскаливаясь. Но выводя благоверного из комнаты. - Я тебя могу и убить. Сидеть за такого мудака не хочется.

- А силёнок хватит? - хохотнул бессмертный бывший муж, полностью истратив терпение Руса. Едва он это слышит, тихо и коротко хмыкает.

А после мастер спорта по вольной борьбе с диким хрустом прикладывает его к стене, выпихивая в дверной проём, с улыбкой комментируя:

- Давай не заливай пол своей юшкой на девочкины ковры, падла! Катись нахуй, пока вообще жив, - кажется, Матвей пропускает ещё один удар.

- Рус, ёб твою мать! - не выдерживает Рома, вылетая за ним. Заводится он быстрее Руса и точно именно на брата злится. - Ещё не хватало проблем с законниками, чтобы ты марался об это недоразумение! - слышу в коридоре.

- Вы, суки, ответите! - хрипит где-то там же бывший.

- По очереди, милый муженёк, поочереди, - хохотнул Рус, но уже приглушеннее, словно спускаясь по лестнице…

Я перевожу взгляд на тихо смеющегося папу, на дрожащую от ужаса Аню. А после в коридоре вижу нахальную улыбку этой девицы. Она осматривает нашу спальню, проходится липким взглядом по мне. В глазах играет восторг. она гордо смотрит на меня, словно победила меня в этом нелепом поединке. Словно я заслужила это. Медленно переводит взгляд на папу и замирает. Тут же подпрыгивает, когда мой папа на неё смотрит:

- Иди туда же, девочка. Это мой дом и больше я не хочу тебя тут видеть. Или… Помочь? Полиция с радостью доставит тебя домой. Правда это будет не скоро, сперва нужно будет ответить, почему ты была на моей территории в полтретьего ночи.

- Нет-нет, Евгений Владимирович! - убегает она, вызвав даже у меня улыбку. Дочь в моих руках немного утихла, заплаканными глазками рассматривая деда и бабушку. Я же снова смотрю в коридор…

Они оба только что защитили меня, не побоявшись последствий? После того, что я им обоим сказала?

Зарываюсь носом в волосы дочери и прикрываю глаза… Что за чёрная полоса?